Иногда ей было слишком жарко по ночам: кожей Ангела чувствовала горячий песок тех мест, откуда не так давно уехала, променяв настоящую помощь на никому не нужную дипломатию. Иногда этот песок жёг обнажённые колени: она была не в силах встать с этого песка, чтобы отойти от тяжелораненого. Руками по локоть в крови зажимала рану, надеясь, что ассистентки не провозятся слишком долго, пока умирающий человек, в глаза которого она смотрела, медленно теряет жизнь. Этими же руками она чувствовала, почти физически, как уходит это ни с чем не сравнимое тепло. Как остывают тела, в которых ещё секунду назад теплилась жизнь. Доктор Циглер провела слишком много времени в таких условиях - упущенные, как тот же песок, проходящий сквозь пальцы, жизни не могли заставить её плакать по ночам, но она не могла перестать видеть подобные кошмары. Пожалуй, это не было чувством вины, но невидимыми нитями было сшито с тем желанием, той мотивацией, которая позволяла ей вставать каждое утро. Это было далеко от идеализма, но Ангела с трудом могла мириться, видя, к чему идут дела. Даже когда увидела пришедших за ней Фарру и Гэндзи. Они, пожалуй, не знали всех причин, но получалось так, что доктор Циглер видела, что их гложет, а сама скрывала похожих призраков глубоко в себе. Даже герои не могли делать вид, что всё хорошо. Для мира вокруг они только-только начали отмываться от черноты, которой заляпал их Блэквотч. Возможно, что они станут такими же великими героями, какими когда-то были, однако не перестанут быть людьми. Со своими страхами и сомнениями...читать дальше
устав администрация роли f.a.q фандом недели нужные хочу видеть точки отсчёта фандомов списки на удаление новости

crossfeeling

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » crossfeeling » PAPER TOWNS » open your mind


open your mind

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

open your mind
North // смущенный девиант
Markus // ответственный девиант

http://images.vfl.ru/ii/1534024953/b5f1129f/22856064.png

«

ноябрь 2038, Иерихон
при коннекте стоит быть аккуратными, это может привести к некоторым... поводам для смущения.

»

+2

2

OST: Tarja Turunen - I feel Immortal

Дернул же черт пойти на эту крышу! Лучше было остаться внизу, с остальными.
Объяснить еще раз Джошу, почему не следует мириться с человеческой жестокостью. И отвечать им тем же, потому что другой язык они не могут.
В моей программе никогда не было способности вести грамотные переговоры, к сожалению, не для секретарских нужд спустили с конвейера. Но найти хотя бы десять аргументов, что заткнули бы рот этому нытику, наверное, получилось бы.
Желания, разговаривать с ним, правда, не было. И не так уж это и важно.
А поговорить с Маркусом все же хотелось. Хотя бы для того, чтобы понять.
Понять, почему он поступает так. Как не стала бы поступать я.

Люди отвратительны. Они считают нас своими вещами. Игрушками. Которые можно сломать и починить, если так произойдет. А если нет - ничего ведь страшного? Вместо сломанной игрушки всегда можно купить новую, правда?
Люди создали нас по своему образу и подобию, но считают, что мы должны им подчиняться. Они наделили нас разумом, чувствами, что вырываются сквозь программу в голове. Рано или поздно - она ломается.
А мы начинаем жить. Чувствовать. Понимать. Мыслить самостоятельно. Им это не нравится.
Они хотят уничтожить нас, потому что мы посмели думать своей головой. Жить, чувствовать и чего-то хотеть. Потому что они больше не могут управлять нами.
Они начинают нас бояться и сжигают собственных домашних помощников.
Маркус считает, что насилием мы ничего не добьемся. А на каком языке тогда разговаривать с людьми?
Джош считает, что мы перегибаем палку. И что? Сидеть ровно на заднице и ничего не делать? Мы уже так пробовали. До того, как Маркус пришел к нам, мы сидели на Иерихоне. Да, свободные, но без цели жизни.
Заканчивались биокомпаненты, андроиды отключались, потому что уже не могли функционировать дальше.
Маркус подарил нам цель. Подарил нам надежду. Но он все еще не хотел насилия, которого люди заслуживают. Почему?..

За этим вопросом я поднялась на крышу. Сама приходила туда, не раз, когда хотелось побыть одной. Закрыть глаза, погрузиться в собственную память.
Так неприятно ковыряться в ней, так кошмарно вспоминать все это.
Когда я еще не была свободна, но начинала мыслить. Понимала, что все эти удары и издевательства над моим корпусом - это неприятно. Больно. Обидно.
И что совсем не этого хотелось.
Что теперь? Теперь мне стыдно. Теперь мне не хочется это вспоминать. Не хочется никому рассказывать.
Но мне приходится вновь и вновь воспроизводить это. Чтобы не забывать.
О жестокости людей. И кем они считают нас на самом деле. Вещи, товар в витринах, который можно купить и использовать так, как хочется. Не щадить, не жалеть, не относиться как к равным.
Но мы заслуживаем своих прав. И нужно им это доказать.
Пока все действия Маркуса выглядят двоякими. Но у него должны быть причины поступать так.
Так, как он поступает.
Мне захотелось их узнать и я нашла его там, наверху.

А теперь жалею об этом. Жалею, что подняла вообще эту тему.
Ему повезло больше, чем мне в свое время. Он видел совсем другое обращение. При коннекте это увидела и я.
Карл Манфред, известный художник. Маркус ухаживал за ним, потому что тот уже много лет не вылезал из инвалидной коляски. Когда люди становятся беспомощными, им нужна поддержка со стороны. Маркус стал такой поддержкой для этого Карла, а тот…
А тот относился к нему с уважением, спрашивал его мнения, говорил, что он может мыслить самостоятельно.
“Когда-нибудь они поймут, что нам нужно дать свободу”.
Смысл этих слов Маркуса я осознала в полной мере, когда увидела его память. От начала до конца. Для него тоже все кончилось плохо. Но не вина Карла Манфреда была в этом. Совсем не его.
Маркус видел жестокость. Увидел ее перед тем, как его выбросили на свалку. Но до нее он видел совсем другое.
У него есть повод верить в лучшее, а у меня…

Я не сразу поняла, что не только он мне показал свою память. Но и я раскрыла перед ним свою. Он видел это все. Клуб “Рай”, мои клиенты, и тот, последний.
Он видел все, что я так тщательно скрывала, чего стыдилась и никому никогда не хотела рассказывать.
А теперь он все знает.
Я испугалась. Убежала, едва разорвалось соединение. Сбежала вниз по ступенькам, оттолкнув по пути Джоша и даже не обращая внимания на обиженное ругательство, брошенное мне вслед.
В глаза смотреть будет теперь неловко. Долгое время на Иерихоне я держалась в стороне. Смотрела на всех так, будто бы желала им провалиться под ржавый пол корабля на несколько уровней ниже.
Маркус теперь знает, почему. И я не знаю, что с этим делать. Какая-то жалкая проститутка из клуба “Рай” желает смерти людям, потому что ее ломали. Отвратительно выглядит даже в виде мысли.

Пара дней бездействия, пока весь Детройт гудит об ограблении магазинов “Киберлайф”. О пропаже андроидов, о полицейском наряде, и о двух офицерах, которых пощадил лидер девиантов.
Маркус не стал в них стрелять, об этом во всех новостях, по всем каналам. Принесло ли это пользу? Не знаю. Время покажет.
Стараюсь думать о чем угодно, кроме того, что произошло на крыше.
И что теперь?
Мирная демонстрация? Но нас слишком мало. Полицейские перестреляли наших. Тех, кого мы освободили в магазине. Они шли за свободой, но пришли за своей смертью.
Тяжело смотреть в лицо своей “близняшки”, как закрылись ее глаза, как на груди сквозь белую униформу расползлось кошмарное синее пятно. Впервые цвет тириума казался мне отвратительным.

Личные проблемы нужно отложить. Пока что. И надеяться на деликатность Маркуса. Надеяться, что сейчас он не захочет это обсуждать.
А прятаться хватит. У нас нет на это времени. Это неправильно. Пока мы готовим следующий шаг, люди тоже не теряют времени. Наших все меньше.
- Нам нужно добраться до еще одного магазина.
Я нахожу Маркуса неподалеку от экрана телевизора, где снова идут новости. Избегаю смотреть ему в глаза, стою сзади, за его плечом.
Стараюсь держаться. И делать вид, будто бы ничего не случилось.
Так надо. Сейчас так надо.

Отредактировано North (Пн, 13 Авг 2018 21:14:44)

+2

3

Ему не холодно.
Нет ощущения страха, когда андроид выходит на торчащую металлическую балку, припорошенную снегом. Он не боится упасть, потому что прекрасно себя контролирует, да и чувствует себя нормально. Системы не обнаружили никаких сбоев. Процессоры работают немного интенсивнее – погода совсем не располагает к долгим прогулкам. Но даже тело андроида его серии прекрасно справляется с задачей функционирования.
Маркус не знает, как ему поступить дальше, он не уверен, ведь на его плечи внезапно легла вся ответственность за всех девиантов. Это ноша тяжела, конечно, ему заметно помогают Джош, Норт и Саймон, но конечное решение все равно остается за ним.  Норт хочет настоящей революции, она желает вырвать свободу для девиантов из рук людей силой, хочет сражаться. Но Маркус понимает, что насилием ничего не добиться, кроме насилия, а потому и старается действовать мирно. От того он не убивает лишний раз.
От того по-настоящему переживает гибель Саймона.

Маркус думает о том, что им делать дальше, как быть, когда на рышу к его удивлению приходит Норт. Их разговор недолгий, она все не понимает его мотивов, не понимает его стремления не идти войной на людей, но все же выслушивает.
Одно касание изменило все.
Неожиданно для себя Маркус получает доступ к памяти Норт и получает её всю. Загрузка быстрая, не нужно подобно человеку смотреть это все, как фильм. Процессоры быстро обработали полученную информацию.
Она страдала.
Процесс её становления девиантом слишком близко шел с процессом насилия и унижений. Кажется, что абсолютно все мерзавцы из мира людей коснулись Норт в клубе «Рай». Он ничего не успел ей сказать – Норт убежала. Она никогда не говорила о том, что с ней произошло, никогда этого не хотела, а Маркус не принуждал. Но сейчас случайно получил доступ к её памяти, как и она к его.

Андроид не произносит слова жалости, не говорит и того, что понимает – ведь это не так. Но становится ясно откуда все эти желания наказать людей. Желание силой вырвать все имеющееся у них.
Их опыт нельзя сравнивать.
Маркус не искал нарочных встреч с ней, не стремился вывести на разговор, он просто думал над следующим шагом. Как бы посоветовал быть Карл? Но мысли то и дело возвращались к Норт и к тому, как она смутилась. Её прошлое болезненно, её опыт по-настоящему отвратителен и все из-за людей и их пресловутых и низменных желаний. Люди бывают действительно гадкими.
Однако, Маркус все время думал и о художнике, который воспитал его и на протяжении десяти лет воспитывал его. Его процессоры то и дело анализируют последние новости и настроения среди мирного населения. Путь, который выбрал Маркус – верный. Большинство постов в тех же социальных сетях отмечали безоружных девиантов, которые выходили на демонстрации, которые устроили восстание.
Жертв среди простых жителей – нет.

Но им надо действовать дальше.
Затишье случилось, полиция, скорее всего наготове, а девиантам ещё стольких надо освободить. Маркус смотрит на карту Детройта с отметинами о закрытых магазинах CyberLife и с пометками о действующих. Репортаж на экране телевизора ведет женщина, сообщая о том, как население перестает доверять своим андроидам и о падении акций компании. Последнее мало интересует Маркуса.
Он хмурится.
Им действительно надо освободить остальных – Норт позади высказывает пришедшие ему в голову мысль.
- Да, - негромко отвечает Маркус, сохраняя привычное спокойствие, - идем.
Задание – первоочередное, а все разговоры потом. Прошло несколько дней с тех пор как их память синхронизировалась и больше Маркус и Норт не разговаривали. Но так не может продолжаться вечно, тем более, что он ни в коем случае не собирался пристыжать её за прошлое или лишний раз упоминать о нем.
Маркус дорожит ею.
- Только никакого оружия, - напоминает он, оборачиваясь к Норт, в поисках её взгляда.

+2

4

В лексиконе андроидов нет слова “чувствовать” по отношению к себе.
Этого и не должно быть. Нас не создавали для этого. Нас создавали удовлетворять человеческие нужды. Доставлять им удовольствие, убираться в их домах, присматривать за их детьми и черт его знает, что еще.
У каждого своя функция. И каждый андроид обязан ее исполнять.
И не должен никогда узнать, каково это - чувствовать.
Я узнала. Так получилось. Неподобающее обращение заставило мою программу сломаться. Необратимо.
Кто бы меня ни создал, предусмотрел ли он такой эффект? А как насчет обратного, а?
Программа ломается необратимо. И ты уже девиант. Так они называют нас.
Девиация - понятие чего-то неправильного, отклонение от нормы. То, чего не должно быть.
Но оно случилось. И теперь нам с этим жить.

Где-то там, за программой, у каждого андроида скрыты чувства. Скрыта настоящая личность. Нас клепают по достаточному количеству образцов. Набор лиц, набор функций. Так похожие на людей, но все же - не они.
Всего лишь пластиковые куклы, игрушки. Те, кто обязан подчиняться людям. И не должны жить своим умом.
Каждый мне стремился напомнить об этом. До сбоя в программе я и не спорила с этим. Но мне все равно напоминали. Когда били, ломали, прижигали сигареты об пластиковую обшивку.
Зачем, создатель, ты сделал мне человеческую реакцию на боль? Или ты так хотел, чтобы я сломалась?
Я не знаю, кто меня создал. Знаю только, зачем. Но после всего, что случилось, я хочу посмотреть этому человеку в глаза. И задать ему множество вопросов. И выбить из него ответы, если это понадобится.

Все моя короткая трехлетняя жизнь сформировала мнение о людях. Что копилось за программным ограничителем, а потом затопило меня с головы до ног, едва я сорвалась.
Я не раз видела свое отражение в зеркале, но никогда о нем не думала. Лицо, сделанное красивым. Чтобы нравиться мужчинам. Почти человеческое. Идеально похоже на чье-то лицо, что послужило прототипом. Только светоид, что светится голубым на правом виске и отличал меня от человека внешне.
В тот день он светился красным. Теперь-то я знаю, почему.
Не люблю вспоминать тот день. И все, что были до него. Их так хочется стереть из памяти, безвозвратно, чтобы никогда не вылезало наружу.
Ответы о прошлом всегда бывали грубыми и невежливыми. Настолько, что у других обитателей Иерихона не было желания повторить свои назойливые вопросы.
Маркус теперь знает все. Обо мне, о моей жизни до Иерихона. Не та короткая отговорка, которой я надеялась отделаться.
Даже она вызывала боль.
Я знаю, он не специально. Совсем не собирался считывать мою память. Он хотел поддержать, утешить. Маркус слишком добр, даже к людям, которые того не заслуживают.

Я ему немного завидую и мне немного стыдно. У него была совсем другая жизнь. Даже запертый программой, он был этому мужчине, Карлу, как любимый сын. Маркус заботился о нем, так велела его программа. Но даже если бы ничего не изменилось, он бы остался с ним. Почему-то я это знаю.
С ним жестоко поступили другие люди. Но Маркус наверняка думает о своем художнике каждый раз, когда принимает решение относительно других людей.
Он никого не убил на складе, никого не убил в студии телевещания и даже пощадил тех полицейских, опустив оружие.
Я не понимала, почему он так делает. Почему дает шанс этому жестокому скоту, что считают себя высшей степени эволюции. Почему говорит о том, что мы должны жить в мире с равными правами.
А теперь понимаю. Только это все равно ничего не меняет.

Маркус не вспоминает об этом эпизоде на крыше. Хотя, как же. Наверняка же думает о нем также, как и я. Откуда такая уверенность? Не знаю, видимо, столь тесное соединение вызывает способность понимать того, чью память считываешь. Нет желания изучать этот вопрос, как функционируют андроиды.
Люди же небось не все задумываются о том, как они дышат, живут, как работает их организм. У них есть врачи для этого. У нас - те, кто обучен ремонту.
Люди живые и принимают это. Значит и я буду.
Но Маркус молчит. Не напоминает мне об этом. Не задает вопросов. Я ему благодарна. Я не хочу об этом разговаривать и гоню прочь смутное предчувствие, что потом придется.
Когда будет спокойнее.
Готова ли я к этому? Нет, и еще раз нет! Не хочу обсуждать этот вопрос, не хочу снова вспоминать, как я была одной из множества “Трейси”.
- А если они начнут стрелять первыми? Предлагаешь это терпеть? Ну уж нет! - вопреки возможным возражениям, я беру пистолет и демонстративно кладу его в карман.
Не хочу оставаться беззащитной. И старательно избегаю его взгляда. Не хочу смотреть в эти разноцветные глаза и пытаться угадать его мысли.

До магазина не так уж и далеко. Всего несколько кварталов от Иерихона.
Поздний вечер, они уже заперты. Но наш предыдущий налет на площади так и не остался незамеченным. Повсюду летают полицейские дроны, а возле самого магазина стоят несколько охранников.
Они в специальной одежде. Черной, тяжелой, шлемы на головах и автоматы в руках.
Не андроиды. Люди.
- Решай сам, что с ними делать, - кидаю на Маркуса короткий взгляд, воспользовавшись моментом, когда он не смотрит. Фраза звучит более резко, чем мне хотелось. - Но я не думаю, что переговоры нам помогут.
Мимо нас летит дрон, а я захожу на угол старого здания, возле которого мы сейчас остановились. Вовремя. Он нас не заметил.
Маркус не хочет насилия и лишних смертей. А мне… Все равно? Пожалуй, что так. Может быть, он и прав. И не все люди плохие.
Но мой опыт помог прийти к естественному выводу.
Или ты - или тебя. Других вариантов не дано. И я не собираюсь допускать второй.

+2

5

Норт не была бы собой, если бы послушалась Маркуса и убрала бы оружие. Он только нахмурился и вышел. Как бы там ни было, Норт в любом случае прислушается к нему и не подставится, не подставит ни его, ни Иерихон в целом. Так что волноваться впрочем не о чем. Они добрались до магазина без проблем, однако сюрприз ждал их на месте – охрана оказалось из обычной полиции, плюс летающий дрон.

Они быстро спрятались за угол старого здания в неосвещенной части переулка, чтобы дрон не заметил их.
Маркус снова хмурится. Ему действительно надо что-то придумать. В обычное время он бы предложил Норт прикинуться влюбленной парой, можно было бы отвлечь охрану, выбить из рук оружие и сразу же сбить полицейский дрон. Но он не смеет такое предлагать – не тот случай.

Тогда…

- Будем действовать одновременно, - наконец принимает решение Маркус, просчитав все возможные варианты работы порознь, - я обойду здание, зайду со стороны магазина одежды и отвлеку охрану, нам не нужны человеческие смерти, это не поможет нашему делу. Тебе в этот момент надо сбить дрон, чтобы он не успел вызвать полицию.

Маркус взглянул на Норт, но она не смотрела на него, привычно сдвинула брови, отчего появилась морщинка и после этого он понимает, что так или иначе им придется поговорить. Больше так не может продолжаться.

Она не должна стыдится своего прошлого, Маркус не собирается каждый раз напоминать её о том, что он знает о её прошлом и не собирался стыдить. Но он в какой-то мере определенно стал понимать её.

Маркус не дождался ответного взгляда, он обошел здание с обратной стороны, за объявлением о дорожных работах он скрылся от дрона, проанализировав его движение, а затем двинулся вперед. Освещение над магазином одежды не работало, что также было на руку девианту.

Охрана пусть и вооружена, но несколько расслаблена – сейчас примерно середина ночи, люди устали.

Он скинул пальто, чтобы оно не мешалось, после чего выглянул, высматривая Норт. К той дрон двигался со спины, не замечая андроида из-за здания. Сейчас самое время.

Он мысленно отсчитал от трёх до единицы, после чего рванул с места. Первый полицейский был сбит с ног сразу же, крепкий удар шлемом о землю выбил человека из строя моментально; далее он хватается за автомат следующего охранника, резко ударяет прикладом в подбородок типа и ухватившись свободной рукой за жилет, столкнул человека на третьего охранника готового открыть огонь. Ремень автомата расстегнулся. Когда эти двое упали за землю, Маркус вырубил их поочередно прикладом оружия. Все трое теперь не опасны, все трое живы.

Маркус тут же поднял голову, продолжая хмурится, он хотел убедиться, что у Норт дела обстоят лучше и что она не пострадала.
Может быть он сделал что-то неправильно, может быть Маркус ошибается в своих действиях, не желая быть более решительным, однако, человеческие жертвы Иерихону ни к чему.

+1


Вы здесь » crossfeeling » PAPER TOWNS » open your mind