устав проекта знакомство с администрацией роли f.a.q фандом недели нужные персонажи хочу видеть точки отсчёта фандомов списки на удаление новости

проснулся в восемь утра
думаю: "закрою шторы и поваляюсь еще пять минут"
открываю глаза - ОДИННАДЦАТЬ УТРА, БЛТ
классно пять минут прошли, просто нет слов © Adrien Agreste

Финские пограничники приняли яхту из России за «трехголового монстра» © Dipper Pines

когда вместо "финские" прочитала "филингские" и несколько секунд не могла понять, что ещё за пограничники на филинге и зачем они это делают © Ochako Uraraka

пограничники - это модераторы
а российская яхта - это гэвин и диппер, когда они творят какую-нибудь хрень хд © Dipper Pines

Смотрю на список релизов игр, которые я ПРЯМ ЖДУ.
Надо выкинуть из расписания всякое ненужное.
Ну, типа... СОН.
СОН НЕ НУЖЕН - ТОЧНО. © The Hunter

сижу и облизываю картиночку с коллекционкой сайберпанка77. хочу фигурку. и кейс. и вот это всё. уже готов отдавать деньги. © Brock Rumlow

Судя по грохоту, на потолке кто-то упал.
Кто-то или что-то. © Alice Morgan

зарплата пришла! © Izuku Midoriya

Бартон, а Бартон.
А запусти теперь стрелу себе в жопу самостоятельно.
Я ХОЧУ НА ЭТО ПОСМОТРЕТЬ © James Barnes

доказательство того, что Бартон тянет кота за яйца и сыплет соль на рану: Лена, едва зарегистрировавшись, тут же заинтересовалась, что это там за Бартон и почему он ещё не Бартон, а только вздыхает. © Brock Rumlow

Брок главный палильщик вообще © Yelena Belova

причем бартон появился и быстро слинял, оставив бедную-несчастную наташу с тремя дружочками-пирожочками из гидры.
как же так, бартон? © Natasha Romanoff

Придется спасать Бартона.
Нельзя позволить что бы прекрасная морда Реннера страдала от рук всяких там. © Alice Morgan

Чувствую себя как тот самый розовый гусь, который смотрит в окно © Margot Verger

вампирья арфметика проста и прогрессивна: взамен одного закрытого эпизода создаются два новых.
И куда в нас лезет х) © Herbert von Krolock

гэвин рид отстреливает ведьмачий зад смотреть без регистрации и смс
звучит как неплохое название для офигенной ау © Dipper Pines

кажется, хомуре пора заказывать похоронную процессию под долгами © Dipper Pines

- Что? Ролевые? Это для детей!
Официант! Два бокала говна этому джентльмену! © Margot Verger

ощущаю себя так словно у меня остался 1 из 100 хп. © Izuku Midoriya

О том, что перед ним особа как минимум княжеской крови Геральт понял даже не по одежде и охране, которые окружали хрупкую фигурку плотным кольцом. Он часто бывал на приёмах – чаще тем хотелось бы – вращаясь в кругах императоров, королей и придворной элиты, отнюдь не только на уровне приёма заказа, что было бы порой куда проще. Геральт пил с ними, вёл светские беседы, спорил, а один из них всё порывался, да и до сих пор порывается отрубить ему голову, за дерзость, которую ведьмак отнюдь не стеснялся при нём выражать. Их манеры, повадки, жадные, горделивые взгляды уже давно впились и проросли по телу, точно побеги хищного плюща, и теперь взгляд выуживал монарших особ ещё задолго до того, как ему произнесут все их титулы. Это стало почти таким же рефлексом, как чуять бруксу в обличии простой женщины... читать дальше
GAVIN REED, DIPPER PINES, CIRILLA, GERALT, JACOB // кроссовер, nc-21
Солнце разлито в в воздухе, разбрызгалось золотистыми каплями пчёл по чуть колыхающемуся горячему воздуху, где запах разогретой травы смешался с тёплым дыханием мёда на летнем окне.

crossfeeling

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » crossfeeling » FAHRENHEIT 451 » you save everyone (but who saves you?)


you save everyone (but who saves you?)

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

you save everyone (but who saves you?)
неожиданный ангел-хранитель // попавший в передрягу староста класса

http://funkyimg.com/i/2LiSL.jpg

«

иногда даже такому бравому хранителю талисманов, как адриан агрест, необходима помощь.
точнее, шанс на спасение собственной жизни, которую ему вернули относительно недавно, дабы искупить вину своих родителей.
потому что монреаль совсем не рад тебе, юный защитник добра и мира во всем мире. не рад твоим силам и твоим чистым помыслам.
однако помощь, как известно, приходит оттуда, откуда ее совсем не ждешь.

»

+2

2

Imagine Dragons - Dancing In The Dark
...Рассвет окрашивал все вокруг в ярко-алые оттенки - и особенно могильные плиты. Этим ранним утром на кладбище Парижа было, конечно же, довольно пусто, уж слишком еще рано. Тишину разрывали лишь порывы ветра... да шелест опавших сухих бурых листьев под чьими-то ногами, включая его собственные. Лишь всего один человек здесь был сейчас. Услышав чьи-то горькие плохо скрываемые всхлипы, Хьюго поднял голову и увидел девочку. Точнее, девушку-подростка, лет пятнадцати-шестнадцати. Темные волосы собраны в хвостики, черная кофта поверх белой рубашки, черный галстук, юбка, гольфы, туфли - все черное. Ее глаза были очень красными и опухшими, и она казалась все еще неиссякаемым родником слез, горьких и отчаянных. Хьюго вздохнул и нахмурился, но осуждал, конечно, вовсе не ее. Он знал ее лишь со стороны и никогда не говорил с ней за этот месяц.
Она была еще все-таки ребенком. И она недавно похоронила мальчика, которого любила.
Дети не должны хоронить своих друзей.
[Иногда Хьюго было немного стыдно за то, что в свое время позволил Изабель похоронить его, хотя Старейшины и предлагали выбор - стать ангелом или все же остаться со своей новой семьей. И он отчасти хотел, но у двенадцатилетнего Кабре в голове вспыхнула мысль о том, что было бы очень правильно помочь тем детям, что получили столь же тяжелую судьбу, какая выпала ему...]
Хьюго взглянул последний раз на плиты семейства Мельесов, поднял лицо к небу, вдыхая призраки грядущего дождя, а потом подошел к девочке.
Он не мог, да и не видел смысла что-то говорить что-то Маринетт Дюпен-Чен, она ведь увидит лишь маленького, по сравнению с ней, мальчика. А ему было уже заранее стыдно, и перед ней, и перед Адрианом Агрестом, перед чьей могилой на коленях уже сидела девочка и которого Хьюго предстояло оберегать, - Старейшины не велели ему пока возвращать Агреста в Париж, решив, что именно он должен избавить Монреаль от нечисти, что наводнила канадский город...
Хьюго вздохнул, опустился и молча вложил в ее руку платок. А после, встретив ее удивленный взгляд, посмотрел виновато, поднялся и ушел.
***
...Ранняя осень - время волшебное. Даже в Монреале. И хотя Канада была в некотором роде этакой маленькой Францией, погода в Монреале и в Париже разительно отличалась. Совсем скоро тут пропадет вся красота и тепло, станет пасмурно и промозгло холодно.
Но сейчас в прохладный день город и в частности школу да двор при ней заливал яркий мягкий золотой свет солнца, даря детям и остальным жителям последние ласковые прикосновения к лицам и ероша волосы.
Хьюго огляделся по сторонам и потянулся, разминая спину и руки. "Маячок" хранителя точно чувствовал и знал, где именно в толпе учеников, что тихо роятся вокруг, находится его новый подопечный, но Кабре все равно скользнул взглядом по сонным лицам окружающих, пытаясь высмотреть белокурого юношу.
Забавно, до странного взрыва энергии в Париже Старейшины совсем не обращали внимания на существование талисманов, даже по сути не знали. Зато потом вспышка вызвала их неумение любопытство и они все шустро расследовали. Ну, или не все. Феномен магических украшений из Китая они так и не смогли до конца разгадать. Зато Хьюго теперь знал почти все о геройствах [и оплошностях] гурьбы детишек во французской столице. Вообще-то, живя в Париже, Кабре воочию порой видел схватки Ледибаг и Кота Нуара против всяких одержимых. Но Старейшины отчего-то не чувствовали и не могли отследить той энергии, что поддерживала этих ребят, словно им, Старейшинам, мешала какая-то защита. Говоря начистоту, Хьюго своему начальству в последние годы доверял не до конца и считал некоторые их поступки опрометчивыми. Потому думал, грешным делом, что это, возможно, к лучшему, что Старейшинам и Чистильщикам что-то мешало встрять в дела парижских подростков-магов, героев. Хьюго будет проще работать... Да и вообще... стирать детей за ошибки - дикость.
Однако, пора бы поспешить. Во-первых, найти первый контакт с подопечным, а во-вторых, на урок. Так что Хьюго еще раз потянулся и попробовал достать руками до неба, сияющего лазурью и золотыми бликами от солнечных лучей, а потом подошел к Адриану и "робко" подергал его за рукав пиджака:
- Привет, - Хьюго смущенно улыбнулся. - Это ведь ты староста Адриан Агрест? Меня зовут Хьюго Кабре. Извини, если я помешал. Просто классный руководитель сказал, что в первую очередь стоит обращаться к тебе, хоть ты и старше на три класса... сказал, что ты не так давно был новеньким в коллеже и... поймешь лучше всего. Я на месяц опоздал с зачислением и вообще раньше сидел на домашнем обучении. Ты наверное особенный, раз так быстро стал старостой. Не поможешь мне найти кабинет, куда мне нужно на первый урок? Коллеж такой большой, опасаюсь потеряться, - Хьюго смущенно улыбнулся, всем видом стараясь выразить беспомощность младшего новичка.

Отредактировано Hugo Cabret (Ср, 19 Сен 2018 00:41:33)

+2

3

https://i.pinimg.com/originals/d8/7c/df/d87cdf17010777cbcf191621a73d83db.gif

знакомым ветром все слова по углам.
остынет свет, ломая тень пополам.
снова дождь и снова медленней шаг -
почти как раньше,
только что-то не так.

Монреаль распахивает двери навстречу осеннему солнцу слишком поздно — месяцем раннее здесь все поголовно укутывались в теплые шарфы и грели пальцы о бумажные стаканчики с кофе из Старбакса, который находился в шаговой доступности от колледжа в пару коротких и вполне досягаемых в пешей прогулке метрах. Он до сих пор помнил, как острый холод пронзил его насквозь, стоило только открыть ему глаза и болезненно сощуриться от посеревшего в небе солнца над головой. Кажется, Адриан Агрест тогда каким-то немыслимым чудом добредает шатающейся походкой [ словно за пару часов до этого его хорошенько огревают старым металлическим подсвечником по затылку ] до ближайшей трассы, которая и приводит его в огромной город не менее огромной северной страны. В котором погода сменялась настолько же быстро, как день и ночь сменяли друг друга в неиссякаемых сутках. Вот сейчас, например, вновь стало по-осеннему тепло, хотя к началу второго осеннего месяца более холодная погода пришлась как-раз бы кстати. В Париже каждое время года проходило мягко, без нажима и головной боли, стучащей назойливым молоточком по вискам от резкой смены климата. В Париже было иначе буквально все, но к канадскому Монреалю все же придется привыкнуть тоже, особенно когда выбора иного совсем и никем не предоставляется. Даже самой судьбой, которая пускай к нему и была благосклонна, однако нет ничего хуже быть в кругом одиночестве в незнакомой для тебя стране. И, что самое паршивое, Франция отвергла своего беглого сына полностью, предпочитая не верить ему на той стороне телефонного звонка.

Шум во дворе колледжа Доусона не смолкал. Он был гораздо больше родного сердцу 'Франсуа Дюпон', но, тем не менее, здесь учились тоже хорошие люди, которые представляли из себя крайне занимательных личностей, которые абсолютно так же восторженно визжали при виде новоиспеченных героев Монреаля, которыми довольствовались лишь на цветастых картинок известных комиксов. Особенно при виде него, что ставило Адриана Агреста в тупик — во Франции все лавры почета и любви ловила на себя Леди Баг, здесь же о ней не знали практически ничего. Разве что до сих пор оставляла за собой шлейф огромных вопросов реакция более старшего поколения, которая, важно поправив на переносице очки, коротко бубнело себе под нос что-то похожее на 'опять началось'. Агрест намеревался когда-нибудь узнать все точки планеты бывших дислокаций чудесных супергероев, однако эта информация по своей важности значительно уступала тому вполне ясному и осознанному факту, что в этом городе жили очень страшные и опасные существа. И что людей стоило спасать в срочном порядке. Только вот учебу он себе по вполне явным причинам — чем не причина остаться сиротой при живых родителях, которые давно свыклись с твоей смертью, отправив мысленно и документально в мир мертвых? — запускать Адриан не был намерен. Сейчас по расписанию следовала урок французского языка, который начнется через десять минут. Вел его директор школы — очень широкий души мужчина месье Филион, с которым Агрест находит общий язык сразу же. И который, как хочется верить самому Адриану, назначил его старостой не просто из-за своего отношения к нему. Аллан давно пришел и сразу же отправился на поиски ближайшего автомата, дабы купить себе воды и пару шоколадок; Аллегра и Клод как всегда опаздывали. Эта парочка была в своем репертуаре.

Адриан долго всматривался в высокий, похожий на церковный, купол колледжа, подставляя лицо ласковому прохладному ветерку. Здесь было чертовски хорошо: он был готов простоять так час, два, но скоро заведенные настенные часы объявят о начале занятий, так что медлить дальше было нельзя — месье Филион будет совсем не рад такому поведению со стороны доверенного им же лица. Нууру как бы невзначай витал на тоненьких крылышках рядом с ним, и с легкой улыбкой смотрел на своего юного мастера, который не был обременен проблемами тьмы. И, когда Агрест поправляет сумку на своем плече и ступает вперед, начиная движение к зданию, залетает ему в карман темного пиджака, оставляя за собой дорожку сиреневого волшебства. Он теряется в толпе таких же, как и он, студентов, прикрывая зеленые глаза и тут же открывая их вновь, когда ощущает, когда кто-то его дергает за рукав и хочет привлечь к себе внимание. Сердце Адриана на секунду пропускает удар, — ему начинает казаться, что его квами хочет что-то ему сказать, забыв о том, что раскрываться им категорически запрещено и крайне нежелательно, но когда оборачивает голову в сторону нарушителя его спокойствия — лишь видит на месте маленького мальчика, который смотрел на него с видимой толикой надежды. Вероятно, ему нужна была помощь. — И тебе привет. Да, я Адриан Агрест. Приятно с тобой познакомиться, Хьюго, — Агрест улыбается искренне, солнечно, как только он может. Фальшивить он просто-напросто совсем не умеет / умел когда-то давно, когда чувствовал на сердце черные когти, и требовалось сохранить свою истинную личность в строгой конфиденциальности — хотя и хотелось иногда сказать ей, кто он есть на самом деле, благо до стадии 'зашей себе рот на замок в прямом смысле этого слова' он дойти так и не успел. — А какой у тебя класс? — этот мальчишка казался ему хоть и милым, но все же потеряшкой, которого стоило приспособить к обществу, как он сам пытался к нему привыкнуть пару лет тому назад, когда он сбежал в свой первый коллеж без отцовского на то разрешения. — Ох, так ты в классе мадам Кампбелл? Тебе очень повезло — она очень хорошая.

Он касается ладонью Хьюго под лопатками и ведет через главный вход вперед, как самый настоящий старший товарищ и верный помощник во всех первых начинаниях. — А еще аудитория твоего класса находится по-соседству рядом с моей, на третьем этаже. Любое изменение в расписании можешь увидеть здесь, — Адриан указывает в сторону электронного стенда, около которого столпилась гурьба подростков, в слепой надежде мечтающие увидеть на сегодняшний день хотя бы на один урок поменьше. — А сейчас, если мы хотим успеть до звонка, то нам следует поспешить, — тихо смеется он, прежде чем взять резво мальчика за руку и понестись по лестницам наверх, заворачивая по коридорам направо. Все-таки, с аудиториями им двоим очень повезло — шкафчики находились в шаговой близости от классных комнат, а также прямо друг напротив друга. И пока новый ученик разбирался с кодовым замком и учебниками на своей полке, Агрест опирается плечом на соседние из них и как-то задумчиво протягивает. — Знаешь, я тоже когда-то был на домашнем обучении, — махнув головой, он старательно отогнал настолько грустные и явно ненужные этому мальчику проблемы в сторону. — Прости. Мысли в слух. В общем, здесь находится твоя аудитория, — он приотворяет дверь в светлую комнату, где весело шумели дети, пока их учительница по математике отсутствовала на перемене. — Если что-то потребуется — дай мне знать, хорошо? Я нахожусь рядом, так что, если что — зови. Тем более, — Агрест повел плечами. — Здесь еще много чего интересного, что я тебе не показал. Отличного начала тебе дня, — помахав своему маленькому знакомому, Адриан со звонком ступает в сторону своего кабинета, пропуская перед собой несущихся галопом Аллегру и Клода, что бегло здороваются в тяжелом дыхании с ним, и закрывая за собой дверь. А ведь даже не верится, что этот день принесет ему массу сюрпризов.

+3

4

Hurts - Wings
...Все подопечные разные. Не все готовы сразу дружить. Хьюго, узнав, что надо будет оберегать мальчика пятнадцати-шестнадцати лет, немало волновался. Подростки часто строптивы и недоверчивы, а к тем, кто младше, вообще не испытывают интереса пообщаться. И хотя на деле Хьюго уже намного больше лет, чем кажется, он ведь не имеет права раскрывать себя. По крайней мере, до определенного момента. Кабре даже, вообще-то, хотел принять облик постарше. Но Старейшины решили, что это не очень уместно, потому что в Париже у Агреста в последний год был близкий друг, с которым Хьюго был похож как две капли воды, если надевал "маску" подростка.
Впрочем, опасения Кабре, кажется, оказались напрасны.
Он чувствовал волну страха, исходившую от подопечного, но когда Адриан повернулся, наконец, и увидел, кто его одернул, то на его лице отразилось облегчение и дружелюбие.
— И тебе привет. Да, я Адриан Агрест. Приятно с тобой познакомиться, Хьюго, — лицо Адриана украсила доброжелательная улыбка. Хьюго в ответ улыбнулся в той же манере и протянул свою небольшую ладонь для рукопожатия.
— А какой у тебя класс? — спросил Адриан. Хьюго в хорошо отрепетированной растерянности подал ему листок с расписанием, а сам, смущаясь, запустил пятерню во взъерошенные и без того тёмные мягкие волосы, приводя их в еще больший беспорядок.
— Ох, так ты в классе мадам Кампбелл? Тебе очень повезло — она очень хорошая.
- О, спасибо, ты внушаешь мне надежду на лучшее, - искренне ответил Хьюго. Адриан подтолкнул Хьюго ладонями под лопатки, и с крохотной долей сожаления о том, что в такую чудесную погоду им придется тухнуть в учебных кабинетах, Хьюго послушно поспешил, ведомый им.
— А еще аудитория твоего класса находится по-соседству рядом с моей, на третьем этаже. Любое изменение в расписании можешь увидеть здесь, — говорит Агрест, Хьюго следит за его взглядом и замечает стенд с расписанием, а также кучку ребят, некоторые из которых ворчали насчет того, что уроков безбожно многовато для такого дня. Хьюго чуть заметно улыбнулся и снова повернулся к Адриану, а тот схватил его за руку и с тихим смехом резво потащил дальше по лестнице. — А сейчас, если мы хотим успеть до звонка, то нам следует поспешить.
Наконец, они оказались на нужном этаже, Хьюго стал подбирать код на замке шкафчика, сверяться со списком предметов и учебников по ним на сегодняшний день. Адриан ждал его и вдруг произнес будто бы немного задумчиво: — Знаешь, я тоже когда-то был на домашнем обучении, — это заставило Хьюго отвлечься от шкафчики, хотя впрочем он и так уже выбрал то, что нужно. Хьюго растерянно улыбнулся, с радостью отмечая про себя то, что Адриан практически сразу готов доверить Хьюго "секреты" своей прошлой жизни.
Однако с другой стороны - в глазах подопечного, если быть достаточно внимательным, можно заметить тень тоски по дому и горечь одиночества.
Хьюго перед вступлением в должность Хранителя этого мальчика узнал все, что смог, от Старейшин. И он знал, что Адриану пришлось крайне не легко. Никому не пожелаешь такой судьбы. Она ломает жизнь и психику человеку на долгие годы, а иногда и навсегда. Хьюго надеялся, что не выдал свою тревогу за его боль - какую чувствовал за всех подопечных, всегда, с первых дней, словно еще один родитель, брат, дедушка, кто угодно.
Адриан тут же осекся:
— Прости. Мысли в слух. В общем, здесь находится твоя аудитория, - Адриан приоткрыл дверь одного из кабинетов, и Хьюго заглянул в свою аудиторию. Но прежде, чем войти, потряс руку Агреста двумя своими и ответил:
- Тебе совершенно не за что извиняться! Спасибо, что провел меня и показал все, что нужно.
— Если что-то потребуется — дай мне знать, хорошо? Я нахожусь рядом, так что, если что — зови. Тем более... Здесь еще много чего интересного, что я тебе не показал. Отличного начала тебе дня, — продолжил Адриан, и Хьюго бодро улыбнулся, надеясь, что это принесет подопечному капельку хорошего настроения.
Как и горсть небольших конфет в веселых цветных обертках, оставленная тайком при рукопожатии в ладони Адриана руками Хьюго. А ведь раньше таким и другими трюками не давал, а крал, но все давным-давно изменилось.
- Ну, или почти все, - продолжил свою фразу Кабре. - Я с большой радостью буду обращаться, если ты действительно не против. И тебе отличного дня!
Хьюго светится дружелюбием и бодростью, и затем они оба со звонком вошли в свои классы.

Отредактировано Hugo Cabret (Вс, 16 Дек 2018 03:42:57)

+2

5

мир мой рухнул, я из него бегу, чтобы оказаться на берегу,
где гребни волн касаются облаков, и всё неистовствует - а мне легко

[а мне легко]
https://i.gifer.com/5uY5.gif https://68.media.tumblr.com/41e7f2b01b8d1667da2fdbbc199cf4a2/tumblr_nyvq38l0SY1tk5hpho1_r2_250.gif

Колледж помогал ему избавиться ото многих душевных тягостей жизни [ не всех, конечно же, — одиночество по сей день продолжает сжимать в своих плотных тисках ему душу, от которой, несомненно, хотелось избавиться, да вот только было это практически невозможно в городе, который предстоит назвать на долгое время родным ]. Здесь Адриан Агрест мог почувствовать себя по-настоящему живым и для кого-то очень даже значимым — для таких, например, как Хьюго, который оказался даже очень благодарным славным малым. И это несмотря на то, что людей, которых он встречал на своем пути, редко его одаривали в принципе хмурым взглядом, что мог проклясть, пожалуй, на века. Конфеты оказались на редкость даже очень вкусными — сладости Адриан ел крайне нечасто и скудно под строгим взором отца-модельера, который хотел взрастить идеальную модель собственного бренда; в Монреале же он позволял себе немного вольностей, но именно немного, когда Аллан насильно его утаскивал в кофейню к матери, чтобы опробовать новую вкусняшку по фирменному рецепту семьи Монтгомери. Однако оставалось загадкой для Адриана то, каким образом они оказались у Кабре в руках во время рукопожатия. Хотелось все списать то ли на отличное владение мальчишкой приемами фокусов, то ли на свою же невнимательность, и, пожалуй, да — он обвинит во всем самого же себя, так как магии и прочих чудесностей жизни ему хватает с головой. Спросить об уровне колдовства у ребенка было бы для него буквально чересчур. А вот последовавшая пара уроков оказались достаточно обыденными. Ведь сложно было узнать для себя что-то новое и интересное во французском языке, когда для тебя он является родным с самого твоего появления на этот белый свет.

Странности он начинает замечать еще в двенадцать часов дня, когда город за окном начинает покрывать неестественным туманом, который Агрест видел разве что в морозную температуру сурового зимнего дня единственный раз в своей жизни, когда они с отцом были на показе мод в Москве в феврале несколько лет тому назад. Тогда было жутко холодно / тогда ему хотелось очень сильно вернуться домой во Францию, но он с мужеством пережил всю эту неделю в суровой стране с ее не менее тяжким для парижанина климатом. Но сейчас же он взглядом провожал уходящее за тучи лучи канадского солнца южного города, однако, быть может, он мало что знал о местной погоде и поэтому зря себя накручивает? Зажмурив глаза под звон звонка на перемену в коридоре, Адриан тихо вздыхает, убирая с подперевшей ладони голову свою щеку. Настало самое любимое время всех студентов колледжа — ланч-тайм, длиной чуть ли не в целый час, когда каждый был представлен самому себе. В основном, они с Квантиками предпочитали обедать вместе, но, кажется, сегодняшний день станет исключением из правил — Аллегра, Клод и Аллан входил в оргкомитет, ответственный за проведение в колледже праздника Дня Благодарения, что состоится уже через неделю. Поэтому сегодня они решили потратить свое драгоценное время с перекуса на прогулку по магазинам, закупая материалы, которые могли бы потребоваться для подготовки торжественных мероприятий во дворе в средневековом стиле. Можно было навесить Хьюго в соседнем классе, успокоив самого же себя, что он, как староста, все делает правильно. Облажаться и в этой жизни тоже Адриану Агресту не хотелось от слова совсем.

— Здравствуйте, мадам Кампбелл, — здоровается он с молодой женщиной в классе напротив, проходя в практически пустую от детей комнату ближе к сидевшему за партой своему новому приятелю. — Как ты, Хьюго? У тебя все тут хорошо? — улыбнулся он ему. — Раз у нас есть свободное время, то давай продолжим нашу экскурсию по колледжу? Как раз заглянем в наш кафетерий. Там, вроде как, готовят неплохую еду, как по мне, — повернувшись, он зашагал в сторону выхода из аудитории, понимая, что у мальчика Хьюго Кабре попросту нет выбора. Да и навряд ли он откажется от этой затеи, выбирая взамен ему спокойный час в тишине вдали от суеты. Хотя, с другой стороны, это звучит достаточно неплохо. По пути до обеденной зоны на первом этаже, он успевает показать важные достопримечательности учебного заведения — от библиотеки до актового зала, в котором на данный момент времени проходила репетиция открытия предстоящего праздничного дня. С дамами сердцами и рыцарями; с королем и королевой — все, как и подобает духу того самого благородного века. К этому времени, как рассчитывал Агрест, очереди в столовой должно стать меньше. И ведь не прогадал. — Не расскажешь пока что о себе? Ты местный или откуда-то переехал? — спрашивает он мальчика, когда они с полными подносами еды садятся за столик около окна. О разговоре по душам Адриан права настаивать не имел, однако кто знает — вдруг Хьюго захочет с ним поговорить, и они, в конечном итоге, смогут познакомиться поближе? Правда, придется заранее вспомнить заранее заученную биографию своей жизни, о чем Кабре, вполне вероятно, поинтересуется в ответ. Навряд ли он поверит ему на слово, если представится тем самым Адрианом Агрестом, который погиб несколькими месяцами тому назад, если он следит за всеми новостными мировыми сводками мира моды. А вот всего лишь его полной тезкой и однофамильцем — в самый раз.

— Кстати, здесь есть одно очень приятное местечко, о котором мало кто знает. Хочешь, покажу? — спрашивает он после обеда, и, дождавшись кивка юного студента, отправляется с ним на самый верхний этаж здания. На самом деле, вход абсолютно каждому именно сюда был закрыт, а ключи от дверей находились только у единицы студентов, как минимум, у него и троих его друзей наверняка — на светлом чердаке с огромным балконом располагался удивительной красоты зимний сад с фонтанами. Здесь они с Квантиками каждый раз обсуждали вопросы, касающиеся защиты Монреаля и последующей координации действий друг друга. Под умиротворенный звук воды на фоне это происходило лучше всего. — Отсюда виден практически весь город. Если пожелаешь, могу приводить тебя сюда тогда, когда тебе этого захочется, — добавляет он, слегка качнув головой. Казалось бы, вот оно — хорошая нота, на которой ни бы могли разойтись каждый по своим аудиториям, но громкий женский крик поблизости и странные резкие хлопки словно бы по стеклам, заставляют Адриана навостриться и спуститься с чердака по лестнице вниз, аккурат прикрывая за собой дверь, чтобы не испугать Хьюго запыхавшейся Мелиссой, — его одноклассницей, — которая держится за грудь и пытается отдышаться, затормозив около старосты школы. — Что с тобой? Мел, это ты кричала? Что-то произошло? — на что девушка хватается за его предплечья и чуть ли не рыдая говорит о том, чтобы тот посмотрел в окна вниз, причем срочно. С волнением в сердце набрав воздух в легкие, он вновь поднимается на чердак, где видит осеревшую толпу людей, что долбили руками в окна и двери с нечеловеческим криком на губах, пока по улицам ходили словно восставшие из могил трупы живых людей. Они были словно под гипнозом; они были словно зомбированы и пытались по чьей-то немой указке свыше _ снизу дорваться до напуганных учеников и персонала колледжа. А самое ужасное заключалось в том, что по прическам и одеждам среди одержимых Адриан узнает их. — О, нет, ребята, — закусив нижнюю губу и сжав кулаки от подбирающегося по спине легкого чувства страха за свою же команду, Агрест понимает, что все это не похоже на флешмоб чей-то дурацкой шутки. Здесь было замешано нечто серьезнее и куда опаснее.

Он чувствует девушку за спиной, которая поднялась следом за парнем и будто бы ожидала от него дальнейших указаний. И Адриан Агрест понимает, что больше нельзя терять ни минуты времени. — Мел, займись школьным радио. Оповести всех, чтобы закрыли все окна и чтобы никто никуда не выходил, — судя по звуку каблучков, что в беге удалялись от него, одноклассница решила прислушаться к его совету. Повернувшись к Кабре, он опускает ладони на его плечи, чтобы без паники ему объяснить, что все обязательно будет хорошо. — Хьюго, обещай мне остаться здесь, хорошо? Либо я могу отвести тебя в твой класс, но пока все не уляжется — не покидай территорию колледжа, — оставив маленького студента в безопасном месте, Адриан спускает по лестницам в самый низ — в подземные коридоры школы, в темени которых не было никого видно. Значит, он был здесь совершенно один — это было Агресту как-раз на руку. Нууру выныривает из кармана пиджака его формы и с кротким 'мой мастер, мы должны их остановить!', оказывается напротив лица своего хозяина. — И мы обязательно это сделаем. Нууру, дай мне крылья!

+2

6

...Хьюго ощущал особый душевный подъём - как всякий раз, когда контакт с новым подопечным складывался быстро и легко. Адриан Агрест явно был тем, кто готов был отдавать все свое сердце людям, лишь бы его сердце грели добрыми мягкими руками, а не сжигали дотла. Мягкосердечный мальчик, что нуждался в заботе... и отдыхе.
Но даже сейчас, после мнимой смерти в Париже в августе, в новой жизни - этот юноша, ещё можно сказать, ребенок, по сей день никакого толкового отдыха не получает. Наоборот, расплачивается за все прегрешения. Может, какие-то свои, но в гораздо большей степени - за грехи родителей. Ужасно...
И Хьюго хмурится, понимая, что вынужден будет врать подопечному до последнего, пока тот не соберет все детали пазла в одну картинку. Как Хьюго будет смотреть ему в глаза, когда Адриан поймет, что его опять кто-то использовал?.. Кабре тяжело вздохнул и перевел взгляд к окну, возле которого сидел, пытаясь отвлечься.
....Уроки проходили плавно и спокойно. Но в двенадцать часов Хьюго вдруг заметил за окном странный тяжелый серый туман. Явно не к добру. Какая-нибудь ведьма наложила проклятье?.. Едва ли стоит верить в то, что это всего лишь обычное ухудшение погоды...
Но тем не менее, ещё час-два ничего странного и пугающего более не происходило. И Хьюго был почти готов вздохнуть с облегчением. В начале ланч-тайма длиной почти в час за ним зашел Адриан и предложил показать остальную часть коллежа. Хьюго с радостью согласился: нужно было продолжать налаживать прочную нить связи с подопечным, научить его доверять Хьюго...
Так же они зашли в кафетерий и перекусили.
— Не расскажешь пока что о себе? Ты местный или откуда-то переехал? — спросил Адриан, когда они с подносами еды уселись за столик у окна.
- Я из Парижа. Мистер Филион сказал, что ты тоже оттуда, - ответил Хьюго, чуть улыбаясь и жуя сэндвич. - Здоровье у меня не очень, как и у мамы. Она... Она умерла, впрочем, когда мне было два с половиной года. Так что я ее не особо помню. Мне папа рассказывал. Потому он боялся отпускать меня учиться в школу, будучи уверен, что я могу заразиться там чем угодно. И тоже его покину. Но работа заставила его переехать в другую страну и научиться верить в меня. И отпустить учиться со всеми другими, потому что ему уже не хватало времени, чтобы постоянно смотреть за мной. Сейчас он отъехал за остатками вещей, а за мной просматривает его троюродная сестра.
Вот так легенда. Впрочем, в ней были крупицы правды из его прежней жизни...
...После перекуса в кафетерии они отправились в некое особое место, о котором Адриан сообщил почти шепотом, заговорщическим голосом. Хьюго улыбнулся и последовал за ним на чердак, который был совсем не похож на остальные обычные чердаки. Ведь тут был чудесный зимний сад, с фонтанами.
— Отсюда виден практически весь город. Если пожелаешь, могу приводить тебя сюда тогда, когда тебе этого захочется, — предложил Адриан. Хьюго отпустил с губ тихий восторженный выдох. Это даже лучше, чем его башня на вокзале, потому что там, в тысяча двадцать девятом-тысяча тридцать первом годах, в башне, приходилось быть очень ловким, вертким и осторожным, дабы тебя в твои жалкие десять-двенадцать лет не размозжило в мокрое пятно огромными шестеренками... здесь спокойно и безопасно.
- Буду очень рад и благодарен, - почти что шепотом ответил Хьюго, коротко глянув на Адриана.
Вдруг раздался чей-то испуганный вскрик, явно девичий. Адриан поспешил выйти, но через мгновение вернулся, и за ним следом вошла бледная девушка. Хьюго решил на всякий случай спрятаться по другую сторону от Адриана, опасаясь, как бы девушка не ругала Адриана за то, что тот привел в это явно секретное место младшекурсника. Но, скорее всего, произошло что-то из ряда вон, так что этой особе вряд ли сейчас дело до Кабре. Так что Хью решил тоже взглянуть в окно. Там, внизу, в тумане, собралась толпа людей, которые выглядели подобно живым мертвецам. Хьюго изумленно округлил глаза и приоткрыл рот. Адриан попросил девушку, которую, как оказалось, зовут Мел, отправиться в кабинет школьного радио и оповестить весь коллеж по громкой связи, чтоб никто никуда не выходил. Мел ушла, а Адриан положил ладони на плечи Кабре:
— Хьюго, обещай мне остаться здесь, хорошо? Либо я могу отвести тебя в твой класс, но пока все не уляжется — не покидай территорию колледжа, — обеспокоенно попросил Агрест.
- Хорошо, я... Я побуду здесь, - ответил Хранитель.
"До тех пор, пока помощь и защита не потребуется тебе, ведь на самом деле оберегать пора наконец тебя, хоть кому-то," - мысленно добавил Хьюго, чуть улыбаясь, будто пытаясь убедить подопечного в том, что все в порядке и Кабре в панику впадать не собирается, что бы ни случилось.
И Адриан отправился прочь с чердака, оставив Кабре наедине с самим собой.
***
...Проблему с темной магией Агрест решил, но успел получить шишку и ссадину на лбу. Хьюго, осторожно наблюдающий за всем происходившим, принял вид постарше и нацепил черную толстовку с капюшоном, который натянул почти что до носа, едва успел подхватить Агреста, падавшего с большой высоты. Недолго думая, Кабре телепортировал его в его квартиру, положил на кровать и задернул шторы. Благо, подопечный был без сознания и даже очнувшись, вряд ли бы сразу понял, что случилось и где он находится, вряд ли в темноте разглядел бы знакомые черты в "незнакомце", что принес его домой. Исцелив не особо впрочем опасные "раны", ангел поспешил скрыться, пока подопечный не очнулся и не заметил чудака в своей обители...
***
Время бежало весьма стремительно, и вот на дворе уже царило начало декабря. Снег и иней украсили улицы, дома, деревья, холод заставлял всех одеваться как можно теплее. Правда, Хьюго почти не мерз, по крайней мере, по-настоящему, как и любые другие хранители, но по традиции его всегда охватывала иллюзия того, что он озяб, так что Кабре тоже кутался в свитера, шарфы и варежки. Играть иногда в снежки и ходить на каток было очень приятно, как и видеть радость Адриана, когда все было хорошо...
Но хорошо было непостоянно. Все же, Адриан и его друзья из Квантик Тим часто рисковали своими жизнями. И Хьюго было от этого тоскливо и страшно. Он, хотя бы, не имел возможности выбора, до смерти и становления Хранителем, а после - он уже был мертв и погибнуть снова было весьма сложно - для этого ему нужно получить стрелу темного хранителя. Эти же ребята заслужили жизнь получше и полегче, особенно Адриан, который и так за последние года три и так слишком многое пережил...
Что еще тревожило Хьюго, так это факт того, что все еще вынужден был лгать и позволять Старейшинам использовать подростков для зачистки города от демонов. Что же будет, когда Адриан узнает, что Хьюго давно уже вполне мог, по крайней мере, чисто физически, в одно мгновение, перенести его обратно в Париж?.. Если Хью придется раскрыть свою тайну, то потом он попросту не посмеет даже попросту смотреть подопечному в глаза...
Хьюго, думая об этом, шумно выдохнул на окно, которое тут же запотело от теплоты. Обеими руками он держал большой картонный стакан горячего кофе с карамельным и ореховым сиропом и маршмеллоу. И, нахмурившись, обеспокоенно смотрел в окно, наблюдая за подопечным и его командой юных героев...

Отредактировано Hugo Cabret (Пн, 31 Дек 2018 02:04:13)

+2

7

Он точно не помнит, как это происходит, но последнее, за что цепляются его остатки воспоминаний ― тяжелый воздух, бьющийся прямиком в спину во время падения, и чьи-то незнакомые руки, которые не дают ему упасть и разбиться о твердые плиты на земле насмерть. Ему не дают умереть вновь, не обрывают вторую жизнь на недосказанном полуслове. Хочется верить, что его чудесное спасение ― не галлюцинации [ мало ли какую магию успел наплести в окружающем Адриана Агреста кислороде взрыкнувший от злости перед уничтожением злодей ], и к нему поспели на помощь кто-либо из очнувшихся Квантик Команды, ведь, казалось бы, кому еще. Он открывает глаза, когда солнце, по старой _ доброй традиции, начало себе вскрывать золотые вены, дабы уснуть новым сном до следующего дня. В квартире было пусто, в квартире было практически темно ― лишь персиковые отливы на небе давали понять, что привычный дождь сменится на следующее утро ясной погодой ― рядом с Адрианом было абсолютно никого. Только несколько пропущенных звонков на телефоне от явно обеспокоенного Обри, который все же сдается и присылает ему СМС с просьбой перезвонить, как только Агрест освободиться; летающий рядом Нууру, существовании вблизи которого означает, что талисман во время падения Адриан не потерял, позволяющий ему спокойно вдохнуть и выдохнуть полной грудью от сладкого ощущения облегчения на покоцанной душе; и тишина. Он решает отправиться в ванную, где смывает с лица холодной водой остатки крови и внимательно смотрит на самого себя в отражении зеркала. И тушуется от увиденного. Его кожа была полностью цела, словно не было этого боя в одиночестве без поддержки. Неужто Адриан не знает того, о чем могут прекрасно догадываться другие? Неужели у кого-то из ребят есть способность к исцелению, о чем он попросту не мог догадываться ранее? Хороший из него хранитель, ничего не скажешь (нет). Надо будет поблагодарить их за столь действительно чудесное спасение. И не по связи смартфона, а лично ― встретившись в широких коридорах колледжа.

На следующий день он отводит Аллана, Аллегру и Клода в сторону ото всех во время перемены, чтобы сказать им 'спасибо' и выяснить все обо всем даже в самых мельчайших деталях. Однако вместо этого он лишь встречается с недоуменными взглядами, которые явно не понимали, о чем Адриан Агрест говорит в принципе. Клод на все это лишь качает плечами и говорит, что они вчера не обращались за помощью к своим квами ― они бы были рады помочь, если бы Адриан прекрасно не справился и сам. ― Правда? Вы ничего не путаете? ― недоуменно спрашивает Агрест, который решительно отказывался что-либо понимать вообще, на что получает лишь утвердительный ответ от Монтгомери, что до сих пор шуточно жалуется на ощущение разбитых костей по всему телу ― он до сих пор не отошел ото своего разбитого состояния из-за гипнотического тумана. А Аллегра, в свою очередь, тихо вздыхая, пытается разбавить обстановку и кротко напоминает им, что до звонка и урока литературы осталось всего ничего. И действительно: намедни намечались дни истории кино, которые обещались быть интересными, поэтому опаздывать на них не хотелось никому из присутствующих. Только Адриан, нахмуривший светлые брови от множества вопросов, закравшихся бессовестно в голову, значительно отстал от последовавших в аудиторию ребят. А что, если в Монреале появился еще один герой? Не такой, как они; не такой, как все, предпочитающий работать один? Хотя, если вдруг Агрест и ошибается, он не думает, что эту версию событий может показаться совершенно глупой и нелепой ― все же может происходить что угодно.

В последние дни уроки проводились намного увлекательнее, нежели обычно. Они часто зависали в актовом зале всем курсом, дабы посмотреть очередной старый фильм и разобрать каждый из них по полочкам. На этот раз героем литературных пар оказался никто иной, как сам Жорж Мальес ― знаменитый фантаст, документальный фильм о котором они сейчас и смотрели на плотном огромном экране, пока Адриан перебирал газеты на парте с историческими вырезками о нем. Пока глаза случайно не натыкаются на одно созвучное имя, которое Агресту не просто кажется знакомым, а в действительности является таковым ― Хьюго Кабре. После ситуации с раскрытием личности Леди Баг во Франции, парень предпочитает относиться ко всему более, чем насторожено, однако на этот раз, решительно прикрыв глаза, Агрест с шелестом отпускает кипу старых газет обратно на стол, прикрывая заметки об усыновленном вечном мальчике. Да, Маринетт не единожды успела доказать, что случайности не бывают случайны, но все это уже походило в реальности на откровенный бред. Квантики, кажется, уже успели посчитать его живущим в своем мирке и своей отдельной жизнью, не хватал ему ― старосте школы, главному примеру для подражания всех младших студентов, ― мучить расспросами бедного мальчика из соседней аудитории. Ведь они просто с ним полный однофамильцы ― такое бывает, поэтому будь спокоен, Адриан Агрест, это всего лишь банальное совпадение и стечение обстоятельств.

за белой вершиной кровавой зимы
бессильна здесь павшая плоть
покрытая язвами голой земли

вечность замершего страха

https://i.pinimg.com/originals/70/a6/cc/70a6cc3208bb63f9d6a07a8b4eb363f5.gif

Проходит достаточно много времени вдали от родного дома. В Канаде зима была не менее прекрасной, чем в Париже, даже более снежной. Адриан Агрест выдыхает холодный воздух выходного дня без забот и мог бы предаться самому настоящему умиротворению, если бы не осознание того, что он о сих пор находился не дома, а на находившийся под надежной защитой Монреаль продолжали нападать всем, кому только было не лень [ за это время факт неожиданного спасения из неоткуда выветрился из головы, как ни в чем не бывало, однако странности, который замечал исключительно он, но никак не его друзья, продолжали случатся с завидной частотой ]. Прерванный уикэнд под яркими фонарями и мягкими хлопьями снега очередного повелителя тьмы, ― чьим способностям могла позавидовать сама снежная королева, ― конечно же, застала их врасплох, но не настолько, чтобы дать возможностей взирающих на людей женщине из-за льда с горькой ухмылкой на губах шансы на победы. На этот раз они трансформируются и превращаются все вместе, пока люди хотят сбежать от нахлынувшего на теплую зиму мороз, казалось бы, по ощущением во все самые минус пятьдесят. Люди то и дело засыпали, падая горячим телом в лютый холод в сугробы, грозясь не очнуться уже никогда, а Квантиков, которых превращают в ледяные статуи с разницей в какие-то доли минут, злодейка обезвреживает практически сразу же, наступая вперед на Адриана, который пытался дозваться нейтральной акумы, чтобы наслать ее на противницу и заставить слушаться собственных приказов, однако все, что он делает ― устало упирается спиной в тупиковую преграду и пытается защититься. Тело отказывалось словно слушаться его, а кровь внутри превращалась в лед. Кажется, даже в супергеройском превращении бабочка может упасть в снега и околеть до смерти, но пока что он держался, стараясь сделать хоть что-нибудь через силу, что могло бы защитить и себя, и этот город тоже.

+1

8

Alan Walker - Alone [Restrung]
...Игры в снежки и веселье закончились как-то слишком резко и быстро: какая-то странная женщина то ли сама была демоном, то ли оказалась во власти черного существа, что дало ей силу управлять холодом. Хьюго, едва успевший допить почти до конца свой сладкий кофе, растерянно поморгал, глядя в окно на происходящее, поспешил пока отбросить свои мысли о раскрытии тайны и последствиях этого раскрытия. Кабре огляделся и рванул на улицу, но спрятался так, чтобы Адриан и его друзья не заметили его и не начали волноваться о безопасности "невинного беспомощного ребенка" почём зря. Натянул снова свою неизменную черную толстовку. Мнимое ощущение холода тут же стало щипать лицо и руки, пронизать все тело противными шершавыми иголками. Но на жалобы времени нет, надо быть готовым вступить, так что стоит принять облик постарше, что Хьюго и поспешил сделать.
Что-то подсказывало Кабре, что сегодня, сейчас, через считанные мгновения, тайну личности придется раскрыть, придется раскрыть все карты, и сердце оборвалось, а к горлу подкатил колючий кислый ком.
Выглянув из-за угла, Хьюго заметил несколько человеческих фигур, замурованных в ярко-синий, сверкающий голубыми, белыми и сиреневыми искрами лед. Среди заколдованных жертв Хьюго с ужасом распознал Квантиков. По сути, Хьюго по заданию Старейшин защищал и их, но главной задачей и целью его был Адриан, и, со временем наводя все больше справок, Кабре понимал и уверял себя в том, что после всех пережитых невзгод, страхов, одиночества, Адриан Агрест больше всех нуждается в защите - и меньше всех раньше ее получал. Да и сейчас, все эти месяцы, Хьюго чувствовал себя лицемером: получив задание, позволял Старейшинам использовать ребенка, который совсем недавно уже практически пережил гибель, море моральной и физической боли, в качестве воина и чистильщика.
Никчемный из Хьюго защитник детей.
Хьюго нахмурился и прикусил губу, сжал пальцы в кулаки.
Адриана заперли в тупик и вот-вот превратят Солнечного Мальчика в айсберг, об который впору было бы разбиться какому-нибудь кораблю [хорошо бы это был "Титаник" глупости, слепоты, жестокости и эгоизма Старейшин... Но даже ради того, чтоб толпа этих идиотов-псевдосвятош поняла ошибку, Кабре не станет жертвовать жизнью мальчишки!]. Хьюго "рассыпался" на много бледно-голубых искр, а затем материализовался рядом с зажатым в угол подопечным, и зло уставтлся в глаза ледяному созданию, что сотворило весь этот кошмар вокруг. Правда, порывистый резкий сильный ветер, несший и бросавший в лицо ведра колючего сухого снега, не очень позволял игру в гляделки...
- Не смей трогать моего подопечного, кто бы ты ни был! - хрипло выкрикнул Хьюго, давясь снегом и даже просто студеным воздухом. Отпихнув в сторону Адриана, чтоб он хоть немного встрепенулся и не получил острой заколдованной сосулькой в плечо или вовсе, не приведи Господь, в сердце, от взбесившейся демоницы, решившей поступить прямо противоположно требованию надоедливого "ангелочка", Хьюго затем прыгнул следом за ним, схватил за плечо... и перенесся вместе с Адрианом на чердак коллежа, в то самое красивое потайной место. Черно-фиолетовая ледышка чуть меньше первой, посланной Агресту, угодила в плечо Кабре и теперь застряла, заставляя кривить лицо в жуткой гримасе. Едва ли смертельная для Хранителя рана, не стрелы Темного Хранителя, но все равно приятного - ни капли.
Хьюго судорожно вздохнул и взглянул на подопечного виновато и несмело, словно провинившийся щенок.
- Мы спасем остальных, я обещаю, но сначала нам стоит спрятаться и придумать план, - пробормотал он, пытаясь вытащить из раны сосульку, подобную смертельно холодному кинжалу, прежде, чем Адриан успел хоть что-то сказать. - Полагаю, ты хочешь услышать объяснения на тему того... что я такое и что сейчас произошло? - тихо произнес Хьюго дрогнувшим голосом, совсем виновато опустив голову и закрыв глаза. На пол с ненатурально оглушительным звоном падали с темных волос капли воды, в которую обратился растаявший снег. По телу от холода прошла волна дрожи.

Отредактировано Hugo Cabret (Пт, 25 Янв 2019 02:40:26)

+2

9

http://funkyimg.com/i/2QbfL.gif

save me grace
i'm sick of saving face
will You hold me close?
you're all I want to know anymore

Адриан всегда хотел встретить свои поражение и смерть с распростертыми объятиями. Он не хотел позорно коснуться линии проигрыша буквально вот так — совершенно не по-геройски, зажатым в углу и не сумевшим справиться с доселе банальной / простой задачей, которая не давалась ему обычно столь огромным трудом. Для Парижа он, кажется, до конца жизни буде потерянным мальчиком в пустой могиле, который хотел лишь закончить весь этот произошедший ужас как можно скорее [ ему до сих пор было отвратительно плохо от увиденных в сети фотографий собственных фанатов, которые в тайне пробрались на кладбище Монмартр под покровом уходящего дня, чтобы в который раз удостоверить себя в подлинности его смерти и грустно вздохнуть о ней под грустным постом в каком-нибудь Фэйсбуке ]; для Монреаля он успел стать самым настоящим героем за весьма и весьма короткое время, который ни за что на свете не хотел бы на веки вечные оставаться ледяной статуей для украшения возможного царства своих врагов. Русский полководец Кутузов со своим решением подпалить Москву, дабы она не досталась никому, в том числе позарившегося на нее Наполеона, обязательно бы стал его идейным вдохновителем, если бы его таинственные недруги в действительности решили себе построить королевства изо льда. А пока что ему приходится в бессилии вжиматься в стену за собой и молиться о том, что все это — только его дурной сон. Настолько дурной, что по ощущениям напоминает какой-нибудь натуральный фильм в 7D формате.

Ожидая, что вот-вот в его сердце угодит огромный ледяной осколок, что пронзит его ребра насквозь и окропит горячей кровью все вокруг себя, мотылек зажмуривает глаза и расслабляет плечи, однако ничего не происходит. Совсем. Лишь чей-то голос, в котором слышались едва знакомые нотки чьего-то знакомого тембра, выводит его из этого подвешенного состояния. Адриан Агрест замечает перед собой вставшую в защитную позу силуэт в черном. Когда он едва успевает обернуться, Агрест в смятении прикладывает ладонь к собственной шее и прислушивается к родному дыханию легких. Этот парень был слишком похож на Гарднера Эллиота — их французского лунного кролика, который пережил слишком многое. Даже напасть со своим больным сердцем. И от которого ныне не было новостей, за чью судьбу Адриану хотелось печься больше всего, потому что ощущал себя самым настоящим предателем сейчас — покинувшим своего друга, отнявший [ на самом деле, Гард, как и все другие ребята _ герои сами отдали ему талисманы лично в руки в той последней схватке, доверяя ему безоговорочно, что он их не предаст. и ведь не предал — Бражник в его лице всегда держал свое слово и держит его и впредь ] подарившие ему новую жизнь волшебные часы и оставил на распутье после этого огромного приключения в их жизнях. Адриан Агрест умер даже для него. Поэтому то, кого он видел сейчас перед собой — было попросту нереально. Да и выглядел, откровенно говоря, чуточку по-другому, чем Гарднер успел отпечататься в его сознании в последний день своей настоящей жизни.

[ тогда кто же это может быть?.. ]

Незнакомец делает все быстро и четко. Адриан не успевает опомниться, как они оказываются в их тайном месте, о котором, казалось бы, не знал никто, кроме него, Квантик Тимы, и маленького мальчика Хьюго, которого до сих пор за глаза его одноклассники называли 'новичком'. Его спаситель, судя по скривившемуся лицу, мучается от полученного удара снежного острия, да и Агресту, откровенно говоря, было за этим наблюдать неприятно, что выдавали сочувственно-нахмурившиеся светлые брови. Присмотревшись к парню внимательнее, он для самого себя подмечает пару значительных для себя деталей, которые приводят к одному утешительному — или же не совсем? — выводу. — Хьюго?да ведь быть такого попросту не может. Чтобы хоть как-то облегчить ему боль, потому что опасно оставлять опасное орудие снежной королевы в теле — аккуратно вытаскивает ледяную стрелу, что оказалась покрыта вся багряной жидкостью, и пренебрежительно роняет ее около себя на пол. Да так сильно, что та разбивается на множество маленьких кусочков, начинающих по мановению простых законов физики тут же таять в теплом помещении. — Д-да, кажется, ответы именно на эти вопросы мне бы очень сейчас было интересно послушать, — если это был действительно Кабре, то кем же он являлся на самом деле? И неужели подозрения на его счет после статьи в газете о жизни Жоржа Мальеса оказались вполне правдивы и обоснованы? Как-то даже и не верилось, но тем не менее очевидные факты говорили сами за себя. Однако Адриан Агрест, даже скрываясь под маской таинственного героя Канады, повелевающего светлыми бабочками и носящего святой терновый венец на голове, оставался все тем же заботливым школьным старостой, пускай и его младший товарищ, как оказалось, не был так прост, каким казался поначалу.

— Ты как? Давай-ка ты лучше присядешь. Отказы не принимаются, — говорит он раненому из-за него Хьюго, которому он помогает переместиться в ближайшее кресло около зеленого уголка со всевозможными цветущими растениями. От всаженных небольших декоративных можжевельников — до кустов разноцветных роз и ярких шлюмбергеров. Если бы он хоть что-либо мог сделать, чтобы залечить его раны. Он мог, конечно же, подселить в его душу акуму и дать дар самоисцеления, но нужно ли это было самому Кабре? Как оказалось — нет. На что мотылек скрещивает на груди руки и с хитрецой смотрит на него сверху вниз. — Талисмана я у тебя не вижу. Так кто же ты есть на самом деле? Расскажи, — и пока его юный товарищ собирался с мыслями, Агрест бегло оглядывается позади себя и внимательно всматривается в заснеженные пейзажи за окном. — Знаешь, план у меня в любом случае есть. Либо я каким-то образом проникаю к себе домой и беру еще один талисман, чтобы быть чуточку сильнее, чем сейчас, — он закусывает нижнюю губу, стараясь просчитать каждое свое отдельное действие на два шага наперед. Конечно же, он зарекся использовать смешение чудесных камней после откровенной неудачи с летальным исходом у себя на родине, но как вариант — почему бы нет? И, на всякий случай, ему приходит на ум только иной план на выбор. — Либо, по старинке, что бы кто-нибудь ее отвлек, пока я насылаю на нее акуму и завладеваю ее разумом, — какой конкретно идее они последуют в итоге — решат чуточку позднее. А пока что Адриану хотелось уж очень сильно узнать о прошлом Хьюго Кабре если не в мельчайших деталях, то хотя бы большую его часть. Пока им позволяло на то время и пока мальчик желал перед ним раскрыться сам. Буквально завтра или же едва позднее этот момент может быть упущен, как улетающий в закатное солнце самолет, отправляющийся в Париж каждый вечер из международного монреальского аэропорта. Без него.

Отредактировано Adrien Agreste (Сб, 12 Янв 2019 07:10:28)

+1

10

Адриан, конечно же, очень удивлен. Хьюго не имеет навыка читать мысли, но был уверен, что подопечный на какой-то миг допустил возможность того, что с ним рядом вновь оказался его друг из Парижа. Но потом, приглядевшись, Адриан все же узнал в нем "младшеклассника":
— Хьюго? — с недоумением явным спрашивает Адриан.
- Д-да, - голос Кабре отчего-то дрогнул чуть.
Адриан нахмурился, глядя на сосульку в его плече, приблизился и аккуратно вынул ее [но Кабре показалось, что крошечный кусочек заколдованного темного льда остался в теле и если это так, то это может привести к весьма неприятным последствиям], уронил на пол рядом с собой, она разбилась с громким жалобным звоном. Это прикосновение при всей заботливости отозвалось импульсом пронзительно-тянущей боли и заставило тихо охнуть да сморщиться, стиснув зубы. Силы немного поуменьшились, поддерживать тело в состоянии возраста постарше было сейчас лишним напряжением, так что Хьюго позволил себе вернуться к привычному облику двенадцатилетнего мальчишки, дабы перевести дыхание и дать свободу регенерации.
— Д-да, кажется, ответы именно на эти вопросы мне бы очень сейчас было интересно послушать, — говорит, наконец, Адриан. Не похоже, что он сердится, но ему явно интересно, кто Хьюго вообще такой.
— Ты как? Давай-ка ты лучше присядешь. Отказы не принимаются, — проговорил Агрест, помогая Хьюго добраться до кресла. Хьюго смутился и сглотнул комок горечи вины в горле, не очень и получилось. Адриан смотрит на него чуть хитро, сверху вниз, но не надменно, в этом есть что-то покровительское. Забавно выходит...
[Рана постепенно начинает затягиваться, и это отлично, хотя мало кто, кроме самих Хранителей, в курсе, что сам процесс ускоренной регенерации тоже несколько болезнен. Впрочем, это уже мелочи...]
Ведь больнее всего кусает Хьюго собственная совесть, заставляющая потупить взгляд.
— Талисмана я у тебя не вижу. Так кто же ты есть на самом деле? Расскажи, — говорит Адриан, озираясь вокруг и поглядывая в окно. Хьюго нервно кусает губы и пытается собраться с мыслями, подобрать слова. И пока он думает об этом, Адриан продолжает речь:
— Знаешь, план у меня в любом случае есть. Либо я каким-то образом проникаю к себе домой и беру еще один талисман, чтобы быть чуточку сильнее, чем сейчас, — неуверенно предлагает он, но словно больше самому себе. И по его голосу слышно, по его лицу, на которое Кабре глянул украдкой, видно, что Адриан опасается использовать больше одного камня чудес за раз. И правильно, мало ли, что еще случится. Хьюго постарается уберечь его во что бы то ни стало.
— Либо, по старинке, что бы кто-нибудь ее отвлек, пока я насылаю на нее акуму и завладеваю ее разумом, — высказывает еще один вариант Адриан. И ждет ответов. Варианты, честно говоря, оба так себе, и Хьюго даже не знает, какой наиболее опасен для подопечного. Мог бы - вообще бы спрятал его от всего происходящего. Но воинских навыков и способностей у Хранителей нет, а решать проблему с заморозкой_ разморозкой города надо, и придётся что-то выбрать. Но сначала нужно бы дождаться момента, когда рана заживет, а на это может уйти и полчаса... и час... Так что пока у него есть шанс повиниться откровенно. Правда вот, слова все равно в горле застревают.
Но придется, он же хотел и теперь отступить не выйдет точно...
- Я бы не смог воспользоваться талисманом, потому что моя душа уже давно... на другом уровне бытия, - со слабой улыбкой начал Кабре. - Это может прозвучать дико, но... я твой Хранитель. Ну... то есть... ангел-хранитель, последние несколько месяцев. Раньше твоей защитой занимался другой... Я право не уверен, что у меня получатся лучше, - Хьюго издал долгий судорожный вздох. Он ощущал себя ужасно виноватым. Поднял голову, нерешительно поглядел на Адриана... и бессильно опустил голову снова, зажмурившись, стиснув зубы и стараясь сдержать всхлипы, вытирая лицо рукавом. - Вероятно, ты уже понял, что раз я перенес нас сюда, то могу и в другое место... Прости, я... давно мог вернуть тебя домой. Но... Старейшины считают, что в этом городе много темной энергии. И уничтожить большую ее часть пока можешь лишь ты и твои друзья... я должен был быть лучшим Хранителем, а не позволять использовать тебя и ребят для этого. И теперь они заколдованы, а тебя чуть не убили... прости... мне правда... очень жаль... - Хьюго выбрался из кресла и уселся на полу на коленях, продолжая растирать слезы рукавом по лицу.
Еще и расклеился, будто ему и правда только двенадцать. Позор... но что делать, если его это чувство вины вправду убивало столько времени и сдержаться уже не выходит?..
- Вкратце и с минимальными деталями зная, как ты жил последние пару лет в Париже, я, раз уж стал твоим Хранителем, должен был настоять на том, что лучше для тебя, а не выгодно для Старейшинам... но я поддался их мнению... Это... ужасно... Если ты хочешь, то... после всего этого или прямо сейчас я перенесу тебя к твоим родителям и ты сможешь доказать, что ты живой несмотря ни на что... - едва слышно договорил Хьюго, не решаясь посмотреть в глаза подопечному.

+1

11

На признание Хьюго о своей не совсем человечности, Адриан в удивлении открывает рот и делает от своего младшего товарища шаг назад одной ногой. Нет, дело совсем не в отвращении, чувство которого Агресту за весь период своего существования познать так и не удалось [ любовь к этому миру и его людям, какими бы отвратительными они не появлялись в свете камер каких-нибудь тошнотворных передач по ТВ, было посажено маленьким семечком в его душе, что теперь сияет серебристым светом распустившегося лотоса ] — Кабре спасал его слишком много раз, рискуя своей жизнью, за что заслуживает неподдельный восторг с восхищением напару. Его удивляло существование ангелов в этом мире, ведь однажды его спасли вовсе не они, как бы он не молил Бога в долгие месяцы перед расплатой за тяжкие грехи родителей в тайне от остальных — духи, заключенные в маленькие тельца квами, оказались милосерднее и куда реальнее, когда судили его по справедливости. Сейчас же Агресту приходилось удивляться все больше тем вещам, которые в принципе удивлять его более вовсе не были должны. Потому что чудес на этом свете он в свои подростковые года повидал не мало.

Старейшины, хранители, предназначение — от этих слов сейчас у Адриана шла кругом голова. Даже хватается за голову, едва прикрывая зеленые глаза, пытаясь переварить всю поступившую информацию в закромы долгой памяти из вынужденного признания. Ведь от него, что было весьма неожиданно, утаили самое важное — он мог быть давно дома. Вместе с друзьями, вместе с семьей, которые наконец-таки бы поверили в его слова о том, что он живее всех живых. Ему бы не пришлось подвергать опасности троих студентов колледжа Доусона, вешая на них ярлыки сурового предназначения; Адриану Агресту не пришлось бы брать столь сложную ответственность за чужие жизни, которые были полны своих мечт и планов, в свои руки, что до сих пор помнили этого могильный холод остывающей в теле крови на своих тонких пальцах настоящего мальчика-пианиста. От полного осознания этого хотелось раздавить хрупкие крылья бабочки в своих руках, перемалывая их в жалкую труху, однако Адриан понимал, что ничего сейчас и не попишешь вовсе. Вместо этого он лишь глубоко вздыхает, и слабо улыбается, как бы стараясь утешить своего, как оказывается, ангела-хранителя. Потому кто-кто, а именно Хьюго Кабре не был ни в чем виноват. Ему же стоит сказать 'спасибо' за то, что тот никогда не бросал нерадивого мотылька в беде. Ведь благодаря нему Адриан продолжает дышать и вдыхать морской воздух на берегу Монреаля в лазурные вечера. И все же интересно — кто был его хранителем до всего этого творящегося вокруг безобразия и почему в свое время он сложил с себя свои полномочия? Не очень хотелось, конечно, верить в то, что он был совсем безнадежен, раз ему вверили в руки совсем маленькому мальчику, который бы, наверное, тоже отказался от него, будь у него такая возможность.

the letter arrives
like a bolt from the blue

so what's left of your lives
all your dreams lost to you

http://funkyimg.com/i/2Qza2.gif

А когда Адриану — чего он не ждал ни в коем разе при этом нелегком для них разговоре с раскрытием карт судьбы — предоставляется выбор, он впадает в ступор, потому что он был для него невообразимо сложен. С одной стороны — родной дом, слезы счастья любящих родителей, горячие объятия друзей и нежная улыбка Маринетт; с другой — спокойствие Канады, спасение его новых знакомых из ледяных лап смерти и груз непосильной ответственности во имя верного приговора, пощадившего его жизнь и давшего второй шанс, который ему был так нужен. Отчасти, ответ напрашивался сам собой, однако Агрест, подойдя ближе к морозному окну вновь, по которому с сожалению проводит ладонью, оставляя теплые следы, в лишний раз любуется работой лютовавшей на улице королеве вьюг и снегов. И, несомненно, он сделает правильный выбор. — Нет, я останусь здесь, — он ощущает, как его шанс на счастливую жизнь в кругу любящих его людей спадает шелковой и неподатливой лентой с его пальцев, падая на пол, но не достигая его — растворяется в воздухе, будто его и не было вовсе. — Пока в этом городе царствует зло, пока я их не научу быть героями, — Адриан с сожалением смотрит на статуи Квантик Тимы, которых он пока не смог спасти, но обязательно сделает во что бы ему это ни стоило. И сглатывает ком в горле, проглатывая все то, что он только что сказал. — Я не смогу их покинуть, — он поворачивается на небольших каблуках своих сапог на месте, смотря на плачущего хранителя, который действительно считал себя причастным к его тюремному заключению в этом огромном проклятом, но цветущем городе. Необходимо было исправлять это положение.

— Ну, брось, Хьюго. Ты ни в чем не виноват, правда, — мягко улыбается Адриан, после чего подходит к своему волшебному другу ближе и садится рядом с ним, опускаясь на колени. — Видишь, сейчас я сам сделал свой выбор. Ни Старейшины, ни кто-либо еще. Я теперь действительно не могу их бросить здесь одних, — Кабре сейчас выглядел очень милым малым. Интересно, все безгрешные души, обратившихся в хранителей, выглядят именно так? Адриан до сих пор с теплотой на сердце вспоминает то, как его мама, когда она еще была с ним рядом, указывала на звезды на ночном небе Парижа и мягко рассказывала о том, что это — ангелы, наблюдающие на них с небес. А если какая-нибудь из звезд падала на их глазах прямиком на землю — значит, ангел спешил на помощь к своему человеку. Конечно, эта история могла быть еще той выдумкой, целью которой было быстрое усыпление маленького неугомонного дитя на ночь глядя в теплой кроватке, однако Агресту было приятно иногда вспомнить о своем детстве, которое, казалось бы, протяни руку — было еще настолько рядом, что его можно было крепко сжать в объятиях и никогда не отпускать. Настолько оно было безбедным и приятным для его глаз, в которых он всегда привык видеть только добро, что нынешняя тьма, сгустившаяся темными тучами над Канадой, воспринималось для него слишком абстрактным явлением. — Я видел статью о Жорже Мельесе в газете. Ты был на фотографии. Так ты застал еще то время, не так ли? — странно расспрашивать своего хранителя об этом именно сейчас, однако скоро времени на поговорить у них вовсе не будут — часики неугомонно тикают, а разруха в городе от одержимой женщины-зимы продолжает увеличиваться в огромных масштабах. Больше нельзя терять ни минуты.

— Спасибо тебе, Хьюго, — обнимает мальчика Агрест, но не перебарщивает с этим — старается делать это аккуратно, дабы ненароком не задеть его рану. — Знаешь, если бы не ты, то я, наверное, был бы снова мертв. Ты сделал для меня так много, — произносит он, прежде чем отстраниться и подойти обратно ближе к балкону, распахивая его и впускай во внутрь холодный воздух ворвавшейся опасной магией зимы. — Останешься здесь? Ты ранен, тебе нужно переждать весь этот заснеженный ужас, — больше не спрашивает, а, скорее, утверждает мотылек, обеспокоенно оборачиваясь к маленькому хранителю. Который был не такой уж и маленький, откровенно говоря, судя по возрасту, но все же весь его вид двенадцатилетнего мальчика врубал в Агресте опекуна-старосту, которому кармой велено быть опорой для всех других.

+1

12

...Адриан отступает на шаг, и Хьюго замечает это краем глаза, шмыгает носом тихо и смотрит из-за нависшей всклокоченной челки, но не осмеливается поднять голову. Хотя едва ли так уж правильно понимает движение подопечного, который попросту шокирован всем происходящим, всем услышанным. Да и поверит ли Агрест в то, что двенадцатилетний мальчик - его самоназванный ангел-хранитель?.. кто бы в такое на слово поверил?.. Звучит как забавная [хотя в нынешних условиях это вряд ли выглядит таким уж забавным] самонадеянная шутка ребенка на границе подросткового периода, шутка ребенка, который наслушался сказок и, может быть, очарован чьим-то образом и хочет больше внимания от объекта своих доброжелательных чувств... И в любом случае, наверняка все равно все слова Кабре звучат странно, бредово и нелепо даже для слуха юноши, что около года спасал Париж не без помощи магии, а потом еще так же не без помощи волшебных вещей пытался вернуть свою мать [все это слишком, зачем столько тяжести на плечи одного Агреста, который сам-то еще ребёнок немало?..]
Адриан повернулся к окну, что-то обдумывая. Хьюго продолжал тихо неуверенно всхлипывать и ежится от некоторого озноба и неприятного ощущения, сопровождающего процесс регенерации крупных ран. На чердаке в этом волшебном саду повисла мрачная тишина, от которой Кабре все больше становилось не по себе. Но Адриан вдруг повернулся и неуверенно улыбнулся, будто пытаясь успокоить Кабре. Как если бы тот просто не успел сделать домашнее задание или еще какой сущий пустячный проступок [по сравнению с реальным положением дел] свершил. Хьюго удивленно моргнул.
Адриан подошел к окну опять, вгляделся в него с грустью. Он ребенок, который хочет к семье и друзьям. Но... проведя рукой по замерзшему окну, произносит наконец:
— Нет, я останусь здесь, — в общем-то, зная всю его историю жизни хотя бы смутно, Кабре догадывался, что его подопечный едва ли бы когда-либо сделал иной выбор. Иначе бы уже был не собой. — Пока в этом городе царствует зло, пока я их не научу быть героями, — Хьюго проследил за его взглядом, вытирая, пока безуспешно, слезы и не решаясь сказать хоть слово, хотя и так догадывался, что Адриан глядит в окно на своих заледеневших друзей. — Я не смогу их покинуть, — наконец, на этих словах, Адриан совсем повернулся к Хьюго, который смотрел на него, широко раскрыв покрасневшие от слез глаза и приоткрыв рот. Кабре испытывал все же перед ним неподдельный восторг, ведь несмотря на все пережитые лишения, Агрест до сих пор не сломался и продолжает всякий раз делать героический выбор, вместо того, чтобы наконец-то взять что-то для себя и отдохнуть от бремени слишком огромной для одного очень юного человека ответственности...
— Ну, брось, Хьюго. Ты ни в чем не виноват, правда, — с этими словами и мягкой улыбкой Адриан подошел, сел рядом с Хью на колени и осторожно обнял, очевидно стараясь не причинять боль и не тревожить плечо хранителя. — Видишь, сейчас я сам сделал свой выбор. Ни Старейшины, ни кто-либо еще. Я теперь действительно не могу их бросить здесь одних.
Хьюго почувствовал, как внутри разлилось странное мягкое тепло, которое на какое-то время даже заглушило волны озноба от крошечного осколка заколдованной острой сосульки, что остался в его теле и скоро начнет свой убийственный путь к сердцу... И Хьюго даже робко поднял руки и приобнял подопечного в ответ. От его доброты почему-то хотелось расплакаться еще громче, но это будет чересчур. Надо уже брать себя в руки, потому что дело еще не сделано: нужно остановить эту Царицу Зимы и спасти весь город в целом и друзей Адриана в частности...
— Я видел статью о Жорже Мельесе в газете. Ты был на фотографии. Так ты застал еще то время, не так ли? — спросил вдруг Адриан. Хьюго удивленно заморгал и, шмыгая носом, сипловато переспросил:
- В какой газете? В-в ст-тарой?.. Д-да. Я родился в тысяча девятьсот девятнадцатом году. А papa Жоржа встретил... мм... в тридцатом. Точнее, увидел его и его лавку механических игрушек на вокзале Монпарнас, где тайно работал часовщиком вместо моего дяди-пьяницы. Потом я познакомился с ним ближе, хотя по началу я ему едва ли нравился, - Хьюго усмехнулся грустно. - Ведь я крал у него детали, чтобы починить... кое-что. Это весьма долгая и отчасти довольно печальная история. В общем, потом он взял меня под опеку. Но... вскоре я подхватил грипп. И довольно быстро он меня вконец сразил, - говорить "умер" было бы странно, ведь в некотором роде он все же живой, здесь и сейчас. И к тому же, сейчас не время для таких печальных историй. Это все слишком уж невесело, те годы жизни Хьюго, до того момента, пока ему снова не дали кров и любовь семьи. А сейчас у Агреста и без того забот и огорчений хватит.
Адриан наконец встал и собрался лететь в окно на бой.
— Спасибо тебе, Хьюго. Знаешь, если бы не ты, то я, наверное, был бы снова мертв. Ты сделал для меня так много, — Хьюго жутко смутился, услышав эти слова.
-Ты преувеличиваешь пока что мои заслуги, - пробормотал Кабре, неуверенно улыбаясь.
— Останешься здесь? Ты ранен, тебе нужно переждать весь этот заснеженный ужас, — Адриан смотрит с беспокойством и скорее просит послушать его, чем спрашивает. Но Хьюго решительно встает и хмурится, лицо его выражает уверенность.
- Ну нет, Адриан. Все же это я твой Хранитель. Моя рана уже почти полностью затянулась. Так что у меня нет причин отсиживаться. Я обязан быть рядом с тобой. Не волнуйся, меня мало чем можно реально убить, только некоторыми особенными видами демонического оружия.
...Убедить Адриана ему вряд ли удалось полностью, но отвертеться от "ребенка"-ангела Агресту все же не удалось. Однако так или иначе, свою противницу они победили и вывели из состоянии одержимости, хорошенько постаравшись вместе. И когда ледяной панцирь, сковавший здания и жителей города, стал стремительно таять, они выдохнули со спокойной душой, вскоре уже все вместе небольшой компанией греясь у камина дома у одного из друзей. С пледами, чаем, какао и выпечкой.
И лишь иногда Хьюго, толком того не замечая, переживал волну озноба. Осколок льда крайне медленно пока, но верно двигался к его сердцу, растворяя в его крови опасный черный леденящий яд...

+1


Вы здесь » crossfeeling » FAHRENHEIT 451 » you save everyone (but who saves you?)