Тебе кажется, что удача, наконец, повернулась к тебе. Что, наконец, счастливые моменты воспроизводятся в действие, а не замирают на заднем плане. Тебе кажется. Но, между тем, есть какое-то внутреннее недоверие ко всему происходящему; неужели судьба стала к тебе благосклонна? Не сказать, что ты рассчитывал на её снисходительность в последнее время. Ты думал, что пропал навсегда и исчез с её радаров, растворившись в гнетущей тьме. Ведь за все те поступки, что протянулись кровавыми пятнами через всю твою линию прожитой жизни, ты мог получить по заслугам, лишаясь всего, что любишь. Не хочется утверждать, что ты этого заслуживаешь, но иногда карму не так-то легко очистить. Иногда на это уходят недели _ месяцы _ годы, которых может и не быть вовсе. А, разрушающее изнутри, чувство отвратительной тревоги за самого себя, не отступает. До последнего остаёшься верен себе, словно бы, больше, чем своей семье. Пора бы уже скинуть это 'я', что превыше всего, в пропасть и уступить более благородным начинаниям, что пытался зародить в тебе сын однажды. И чем ты ему отплатил? Изо всех сил постарался обернуть во тьму. Любовь обходится дорого всем, но ты даже не знал, насколько может быть опасна эта болезнь, от которой нет лекарства. Ты молился миллионам богов, ты открещивался от своих грехов под святые песнопения, ты пытался сделать из себя праведника [ на деле являясь безнадёжным грешником ]. Это то, что делает с людьми привязанность. Это то, на что способна любовь — все ужасные вещи, на которые может закрыть глаза человек, лишь бы достигнуть желаемого. Твои изначально благие намерения скатились в тёмную бездну, из которой тебя под силу было вытащить только Адриану. Именно ему. Не Эмили, не Натали, не Нууру. Только твой сын, которому ты предавал недостаточно значения. Которого ты ставил недостаточно высоко, считая свои планы истинно _ единственно верными. И уверяя себя, что делаешь как можно лучше для вас обоих. Отчасти ты был прав, ведь каждому ребёнку нужна мать, но не такими жертвами. Ты сделал своего сына сиротой, при живом-то отце. Заставил чувствовать себя нелюбимым _ нежеланным ребёнком [ он никогда в этом не признавался откровенно, но ты уверен в этом, почему-то ]... ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ
устав администрация роли f.a.q фандом недели нужные хочу видеть точки отсчёта фандомов списки на удаление новости

crossfeeling

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » crossfeeling » PAPER TOWNS » Weaponized


Weaponized

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

Weaponized
Joseph Joestar // Yoshikage Kira

https://i.gyazo.com/0dc430ab93c0b026098563dc4905f3f3.jpg
https://i.gyazo.com/9d9253f6bbe78e5c945d24684aebdff5.jpg

«

Подземный лабораторный комплекс нацистской Германии, Вторая мировая война
После сокрушительного поражения американского отряда в бою с силами нацистов, немцы берут несколько солдат в плен. По иронии судьбы, среди пленных оказывается молодой Джозеф Джостар, у которого не так давно была с нацистами своя история. Это дает Джозефу шанс переговорить с командиром врага, но он не настолько лоялен к своему американскому врагу как его подчиненные, знающие молодого Джостара в лицо. Когда Джозеф отказывается учить немецких солдат технике Хамона, командир без зазрений совести отправляет юнца в подземный лабораторный комплекс, где проводятся генетические эксперименты и даже строятся попытки оккультных прорывов. Конечно же, не над одним Джозефом там проводили эксперименты, но, по иронии судьбы, среди прочих пленных оказывается человек японской национальности, который, если слухи не врут, способен взрывать вещи касанием. И если Джозеф этого странного, потерянного в пространстве Йошикаге Киру в глаза не видел раньше никогда, то Кира смотрит на своего нового лабораторного соседа с подозрением. Кого же американец ему так напоминает?..

»

+1

2

Тысяча девятьсот сорок второй год. Время, когда немецкая армия давно аннексировала Польшу, Чехословакию и Австрию, а также  оккупировала территории Франции и Бельгии. Время, когда ее войска продвигаются вглубь загадочной и суровой России. Многие солдаты и офицеры готовятся к тому, чтобы навсегда вписать свое имя золотыми буквами в историю родного мазерлэнда и одним из них является неизвестный ученый, приближенный к самому Гиммлеру - генерал Вильгельм Штайн. Сегодня, девятого октября тысяч девятьсот сорок второго года небольшой отряд вверенных ему войск разгромил оперативную группу британских разведчиков. Среди них оказался один юноша и его наглое поведение выводило генерала из себя. Поместив сопляка в камеру предварительного заключения, он поднял материалы канцелярии и через несколько часов у него на столе лежало полное досье на этого упрямца. Этим юношей оказался сам Джозеф Джостар. Тот самый ДжоДжо, что когда-то превратил в руины самый многообещающий проект немецкого командования. Штайн хлопнул кулаком по папке и со зловещей улыбкой посмотрел в пространство своего кабинета. Какой шанс подвернулся ему! Он давно мечтал найти кого-то из таких людей и научить своих людей использовать техники древних монахов. Естественно, никто не говорил о мирных целях. Генерал встал со своего места и спустился вниз, где сидел его пленник. Часовой открыл камеру и генерал с удовлетворением отметил, что с Джостаром все в порядке. Несмотря на недавние пытки.
- ДжоДжо... - с улыбкой и манерно растягивая слова заговорил Штайн. - Мы с тобой так и не достигли важного соглашения, которое может спасти твою жизнь. Поверь мне, быть учителем моих солдат - это привилегия, а не наказание. Ты будешь на особом положении как их наставник. В глубине души, я восхищаюсь твоим подвигом и дружбой с герром Строхаймом. Вот только я не герр Строхайм. Со мной ты не сможешь подружиться. Когда ты выполнишь свою задачу - тебя ждет суд за преступления против Германии и он будет предельно справедливым. Настолько, насколько может быть справедливым идеология нашего канцлера. Ведь Германия... - генерал встал и посмотрел на Джозефа, который ни проронил ни слова и лишь усмехался в ответ, - ...превыше всего.
Штайн вышел из камеры, но перед этим дал распоряжение часовому. Тот кивнул и только потом закрыл дверь. Джозеф устало облокотился на край стены и задумчиво посмотрел в потолок. Ситуация, в которую он попал была ужасной. В своей голове он перепробовал все варианты побега, но большинство из них рассыпались на части еще на самой первоначальной стадии. Джостар догадывался, что база немцев очень хорошо укреплена и защищена от вторжения. Еще во время атаки он приметил минное поле и пулеметные гнезда. Его отряду удалось форсировать этот участок, но немцев оказалось гораздо больше. Лишь благодаря поддержке хамона, Джостар угодил в плен живым. После этого и потянулись скучные, однообразные дни. Впрочем, иногда британец слышал кое-что интересное. Например о человеке, который может касанием взрывать вещи. Это было весьма... пугающе, но пока Джозефу не удалось даже встретиться с ним лично и вот этот момент настал. Дверь его камеры снова открылась и часовой с суровым видом кивнул в сторону выхода.
- Тебя переводят в другую камеру. Для особо одаренных. Личное...
- ...распоряжение генерала Штайна. Верно? - лукаво проговорил Джостар и подмигнул часовому, который на мгновение испытал легкий шок. - Ладно, что там еще он там придумал...
Британец поднялся на ноги, слегка отряхнул пыль с порванных штанов и вышел наружу. Коридор освещался ртутными дампами и был чертовски длинным. С непривычки у Джостара начали болеть ноги и он на мгновение остановился, чтобы передохнуть. Часовой повернулся и продемонстрировал ему дуло автомата, намекая на возможный исход этого отдыха. Джозеф картинно вздохнул и снова пошел по коридору, следуя за часовым. Наконец, они остановились у небольшой железной двери. Та была закрыта на электронный замок, но через мгновение распахнулась и Джостар увидел что-то вроде тестовой камеры, где когда-то содержался Сантана. Над ним собираются проводить опыты? Как над подопытным кроликом? Жаль, что его руки сейчас скованы и он не может как следует ударить этого конвоира. Было бы очень приятно.
- Входи и не задерживайся... - бросил ему в спину немец и быстро закрыл дверь, едва британец оказался внутри.
Джозеф осмотрелся и только сейчас заметил, что он был в этом помещении не один. Помимо него в нем был еще один человек. Стильно одетый блондин, который спокойно сидел на полу и уже пару минут как рассматривал появившегося гостя. Джостар сел рядом и снова облокотился о стену. Из заключенного - в подопытные кролики. Быстрый карьерный рост, однако...

+2

3

Время от времени в его голове мелькали вопросы. Где он? Как глубоко под землей? Со всеми теми вопросами, что были достаточно очевидны Йошикаге Кира разобрался достаточно быстро, еще когда его не посадили в это проклятое место, но ответы не делали ситуацию проще. Период Второй мировой войны, где же еще ты увидишь на марше нацистскую Германию с характерной символикой? Сама мысль о том, что он оказался в этом времени, заставляла Йошикаге кривиться в отвращении. Это время, когда за идеалы и цели никто не борется тихо, не уничтожая при этом целые города и страны. Не руша ничью спокойную жизнь. Однажды это мирное время еще придет, но до тех пор прольется еще не мало крови, а среди мертвых по-настоящему виновных будет едва ли достаточно.
Как он попал в это время, было уже не так важно. Это был уже не первый раз, когда Кира оказался там, где ему не стоит находиться, и в его интересах сейчас удостовериться, что не последний.
"Это занятно. Никогда бы не подумал, что немцы имели доступ к таким технологиям еще со времен войны", - думал тихонько Йошикаге, сидя в своей камере тихо и пытаясь дышать ровно. Он пришел в себя совсем недавно, когда его перевозили на своего рода каталке в это небольшое помещение. Краем глаза Кира успел насмотреться не мало на то, что происходит в других комнатушках на уровнях выше, и увиденное ему ни капли не понравилось: медицинские эксперименты над еще живыми людьми, испытания энергетического вооружения, кибернетизация живых организмов, - "Если память меня еще не обманывает, лифт проехал, как минимум, десять этажей. Сколько было их до того как я открыл глаза?"
Специальные наручники, не позволяющие заключенному опустить кисть, уже хорошо натерли запястья. Мягким местом, может, Кира и сидел на твердом полу, на усталость он жаловаться не мог, но с поднятыми вверх руками про удобство можно было забыть.
"Я вижу, что вы сделали. Конструкция не даст мне коснуться ни наручников, ни стены. Хе... Вы еще ничего не знаете", - думал Кира дальше, позволяя лишь тени улыбки появиться на своем лице. Камеры в этом помещении вряд ли были, но все же. Он был далеко не единственным подопытным в этом комплексе, своих фриков здесь найдется не мало, но среди них всех Йошикаге был едва ли не самым опасным. Он не был бы удивлен, приставь его пленители к нему побольше наблюдения. И это уже не говоря о том, что они так ничего о нем не смогли узнать, кроме зрительных фактов. Ночью в лесу на территории военного лагеря Третьего рейха словно из неоткуда объявился мужчина средних лет и японской национальности, в до боли странном костюме. Как только патрульные попытались его задержать, меж деревьев раздалось два взрыва, а вместе с этим исчезли и оба патрульных. Всего через час мужчину чудом задержали и вырубили, чтоб доставить сюда, в эту клетку из бетона и стали.
Чуть позже, когда Йошикаге более-менее пришел в себя, его навестил некий доктор. Даже сквозь тяжелые на вид очки Кира видел как этот немец смотрит на своего пленного вовсе не как на сознательного человека. Скорее как на подопытного. Человек, для которого чужая жизнь была не более, чем словом. Может быть, это в определенном смысле делало Киру с ним похожим, но в разных обстоятельствах. Все-таки Йошикаге испытывал к доктору отвращение. К немцам за все те ужасы, что они устроили. К американцам за то, во что они превратили Хиросиму и Нагасаки. Кто знает, случилось ли это здесь уже или нет, все же Кира не знал точный год, в котором он оказался, но судьбу не изменишь. Что случилось раз, то случится еще раз. Кому как не Йошикаге знать об этом?
Не выказывая сопротивления, Йошикаге сумел угомониться на время, даже дав доктору взять свою кровь на анализ. Следовало думать, простыми анализами ничего не закончится. Пока его не решили пустить в расход, Кира должен был придумать как выбраться из этого места. Как только он освободит себя при помощи Killer Queen, пути назад уже не будет.
"Killer Queen быстр, но пулю поймать он не сможет. Особенно, когда их много. И я не знаю, куда идти", - от подобных мыслей пальцы Йошикаге начинали чесаться. Убийца ловил себя на мысли, что он хочет грызть свои ногти, но даже так он просто не способен делать этого в спец. наручниках.
Дверь снова открылась. Но вместо ученого в белом халате, внутрь помещения как будто пихнули очень молодого, но аномально высокого для его возраста человека. Глаза Йошикаге смотрели на незваного гостя устало, и в определенный момент Кира даже задумался, не играет ли с ним шутку его воображение. Он уже давно не ел и не пил. Ослаб ли он так сильно, что у него в голове поселились галлюцинации? Нет, точно нет.
Уверенный в себе, юноша сел рядом с Кирой, и последний был откровенно удивлен такой наглостью. Йошикаге одарил своего нового соседа по камере убийственным взглядом, который прожег бы в человеке дырку, имей он такую возможность, но Killer Queen его трогать не стал. Теперь они хотя бы были почти на одном уровне глаз, двое заключенных. Разницей было только то, что из них двоих лишь Кира был в наручниках. Чего немцы добивались, посадив их рядом? Ожидали, что кто-то один убьет другого? Как будто оценивая своего потенциального соперника, Кира медленно поднял угрюмый взгляд к его лицу, и тогда его глаза только больше нахмурились. В иной раз Йошикаге пытался бы избегать настолько долгого визуального контакта из соображений неудобства ситуации, но на сей раз он будто завис на десять секунд. Кто это такой?..
- Как жаль, - начал Йошикаге издалека спокойным, ровным тоном, - Я ожидал, что они наконец-то вспомнят как следует содержать заключенных и принесут какой-то сносной еды и воды. Более того... Я даже не знаю, есть ли где-то поблизости туалет, чтоб как-то справить нужду, когда придет время. Но вместо этого ко мне подселяют второго пленного. Зная методы таких людей, я бы сказал, что это должен быть социальный эксперимент. Хочу ли я в нем участвовать?..
Кира отвел взгляд куда-то в сторону, едва-едва ухмыляясь одним краем рта.
- Ты не немец. И, насколько я понимаю, в этих камерах не держат простых заключенных. Им нужны только те, кого они смогут использовать как оружие в бою со своими врагами. Или разобрать на части как какой-то уродливый автомат, чтоб понять как он работает, - наконец-то взгляд Йошикаге вернулся к молодому человеку рядом, но в глазах его на сей раз не читалась угроза. Это было что-то сродни интереса, - Мне стоит начинать бояться тебя?

Отредактировано Yoshikage Kira (Вс, 14 Окт 2018 13:55:23)

+1

4

Штайн потирал руки. Через камеры, установленные в укромных местах он видел все что происходило внутри помещения. Генерал, конечно, был недоволен упрямством Джостара. Надо было не оставлять ему никакого выбора и выкрасть его мать прямо из Голливуда. Да, она сильная и способная женщина... но с ней справиться было бы куда легче, чем с нахальным Джозефом. Штайн взял папку и посмотрел данные на второго заключенного. Японец. Имя - Йошикаге Кира. Старается особо не выделяться. Весьма чистоплотен. Перфекционист. Из странностей - способность взрывать людей одним только прикосновением. Попал в плен, когда на него вышли киборги и оглушили электрошоком. Был сразу доставлен на самый нижний уровень дабы не возник риск уничтожения лаборатории. Доктор Райм провел несколько исследований и опытов, но досконально изучить природу этого мужчины не смог. Его что-то останавливало... Может быть то, что он видел в нем нечто большее, чем просто образец для испытаний?
Тем временем в камере не происходило ничего из ряда вон выходящего. Джозеф промолчал и пока ничего не отвечал своему соседу. Плен у немцев был его ошибкой и он желал поскорее оказаться на свободе. Стены и пол нельзя пробить с помощью хамона, но стекло... Мужчина встал и подошел к единственному источнику света в этой камере и коснулся их своими пальцами. Холодное как лед. Джостар быстро убрал руки и медленно начал втягивать воздух для проверки одной своей идеи. Еще Цезарь говорил ему, что пропускать энергию следует постепенно и тогда ее хватит на куда большую площадь. Стекло было идеальным проводником, а если заставить его вибрировать с нужной частотой... то можно спокойно сбежать из этой промозглой камеры. Даже с этим Дэвидом Боуи на хвосте.
- Sound Red Overdrive... - тихо проговорил Джозеф и с силой прижал пальцы к стеклу. Хамон мгновенно распространился по нему, а следом за этим послышались легкие вибрации. Материал начал медленно трескаться, но его оставшаяся фактура осталась непогрешимой. Джозеф вытер рукой пот и задумчиво посмотрел на конструкцию. Все таки немцы оказались не такими глупцами. Они установили в камере бронестекло специально на этот случай. Штайн предусмотрел, что Джозеф захочет выкинуть фокус в этом дух и именно поэтому был так спокоен, когда приказал перевести его и снять наручники. Джостар взглянул на японца и скрестил руки на груди. Сейчас ему не помешала бы помощь. Интересно, насколько безумен этот тип?
- Меня не интересуют эксперименты немцев. Я хочу вернуться домой к семье и снова жить нормальной жизнью, - проговорил британец, думая о своих родных. - Сейчас меня волнует только это. Если бы у меня была возможность сбежать, то я воспользовался ей на сто процентов.
"Воспользовался бы..." Звучит немного жутковато. Да, Джозеф привык к разным трюкам. Он не всегда был честным игроком и даже древних воинов одолел с помощью хитрости. Однако, как справиться с гитлеровской военной машиной? Тут недостаточно обычного пользования хамоном. Нужно что-то получше. Жаль, что мастер Лиза-Лиза уже не могла обучить его ничему новому. Все техники, которые он знал были самыми продвинутыми... а подъем по колонне до сих пор не выветрился из памяти. Джозеф коснулся рукой кармана и нащупал там два стальных шарика, которые он использовал в первой битве с Вамом. Зачем он вообще носил их с собой? Ностальгия? В память о Цезаре? Или просто как талисман? Джостар и сам не знал. Он достал их из кармана и снова посмотрел на стекло.
- Ты же тоже что-то умеешь? Недаром тебя посадили на самый нижний уровень этой... тюрьмы - сказал он и сел рядом с японцем. - Итак... для начала представлюсь: Джозеф Джостар. Британская разведка. Волею злодейки судьбы оказался в этом приятном месте, - на мгновение британец поднял палец и тот слегка заискрил. - Это моя способность. Я владею искусством хамона. Неплохое подспорье в битвах, но сейчас это нам не поможет. Если, конечно, у тебя нет чего-то помощнее. Ах да... тебя же еще нужно освободить.
Джозеф опустил взгляд на руки мужчины, скованные наручниками. При желании от них легко можно было избавиться. Главное, найти шпильку. В кармане нашлась скрепка. Джозеф разогнул ее и внимательно осмотрел наручники, которыми был закован японский Дэвид Боуи. На вид все было почти идеально, но потом его глаза увидели маленький зазор куда без проблем могла попасть проволока. Опустив ее, Джостар нажал посильнее и услышал легкий щелчок. Фиксатор выскочил из кольца и руки незнакомца оказались на свободе.
- Теперь мы с тобой соучастники, Боуи... - подмигнул Джозеф и кинул заряженный хамоном стальной шар в стекло, которое через мгновение все-таки рассыпалось многочисленными осколками. - Святое дерьмо... Это все таки сработало! Время использовать мой главный план, который я всегда оставляю напоследок. Бежим отсюда!

Отредактировано Joseph Joestar (Пн, 15 Окт 2018 22:21:08)

+1


Вы здесь » crossfeeling » PAPER TOWNS » Weaponized