Каково это — быть богом? Каково ощущать абсолютную власть над собственной и над чужими жизнями? "Это восхитительно!" — ответил бы Лорд Зедд, если бы его спросили. И ведь он действительно знал об этом не понаслышке, поскольку являлся живым примером того, что богом может стать каждый. Более того, своими способностями он опровергал устаревшее, как сама вселенная, мнение, что лишь свет способен даровать жизнь. К своему счастью, Зедд достаточно быстро осознал, что добро и зло, равно как и свет со тьмой, это вещи относительные. В отличие от былых представителей ордена так называемых "защитников жизни", Могучих Рейнджеров, которые считали чёрную магию опасной, император был убеждён в том, что сам факт создания жизни, пусть и при помощи тьмы, это благое дело. В конце концов, считай он иначе, Зедд не занимался бы этим прямо сейчас. ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ
устав администрация роли f.a.q фандом недели нужные хочу видеть точки отсчёта фандомов списки на удаление новости

crossfeeling

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » crossfeeling » PAPER TOWNS » кем ты хочешь стать, когда выживешь?


кем ты хочешь стать, когда выживешь?

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

кем ты хочешь стать, когда выживешь?
Wanda, Vision // ведьма и (не) её защитник

https://data.whicdn.com/images/239206377/original.gif

«

in the middle of nowhere, США, 2016 год
Ванда выбирается из тюрьмы и бежит от войны, чужой агрессии и спецслужб США. Вижн уже понимает, что не спасёт людей от самих себя и не хочет оставаться на чьей-либо стороне, но пока не знает, что может уйти. Ванда прощается, а Вижн просто рад, что она наконец-то с ним заговорила.

»

+2

2

Когда Заковия начала камнем падать вниз, уподобившись метеориту, Ванда не ждала, что кто-то из Мстителей вернется за ней. Даже несмотря на то, что Ведьма успела сделать, она не считала, что одно достойной поступок мог бы искупить совершенные ошибки и их чудовищные последствия. Она не уберегла брата, не уберегла триггер от активации одним из аватаров чокнутого робота, не уберегла свой терзаемый на части дом, который в итоге обратился грудой камней. Максимофф была уверена, что всё закончится в том составе, где она нашла поверженного Альтрона и вырвала из его груди кусок металла, лишь по строению схожий с человеческим сердцем. Красные сигналы_огоньки мигнули и погасли, исчез из радужки её глаз алый, вновь уступая место серому, хмурому. Вскоре угаснет еще один карминовый всполох, обозначивший её короткую жизнь. Это казалось закономерным, а потом девушка даже не пыталась спастись. Вовсе не потому, что это ей не под силу (она могла бы), просто не видела больше смысла. В отличие от Вижна, созданию которого Ведьма так отчаянно препятствовала. Удивление его появлению и покорное, смиренное принятие собственного спасения. Он рискнул. Он вернулся. Он подхватил её. Ну а ей ничего не оставалось, как не размыкать рук, обвивших его шею (иначе падала бы она очень долго). И нечто подобное она чувствует прямо сейчас. Он снова рискнул и подхватил её одним уже тем, что пришел на зов. Теперь она не упадет. И на сей раз хочет насладиться ощущением полета.
― Спасибо, что пришел, ― женский голос, раздавшийся за широкой спиной синтезоида, ровный и размеренный, но акцент, проявлявшийся отчетливее каждый раз, когда Ванде приходится противостоять нахлынувшим эмоциям, выдает её с головой. ― Я не знала, захочешь ли ты меня увидеть, ― они ведь были по разные стороны баррикад и успели даже друг против друга сражались. В итоге, она попала в Рафт, о котором впечатления сохранились самые яркие. Тюрьма не только впечатляла, но и подавляла, впечатывая своей громадой во что-то гадкое и мерзкое. В уныние, чувство беспомощности, осознание того, что здесь успеешь хорошенько подумать над содеянными «злодеяниями». Охраны наверняка было больше, чем у президента в Белом доме. Оружие, впрочем, незамысловатое – старые добрые пули по-прежнему отличный способ остудить пыл каждому, кто захочет сбежать. Ведьма осмотрелась лишь мельком, но успела заметить главное. Во-первых, раньше здесь никого не держали. Плавучая тюрьма существует уже некоторое время. Без заключенных. Словно дожидаясь кого-то особенного, кого-то определенного. Вроде Мстителей, которые обо всем этом ни сном, ни духом. Отсюда следовало во-вторых. Нечто подобное нельзя было соорудить за короткий срок. Очевидно, политики везде одинаковы. Некоторое время назад Заковия была во власти марионеточного правительства и те люди готовы были распродать все лакомые территории тому, кто больше заплатит. Чем это может грозить, никто не задумывался. Министры прикрывались благими намерениями, но в Америке слуги народа предпочитали действовать куда более прямолинейно. Разговоры о том, что Мстители, мутанты и нелюди должны быть кому-то подотчетны велись всегда, но никто не подозревал, насколько серьезно оказались настроены политиканы. Пряники не предусматривались. Только кнут. Которым стал этот технологический ужас.
Госсекретарь Росс лично познакомил пленницу с разработками, которым предстояло сдерживать бунтовщиков. Новейшие системы, которые способны нейтрализовать сверхсилы, подавив в том числе ген Икс. Отклика мужчина так и не получил, к своему вящему неудовольствию. На лице Максимофф не дрогнул ни единый мускул, даже когда её спеленали, надев во всех смыслах смирительную рубашку. Ванда не сопротивлялась. И по-прежнему оставалась безмолвна. Потому что знала, как не понравится ему её молчание. Знала, что ей не перехитрить политика и дипломата, не победить его в словесной дуэли. Это его поле, его стихия, его вотчина. Но она может изменить правила. Неизвестность всегда позволяла хаосу воцариться. На сей раз ей даже делать ничего не нужно, лишь красноречиво промолчать, тем самым путая карты и не давая возможности действовать по привычному, обкатанному сценарию. Поэтому она не проронила ни слова за все время своего заточения. Незачем. Терпению и умению дождаться подходящего момента она научилась в прежней своей клетке. Сколь бы ни были прочны стены этой, они её не удержат, в этом тоже нет сомнений.
― Ты в порядке? ― ладонь ложится на его предплечье, невысказанное «после случившегося» повисает в воздухе, но Максимофф не осмеливается произнести эти слова. Унизанные причудливыми кольцами пальцы чуть сжимаются в попытке ободрить, взгляд серых глаз прямой и открытый. ― Никому серьезно не попало за наш побег?
[icon]http://s7.uploads.ru/JmXhO.png[/icon][sign]аватар от thirdkingdom[/sign]

Отредактировано Wanda Maximoff (Пт, 9 Ноя 2018 00:16:58)

+1

3

Что он мог сделать?
Когда Ванда попросила о встрече, у него абсолютно не было вариантов. Ни в какой параллельной вселенной он бы не отказался, не после... всего. Альтрон, Соковия, Мстители, страхи и радости, провалы и подвиги, идеи и противостояния - они через многое прошли за короткую жизнь синтезоида, но ни одно из событий не казалось Вижну таким, что могло бы выстроить стену между ними.
Когда Ванда оказалась в Рафте, у него абсолютно не было вариантов. Он не мог пойти и просто_всё_исправить, потому что не был уверен, где именно что-то пошло не так, да и не было у него силы сделать_всем_хорошо. Даже кому-то одному хорошо сделать не получалось. Он не мог жить дальше и думать, что всё в порядке, мир, в котором это происходило, казался неправильным, невозможным. Старые аргументы больше напоминали теперь старые сказки, они не работали и не помогали. Да, это люди и их страхи, люди и их демоны, люди и их страдания из-за других людей, и Вижн, конечно, не мог защищать людей от самих себя, но... Но - что? Что он мог?
- Всегда, - просто говорит он, не подразумевая никакой драматичности или изысканности. Это правда, это факт, Вижн не знает, что может его изменить (а когда Вижн чего-то не знает, это о многом говорит). Оборачивается, смотрит на ведьму, словно старается приметить отличия. В прошлый раз они виделись до того, как Ванда оказалась в тюрьме. Это место не было разработано Старк Индастриз, Вижн знает технические характеристики и читал описание применяемых методов контроля, но не представляет, как это выглядит на самом деле - в Рафте он никогда не был. В эти дни им всем порядком досталось, - одни оказались в тюрьме, другие остались в своих домах, жить с давящим ощущением неправильности и бесконечными придирками недовольных политиков. Вижну второго почти не досталось, к счастью, а вот мысли о том, что Клинт, Сэм и Ванда, да и многие другие мутанты и сверхлюди, во имя "спокойствия" и "мира" сидели в одиночных камерах, не покидали разум. Вижн с изумлением обнаружил в себе зачатки воображения, потому что сцены, которые он себе представлял, выходили за рамки моделирования, он представлял то, чего не мог знать, и не мог избежать когнитивных искажений, оказывался под влиянием этих фантазий. Идея страданий ради мира была для него болезненной, но ещё сложнее и страннее было видеть, как этим принципом руководствуются люди. И это они обвиняли Тони Старка в создании Альтрона, когда сами уподоблялись ему по мере своих возможностей?
- Как ты можешь спрашивать такое? - он смотрит в глаза ведьмы, ищет ответы. Он не понимает. Сам он был почти готов взломать систему безопасности тюрьмы и попробовать встроиться в её коды так, чтобы хоть что-то изменить, но более решительные из героев Земли помогли своим сбежать раньше. Вижн зеркально повторяет жест Ванды, обхватывает пальцами её предплечье, но даже не замечает этого. - Они посадили вас в клетки, только что не на цепи. И ты спрашиваешь, не попало ли кому-то за то, что вы смогли уйти?
Реакция выходит какая-то слишком бурная. Вижн произносит эти слова, и его как будто немного отпускает. Теперь он думает, собирает информацию.
- Вероятно, они попробуют усилить охрану в тюрьме, но её и так всё время совершенствуют. Мистеру Старку... Тони терять уже почти нечего. Он был на собрании кабинета, когда... всё случилось, так что обвинить его им не в чем. Да и остальных тоже, - Вижн отпускает руку Ванды и старается подобрать слова ёмко и в то же время правильно - с этим у него в последнее время бывают проблемы. У Ванды проступает акцент, у него - процентные соотношения, "вероятно" вместо "я думаю", термины вместо суждений. - Они уже сами не понимают, что творят. Никому от этого не лучше, но... Наверное, страшно отказаться от одного пути, когда не знаешь другого. А узнавать, слушать - этого они уже не хотят, а может, просто не могут. Это сложно... И это неправильно. - получается сказать больше, чем Вижн изначально собирался. Но его самого давно уже никто ни о чём не спрашивает, так что невысказанных мыслей набралось с избытком.

+1

4

Как будто гора с плеч сваливается, стоит ей услышать одно единственное слово. Всегда. Ощутила теплую искренность, её она узнавала куда чаще, чем многим хотелось бы. У Алой на такие вещи своё особое чутье: не то просто интуиция_шестое чувство, не то часть способностей. Прямо сейчас прочесть_увидеть эмоцию в чертах лица напротив отчего-то оказывается еще проще, чем во всех иных случаях.
― В войнах страдают ни в чем неповинные люди, самые обыкновенные притом, ― в короткой жизни её войн было уже целых две, и в ходе обеих самая первая и самая горькая из усвоенных истин подтвердилась. В разрываемой жадными ублюдками Заковии обращались руинами вовсе не мэрии, не банки, не казначейства и не особняки богатеев. Снаряды разрывались в детских домах, школах, больницах и наиболее плотно заселенных жилых кварталах. Она знает, кто познает скорбь, боль и бессильный гнев первыми. В их войне происходило ровно тоже самое. После побега заключенных из Рафта сильным мира сего нужен будет козел отпущения. Никак иначе. Им навряд ли Старка сделают, скорее уж какого-нибудь бедолагу из рядового обслуживающего персонала. Она интересовалась их судьбой, а не тем, накажут ли Тони. Он не заслуживает наказания только за то, что в очередной раз доказал, насколько бессмысленна всякая война. Хотя, оная по-прежнему остается единственным способом донести до человека простую истину – с ним не все согласны. Правда, в этом случае, ни слушать, ни объясниться никто не захочет, потому что услышать противоположную точку зрения тоже никто не собирается. Вот и остается бунтовать, тем самым показывая, что ты против. И будешь против них, если придется, выберешь иную сторону, если придется выбирать. Тогда в глазах всех подобных Железному Человеку, становишься угрозой. С чужим мнением они считаться не привыкли, вот почему так просто было Старком манипулировать. Ни на мгновение Ведьма не сомневалась в том, что к собственному страху, к собственному эго, он прислушается настолько чутко, насколько это возможно. От всех прочих же отмахнется, словно от назойливой, надоедливой мошкары и сделает по-своему. А потом с ужасом будет смотреть на деяние рук своих, то самое, что мессия предотвратить пытался.
Ванда молчит, давая Вижну выговориться. Он выпустил её руку из своей, и она последовала примеру. Она сейчас итак по тонкому льду ступает, незачем давить. Сложно признавать свою неправоту, еще сложнее – невозможность цепляться за собственные заблуждения. Для слишком многих это – роскошь, до последнего отстаивать свою точку зрения, даже если она ошибочна. А для него? Каково ему было, когда осознал, что ни у кого нет чёткого плана действий?
― Они не знали, что делать с самого начала, Вижн, ― произносит наконец Ведьма. ― Никто не смог бы решить проблему, потому что все хотят лишь чтобы она исчезла. Испарилась. И чтобы все стало как раньше, ― Максимофф выбрала выступить против акта уже потому, что себя убаюкивать той же ложью не смогла бы. Память о войне в родной стране не позволила бы. ― Это не твоя вина, ― кто они в этой войне, да и во всех последующих? Всего лишь две души, истерзанные чужими ошибками, амбициями, надеждами.
Рука её вдруг взмывает вверх, останавливаясь на уровне Камня, алая дымка окутала ладонь, тонкая нить отделилась от указательного пальца. Привычные манипуляции отдаются покалываниями, проникший внутрь Камня туман творит свои чудеса. Мгновение кажется, будто не изменилось ничего, но в то же время изменилось очень многое. Ванда берет руки Вижна в свои и демонстрирует ему результат. Вполне себе человеческие руки среднестатистического мужчины, покрытые более чем среднестатистической кожей, пусть и почти без изъянов. Ведьма улыбается, открыто и чуть ребячливо, но искренне, погружая пальцы в волосы мужчины и осматривая результат своих трудов. Он и раньше был человеком, притом гораздо большим человеком, чем многие прочие, так почему бы ему не выглядеть им? 
― Может так легче будет не чувствовать себя ответственным за судьбу этого мира, ― слишком многие носят человеческие обличья, притом являясь чем-то совершенно иным. Никакого раскаяния за дарованную возможность побыть немного эгоистом Максимофф не чувствует. И вряд ли почувствует.
[icon]http://s7.uploads.ru/JmXhO.png[/icon][sign]аватар от thirdkingdom[/sign]

Отредактировано Wanda Maximoff (Пт, 9 Ноя 2018 00:52:17)

0


Вы здесь » crossfeeling » PAPER TOWNS » кем ты хочешь стать, когда выживешь?