Тебе кажется, что удача, наконец, повернулась к тебе. Что, наконец, счастливые моменты воспроизводятся в действие, а не замирают на заднем плане. Тебе кажется. Но, между тем, есть какое-то внутреннее недоверие ко всему происходящему; неужели судьба стала к тебе благосклонна? Не сказать, что ты рассчитывал на её снисходительность в последнее время. Ты думал, что пропал навсегда и исчез с её радаров, растворившись в гнетущей тьме. Ведь за все те поступки, что протянулись кровавыми пятнами через всю твою линию прожитой жизни, ты мог получить по заслугам, лишаясь всего, что любишь. Не хочется утверждать, что ты этого заслуживаешь, но иногда карму не так-то легко очистить. Иногда на это уходят недели _ месяцы _ годы, которых может и не быть вовсе. А, разрушающее изнутри, чувство отвратительной тревоги за самого себя, не отступает. До последнего остаёшься верен себе, словно бы, больше, чем своей семье. Пора бы уже скинуть это 'я', что превыше всего, в пропасть и уступить более благородным начинаниям, что пытался зародить в тебе сын однажды. И чем ты ему отплатил? Изо всех сил постарался обернуть во тьму. Любовь обходится дорого всем, но ты даже не знал, насколько может быть опасна эта болезнь, от которой нет лекарства. Ты молился миллионам богов, ты открещивался от своих грехов под святые песнопения, ты пытался сделать из себя праведника [ на деле являясь безнадёжным грешником ]. Это то, что делает с людьми привязанность. Это то, на что способна любовь — все ужасные вещи, на которые может закрыть глаза человек, лишь бы достигнуть желаемого. Твои изначально благие намерения скатились в тёмную бездну, из которой тебя под силу было вытащить только Адриану. Именно ему. Не Эмили, не Натали, не Нууру. Только твой сын, которому ты предавал недостаточно значения. Которого ты ставил недостаточно высоко, считая свои планы истинно _ единственно верными. И уверяя себя, что делаешь как можно лучше для вас обоих. Отчасти ты был прав, ведь каждому ребёнку нужна мать, но не такими жертвами. Ты сделал своего сына сиротой, при живом-то отце. Заставил чувствовать себя нелюбимым _ нежеланным ребёнком [ он никогда в этом не признавался откровенно, но ты уверен в этом, почему-то ]... ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ
устав администрация роли f.a.q фандом недели нужные хочу видеть точки отсчёта фандомов списки на удаление новости

crossfeeling

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » crossfeeling » PAPER TOWNS » Masterplan


Masterplan

Сообщений 1 страница 30 из 33

1

Masterplan
Symmetra // Sombra

https://cdn1.savepice.ru/uploads/2018/6/18/697b347c624ff6ffa3ee9db285985cbb-full.jpg

«

Москва, Россия; декабрь 2076 года.
Вишкар всё ещё ищет союзы - самые разные. Иногда это принудительные попытки к сотрудничеству, но после неудачи в Рио корпорация проводит ряд семинаров с освещением наилучших сторон и наилучших технологий, которые они могли бы создать. Целью этих выступлений является расширение поля деятельности и открытие филиалов во многих городах. Волею случая, Сатья Вашвани принимает участие в одном из таких семинаров, который проходит в Москве. Но расписание её графика уже давно совершенно не секрет для одной вредной мексиканки, которая очень любит портить подобного рода мероприятия.

»

+1

2

[indent] — Холодно шо капец, — на не совсем чистом русском произнёс заметно осунувшийся мужчина в представительном сером костюме и показательно шмыгнул носом, негромко, чтобы ненароком не отвлечь выступающего перед гостями семинара коллегу; их мероприятие стартовало буквально минуту назад, и публика ещё не успела окончательно погрузиться в рабочую атмосферу.
 [indent] — Я от тебя это слышать не желаю, — ответил ему другой, ещё более представительный, породистый на лицо, на чистом английском. — Ты здесь вообще почти что свой.
 [indent] — В том-то и дело, что почти. Только с нашим графиком я дома теперь не бываю. Скоро и язык забуду, вот здорово получится!
 [indent] Вашвани подавила тяжелый вздох, и только чуть дёрнувшаяся бровь выдала её явное недовольство болтливостью коллег.
 [indent] — Работает? — коротко осведомилась она, покосившись на небольшое круглое устройство в руке породистого; предполагалось, что они наконец смогут осилить изобретение портативного нон-стоп переводчика.
 [indent] — Через раз, — покачал он головой. — Надо ещё тестировать.
 [indent] Разговор на том затух. Сатья погрузилась в собственные заметки на экране планшета, вполуха вслушиваясь во вступительную речь выступающего коллеги. Она должна была взять слово третьей, и у неё было ещё достаточно времени перед началом своей части презентации. 
 [indent] В просторном зале в меру пафосного отеля, который корпорация арендовала под проведение нескольких этапов семинара, действительно было прохладно. Не критично, а местным и того комфортно, но привыкшие к более тёплым температурам члены делегации Vishkar, только день назад прилетевшие из солнечной Италии, испытывали с погодой определённые неудобства. У Сатьи, например, безбожно мёрзли кончики пальцев.
 [indent] Команда из пяти человек, которая уже с полгода периодически каталась по миру с семинарами, которые должны были лучше объяснить людям смысл деятельности корпорации, подобралась какая-то, по субъективному мнению Вашвани, странная. Общество из троих индийских сотрудников головного офиса разбавлялось чопорным англичанином и явно уставшим от жизни белорусом, который неизменно принимал на свою печень основной удар следующих после презентаций банкетов — тех странах, конечно, где было принято подобное проводить. Сатья, несмотря на то, что была в этой команде с самого начала, продолжала ощущать себя чужой. Хотя, в целом, с этими людьми ей было комфортно. Как ни странно. 
 [indent] Её нельзя было назвать душой компании или человеком, особенно жалующим общество незнакомых людей, но проведение подобных мероприятий неожиданно Вашвани понравилось. Ей не претило общаться с публикой на расстоянии, сугубо по работе. У неё не было сложностей с тем, чтобы доступными словами объяснять сложнейшие механизмы и алгоритмы работы, чтобы показывать слушателям, что она действительно понимает, о чём говорит. По сути, семинары стали интересным аналогом работе в крыле разработок или тайным операциям под личиной Симметры. Сатья как-то даже оживала на них, поддаваясь определённой атмосфере.
 [indent] — Вашвани, ты ещё здесь? — коллега-белорус щёлкнул пальцами у неё прямо под носом, за что получил от архитектора недовольный взгляд. — Рич почти закончил, а ты опять… выпала.
 [indent] — Сконцентрировалась, Землинский. Это называется — концентрация. Тебе бы не помешало.
 [indent] — Какие мы злые, — мужчина добродушно закатил глаза.
 [indent] Сатья не хотела его задеть, и они оба это понимали. Подобное общение вошло у них в норму с пару месяцев назад, и держало в тонусе, только и всего.
 [indent] Архитектор медленно поднялась с места — они, кто в данный конкретный момент не выступал, сидели за кафедрой сбоку от выступающего — и выплыла на открытое пространство перед аудиторией точно в тот момент, когда Ричард объявил, что следующую часть презентации читает не он.
 [indent] — Добрый день. Меня зовут Сатья Вашвани, и… — она вздрогнула, ощутив у себя на шее тёплое чужое дыхание, резко развернулась, ожидая увидеть позади как минимум человека, но нашла взглядом только пустоту; нехорошее подозрение заставило сердце ёкнуть. — Прошу прощения. Я представляю головной филиал Vishkar, отдел разработок и строительства. Моя задача на сегодня — рассказать вам о принципах работы городов, построенных на основе технологии жёсткого света.
 [indent] Она прошла за одиночную кафедру, стоящую точно перед публикой, поправила микрофон и взяла слово.

+1

3

Нити, ведущие к Вольской, тянулись, кажется, по всей России. Места, которое было крайне опасным, ведь здесь жили люди, чьи усилия позволили им самостоятельно отбить атаку омников. Единственным из всех тех, кто вообще подвергся нападению. Сомбра была осторожна. Она всё так же постепенно обзаводилась нужной информацией, но не торопилась возвращаться с ней в Коготь, в то время как приказ звучал вполне чётко и ясно. Хакерша никогда не торопилась, когда ситуация включала в себя достаточно времени. Она и правда могла бы много всего набрать на эту женщину. Любая более-менее известная персона страдала ото всех этих слухов и сплетен. Какие-то из них были только слухами, но какие-то могли погубить всю их карьеру. О том, как вести подобные дела, Оливия знала не понаслышке. И всё-таки не это было её целью. Да, она могла разрушить карьеру такой важной персоны. Могла заняться конкретно Вольской и конкретно сейчас, но... у таких людей была и другая сторона - союзы с такими же важными персонами. И это могло привести Сомбру как раз туда, куда она и хотела попасть. Мексиканка полагала, что даже у Ока нет такой сети собственных ресурсов, чтобы они могли существовать без союзников, которые не так остро ценят собственную анонимность. Союзы заключались, в этом не было сомнений, но что Око могло подарить партнёрам? Чем могло угрожать? Так ли важно это сотрудничество, когда в тени стоит кто-то, кто может контролировать все действия? И важнее ли это того, кто предлагает более выгодные условия?
Никто из важных персон не знал, что эти таинственные фигуры вряд ли будут заниматься такой грязью. Сомбра же была почти уверена в этом. Для того, чтобы собрать дело из ничего или пойти на убийство, нужно было хорошо наследить. И она бы ждала, готовая схватиться за любую возможность. Быть может, Оливия и не продумывала такие ситуации до конца, считая, что до этого всё равно не дойдёт, но была готова переступить через свои принципы. Её интересовали конкретные данные; она считала, что агенты Ока вряд ли будут говорить. Тем хуже для них.
После визита в Петербург Сомбра оказалась предоставлена самой себе, и очень кстати ей на глаза попалось объявление о семинаре, который проводит в Москве корпорация Вишкар. Уж не было ли это расширением границ, о чём ей как-то вскользь заявил Санджай?
Поскольку Оливия достаточно давно не обновляла актуальные данные о тех, кого хотела держать под каблуком, она решила пока не возвращаться в Коготь, справедливо полагая, что информация о передвижениях Вольской и подробностях организации в её КБ никуда не убежит. Вместо этого она добралась до Москвы в кратчайшие сроки и опаздывала на семинар, проходящий в зале престижного отеля. Где Сомбра впервые за время своего визита в Россию стала чувствовать, что вообще-то хорошо так мёрзнет. Мексиканка, привыкшая к более тёплому климату, обычно много двигалась, но тут, как это часто бывает, постаралась смешаться с толпой, пока ещё была в тёплой одежде. Оставаться в одном камуфляже в помещении - не самая лучшая мысль, но ей хотелось похулиганить. Сомбра потратила какое-то время на то, чтобы оставить тёплые вещи неподалёку, и успела прийти к самому интересному.
Нет, это было до ужаса скучно, но мексиканка быстро приметила среди сотрудников знакомое лицо. Наверное, если бы не оно, она бы просто взломала голо-экраны, через которые архитекторы демонстрировали свои разработки, да и ушла, но прийти сюда и не поздороваться с Вашвани, которая выглядит чересчур серьёзно... такое нельзя было упускать.
Камуфляж позволил ей пробраться максимально близко к Сатье и едва ли не поцеловать её в шею. Архитектор не вовремя дёрнулась, и план пошёл насмарку. Индианка скорее всего что-то заподозрила, в то время как Сомбра с совсем не гаденькой улыбкой проверила, работает ли маячок, который она оставила рядом с одеждой. Шутки шутками, но если вдруг Вашвани схватит её-пустоту, придётся спешно валить. То неловкое положение, в которое она наверняка ставит Сатью своими шуточками едва ли волновало хакершу.
Скрытая кафедрой Сатья открывала простор для новых взаимодействий, но Сомбра не собиралась делать это слишком... стрёмным. Да, слишком стрёмным. Наиболее подходящее для её выходок слово.
- Сатья, - вдруг едва слышно шепнула она, благо что голос был далеко от микрофона, но близко к уху архитектора, - Я думаю, тебе в этот раз очень будет хотеться закончить побыстрее.
Пожалуй, никто в зале не понял природу звучного шлепка, который раздался в относительной тишине. Никто, кроме задницы Вашвани.

+1

4

[indent] Архитектор любила оказываться правой — а кто нет? — но сейчас она бы, пожалуй, предпочла ошибиться, списать ощущение чужого дыхания на шее на игру собственного воображения и на том успокоиться. Такой вариант развития событий, с учётом степени важности этого мероприятия для всей корпорации в целом, был бы наилучшим. После инцидента в Рио-де-Жанейро Vishkar не особенно жаловали в Европе, однако Россия в этом плане держалась своего мнения. Руководство корпорации прекрасно понимало, что России могут быть интересны их технологии и международное сотрудничество, и этот семинар, помимо прочего, должен был наглядно продемонстрировать нужным людям добрые намерения Vishkar. Иными словами, у их команды не было права на ошибку, и это ощущалось даже сильнее, чем обычно.
[indent] Внутренний параноик, который с появлением в жизни Сатьи одной шебутной мексиканки развил крайне бурную деятельность, однако, буквально кричал о том, что ничего-то она не ошиблась. И, как ни печально было это признавать, не ощущать спиной чужое присутствие, пусть и было оно призрачным и неявным, было решительно невозможно. Даже несмотря на тактический камуфляж; и, кстати, что за нерациональная трата ресурсов такого оборудования…
[indent] — Что есть город? — Вашвани как ни в чем не бывало коротко улыбнулась аудитории и показательно — позволяя оценить чудо инженерной мысли — повела пальцами протеза, вызывая на весь зал объёмную голограмму нынешней Утопии. — Населённый пункт. Определённый уровень жизни его жителей, подразумевающий так же определённый вид их трудовой деятельности. Развитая инфраструктура. Остановимся на этом моменте подробнее.
[indent] Сатья махнула протезом, заставляя голограмму перейти в двухмерный формат и отразиться на экране проектора, чтобы слушатели могли видеть Утопию как бы сверху. Пока голограмма видоизменялась, она молчала, позволяя залу оценить метаморфозы изображения. Горячее дыхание обдало её ухо; знакомый голос зашептал… нелепицу. Вашвани недовольно поджала губы, но она находилась в крайне невыгодном положении и просто физически не могла ответить незваной гостье.
[indent] «Сомбра…»
[indent] Архитектор любила оказываться правой, но предпочла бы ошибиться. Серьёзно. Что хакер могла забыть здесь, да ещё и в тактической маскировке? Пришла обокрасть кого-то? Пришла за информацией — но какой? Рационализм Сатьи даже не допускал мысли о том, что Сомбра могла прийти просто к ней. До того самого момента, когда ей по заднице не прилетел смачный шлепок. Вашвани непроизвольно дёрнулась и на мгновение округлила глаза, но очень быстро взяла себя в руки.
[indent] Ещё полгода назад на корпоративном семинаре на тему того, как, собственно, проводить семинары, ей в голову вбили основные правила по удержанию внимания публики, отучили монотонно бубнить малопонятные профессиональные термины и научили улыбаться в нужных местах, а так же жестикулировать. Землинский, который некоторое время знал её по работе в отделе разработок, шутил, что теперь хотя бы во время выступления Сатья становилась похожа на нормального человека, а не на мимикрировавшего под него омника. По части практических знаний собственного предмета у Вашвани проблем не было в принципе, а чисто организационные нюансы сглаживались со временем. Откровенная провокация Сомбры, в общем-то, никак не выбила архитектора из колеи. Она только невольно покосилась себе за спину, выразительно очень, и спокойно продолжила вещать о фундаментальных принципах планирования мануфактуры любого города.
[indent] Она не могла позволить себе отойти от программы семинара. Никоим образом.
[indent] Ощутив чужое прикосновение на своём животе, там, где он, слава богам, был скрыт высокой кафедрой, Сатья положила настоящую руку поверх чужой и с силой сжала запястье, настойчиво прося Сомбру прекратить. Она надеялась, у хакера хватит ума не перегибать палку. И просто молча благодарила мироздание за то, что не умеет краснеть — сейчас это было бы в высшей степени неуместно. Заученный текст отлетал от зубов с нужной долей эмоциональности, и у архитектора пока ещё получалось концентрироваться на задаче, игнорируя теперь уже откровенно мацающую её за зад Сомбру.
[indent] Признавать это было печально, сродни поражению в какой-то очень важной личностной войне, но Вашвани неожиданно понравилось… всё это. Серьёзная официальная атмосфера семинара, ощущение чужих прикосновений и дыхания где-то в районе шеи, тот факт, что что-то нетипичное происходило как будто бы на виду у слушателей презентации, но вместе с тем было им неведомо. Возбуждало.
[indent] Она не могла позволить себе отойти от программы семинара. И она не отошла. Ни единым словом. И голос у неё не дрогнул тоже. Может быть, разве что, один раз.
[indent] — Пришла пора прерваться на кофе-брейк, — почти с просьбой в голосе подвела она итог своего доклада. — Продолжим через полчаса, и начнём с того, что мы с командой ответим на любые ваши вопросы. Обдумайте, пожалуйста, все интересующие вас моменты.
[indent] Аудитория жидко похлопала, поднялся гул. Сатья с силой схватила руку Сомбры, невидимую, протезом, потом чуть ослабив хватку. Она двинулась на выход; гулко стучал о ковролин высокий каблук. Землинский перегородил ей дорогу у выхода из зала.
[indent] — Куда бежим, эй?
[indent] — Поднимусь в номер, мне нехорошо, — сообщила архитектор не терпящим возражений тоном и только отрицательно покачала головой в ответ на вопрос коллеги-девушки, проводить ли её: номер они делили на двоих.
[indent] Лифт в холл ехал медленно, издевательски, и если бы не тот факт, что к нему не прилагался — слава мирозданию! — лифтёр, Вашвани бы точно возненавидела этот отель. Холодный, какой-то как будто бы старый, он ей и так нравился не особо. Она зашла в лифт, быстро втянула всё ещё невидимую Сомбру следом и вставила ключ-карту в специальное углубление: иначе на жилые этажи было не попасть. Стоило только дверям закрыться, как Сатья порывисто вжала хакера в стену и примерно, больше на ощупь, нашла губами её губы; поцеловала без прелюдий жарко, влажно.
[indent] — Что, по-твоему, ты вообще творишь? — недовольно прошипела она, так же стремительно отстранившись, когда лифт достиг нужного этажа.
[indent] Дыхание немного сбилось. Голос разума говорил, что прежде чем продолжать, нужно целомудренно добраться до номера. Вашвани не видела причин его не слушать.

+1

5

- Да ну? Вообще ничего?
Реакция зала сейчас и то была более разнообразной, чем реакция толкающей монотонную речь Вашвани. Но Сомбру не надо было просить продолжать, используя для этого разные подходящие слова, в духе "это всё, на что ты способна?". Конечно, это далеко не всё, но, в отличие от Сатьи, ей было плевать на имидж и общественное мнение. Сохраняя эту тенденцию с ранней юности и донеся её до уже вполне зрелого возраста, Сомбра не видела веской причины что-то менять. Конечно, сейчас ей двигало только желание немного пошатнуть всю эту идеальность индианки, но в целом...
В целом Оливия, пусть и нестандартно, но всякий раз хотела показать ей, что не стоит прыгать так высоко. Что люди, слепленные из одного теста, не могут слишком отличаться, как бы ни старались. Да, было всякое там чувство долга, нежелание возвращаться к истокам, но в данном случае все весомые и не очень причины мексиканка была готова заклеймить как занудство. Почти такое же, как занудство о светлом будущем и в России тоже. Сомбра была уверена, что это, как и почти вся деятельность Вишкар - только прикрытие для чего-то ещё. Раскинувшуюся по всему миру корпорацию ещё сложнее уничтожить, а на сомнительных людей русские реагировали не в пример лучше, чем на омников.
- Если ты думаешь, что я прекращу, - Сомбра не стала повышать голос, потому что знала, что Сатья прекрасно слышит, - То ты плохо меня знаешь. Я не собираюсь ждать, пока твой скучный семинар закончится.
В оправдание собственному поведению Оливия собиралась привести то, что и сопротивлялась архитектор довольно вяло, как будто была увлечена происходящим. И нет, не о семинаре будет сказано. Делегация Вишкар, по мельком брошенному на них взгляду, насчитывала достаточно людей, неужели никто не мог подменить странно себя ведущую Вашвани? И, судя по тому, что она всё ещё (неслыханно!) была сконцентрирована на своей речи, нет.
Прикосновение к руке, которая легла на живот архитектора, спасло ту от совсем уж неловкой ситуации. Сомбра понимала, что слишком явное вмешательство в работу Сатьи может доставить ей, такой идеальной сотруднице, много проблем. Могла ли она лишить индианку работы? Два клика по голо-интерфейсу - и личное дело испорчено, но при этом факт наличия в её жизни этой девушки заставлял Оливию иногда вспоминать о том, что у неё тоже есть совесть. Быть может, купающаяся в деньгах и ценной информации, но совесть.
- Поразительная сноровка, - в голосе мексиканки послышалось что-то похожее на разочарование, но заканчивать она не собиралась. Несмотря на то, что Оливия могла намекнуть на ценность собственного времени, сейчас им была ограничена Сатья, Сомбра же располагала всем, чем только можно. Как и возможностью прервать этот семинар любым возможным способом. Она не хотела слишком уж отвлекать Вашвани от выступления, поэтому говорила мало, но по делу.
- Не представляешь, как много у меня способов закончить это выступление... И почему я выбрала именно этот?
В другой обстановке она бы определённо прислушалась к реакции Сатьи, продолжая водить другой рукой по её ягодицам и нахально сжимать их, но сейчас это был отчаянный ход. Нет-нет, не самый отчаянный, ведь всегда можно придумать что-то более смелое и неловкое для уважаемого архитектора корпорации. Но...  руке было приятно, Сатье (очень хотелось в это верить!) было неловко, так зачем что-то менять?
- Даю тебе ещё минуту, прежде чем начну снимать с тебя эти штаны, - теперь уже не с таким энтузиазмом, стараясь быть более серьёзной, добавила Сомбра. Пожалуй, это можно было классифицировать и как шутку, но она постаралась быть более серьёзной. Тем не менее, эффект был достигнут - то ли, потому что Сатья закончила, то ли потому что испугалась. Судя по её невозмутимому лицу, это был первый вариант, но расстраиваться Оливия просто не могла, потому что тоже прекрасно провела время. Случись такое раньше, и если бы в руку не впилась прочная хватка протеза, Сомбра бы уже убежала. Маячок и тёплая одежда всё ещё оставались в надёжном месте, стоит только перенестись, но как можно было пропустить все слова Вашвани о том, что она там испытывала во время речи?
Сейчас возмущаться было уже поздно, хотя Сомбра хотела. Полчаса - слишком мало. И теперь, по всем законам жанра, её стали останавливать все подряд. Сомбра держала наготове протоколы для какого-то массового хулиганства, если вдруг за эти полчаса случится то, о чём она пожалеет. Вряд ли Вишкар будут виноваты в том, что в отеле отключилось электричество или вышли из строя некоторые системы. У них и так, кстати, барахлил климат-контроль, но хакерша не спешила его чинить.
С трудом удерживаясь от комментариев по поводу короткого диалога Сатьи с коллегой, Сомбра послушно проделала путь до лифта в качестве нашкодившего ребёнка, которого мать ведёт обратно домой, чтобы наказать. Пауза перед ожиданием лифта могла и затянуться - с ухмылкой посматривая то на место отсутствующего лифтёра, то на сосредоточенную на чём-то своём индианку, Оливия могла сделать так, что они не дождались бы лифта и через полчаса. Такие ценные сейчас полчаса.
- Ладно.
Разочарованный вздох Сомбра оставила на другой раз, но руками больше решила ничего не трогать. Даже задницу Вашвани.
Но это того стоило - нечасто можно было получить награду в ответ на хулиганство. Сомбра разве что только успела скинуть камуфляж, чтобы ненароком не отхватить по лицу слишком сильно.
Камеры в лифте? Сатья об этом не подумала, но весь их путь, вплоть до остановки на нужном этаже уже был безопасен. Да, Сомбра могла ответить, что несмотря на весь свой профессионализм, архитектор в чём-то ещё осталась неразумной маленькой девочкой, которой, как она сейчас сама доказывала, не чужды эмоции. И что мексиканка без царя в голове тоже может быть серьёзной, но... кому нужна эта бесполезная информация? Это нюансы для задротов.
Лифт, пусть и скоростной, ехал достаточно медленно, чтобы Оливия успела насладиться происходящим. Это не было похоже на "господи_Сомбра_только_отстань_от_меня_уже"-поцелуй. Вашвани не была строгой, даже напротив - нежной, горячей и, можно было оставить это для какого-нибудь личного дневника, который хакерша никогда не будет вести, сводящей с ума. Сомбра успела устроить руки на её плечах, едва касаясь нежного шёлка волос индианки, пока они не приехали. Этот лифт точно надо было тормознуть в пути.
Лифт остановился на нужном этаже совсем не вовремя, но Сатья отреагировала раньше. Сомбра помедлила - едва ли это заняло больше трёх секунд - определить нужный этаж, загрузить нужный протокол - три клика по голо-интерфейсу за секунду. Они вышли уже в безопасную зону. Если не считать человеческого фактора, но...
Оливия взглянула на Сатью и поняла, что убийство - это не то, что добавит огонька в их сегодняшнюю встречу. Сейчас лучше было никому не выходить им навстречу.
- Развлекаюсь, - беззаботно пожала плечами Сомбра, отвечая на вопрос почти сразу же. Приветливо улыбнулась, - Тебе ведь понравилось, так чего играешь в недотрогу, м?
Пока что разговор развлекал её, но мексиканка умела перевести беседу в серьёзное русло. Она бы вряд ли сказала это первой, но пришла потому что соскучилась. Сомбру спасало то, что Вашвани была особенной. О, за всё время их знакомства Оливия уже успела это понять. Ещё Санджай говорил ей об этом, когда она выразила желание получить сотрудницу Вишкар для помощи с различными деликатными делами, но в полной мере хакерша оценила это только на собственном опыте.
Несмотря на все опрометчивые поступки, Сомбра отметила, что Сатья не вышла из лифта первой, то ли желая серьёзно (ну да, всё так серьёзно! - хихикала про себя мексиканка, глядя на губы Сатьи) поговорить, то ли потому что привыкла ступать по информационно чистой поверхности. Ну, что же вы, госпожа Вашвани? Дорожка расстелена, показывайте свой номер.
Спешка была ни к чему, но Сомбра открыла нужную дверь быстрее, чем Сатья достала карточку. И, пройдя внутрь, заблокировала дверь так же быстро. Теперь уже сама прижав индианку к стене, Оливия заметила:
- Полчаса? Знаешь, я могу превратить их в три часа, если ты соскучилась.
Она, одну за одну, расстегнула пуговицы пиджака Сатьи и подлезла руками под плечи верхней одежды, чтобы мягко сбросить его.
Почти неприметные манипуляции активировали климат-контроль систему, даруя вполне себе осязаемое тепло, в то время как в холле всё это было как бы "сломано". Но в каких-то случаях это была не Сомбра, а кривые руки российских техников.
- Что скажешь? Насколько тебе захочется уходить из тепла и уюта, чтобы снова быть занудой и заниматься своей скучной работой?

+1

6

[indent]  — Это было неуместно.
[indent] «Да, мне понравилось».
[indent] Иногда архитектору и самой было с собой непросто. Положим, где-то в глубине души она уже призналась себе в том, что ей было… любопытно испытать что-то новое и дерзкое, но даже так — взять и прямо сказать об этом Сомбре? Нет, определённо не её стиль. Куда лучше говорить одно, но действиями показывать совсем другое. Логичнее — в картине мира Вашвани, конечно. Она отвесила мысленный фейспалм, когда осознала, как глупо всё это может выглядеть со стороны.
[indent] Хакер отключила невидимость, заставив Сатью на долю секунды заволноваться, но потом она справедливо рассудила, что все камеры, должно быть, уже работают так, как надо Сомбре — то есть не снимают то, что не должны снимать. В этом, однако, всё равно что-то оставалось: Вашвани в коридоре было неловко и боязно, что их со спутницей может кто-то заметить, и мало ли во что это может вылиться впоследствии. Она остановилась у двери в номер на двоих, но не успела даже приложить ключ-карту к считывающему устройству, когда та открылась.
[indent] — Сомбра… — негромко пробурчала архитектор, закатив глаза, но следом вошла и даже позволила заблокировать дверь.
[indent] Теперь, скорее всего, Кири, её коллега, сюда попасть не сможет. И… хорошо, наверное. Наверняка. Определённо.
[indent] Хакер зажала её между собой и стеной в прихожей номера, и губы Сатьи растянулись в такой несвойственной ей лукавой улыбке. Так, значит? Сомбра помогла ей избавиться от пиджака, в своей манере, умудрившись внести толику хаоса даже в такое простое действие. Архитектор перехватила её руки, завела за спину и свела вместе, но ничего больше пока не сделала.
[indent] — Полчаса, — Вашвани проговорила это почти в чужие губы, но отдалилась, не позволив поцелую произойти. — Я, возможно, соскучилась. Но мне нравится быть занудой и заниматься своей скучной работой. Или ты хочешь, чтобы я тебя связала и бросила дожидаться меня после семинара прямо здесь? И прямо сейчас? Не сомневаюсь, что даже на расстоянии смогу доставить тебе… определённое удовольствие, — прозрачно намекнула она, — но только ли за этим ты здесь?
[indent] Она отпустила руки Сомбры, всего на несколько секунд, чтобы материализовать из жёсткого света невесомую и мягкую, но очень прочную ленту, которая, повинуясь её воле, крепко обвила запястья, лишая хакера возможности её касаться. В отместку за то, что та позволила себе слишком много на презентации, где у Вашвани не было возможности ей ответить.
[indent] — Давно сменила причёску? — архитектор запустила пальцы настоящей руки в сильно укоротившиеся волосы, оттянула голову назад, коротко лизнув щеку: новый костюм хакера скрывал слишком много кожи, и пора было что-то с этим решать.
[indent] Протез сканером прошёлся вдоль спины Сомбры, на голо-интерфейсе нарисовалась примерная схема строения новой брони. Сатья невольно уделила этому больше внимания, чем планировала — принцип строения заинтересовал по-настоящему — но какой-то обиженный несильный укус в районе ключицы вернул её к более насущным проблемам.
[indent] — Обязательно упакуйся получше в следующий раз, — пробурчала Вашвани, находя руками нужные заклёпки и в размеренном темпе избавляя хакера от элементов её костюма.
[indent] Когда металлическая конструкция была снята со спины, Сатья порывистым движением развернулась, вынуждая Сомбру упереться спиной в стену, где она находилась сама секунду назад. Смотря точно ей в глаза, архитектор опустилась на колени, коснулась механизма, который защищал ноги на манер доспеха. С этим справиться получилось быстрее. Вашвани скользнула рукой вверх, поднимаясь в полный рост, зацепила пряжку ремня, которая держала странное… пальто? Оно разошлось, открывая ей живот и грудь, скрытые плотным материалом, но эта деталь костюма хотя бы имела адекватную застёжку — молнию. Под облегающей курткой оказалась майка-топ, и Вашвани с довольной улыбкой запустила настоящую руку за неё, касаясь живота, дразняще поднимаясь выше.
[indent] Её губы нашли чужие, пока пальцы протеза рассеивали ленту — с ней избавить Сомбру от всего этого великолепия она бы в принципе не смогла.

+1

7

Прикосновения Сатьи мексиканка почувствовала неожиданно... отвлекающими, но возмутиться не успела. Хотя могла бы - в конце концов, это она тут приехала чёрт знает куда (во всяком случае, можно было делать такой вид, чтобы дать Вашвани ещё немного порадоваться) и имеет полное право делать, что хочет. Хотя бы ближайшие полчаса. У Сатьи было другое мнение, и Сомбра едва ли не обиженно поджала губы - то ей неуместно, то ей сроки поджимают. Такую вертящуюся на языке шутку про "я тебя уволю, чтобы проводить вместе больше времени" Оливия не сказала. Несмотря на внешнюю строгость, она понимала, что Сатья - крайне ранимая персона. Вокруг вообще было много таких. Самой Сомбре было легче - никому не доверять, ни от кого ничего хорошего не ждать. И не реагировать на слова, которые даже в теории могут показаться обидными. Спасало ли это от всяких ненужных переживаний? Безусловно. Но в таких отношениях, как сейчас, начинались проблемы.
Сомбра поняла, что не о том думает, но не спорила, только наблюдала. Улыбка говорила всё за неё - мексиканка умилялась наивному ворчанию архитектора, которое вряд ли было так свойственно ей в рабочей обстановке. Но в том, как Сатья преображалась, и был весь смысл.
- Ты что, правда хочешь поговорить об этом? - с усмешкой начала Оливия, но увидев ленту, хмыкнула, - Значит и правда хочешь.
Но лентой всё не закончилось (ещё бы! с этой ворчуньи бы сталось), и мексиканка не видела других вариантов, кроме как не мешать Вашвани в её рвении. Она доверчиво, словно кошка, запрокинула голову, чуть сильнее подалась вперёд, чем того требовало простое прикосновение языка к её щеке.
- Не заставляй меня думать, что тебе больше нравилось таскать меня за длинные волосы, - отметила Сомбра вслух, но про себя подумала, что раньше Сатья не обращала внимание на такие мелочи. Тоже соскучилась?
Соглашаясь на всё это и без лишних волнений доверяя архитектору активные действия, Сомбра всё равно могла наблюдать. Изучать, как меняется эта девушка, когда они остаются наедине. Подобные развития отношений были не редкостью, но Оливия каждый раз использовала это всё как лишний способ воздействия. С Вашвани что-то пошло не так, потому что она и без этого была готова на всё. Может, по указке Санджая, может быть сама. Мексиканка находила во всём этом приятное времяпрепровождение и вот такие моменты, когда что-то, до ужаса упорядоченное и работающее без сбоев вдруг начинает действовать не так слаженно. Сатья ненавидела это ощущение - о, да, даже сейчас, когда она была сосредоточена на несложном (и укус в шею ускорил её действия) освобождении самой Сомбры от брони, это чувствовалось. Да, тут не было ничего идеального, но Сатья как будто любила терпеть. И оказываться сильнее тех ощущений, что терзали её.
- Ты нерационально тратишь свои полчаса, gatita.
Лента, сковавшая руки, не была серьёзным препятствием. Сомбра могла от неё избавиться, даже не активируя импульс. Но Вашвани решила, что так нужно, и хакерша хмурилась. Но терпела. Щека всё ещё горела там, где её коснулся язык индианки, голова всё ещё чувствовала прикосновение живой руки. Сомбра недовольно повела плечами, поёрзала связанными за спиной руками и пожаловалась в ответ:
- В следующий раз упаковаться придётся тебе, а я уж найду, чем тебя связать.
Несмотря на то, что ноги не были связаны (учитывая тотальный педантизм Сатьи, Сомбра бы не удивилась), мексиканка не воспротивилась смене позиции, но взгляд снизу вверх стал для неё чем-то вроде красной тряпки:
- Знаешь, - глядя на опустившуюся на колени индианку, заметила Оливия, - Лучше не поднимайся.
Но чтобы остановить Сатью сейчас, требовалось намного больше хаоса. Например... ладно-ладно, не взлом. Ей было обидно, что её уродство кое-кто использует, чтобы откровенно издеваться. Никаких взломов протеза. Никаких обидных слов и попыток снова вогнать Вашвани в состояние глубокой задумчивости. А что тогда можно делать? Ну, пока Сомбра могла только наблюдать, как та не торопится, хотя в номере всё ещё было прохладно - мексиканка почувствовала это, когда осталась в нижнем белье. Холодная рука Сатьи стала настоящим ледяным штырём, который та вогнала Сомбре прямо в живот.
- Эййй, - поёжилась Оливия, чуть ли не шикнув в губы индианки, такие непривычно-горячие по сравнению с рукой, - Правильно ли я понимаю, что ты собралась в эти полчаса не лишаться всей одежды, чтобы потом не осматривать одну-единственную складку с таким лицом, как будто дело здесь не выгорело?
Взяв руку Сатьи в свои руки, Сомбра попыталась, пусть немного, но согреть её - сначала прикосновениями. Затем поцеловала ладонь, тронула кончиком языка бугорки.
- Если ты хочешь вернуться к работе через полчаса, в твоих интересах не сопротивляться, - это мало похоже на просьбу, Сомбра скорее приказывает. Даже угрожает. Но индианка давно привыкла к этому тону - не сопротивляется, пока Оливия грубоватыми движениями кладёт руки на плечи Вашвани. Она оглаживает её руки, мимолётным движением сжимает грудь через одежду, пока, наконец, пальцы не находят одну из пуговиц. Мексиканка расстёгивает её рубашку торопливо, даже хаотично, и столь же торопливо снимает с Сатьи брюки, оставляя и её в тех же условиях. Внезапная мысль в только начинающей прогреваться комнате номера почему-то воспринимается за целое откровение, и Сомбра между делом замечает:
- А в душе было бы теплее.
Обхватив талию Сатьи и легонько царапнув поясницу, Оливия привлекает её к себе. Она целует ключицу, следуя дальше, к плечу, где касается языком бретельки бюстгальтера.
Чёрт побери эти полчаса.
Время, о котором Сомбра вспоминает так неудачно, вынуждает её действовать быстрее и куда быстрее преодолеть этот процесс, с которым она никогда не торопилась. Она находит застёжку и снимает с Вашвани верхнее бельё. Спешит зафиксировать на груди горячий и влажный поцелуй, после прижимаясь губами к соску, но совсем ненадолго.
- Теплее?
Голос мексиканки звучит совсем иначе, без привычкой издевки, без намёков на хрипотцу и словно даже как-то бархатно. Внутренний таймер в голове всё так же замер на озвученной Вашвани цифре, хотя Сомбра примерно понимает - они потратили слишком много времени. Но, как она любит повторять - это для задротов. Для Сатьи, которая боится опоздать к концу перерыва, например.

+2

8

[indent] Время хочется остановить; желание безотчётное. Утеплённый пиджак всё ещё валяется на полу бесформенной кучей. Его бы поднять, повесить хотя бы на ручку двери: мысль о том в голове жужжит назойливым насекомым, и архитектору стоит огромных усилий от неё отмахнуться. Хаос — его в Сомбре и с Сомброй слишком много. Сатья понятия не имеет, как с этим работать и что делать, когда беспорядок затрагивает её напрямую. Даже в мелочах. Это непросто. Как и их отношения в целом.
[indent] Изнутри поднимается волна жара, и холод отеля перестаёт быть хоть сколько-нибудь проблемой. Вашвани ловит интонации голоса Сомбры, пытается что-то понять для себя, этого «чего-то» не находит — потому что не умеет. Но тело хакера отзывается на её прикосновения, и это ли не причина продолжать? Это ли не значит, что всё идёт так, как должно?
[indent] — Слишком много слов, — в губы выдыхает она недовольно, позволяя Сомбре заняться её одеждой.
[indent] В другой день Сатья приняла бы чужие правила полностью. В добровольном подчинении и сдаче власти есть что-то своё, особое. Вопрос взаимоотношений между людьми никогда не был её сильной стороной, но даже так архитектор понимает: подобное не происходит, если между двумя нету доверия. И это странно, для неё, потому что доверять этой странной девушке с непонятными мотивами — глупость, которую Вашвани себе никогда бы не позволила. Но она позволяет.
[indent] Ей совсем-то не холодно — бред. Жарко. И дыхание становится глубоким, учащается пульс. Сатья почти даже забывает о времени и сваленной одежде. От мыслей о том, что Сомбра, возможно, приехала именно ради неё, становится… странно. Это наилучшее и самое точное определение. Сатье странно. И это тоже своего рода хаос.
[indent] — Никакого душа, — смазано роняет архитектор, довольно прикрывая глаза от ощущения губ на своём плече. — Волосы намокнут.
[indent] И в этом, чёрт возьми, вся она. В мелочах и важных-только-для-неё деталях. В попытках сохранить порядок в мире, который изначально зародился из хаоса. В своей собственной философии, которая скоро не выдержит проверку реальностью, но пока ещё Вашвани хватается за неё, как за спасательный круг. Розовые очки треснули, кусочки стекол повыпадали, и мир перестал качаться таким красивым, как прежде — обнажилась неприглядная истина, но Сатья скрепила остатки между собой и всё ещё пытается что-то кому-то доказать.
[indent] Сомбра срывает с её губ тихий случайный стон, возвращает мыслями к себе. В другой день Сатья приняла бы чужие правила полностью, но сейчас ей хочется другого. Она вжимает девушку обратно в стену горячим поцелуем, прижимается к ней всем телом. Пальцы настоящей руки опускаются вдоль живота, ниже; задевают чувствительную точку. Мысль сменить коридор на кровать умирает в зародыше — зачем? Архитектор отрывается от губ, переходит на шею, влажно опускается ниже, к груди; вводит два пальца, довольно отмечая, как хакер подаётся ей навстречу и каким становится её дыхание в эти моменты.
[indent] Горячо. Внизу живота тянет, вынуждая Вашвани оторваться от сосков — холодный металл протеза, наверное, делает её прикосновения местами для визави неприятными; игра на контрасте. Кружок жёсткого света загорается на ладони, когда она ведёт пальцами протеза. Когда настоящими — она не удерживается от того, чтобы попробовать Сомбру на вкус — вытягивает из протеза конус, который в воздухе материализуется в предмет, который сейчас кажется ей необходимым. Будь у них больше времени, Вашвани повременила бы. Наверное. Сознаваться в этом тоже странно, но она соскучилась по хаосу в лице шебутного хакера. Соскучилась по какому-то понятному человеческому теплу, пусть бы даже оно наступало между ними только в определённые моменты. А может и чаще, просто Сатья, как обычно, этого не замечала?
[indent] Сейчас ей хочется. Просто и понятно, как дважды два.
[indent] — Надень, — звучит на рваном выдохе. — Мне.
[indent] Ей хочется — сейчас, и потому предмет она создаёт с дополнительным дилдо, для себя. У них мало времени. Сатья впервые за последний час ловит себя на мысли, что имеет смысл снять на ночь отдельный номер и предложить Сомбре остаться. Но мысль улетучивается раньше, чем она успевает её развить.

+2

9

Сатья говорит ещё меньше - только отвечает на те фразы, которые даже сложно было назвать вопросами. Она слишком сосредоточена, и Сомбра только наблюдает, хотя обычно это такая игра, которая может растянуться надолго. И даже побеги по не самой опрятной квартире с криками "сначала поймай меня" могут быть забавными... в определённой степени. Но с Вашвани она не пробовала играть - не каждому такое по душе. Архитектор, особенно в этих делах, ступает осторожно, постоянно держа в голове все мелочи, которые Сомбра порой упускает. Не потому, что они не нужны, а потому что это никогда не повлияет на картину в целом.
Несмотря на лимит времени, Оливия не торопится. Она приехала сюда с вполне конкретными целями и может задержаться, о чём логично умолчала, чтобы эти полчаса не стали для сотрудницы Вишкар тем, что вдруг можно отменить и перенести. Отдавая ей инициативу, Сомбра всё равно помогает, даже не думая об этом - тело и так отзывается на ласки. Тут не получится соврать о том, что она почти не скучала.
В то же время, они торопятся, и вид обнажённых тел подстёгивает к этому, но мексиканка уверена, что они провозятся ещё долго. Она сама бы так и ласкала мягкими поцелуями и едва ощутимыми касаниями языка грудь, если бы не Сатья. Ей нужно следить за временем, - где-то на уровне подсознания напоминает себе Сомбра, - Мне - не нужно. Ей нужно действовать быстрее, но я бы просто не отрывалась от неё. Я приехала затем, чтобы насытиться этим телом.
Она спешит вернуть руки на спину индианки, ощущая под собой нежную кожу и приятно задевающий шёлк её волос. Оливия ведёт руки вниз к пояснице и ещё чуть ниже, на ягодицы, заставляя архитектора отвлечься от её наверняка уже спланированных действий. Подцепляя обеими руками трусы ведёт их, насколько может, чтобы не прервать касание тел, вниз. Едва-едва чувствует, как Вашвани перешагивает через них, оставляя бельё на полу. Та небрежность, которую она ещё может себе позволить.
Удивительно точно контролирующая искусственную руку Сатья, причём даже в таких делах - это что-то невероятное. Сомбре бы с ухмылкой поинтересоваться об этом прямо посреди ласк, но она молчит, устраивая одну из рук поверх протеза, пока оставляя вторую на бедре индианки - поцелуй здорово отвлекает. Нет, совсем не отвлекает - затягивает, и Сомбра всё-таки не успевает задержать в нём Сатью подольше. Она рвано дышит - поцелуй словно выводит из реальности, возвращая только слишком явными прикосновениями к промежности. Оливия пытается дёрнуться, но некуда - позади неё стена, а спереди все мысли и действия занимает Она. Может, уже не такая идеальная, как во время официальных мероприятий, но возможно, более настоящая, реальная.
Волосы индианки становятся пристанищем для обеих рук - Сомбра не боится испортить причёску и теперь отказ Вашвани от душа вызывает у неё чуть ли не улыбку, потому что он точно ей понадобится. При этом мексиканка не затягивает, напротив - торопит, подаваясь то ближе, то дальше, ощущая в себе её пальцы. Ждёт чего-то особенного, но при этом посматривает на целующую её Вашвани терпеливо. Ей нравится, как та сосредоточена. Прикосновения искусственной руки холодят, но Сомбра не успевает настойчивыми прикосновениями заставить Сатью поменять руки, чтобы облизнуть настоящую, вместе с этим направив между ног уже протез. Та успевает перейти к чему-то более интересному, на что у них, опять же, нет времени, но Сомбра слишком ждёт развития ситуации. Достойного - может, потому что обычный секс у них уже был.
Видеть за всеми действиями в постели (ну, или в месте, которое обычно заменяет постель, пусть это и обычная прихожая гостиничного номера) двойное дно - типично для любого, кто любит анализировать информацию и манипулировать людьми. Действия Сатьи кажутся ей чистыми, искренними, настоящими. Сомбра прячет улыбающиеся глаза, когда видит манипуляции с жёстким светом, когда сама опускается на колени перед индианкой. Она понимает, что Вашвани, привыкшей выполнять без лишних вопросов, хочется почувствовать себя значимой. Главной. Быть может, начать действовать более уверенно, осознавая мелкий, но очень важный факт, к которому она рано или поздно придёт. А пока Оливия просто выполняет, ведь это несложно. И приятно, потому что она, скорее всего, единственная, кто даёт Сатье столько свободы. Это странным образом греет душу.
Её руки ложатся на бёдра Сатьи и она заставляет её подойти ближе. Совсем близко, давая возможность поцеловать низ живота, провести языком по половым губам. Она берётся за созданный Вашвани страпон, но не прекращает ласкать промежность языком, погружая язык то глубоко, то водя им вдоль интимной зоны. Снова забывает о времени. Спешит надеть на неё девайс, неожиданно резко фиксируя его и второй рукой придерживая Вашвани за ягодицы.
И вдруг отпускает - сейчас ей нужно больше свободы. Она подползает к индианке, одной рукой едва касаясь фаллоса, прежде чем погрузить его в рот. Ненадолго, чтобы затем провести языком по головке и ещё раз машинально отметить, что точность созданных Сатьёй предметов просто поражает и надо бы обсудить это с ней позже, чтобы та смутилась хоть чего-то, хоть один раз за время их общения.
Оливия какое-то время не сводит глаз с Сатьи, смотря снизу вверх. Пока не понимает, что это, может быть, выглядит слишком откровенно. Она уделяет неприлично много времени и внимания простому взаимодействию с девайсом, то просто лаская, то начиная активно двигать головой, совершая поступательные движения. Она то жадно посасывает его, погружая в рот почти полностью и чувствуя, как фаллос упирается в нёбо, то просто целует его кончик, пытаясь восстановить сбившееся дыхание и борясь с чувством тошноты. Внешние раздражители её уже не интересуют, но она останавливается, когда чувствует руку Сатьи у себя в волосах.
- Ну да, разумеется. Полчаса.
Оливия поднимается, но уже не без помощи стены позади - ноги подрагивают, а сфокусировать взгляд на чём-то ещё, кроме Вашвани сложно. Сомбра спешит несколько раз поцеловать её, хитро посматривая исподлобья. Обе руки ложатся на её талию, и мексиканка тянет партнёршу к себе.
- Не стесняйся, - шепчет она, и голос слушается плохо. Совсем ненужные слова, но не говорить совсем Сомбра не может. Да и Сатья не была достаточно предусмотрительна, чтобы сделать ещё и кляп.

Отредактировано Olivia Colomar (Вт, 3 Июл 2018 02:34:59)

+2

10

[indent]  Она изнутри горит огнём; дыхание тяжёлое, взгляд расфокусирован. Возбуждение вносит откровенный диссонанс в мысли, путает приоритеты. Архитектор в том не признается вслух, конечно, но… время? Время перестаёт иметь прежнее значение, становится чем-то очень относительным: его нет и вместе с тем поразительно много. Нет, Сатья помнит о работе, но вместе с тем позволяет себе забыться моментом — сейчас; отпустить себя, упасть в это сумасшествие с головой, абстрагироваться от обстоятельств.
[indent] С Сомброй это совсем не сложно почему-то. И никогда не было сложным.
[indent] Если секс — диалог, то сейчас они разговаривают на равных, и даже тот факт, что хакер позволяет Вашвани вести беседу, этого не меняет. Это не насилие против чужой воли, но игра в подчинение, и она ведётся на полном взаимопонимании. В другой раз Сатья сама окажется снизу, примет чужие правила, позволит Сомбре много больше того, чем кому-либо во всём мире. Но сейчас правила диктует именно она. И эти правила принимают.
[indent] Одежда валяется на полу неровными кучами — плевать. Когда Сомбра опускается на колени и настойчиво тянет её ближе, архитектор отчаянно хочет схватиться за что-нибудь, что удержало бы её в пространстве; ведёт. Сатья судорожно выдыхает, когда язык девушки проходит по чувствительным зонам, когда проникает внутрь, когда неожиданно резко та меняет язык на внутренний фаллос, срывая с губ Вашвани непроизвольный сдавленный стон. Её руки сжимают ягодицы, совсем как на презентации, и это почему-то ещё больше подстёгивает к действиям.
[indent] Но, даже соглашаясь на правила Сатьи, партнёрша проявляет инициативу. Архитектор сначала не очень понимает смысл её действий, однако ей достаточно единожды случайно поймать взгляд Сомбры, чтобы мир перевернулся с ног на голову: такой её взгляд, наверное, навсегда отпечатается в памяти. Чёрт. Чёрт-чёрт-чёрт. Вашвани закрывает глаза, потому что так сейчас проще. Чуть откидывает голову, ловя наслаждение от того, как взаимодействие с фаллосом задевает её изнутри. Это всё слишком хорошо идёт, чтобы отвлекаться на треклятое время, и, если честно, архитектор не уверена, что запускает пальцы в короткие волосы партнёрши именно из-за него, а не желания просто взять её наконец, услышать хриплые стоны и невнятное бормотание, которые обычно всё внутри переворачивают.
[indent] Сатья смазано отвечает на поцелуи, ощущая руки на своей талии, подходит ближе послушно.
[indent] — И не подумаю, — на выдохе улыбается она, несильно прикусывая мочку уха.
[indent] Настоящая рука опускается вниз, по прежнему маршруту вдоль живота, разводит половые губы, пока протезом архитектор задаёт направление, закусывая губу от приятного ощущения движения и внутри себя. Она вводит фаллос медленно, нарочно, задевая настоящими пальцами чувствительную точку, буквально добиваясь от партнёрши реакции, которую она так хочет получить. Коготки хакера приятно впиваются в плечи, но Сатья не уверена, когда её руки успели переместиться туда с талии.
[indent] — Потянем время ещё немного? — интересуется она с какими-то незнакомыми интонациями, будто издевается.
[indent] Вашвани не двигается несколько мгновений, чтобы затем медленно податься назад и так же медленно снова навстречу. Она не шутит, хотя такой темп — не то, чего ей хочется, но ведь это и не то, чего хочет Сомбра. Возможно, это всё ни разу не наказание за её самоуправство на презентации, но тем не менее Сатья ловит какое-то странное моральное удовлетворение от происходящего: ей нравится тянуть, нравится заставлять хакера ёрзать от нетерпения, нравится власть, которую та ей даёт в этот конкретный момент. Это могло бы продолжаться долго. Это странно для архитектора, но она ловит себя на мысли, что никогда не сможет ощутить перенасыщения этим телом и этим человеком, и пусть бы даже у них эти странные чертовски запутанные отношения, они им обоим в кайф. Ведь иначе она не приходила бы к ней, эта Сомбра?
[indent] — Если чего-то хочешь, ты всегда можешь попросить, — тянет она с таким видом, будто открывает девушке тайны вселенной.
[indent] И на очередном толчке с силой сжимает ягодицы партнёрши, буквально вжимая её в себя.

+2

11

Сомбра непроизвольно подрагивает всем телом - их взаимные действия дошли до того момента, когда ей хочется больше. Хочется думать, что уже никакие действия не способны слишком задеть, и нужно то, ради чего они вообще затевали всю эту прелюдию, но... такое простое касание в промежности заставляет мексиканку резко выдохнуть. И это, в отличие от Сатьи, которая нет-нет - да и спрячет взгляд, вынуждает Оливию только больше податься вперёд, словно желая раствориться в партнёре, укрыться им, довериться. Странно даже думать об этом в такие моменты, ведь Сомбра никому не доверяет, но, возможно, своё обнажённое тело, прекрасное и беззащитное, она готова доверить индианке, которая точно знает, что с ним делать.
Она ведёт руками вдоль спины Сатьи, наслаждаясь тактильными ощущениями, реагирует на её движения по-своему. Руки сжимаются на её плечах, но уже не так инстинктивно, потому что Оливия ждала этого момента. Ждала, когда наконец оно случится. Вряд ли приезжала только для этого, но...
Вашвани снова медлит, притягивая недоумённый взгляд мексиканки, но лишь на несколько мгновений. Пожалуй, можно заприметить и странную гордость в глазах Оливии, если вглядеться. Почти невозможно, ведь они даже не позаботились о том, чтобы включить свет. Но такая Сатья нравится ей куда больше, чем та отстранённая и зажатая фигура, которую надо слишком долго щипать, чтобы завести, разжечь, показать глубину своих намерений.
Сомбра выжидает - не потому, что прекрасно слышит слова Вашвани и следует им, а потому, что слишком зацепилась за этот её взгляд - пусть это и не очень хорошо видно, но сейчас он как раз такой, каким Сомбра хочет запомнить его, каким хочет держать в памяти и как хочет представлять Сатью. Она уверенная в себе, властная и прекрасно чувствующая партнёршу. Совсем не такая, какой кажется в обычной жизни.
- Это стоило, - шепчет она, - Каждого удара по твоей заднице, - улыбается куда-то в шею индианки, прижимаясь и поддерживая заданный темп, пока не прося больше, хоть и хочется. Долгое ожидание чего-то подобного с лихвой окупается сейчас, этим спонтанным сексом в номере, поэтому Сомбра терпит, и... это приятно терпеть, как бы Сатья ни стремилась оттянуть этот момент. Это приятно само по себе, на дюжине разных уровней, даже когда Оливия просто проводит руками по спине, сжимая смуглую кожу, царапая спину партнёрши; это приятно, когда она пропускает между пальцев чернь волос Вашвани - приятный рукам шёлк. Сжимает их, тянет, заставляя её послушно открыть шею. Может кусать её, облизывать её губы, срывая с них поцелуй за поцелуем, точно зная, что распухшие губы вызовут у её коллег разве что недоумение по поводу немного растрёпанного вида идеальной сотрудницы.
- Ты кое-что забыла, - она терпит резкое проникновение, подавшись навстречу, глухо выдыхая и пока сдерживая стон, - Я не прошу. Я беру то, что мне нравится. Кто бы ещё мог так нагло сдёрнуть тебя с официальной встречи? Нахально, по-хозяйски взять, чтобы, - она позволила себе сделать следующий резкий толчок сама, отстранившись и снова насаживаясь на фаллос, - Внести в твою жизнь немного хаоса?
Теперь Сомбра задаёт резкий и быстрый темп, почти настаивает на нём, решая игнорировать желания Вашвани, но приятно отмечая, что та не сможет сдерживаться долго. Мексиканка уже не так медленно оглаживает руками её спину - теперь это почти хаотично, сосредотачивая всё внимание на их взаимодействии. Она стонет - негромко, куда-то Сатье в ухо, от бессилия лаская и прикусывая его губами. Ждёт, пока та сменит темп, и это заводит по-своему. Передача инициативы такой особенной девушке как Сатья Вашвани, всегда сопряжено с сюрпризами, которые архитектор может придумать. Сомбре забавно даже думать о том, что когда-то Сатья была слишком уж неуверенной в своём взаимодействии с людьми. Изучив её особенности, Оливии показалось интересным дать ей понять, что общаться с людьми на самом деле легче, чем кажется. И язык тел был в этом где-то между задушевными разговорами и сухим официальным общением. То, в чём легко можно достичь такого взаимодействия, как сейчас. И Сомбра чувствовала её, позволяя Вашвани постанывать ей в губы, кротко целуя и лаская лицо горячими прикосновениями губ.
- Быстрее, - шепчет мексиканка; слишком двояко, но о времени она уже давно не думает, а вот с темпом играет, чтобы Сатья не осталась в проигрыше.

+2

12

[indent] Что-то неуловимое меняется. Что-то в воздухе, в атмосфере, между ними — может быть; Сатья не понимает, и это пугает, берёт за горло, бьёт по лицу наотмашь. Она вдруг захлёбывается вдохом, протез сжимается на ягодице Сомбры сильнее — техническая оплошность, потому что механизм не может правильно идентифицировать сигналы мозга, потому что настоящая рука ранее дрогнула и разжалась, и протез с запозданием повторяет это действие, даром только вложив в него больше силы. Теперь, наверное, останется синяк… но это можно списать на порыв, на страсть — да, можно, и это же прекрасно, потому что куда лучше правды.
[indent] Вашвани себе говорит «нет», отрицает очевидное, послушно откидывает голову назад, подставляя незащищённую шею поцелуям и укусам — несильным, Сомбра это помнит, и в этом тоже сквозит что-то старое-новое, особенное. Странное щемящее чувство в груди архитектору непривычно, чуждо; страсть смешивается с чем-то ещё, хакер что-то говорит ей, но Сатья ловит только общий смысл, через слово.
[indent] Хаос — это другим словом сейчас не назвать, и в этом Сомбра чертовски права: кто ещё бы смог так же?
[indent] Глухие стоны в ухо выворачивают изнутри; это порыв — Вашвани обнимает девушку крепко, очень просто, замирает ненадолго, когда та снова отдаёт инициативу в её руки. Пряча лицо на плече, она пытается справиться с каким-то раздраем в душе. Она в смятении, простой секс вдруг стал чем-то слишком личным, а от такого ей всегда первым делом хочется сбежать, потому что это страшно, это как сдаться — если не хуже. И Сатья сбежала бы, почти наверняка, как она умеет, но она горит изнутри, задыхается, и всё это требует выхода, и у неё в руках — фигурально и буквально — такая же распалённая Сомбра.
[indent] Это что-то вроде признания. Себе самой. Остальным знать ещё рано.
[indent] Архитектор отрывается от плеча партнёрши, жадно целует её в губы, глаза закрывает — и чтобы раствориться в ощущениях, и потому, что перехватить взгляд хакера сейчас будет подобно смерти. Её руки ложатся Сомбре на плечи, она ведёт вниз, настойчиво вынуждая девушку оторваться от её спины, перехватывает запястья, чтобы свести их вместе, поднимает над головой, удерживает у стены протезом, чтобы настоящая рука могла лечь на загривок. Чтобы поцелуй Сомбра даже не думала разорвать. Чтобы стонала уже Вашвани в губы, когда та наконец делает, что нужно было изначально — но ведь так не интересно. Когда начинает двигаться резко, сильно, жёстче, одновременно ловя наслаждение и даря его, подводя их обеих к разрядке.
[indent] Сейчас кажется, этого никогда не будет достаточно, и Сатья даже готова согласиться с этой пораженческой — для неё — мыслью. Где-то на полу в вещах вибрирует и издаёт звуковые сигналы коммуникатор; логика подсказывает архитектору, что её потеряли, но она даже не думает отвлекаться на это, не может — не сейчас. Сомбра откровенно извивается, то замирает, то подаётся навстречу, делая контакт более тесным. Вашвани отрывается от её губ, глухо постанывает куда-то в шею: всё лишнее мысли покидает, и в этом хаосе есть что-то прекрасное, ни на что не похожее.
[indent] — О… Останься, — давит она с каким-то отчаянием, на выдохе, срываясь на стон.
[indent] В горле сухо; Сатья тяжело сглатывает, полностью выводит фаллос, чтобы затем ещё раз резко войти, ещё немного растянуть взаимодействие. Чтобы Сомбра могла ещё раз перехватить инициативу, ещё раз вцепиться ей в плечи, ещё, ещё, ещё…
[indent] Дыхание выравнивается судорожными вдохами. Архитектор вжимает партнёршу в стену, но и ей самой нужна опора — очень. Мир собирается заново во что-то стабильное из кусочков, на которые хакер его разбила. Сатье нужно немного времени, чтобы успокоиться: ленно даже избавиться от ремешков, а ощущение наполненности — оно не в тягость. И Сомбре, кажется, тоже.
[indent] — Я опоздала, — бессвязно бубнит она куда-то в плечо девушке, но лениво. — Это из-за тебя.
[indent] В номере тихо, холодно — он снова постепенно охватывает тела, обращает на себя внимание настойчиво.
[indent] — Останешься?
[indent] Вашвани с неохотой отстраняется, давая Сомбре помочь с ремешками и без сожалений развеивая страпон на частицы. Валяющаяся на полу одежда вызывает только вздох; в ногах всё ещё слабость, чтобы кидаться одеваться и бежать обратно к коллегам. Сатья ведёт пальцами протеза, удалённо подключаясь к коммуникатору и включая записанное сообщение пропущенного вызова.
[indent] — Вашвани, у нас ЧП. Землинский пропал. Он же не с тобой?
[indent] Сатья рассеянно оторвала взгляд от пола и оглядела номер, зябко поёжившись. Вздохнула.

+2

13

Сомбра привыкла задавать совсем другой темп - для неё все эти игры без одежды часто сводились к слишком активным действиям, когда нет времени даже подумать. Она часто отвлекалась, но всегда надеялась; хотела, чтобы каждый следующий раз был не похож на предыдущий. Она могла бы соврать, потому что владела этим в совершенстве, но самой себе соврать бы никак не вышло. С Сатьёй как раз так и было - но хоть и не получалось предугадывать каждое её движение, зато Сомбра точно знала, что может дать ей в ответ, податливо подставляя под ласки ту или иную часть тела. Это было... интересным опытом.
Мексиканка забывалась, желая почувствовать что-то более глубокое в бессвязных стонах и рваных ласках, но порой слишком отвлекалась. Слишком позволяла вести. И порой могла пропустить что-то резкое, способное вернуть в реальность. Как, например, ощутимый хват протезом. Если бы рука Вашвани оказалась там внезапно, Сомбра бы даже вскрикнула, но в итоге сдерживается; стонет чуть громче, в губы индианки, накрывает её губы своими губами. Сатья надёжно держит её сейчас, и это повод не держаться самой - водить руками по её телу, очерчивая изгибы, позволяя руками замирать на груди и совсем нескромно сжимать. Целовать шею - хаотично, добираясь до ключиц, водя по ним языком, чтобы потом вдруг снова вернуться к её губам.
И Сомбре совсем несложно подобными ласками ловить желания Вашвани, куда сложнее с её взглядом -  куда сложнее, чем простой спонтанный секс, и вряд ли нежные или грубые ласки могут приблизить момент полного доверия в такие моменты. Но это не обижает мексиканку; она понимает, что каждый получает от подобной разрядки что-то своё и сейчас просто, безо всякого ехидства, даёт Сатье то, что ей нужно.
Но в отличие от неё, Сомбра почти не позволяет себе забыться настолько, чтобы прикрыть глаза - она внимательно изучает, подхватывает, помогает, чтобы не нарушить заданного темпа, не позволить им вдруг сойти того ритма, который они поймали. И мимолётная, такая необычная пауза, даёт Сомбре возможность коснуться волос Сатьи, погладить по голове, сильнее прижимаясь, соприкасаясь грудьми.
Порой мексиканка ненавидит себя за то, что видит такие моменты слишком явно; за то, что привыкла обращать внимание на такие мелочи. Сейчас Вашвани кажется ей слишком слабой, виктимной - Сомбра привыкла подмечать такие моменты, чтобы ловить на крючок. От этого сложно избавиться, но поцелуй не даёт ей сказать, а прикрытые совсем ненадолго глаза позволяют подавить это чувство. И пропустить вдруг момент, когда Сатья соберётся с силами. Вот она снова непривычно властная и точно знающая, что делать.
Оливия ведёт руками - совсем слабо, не пытаясь вырваться, а привыкая к этому ощущению. Правая немного затекает, но это мелочи. Вашвани отбирает такую важную для Сомбры свободу, оставляя ей только возможно подаваться навстречу - ничего другого уже нельзя сделать. Стоны разбиваются о её губы; давно сбитое дыхание, кажется, уже ничем нельзя восстановить, поэтому, словно загнанная в угол, Оливия позволяет себе расслабиться. Может быть, это как раз тот единственный способ, который индианке и нужно было найти. Настойчивая хватка на руках, ощущение разгорячённого тела и движения Вашвани, у которых всё равно не получается быть хаотичными. Но их всё равно не получается просто терпеть.
Хвалёное спокойствие улетучивается - будь они в спокойной обстановке, Сомбра бы выдала какую-нибудь шутку, в духе "ты меня взломала", но сейчас она может отвечать разве что своими действиями. Она уже не так явно слышит, что происходит вокруг, ловит только интонации, в голосе Сатьи - уже неприкрытая мольба. Или просто кажется. Холодный расчёт ненадолго уступает инстинктам, и Сатья позволяет ей вволю наиграться с темпом, подводя к нужной им обеим разрядке.
Они замирают почти одновременно, и Оливия понимает, что руки снова обхватывают спину индианки. Мысль о том, что они держат в себе один фаллос, вызывает у Сомбры привычную ухмылку, которую она скрывает за поцелуем. Всё почти в порядке, хоть голова ещё и как будто не в себе; как будто пьяна. Хоть и дыхание её слышится, но уже не так явно.
- Я очень собой горжусь, - отвечает не сразу, пропуская между пальцев волосы архитектора, гладит её по голове, - Но и тобой горжусь тоже, - уже про себя, словно с неохотой, но вслух это было бы слишком.
Сатья наконец отстраняется, и Сомбра позволяет - не потому, что Вашвани всё ещё хотела бы продолжить свой семинар (интересно было бы посмотреть), а потому что сил на продолжение осталось мало. Оливия опускается на колени, отстёгивая девайс и позволяя себе несколько коротких поцелуев, чуть выше промежности, поднимаясь к животу. Слушает голосовое сообщение, ловит взгляд Сатьи.
- Надо будет взять себе такой псевдоним.
Она не встаёт - опускается на пол, смотря, чтобы не помять одежду Сатьи - в голову возвращаются такие привычные мысли о том, что та будет недовольна. Тянет её за руку к себе, чтобы та села рядом. Мягко приобнимает за плечо, давая индианке склонить голову и снова устраивая руку в её волосах.
- Я подумаю, - запоздало отвечает на вопрос Оливия. Она едва ли соглашается, хотя по её голосу можно точно сказать, что она останется. Ей хочется, чтобы Вашвани научилась определять эту грань. Не как тогда, когда они только познакомились. С другой стороны, та уже многого достигла, и во многих аспектах обогнала более опытных в социальной сфере коллег.
- В вопросах любви, например, - хмыкает про себя Сомбра, касаясь головы Сатьи кончиками пальцев.

+1

14

[indent]  Для Сомбры это, конечно, всё шутки. Пустое. Подумаешь, куда-то там опоздать — экая трагедия! Сатье отчаянно захотелось тяжело вздохнуть, но она подавила в себе этот порыв. Толку обижаться или пытаться донести до хакера всю важность этого семинара? Не поймёт, не про то она совершенно. Хаос. ЧП, именно что. «Тебе бы подошло это прозвище», — подумала архитектор невольно, но вслух произнести не решилась. Теплая ладонь накрыла её руку; Сомбра потянула её к себе, мягко вынудив сесть прямо на пол, обняла.
[indent] Что-то надломилось внутри… или, точнее, продолжило ломаться. Треснуло-то давно, но Сатье казалось, кто она справилась с этим, починила — как могла. Что никакой хаос истончающуюся грань её зоны комфорта более не нарушит, но, наверное, такие мысли с её стороны были крайне самонадеянными. Хакер на них плевать хотела — фигурально, конечно. Вряд ли она вообще подозревала о том, что творит с жизнью Вашвани. А знала бы — и что дальше?
[indent] У архитектора всегда всё было под контролем. До тех пор, пока не появилась Сомбра. До тех пор, пока не появлялась Сомбра, которая даже самое простое и понятное умудрялась превращать во что-то непонятное, сложное и пугающее. Сатье всё ещё отчаянно хотелось убежать, только она не могла понять, куда именно.
[indent] — Похоже, у меня полно дел… — негромко поделилась архитектор, уткнувшись лбом в чужое плечо и наслаждаясь нежными прикосновениями к волосам и голове.
[indent] Больше ничего не сказав, она с минуту ещё просидела так, не шевелясь, а потом одним порывом оторвалась от Сомбры и, зацепив с пола чуть помявшуюся рубашку, решительно поднялась на ноги. Вертикальный парогенератор вырисовывался из воздуха считанные секунды; позволить себе прийти в мятом Сатья не могла. Попутно с разглаживанием невидимых складочек, архитектор созвонилась с Ричардом, коллегой-британцем. Выразительный взгляд Сомбры убедил её перейти на громкую связь.
[indent] — Ричард.
[indent] — Вашвани, хвала Господу! Ты где? — коллега звучал взволнованно; на фоне Сатья улавливала голоса ещё двоих — из индийского головного офиса.
[indent] — В номере. Выпила лекарство и уснула, но всё хорошо, сейчас буду, — с каменным лицом соврала она, набрасывая рубашку. — Что случилось? Мне пришло соо…
[indent] — Землинского найти не можем! Он хотел за тобой зайти, ушёл к лифту, но Бала заметила, что он забыл ключ-карту, — бегло заговорил мужчина. — Она ему набрала, но вызов почему-то не проходит. За картой он не вернулся. К тебе, следовательно, не поднялся — без неё бы не смог, конечно. Охрана в отеле отказывается посмотреть камеры. Держат нас за сборище идиотов. Есть идеи?
[indent] В голосе коллеги сквозила откровенная надежда, как будто Вашвани могла по щелчку пальцев сотворить чудо и явить миру внезапно пропавшего белоруса. Но она не могла. Разве что… Она неуверенно подняла взгляд на Сомбру, которая слушала разговор внимательно, но по её лицу архитектор не могла понять, с какой эмоцией: это был интерес или скука? Было ей смешно или всё равно?
[indent] — Я сейчас буду, — лаконично ответила Вашвани, сбрасывая вызов.
[indent] Землинский был той ещё занозой, но занозой добродушной. Там, где иной импонирующий ей коллега начинал искать в хорошем отношении Сатьи подтекст, белорус просто находил удовольствие в некотором подобии дружбы — потому что «дружить с тобой, солнышко, невыносимо», что, кстати, цитата. Он, может, и производил впечатление вечного балагура, но Сатья точно знала, что он бы не кинул Vishkar вдруг посреди семинара, никому ничего не сказав. Значит, что-то случилось. С другой стороны, архитектор не думала, что это «что-то» было серьёзным. Скорее всего, серия нелепых случайностей. Ведь зачем бы кому-то похищать Землинского? Ну, серьёзно.
[indent] — Нагло будет просить тебя совершить небольшое цифровое чудо? — поинтересовалась Сатья, наспех прочесывая волосы. — Ты всё слышала. Звучит абсурдно, конечно — пропажа человека в отеле, но тем не менее. Мне будет спокойнее знать, что он, например, поднялся с кем-то в номер, чтобы… с пользой провести перерыв. И тоже немного потерялся во времени.

+1

15

- Похоже, - отозвалась Оливия коротко. Не поинтересовалась нахально, есть ли она в этом важном списке дел, потому что и так знала. Раньше Сатья не просила её остаться, и это было сказано как-то... по-особому. В особенной ситуации, хоть и можно было спрятать слова за занятием любовью. Конечно, Сомбра бы не попыталась так сделать, всегда бы сказала напрямую. Она любила прятать слова, когда они чего-то стоили, и речь была совсем не о высоких чувствах. Однако для Сатьи всё это было в новинку, и когда она наконец поднялась, мексиканка ещё какое-то время тщетно пыталась углядеть что-то такое, незримое, пусть и в полумраке номера.
Вздохнув, Оливия тоже поднялась - всё-таки, теперь прохлада в номере чувствовалась, хоть и не так явно. В России вообще было довольно холодно по сравнению с теми местами, где Сомбра привыкла работать. Этакое исключение из правил.
В отличие от своей напарницы по любовным играм, мексиканке нужно было куда больше времени, чтобы одеться, поэтому когда та, казалось, уже заканчивала (ну, не зря же позволила себе звонок, в конце концов?), Сомбра успела только надеть низ своего костюма и теперь не столько собиралась, сколько прислушивалась к беседе - было интересно, чего уж там. И интересно во многом потому, что не сама Сомбра приложила руку к срыву подобного мероприятия. Строго говоря, за всё время общения с Вашвани, мнение Оливии о Вишкар немного выправилось. Как минимум, теперь она чётко разграничивала понятия плохого и хорошего крыла корпорации. Но всё ещё была тверда во мнении, что в Люмерико на самом деле не так. И что простой народ, который работает в самых низах - те ещё марионетки, связанные с Гильермо и прочими ублюдками теми долгами, которые не могут выплатить. Или это люди с промытыми мозгами. Или что-то ещё.
Она засмотрелась на Сатью, тщетно пытающуюся выглядеть ещё идеальнее, чем обычно. Наверное, настолько засмотрелась, что это побудило её перевести разговор с коллегой в режим громкой связи. И сейчас мнение по этому вопросу было чем-то средним между "это не моё дело" и "это касается Вашвани, поэтому не лишним будет послушать всю имеющуюся информацию". Сомбра любила всё знать - ей было куда спокойнее, когда она могла управлять или, как минимум, наблюдать.
- Уснула, - негромко повторила Оливия, оказываясь возле индинанки и проводя рукам по плечам, уже поверх одежды, будто бы приглаживая и так идеально сидящую рубашку.
Разговор двух коллег по поводу странной ситуации с сотрудником Вишкар дал ей примерно ноль информации. Вообще ничего. Сомбра невозмутимо, как будто этого разговора и не было, решила сначала одеться, чтобы в случае чего находиться неподалёку, готовая к любым действиям. В любой другой ситуации она, возможно, осталась бы в этом номере и даже могла бы немного отдохнуть, но сейчас её гнало вперёд любопытство, а не возможность, к примеру, быть застигнутой врасплох той самой коллегой Сатьи, с которой та делила номер.
Верх брони, наконец, лёг на спину, соединяясь с имплантами и снова обеспечивая полный набор функций. Сомбра развернула интерфейс, сперва решив проверить, кому вообще принадлежит этот отель и что там на самом деле с охраной. Это могло занять какое-то время, но к вопросу, который был самым очевидным, относилось слабо. Оливия просто хотела быть уверена, что тут больше ничего не произойдёт.
- А что мне за это будет? - с ухмылкой поинтересовалась она, поднимая глаза на Сатью. Позволила себе немного поиграть, потому что ждала такого вопроса. Сама бы точно не стала помогать, чтобы произвести впечатление. Если бы пропала Сатья, то да, её жопа точно стоила поисков и вызволения из неприятностей, а какой-то её коллега, которого Оливия один раз увидела мельком - точно нет.
Впрочем, недовольное лицо Вашвани могло воздвигать мегаполисы, а уж такая мелочь как это...
- Ладно, ладно, - мексиканка улыбнулась шире, бегая ноготками по интерефейсу, - Всё по старой схеме. Охранное агентство явно с мутной историей, может даже связано с русской мафией. Владелец отеля получает какие-то переводы с счетов-однодневок. Ну, - хмыкнула хакер, - Ближайшие два он точно не получит - можем съездить куда-нибудь отдохнуть или купить тебе дорогой подарок. Короче, камеры зациклили, человека умыкнули, сработано хорошо. Но их специалист - нубас. Учитывая то, что сложновато умыкнуть человека в другое место, когда вокруг столько народа, он всё ещё в отеле.
Ещё несколько движений позволили ей отследить место конкретнее и получить доступ к камерам нужного номера.
- Вот, - она подошла ближе, давая посмотреть на изображение с камер. Всего трое человек, один из которых недоумённо глядел на глючащее оборудование. Двое других стояли перед сидящим на стуле человеком, который, похоже, и был сотрудником Вишкар - Землинским. Звук эти камеры не передавали, но похитители, похоже, уже подошли вплотную к стадии угроз. Пока на лице Землинского не было никаких меток от этих людей, которые непонятно чего хотели, но нужно было торопиться.
- Идёшь? - Сомбра разблокировала входную дверь, но вдруг, вспомнив что-то, обернулась:
- Не докладывай пока о том, насколько всё хорошо или плохо. Потом скажешь.., - мексиканка сделала паузу, - Придумаешь что-нибудь, я в тебя верю.
Нубас или нет - но о безопасном входе на этаж позаботиться стоило. Попутно Оливия хотела привести к ответу охрану, для которой иноземные гости не значили ровным счётом ничего, но это можно было сделать чуть позже. Она заполняла своими невидимыми цифровыми лапами всё больше и больше инертного пространства. Камеры на этаже, электроника в номере. Сейчас можно было устроить блэкаут на весь квартал одним щелчком пальцев. Бросив мимолётный взгляд на Сатью, Сомбра вернулась с небес на землю - такого хулиганства она точно не оценит. Но, видимо, придётся, если после своего дурацкого семинара она не решится снова увидеться.

Отредактировано Olivia Colomar (Ср, 18 Июл 2018 00:59:08)

+1

16

[indent] Сатья не стала отвечать на откровенно — раз даже она это поняла — провокационный вопрос. Словам она предпочла действия: приблизилась к Сомбре совсем вплотную и коротко поцеловала ту в губы, мастерски оборвав любые попытки сделать поцелуй откровеннее, жарче и дольше. Потом будет время, сейчас стоило сосредоточиться на другом.
[indent] — Я скажу спасибо, — проговорила она в губы визави и, отстранившись, добавила: — Может, сделаю что-нибудь ещё…
[indent] Лёгкая улыбка задержалась на губах дольше, чем обычно. Сатья подняла юбку с пола, чтобы проверить на предмет измятости и её. Как раз в это время Сомбра колдовала с техникой, в рекордные сроки находя всё, что им было крайне необходимо знать перед тем, как что-либо предпринимать дальше. Вашвани до последнего думала, что «пропажа» Землинского — лишь нелепая случайность или какое-то фатальное недопонимание.
[indent] — Ага… — задумчиво протянула архитектор, придирчиво осматривая теперь уже пиджак, когда Сомбра коротко сообщила всё, что узнала. — Погоди, что?
[indent] Сатья опомнилась не сразу; осознание, что коллегу именно что увели куда-то силой, накатило на неё с задержкой. Первым порывом было неопределённо эмоционально взреветь, но подобное было слишком не в её духе, и вместо этого Вашвани выразительно закатила глаза и тяжело вздохнула. Честное слово, имело смысл на будущее ввести правило «ходить только парами» — во избежание подобных случаев. Впрочем, в таком случае остаться с внезапно оказавшейся поблизости Сомброй наедине тоже не получилось бы… Вот и думай теперь.
[indent] — Показывай.
[indent] Она набросила пиджак и зашла подошедшей к ней Сомбре за спину, устроив подбородок на её плече и позволив себе тепло приобнять девушку. «Картинка» на голо-интерфейсе была скорее удручающей. Землинский на стуле, вроде не связанный, но и явно не способный просто уйти, двое крепких мужчин перед ним и один чуть сбоку. Итого, трое. Кажется, при оружии. Интересно, они могут использовать его в отеле? Интересно, станут ли?
[indent] Объятия неожиданно не захотелось прерывать; не терпящая тактильных контактов архитектор поймала себя на измене и сделала мысленную пометку увеличить время медитаций перед сном. Ей было… странно. Но ситуация с Землинским требовала вмешательства. И, помимо прочего, никто не отменял семинар. Вашвани отстранилась почти с сожалением, коснувшись губами макушки Сомбры. Короткие волосы всё ещё казались ей чужими.
[indent] — Естественно, — пробурчала Сатья, отвечая разом на обе реплики хакера и следом за ней покидая номер.
[indent] Фотонный излучатель, благодаря малой степени осведомленности всего мира об истинных возможностях Vishkar, сопровождал архитектора во всех её поездках по семинарам и странам их проведения. Она взяла его и сейчас, с собой, подкорректировав несколько внешних деталей, чтобы он выглядел более… безобидно? Незатейливой разработкой, прототипом, наглядным — для презентации, само собой, и никак не оружием. Не стоило провоцировать тех троих в номере, кем бы они не были.
[indent] — Что бы ты не задумала, мы должны обойтись без перестрелки, — прошептала Вашвани в лифте, точно зная, что Сомбра рядом и её слышит. — Вмешивайся только в самом крайнем случае. Я понятия не имею, как эвакуировать всю делегацию отсюда, если дело примет… неприятный для нас оборот. Хорошо?
[indent] Невидимая рука коснулась её ладони. Сердце предприняло попытку пропустить удар, кажется, успешную. Сатья его проигнорировала — или в том себя убедила. Что-то происходило с ней, уже долгое время, но сейчас это приобретало совсем иные масштабы. По правде, архитектора это даже пугало. Ей это было нетипично. Выбивалось из её зоны комфорта. И обычно всё такое Сатья уверенно отсекала, гнала прочь из своей жизни. Обычно.
[indent] — Хорошо… — выдохнула архитектор, замерев у нужной двери.
[indent] Фотонный-излучатель-безобидную-разработку Вашвани зажала под мышкой протеза, раскрыла его ладонь и повела пальцами, активируя генератор частиц — ей нужен был визор, точнее его менее кричащий аналог. Очки хорошо вписались в образ, и хотя функционал у них был безумно ограниченным, свою главную функцию — помощь с ориентацией в пространстве — они выполняли. Смахнув с плеча невидимую пылинку, Сатья коротко постучала в дверь, разговоры за которой моментально стихли. Кто-то что-то гаркнул на незнакомом языке, и дверь приоткрылась — недостаточно для того, чтобы увидеть номер и Землинского.
[indent] — Добрый день, — с нечитаемым выражением лица выдала архитектор на английском, медленно. — Я из корпорации Vishkar. Мне нужен мистер Землинский. Перерыв закончился, но мой коллега не прибыл на продолжение презентации. Извините, судя по имеющейся у меня информации, — она чуть отошла и вызвала на ладони протеза простенькую голограмму-псевдокарту с мигающей точкой, — он находится здесь.
[indent] На лице открывшего дверь отразилось тотальное непонимание. Сатья бесшумно сглотнула. Непонимание — это всё же не агрессия. Уже что-то.
[indent] — Вы говорите по-английски? — уточнила она.
[indent] — Слава, не держи гостью на пороге, — раздалось из номера громко, но Вашвани, даже несмотря на то, что она не поняла ни слова, в голосе этом что-то показалось странным. — Пожалуйста, извините мою охрану, мисс. Проходите.
[indent] Дверь распахнулась полностью, и крепкий мужчина втащил её в номер настолько стремительно, что она не могла точно сказать, успела ли Сомбра проникнуть следом. Землинский поднял на неё полные удивления глаза. И Сатья поняла, что в голосе было странным. Он раздался из динамиков большого экрана, где, спиной к камере, кто-то сидел.
[indent] — Сатья, душенька, что же ты здесь делаешь… — покачал головой он.
[indent] — Ещё раз добрый день — всем, — невозмутимо сказала архитектор, обращаясь в том числе к человеку по другую сторону экрана. — Прошу прощения, но мне нужен мистер Землинский. Время перерыва закончилось. Нам нужно возвращаться к работе.
[indent] — Конечно, конечно. Vishkar. Профессионалы с большой буквы. Мы с вашим коллегой, между прочим, как раз говорим о работе. Желаете присоединиться? Только… какая досада, не знаю, как к вам обращаться.

Отредактировано Satya Vaswani (Пн, 23 Июл 2018 14:38:28)

+1

17

Снова оказавшись в лифте с Сатьёй, и снова используя камуфляж, Сомбра поймала себя на странном чувстве дежавю. Сделанный из ничего момент, который мог и вовсе не произойти, если кому-то вдруг не пришло в голову вмешаться в деятельность Вишкар, которая никак не была связана с ударными методами захвата в сфере строительства и реконструкции городов. Во всяком случае, мексиканка надеялась, что наряду с остальными, сама Вашвани бы не стала так промывать людям мозги. Надеялась, что ситуация в Рио больше никогда не повторится.
Трезво оценивая ситуацию, Оливия бы заметила, что это не она чуть что хваталась за оружие, предпочитая действиям слова. Приятно было договариваться, даже используя для этого совсем уж неприятные для окружающих методы. По скромному мнению Сомбры, в шантаже не было ничего плохого. Во всяком случае, человек оставался жив, хоть и попадал в заранее заготовленный капкан. Это было куда лучше, чем перестрелять всех и получить разве что моральное удовлетворение от того, что угроза нейтрализована. А вот склонить того или иного человека на свою сторону было куда интереснее.
- И именно поэтому ты тоже взяла с собой оружие, да? - Оливия справедливо отметила очевидное, прежде чем накрыть руку Сатьи своей. Та наверняка переживала за коллегу, но настоящей причины этих переживаний Сомбра бы вряд ли поняла. С другой стороны, жизни Гейба и Амели действительно волновали мексиканку чуть больше, чем все остальные. Профессиональное волнение за коллег, ну да.
- Всё будет хорошо, - добавила Сомбра, - Первыми стрелять не будем, провоцировать не станем. Может, подарим им по сувениру от Вишкар, - хмыкнула мексиканка.
Дойдя до нужного номера, хакер замерла у входа. Сатья должна была отвлечь на себя внимание и, быть может, добиться от хозяев номера такой реакции, какая обычно бывает у преступников на типичных дипломатов какой-нибудь организации. Почти никто не станет воспринимать серьёзно тех, кто любит болтать языком и даже выглядит не слишком устрашающе. То есть, устрашающе, конечно, но не слишком очевидно. Видя, насколько Вашвани серьёзно подготовилась ко встрече с тремя людьми, удерживающими её коллегу, можно было предположить, что та собирается на войну в одиночку. Но болтать сейчас Сомбра уже не стала - Сатья вступила в диалог.
Который мало интересовал мексиканку - она знала, что всё сказанное в ответ так или иначе будет ложью. Сейчас ей нужно было незаметно проникнуть внутрь, и это не представлялось возможным. Швырять транслокатор через дверной проём Сомбра не хотела - прошлый ещё был на месте и вёл в её закуток с вещами. Тот самый план "Б", если всё пойдёт не так. С другой стороны, эти люди не были профессионалами, иначе не открыли бы, не вышли на диалог. А теперь, когда слишком любопытную гостью решили и вовсе пригласить в номер (но, видимо, как-то слишком по-русски, с учётом гостеприимства этой страны), Оливия так и вовсе разочаровалась в том, что это будет хоть немного сложно. Стоило, конечно, дать им шанс, но ошибок они совершали много.
Она юркнула вслед за Сатьёй в номер, пока охранник занимался ей и не мог захлопнуть входную дверь даже ногой. Теперь она могла изучать происходящее внутри. И пока Вашвани занималась дипломатией, нужно было определить, кто руководит тремя бандитами, организовавшими похищение. Землинский виделся ей лёгкой целью для того, чтобы спасти его, но... сейчас ему ничего не угрожало, что давало время на полное устранение проблемы.
Первым делом Сомбра отследила, откуда шло изображение и звук с экрана. Загадочный тип, которого экран показывал только спиной, находился, что удивительно, в этом же отеле. Скорее всего, знал, что Вишкар не так уж просты и могут вычислить, куда утащили их сотрудника. Номер был снят несуществующим человеком и оплачен с несуществующего счёта, однако первая же догадка, этакий жест пальцем в небо, оказался верным. Сомбра не удивилась - учитывая не совсем официальные дела, для владельца отеля подобное давление на Вишкар было выгодным, что бы это ни значило. Быть может, он хотел отправить своего человека к ним, быть может - убедить Землинского сотрудничать и сливать информацию. Может, радикальные взгляды не позволяли ему принять тот факт, что не самая чистая по своим поступкам корпорация протянула свои лапы к родной стране. Нельзя было забывать и про русскую мафию. Притча во языцех, конечно, но вполне возможный вариант и здесь.
Отсутствие лишнего транслокатора осложняло ситуацию, поэтому Сомбра всё-таки перенеслась в закуток, решив потратить на десять минут больше, но сделать работу идеально - теперь путь до номера, где владелец отеля, Александр, раздавал свои указания, был не очень близким. Набросив камуфляж, Оливия постаралась проделать путь до его номера максимально быстро, не забывая о том, что нужно наблюдать за каждым своим шагом. Она никак не дала Сатье понять, находится ли внутри с ней, или ушла, но верила в то, что язык индианки сможет какое-то время отвлекать бандитов от первоначальной цели.
Перепады напряжения и скрытый за этим взлом замка позволили ей зайти в номер босса и владельца отеля по совместительству. Изображение на экране в номере, где сидел Землинский, подвисло, но Сомбре не нужно было много времени, чтобы осуществить задуманное. Всего-то, путь из одного номера в другой. Меньше минуты.
В темноте было совсем несложно вырубить горе-босса преступного мира одним несильным ударом по голове. С полминуты Сомбра порылась в данных, обчистила, насколько возможно, его счета и забрала ценную информацию. Куда лучше, чем вступать в открытый диалог, говорить о том, что приоритеты резко поменялись и так далее.
И тут её осенило.
Получив доступ к камерам, она сняла цифровой отпечаток с речи Александра и загрузила всё в вокодер на своём интерфейсе. Зациклила камеру, передающую изображение в номер. Ещё раз сверилась с данными, на ходу придумывая речь. Ей даже необязательно было оттаскивать тело мужчины в слепую зону камер, чтобы провернуть задуманное.
- И ещё целых семь секунд в запасе. Это, знаете ли, талант. Он из меня так и прёт, - ухмыльнулась Оливия.
Напряжение как будто бы восстановилось, и трио в номере во главе с Игорем снова увидели босса.
- Чёрт бы побрал этих техников, - выругался Александр, - Пидоры. Никогда не могут качественно сделать свою работу. Игорь, можешь отпустить наших дорогих гостей. Вокруг нашего деликатного дела уже кружится слишком много внимания. Мы дадим мистеру Землинскому время подумать.
Вероятно, подобный расклад событий входил в планы бандитов, поскольку ни Игорь, ни двое других охранников не высказали ничего против.
- Вы свободны, - распорядился Александр, - А мне, тем временем, надо успокоить суету в холле из-за слишком долгого перерыва.
Выключив вокодер, Сомбра хмыкнула, скосила глаза на лежащее на полу тело, поднялась с кресла и неспешно направилась к выходу из номера. Вспомнив что-то, вернулась, оттащив тело Александра туда, где камера не смогла бы его увидеть. Ещё один созданный глюк камер позволил ей поменять картинку - теперь кресло было пустым, как будто босс и правда куда-то ушёл. Сама же Оливия обеспечила себе план Б, вернувшись туда, откуда начала. Оставив маячок после пожитков, теперь она могла убедиться, что оставшаяся часть мероприятия пройдёт как надо.
Она нашла Вашвани, уже подходящей к холлу, но наличие рядом её коллеги не позволяло ей просто так появиться. Впрочем, Сатья не могла не почувствовать ощутимого сжатия её ягодицы.
- За оригинальность решения вопроса, - зашептала ей на ухо Сомбра, - Ты должна мне дополнительную награду.

+1

18

[indent] — Сатья Вашвани, архитектор, — с прежней невозмутимостью представилась девушка, обращаясь к человеку с экрана телевизора. — Специализируюсь на разработке проектов перестройки городов и — в меньшей степени — создании инноваций в более мелкой промышленности, мистер?..
[indent] Кто-то сзади нервно хихикнул; кажется, это был один из охранников. Вашвани скосила взгляд на Землинского: коллега сидел, поджав губы и, опустив взгляд в пол, чуть заметно кивал головой. Кажется, этот жест должен был означать что-то вроде «я здесь не при делах» или «я её не знаю», но ручаться за это Сатья не стала бы. Мало того, что она не очень разбиралась в человеческой мимике, так ещё и особенностей российской выразительности не знала.
[indent] — Алекс, — неудачно подавив смешок, ответил мужчина. — Можете звать меня Алекс, Сатья. Так всем будет удобнее, верно?
[indent] Она медленно кивнула. Что ж, узнать, присутствует ли Сомбра рядом, Вашвани не могла, равно как и даже прикинуть, собирается ли та как-то помочь в этой ситуации, однако пока человек в экране казался ей настроенным на диалог — а с этим можно было работать. Хоть архитектор и не считала себя дипломированным переговорщиком, но до тех пор, пока у неё была возможность увести беседу в чисто деловое русло, Сатья не волновалась.
[indent] — Что же, Сатья. Видите, какое дело: мы тут наслышаны о том, что ваша прекрасная организация натворила в Рио и, знаете ли, закономерно волнуемся, что подобная участь может постигнуть… и нашу страну, чего нам бы крайне не хотелось, — с расстановкой, на весьма чистом английском проговорил Алекс. — Мы посчитали, что мистер Землинский сможет пролить немного света на подоплеку вашего приезда в Москву. Но…
[indent] — Её нет, — сказала Сатья, даже не подумав о том, что паузу мужчина взял для выразительности, а не потому, что закончил мысль. — Как и в любой другой стране, куда моя команда приезжала с семинарами на протяжении последнего полугода — подоплеки нет. Наша задача состоит в том, чтобы пролить свет на деятельность Vishkar и заинтересовать людей своими предложениями, но не навязать их. Мы все помним Рио, Алекс, и, поверьте, отнюдь не гордимся тем, что там произошло… Алекс? Вы меня слышите? Мм…
[indent] Картинка замерла, дёрнулась, погасла. Почерк архитектор узнала без проблем; охрана же напряглась. Самый тощий из троицы принялся тарабанить по клавишам подключенного к телевизору ноутбука. Сатья нахмурила и выдержала взгляд другого мужчины, не изменяясь в лице.
[indent] — Это же не нормально, верно? — спросила она в воздух, якобы крайне заинтересованная причиной технической заминки.
[indent] — Чё там… — гаркнул третий охранник, самый, как Сатья успела понять, эмоциональный.
[indent] — Просто интересуется, что случилось. Брось, мы не компьютерные гении, чтобы взламывать технику, — проговорил Землинский на русском с мягкими интонациями, и хотя сути Сатья не поняла, но его реплика явно немного успокоила охрану.
[indent] — Хуй вас знает, хуетекторы.
[indent] Картинка, ещё раз дёрнувшись, вернулась. Алекс разразился речью на русском, из которой Вашвани уловила и поняла только фамилию коллеги. Но, судя по тому, что Землинский поднялся с места, их… отпускали? Именно. Можно было ещё что-то добавить, но Сатья подумала, что не стоит провоцировать незнакомого мужчину на диалог, который он посчитал законченным. Охранник-Игорь проводил их с коллегой до выхода из номера и вернулся к своим товарищам. Как ни в чём не бывало.
[indent] Отойдя за угол коридора, архитектор остановилась и еле успела подхватить пошатнувшегося Землинского, который просто обессиленно припал к стене. Коллегу потряхивало.
[indent] — Всё хорошо. Землинский, всё хорошо, — рассеянно пробормотала Вашвани, без задней мысли похлопывая коллегу по плечу.
[indent] — Чёрт возьми, солнышко… Чёрт возьми! — на лбу у него проступила испарина.
[indent] — Нам здесь лучше не оставаться, — Сатья подождала несколько минут, пока мужчина возьмёт себя в руки, и постаралась звучать выразительно. — Я слышала, кто-то из участников семинара звал команду на ночную экскурсию по Москве после банкета? Поезжайте. Все. Я заберу все вещи и сниму номер в другом месте. Встретимся либо там, либо в аэропорту. В компании местных участников семинара вам вряд ли что-то угрожает, понимаешь?
[indent] — А ты… — Землинский запнулся, и архитектор хотела уже добавить, что всё будет хорошо, но он закончил неожиданно: — ты из этих, да? Кто работает не только официально.
[indent] Сатья не изменилась в лице, но, кажется, коллега всё понял и так.
[indent] — О том говорят в Vishkar, если ты не знала. Тихо, но говорят: о тайном подразделении, которое не всегда играет по-правилам. Ты оттуда. И это не вопрос.
[indent] — Это всего лишь твои догадки, и они не имеют под собой основания, — немного жёстче, чем хотела, выдала Сатья.
[indent] В диалоге возникла неудобная пауза. В конце концов, коллега вздохнул.
[indent] — Я договорюсь об экскурсии. Ты-то не пропадёшь, верно?
[indent] Вашвани просто кивнула и помогла мужчине принять вертикально положение. Не сказать, чтобы у него за пару минут прошла нездоровая бледность, но он определённо пришёл в себя. Немного. Ничего более не говоря, они двинулись к лифту — пора было возвращаться к работе, что понимали оба.
[indent] — Легенда: тебе стало плохо. Я нашла тебя в коридоре по пути к вашему с Ричем номеру. Не беспокой ребят, им лучше ничего не знать. Всё будет хорошо. Тот Алекс был настроен на диалог, и если тебя не убили сразу, значит, они не так радикально настроены. Пока мы не будем лезть к ним, они не станут применять санкции.
[indent] — А мы не будем? — уточнил Землинский.
[indent] — У меня есть свои дела здесь, но они не связаны с Vishkar.
[indent] Коллеги из делегации заметили их с Землинским ещё на выходе из лифта. Сатья вздрогнула, ощутив, как кто-то очень наглый и невидимый сильно сжал её ягодицу и затормозила на полпути, якобы отвлёкшись на звонок коммуникатора. В душе расцветала искренняя благодарность Сомбре, которая помогла вытащить коллегу, но просто прижать к себе её, скрытую камуфляжем, архитектор не могла — никто бы не понял.
[indent] — Добрый день. Я хотела бы забронировать номер на одну ночь, двухместный, — заговорила она якобы с оператором какого-то букинг-сайта, хотя на деле обращалась к Сомбре, чуть развернув тусклый экран коммуникатора, чтобы та поняла, что она никому не звонит. — Подойдёт любое место ближе к аэропорту. Мне так же потребуется такси от отеля Golden Ring через два с… три часа, пожалуйста. Будет много багажа, такси нужно грузовое. Если вы закажете в номер ужин и бутылку вина, я буду так же крайне признательна. Большое спасибо за помощь. Надеюсь, мы с вами увидимся там, на месте. До свидания.
[indent] Сатья отняла коммуникатор и ещё несколько секунд простояла на месте. Руки невидимой Сомбры легли ей на плечи; девушка стиснула её в объятиях, на которые Вашвани не имела возможности ответить, и поцеловала в загривок.
[indent] — Я очень хочу тебя там увидеть, — почти неслышно прошептала архитектор и, когда объятия разомкнулись, двинулась в сторону коллег.

+1

19

Пожалуй, за то недолгое время, которое ушло на решение проблемы, Сомбра ни разу не подумала, что это именно деятельность Вишкар навлекла на них подобные неприятности. Что дело как раз в том случае, который мир теперь воспринимает словно чёрное пятно на идеальной деятельности корпорации, несущей свет в каждый уголок планеты. Безусловно, они многого не знали, иначе к Вишкар стали бы относиться как к террористам, причём таким, которые хуже Когтя, где не скрывали простую и понятную идеологию.
Но стоило проблеме утихнуть - и в голову полезли совсем не те мысли. Что на самом деле этот случай - типичная уборка мусора. Что если бы это не было связано с Вашвани, Сомбра бы точно сделала выбор в пользу русских. Они были бесхитростными. Переживали за свою страну, как и сама Оливия переживала за судьбу Мексики и ненавидела Люмерико.
Говоря совсем простыми словами, скептическое отношение к Вишкар никуда не делось, но постоянно дёргать этим Сатью и провоцировать её на совсем сложные разговоры не хотелось. В этот раз это вообще было каким-то далёким-далёким ворчанием, которое не получило продолжения. В конце концов делать приятно тем, кто иногда этого заслуживал, было не в самом низу списка любимых дел у Оливии.
Кроме того, Сатья тоже умела удивлять. Даже не тем, как она говорила, скрыв свои пожелания за абстрактным разговором с кем-то, а что именно она говорила. Разумеется, мексиканка бы возмутилась в любом другом случае - делать так много в пользу чего-то, пока не совсем понятного, было не в её интересах. Однако, с другой стороны это выглядело как добровольное соглашение на что угодно. Знак доверия, пожалуй. А для индианки, которая вообще не верила кому-то, кроме Вишкар, это было сложно. Сомбра же была капризной, но она умела ценить подобное отношение. И редко ворчала на полном серьёзе - мысль о том, что она станет похожей на Вашвани в этом плане заставляла её едва заметно улыбаться и лишний раз не открывать рта.
Стоило этой - ни дать ни взять - принцессе огласить свои пожелания (требования?), как Сомбра устроила руки на её плечах, не желая отпускать как минимум без комментария на эту тему. Уже не такого, какой он мог быть в нормальном разговоре, но, как и в большинстве случаев, вызывающий. Впрочем, даже сейчас Оливия вряд ли могла что-то потребовать - это всё ещё походило на приятное времяпрепровождение, за которым она и приехала сюда. Попутно накопала информации, решила парочку проблем. Кроме того, деньги Александра и должны были покрыть все сегодняшние расходы. Примерно прикидывая, во сколько обойдётся всё самое лучшее, Сомбра понимала, что останется денег ещё и на подарок. Который будет выбрать куда сложнее, чем всё остальное.
- Сколько она там сказала? Три часа? И время на дорогу. Что ж, посмотрим, насколько быстро у меня это получится.
- Учитывая твои аппетиты, - шепнула мексиканка на ухо архитектору, - Ты должна туда прийти как минимум в подвенечном платье, - характерно хмыкнув, она поцеловала Сатью и, наконец, отпустила.
Маячок позволил ей перенестись к своему закутку и забрать все вещи, прежде чем уйти - на улице всё ещё было слишком прохладно, чтобы выходить без тёплой одежды. Оливия хотела остаться на вторую часть семинара, но исключительно затем, чтобы посмотреть на поведение Александра, который скорее всего очнётся, когда гости из Вишкар ещё будут в его отеле. Политика невмешательства (Землинский ведь был жив, - напомнила себе Сомбра) делала расследование дела слишком долгим, и можно было не волноваться, что ещё кого-то умыкнут, но... это был один из тех случаев, когда мексиканка жалела, что не может оказаться в двух местах сразу.
Уже не такая доверчивая к дорогим отелям, Оливия пристально изучила все возможные варианты возле аэропорта - ближайшего к этому месту, ведь лишний раз петлять сейчас не имело смысла. И первый же, владелец которого показался ей не таким мутным, как Алекс, человеком, она и выбрала. Названный Old City, он отвечал всем требованиям, и мог похвастаться свободными двухместными номерами, один из которых (самый дорогой) Сомбра и забронировала. С заказом грузового такси к отелю, в котором был семинар, проблем тоже не возникло - это оказалось делом двух минут. Мексиканка не стала уточнять, что Сатья будет делать со всем багажом (и что вообще там будет), поэтому оплатила и те возможные часы простоя, которые обошлись в несколько раз дороже, чем сам путь из одной точки в другую. Зато это буквально будет держать водителя всегда рядом - и в случае чего багаж может отправиться туда, куда будет угодно.
Вопрос с доставкой еды в номер был отложен на потом, потому что подарок во всём этом списке дел был, без сомнения, самым сложным пунктом. У Сомбры бы не возникло долгих раздумий по поводу подарка для Гейба, если бы вдруг выдался повод. Она точно знала, что могла бы подарить Амели. Предполагала, от чего точно не откажется Мойра. Но понятия не имела, был ли такой подарок, который не выглядел бы пустой безделушкой для Вашвани. Та не очень-то жаловала всякие пустые вещи, если бы они не обладали полезными функциями. Быть может, приличный подарок существовал, но для этого нужно было напрягать техников из Когтя или Муэртосов. Однако, ни на тот, ни на другой вариант сейчас не было времени, а в собственном плане эти пункты пока не были выполнены. Бросать всё на середине Сомбра тоже не хотела, поэтому оставшиеся почти_два часа она потратила на нечто оригинальное - не столько подходящее на подарок, сколько на то, чтобы обставить определённые моменты так, чтобы это запомнилось. Совершить одно-другое незаконное дело за час совсем не выглядело сложным испытанием.
И вот Оливия наконец-то добралась до вожделенного номера, сначала закончив всё, что хотя бы в теории могло её отвлечь, а уж затем позаботившись о том, чтобы заказать еду в номер. Отзывы о русской кухне были среди клиентов настолько смешанными, что мексиканка не стала рисковать лишний раз, обходясь нейтральными блюдами. С вином вышло ещё проще, но рассудив, что это будет долгая ночь, хакер добавила к этому и бутылку текилы.
До предполагаемого прихода Вашвани ещё было время, но нужно было заняться сюрпризом. Для этого Сомбре пришлось взломать климат-контроль систему номера и управление освещением, внеся несколько важных поправок - сделать обстановку чуть теплее и настроить быстрый доступ к ней на своём интерфейсе, а также получить возможность управлять освещением. Также её интересовало убранство номера и, в частности, кровати, но, по какому-то вселенскому закону везения цветовая гамма номера не выделялась слишком яркими или, напротив, чересчур мрачными цветами. Тона были блеклыми, но в то же время хорошо читались даже при совсем тусклом свете.
Только закончив с сюрпризом, Сомбра позволила себе отправить на коммуникатор Сатьи нужную информацию об отеле и номере. Она отслеживала и нужное такси, чтобы, если вдруг что, оно не уехало куда-нибудь не в том направлении. Произошедшее с Землинским подняло градус паранойи чуть выше, поэтому сейчас хакер не хотела лишний раз рисковать. Чуть больше не хотела, чем обычно.
Когда заказ принесли, Сомбра позволила себе выудить из всего этого бутылку с текилой, но выпить и подумать о том, что она ещё забыла, уже не успела. Дверь в номер открылась карточкой, и, если только это не были разъярённые русские пришедшие по следу, то...
Мексиканка, не забыв про камуфляж, выглянула в коридор. Разумеется, это была Сатья, но Оливия не спешила показываться, давая Вашвани возможность самой оценить сюрприз, который внезапно пришёл Сомбре на ум. С одной стороны он был донельзя банальным, но каждый человек, с которым Оливии было хорошо, заслуживал какого-то своего, неповторимого подарка. И этот был только для Сатьи.
Она приглушила свет с помощью интерфейса, столько индианке дойти до комнаты. Свет сейчас играл очень важную роль, потому что на кровати, рассыпанные, точно звёзды, переливались и мерцали бриллианты. Россыпь крупных и мелких камней, которые щедро усеяли покрывало, они и правда могли вызвать ассоциацию с ночным небом. Возможно, чуть больше времени - и можно было оставить светодиоды под покрывалом кровати, совсем не используя верхний свет, но... он не ощущался в полной мере и сейчас, давая камням столь важный блеск. Одно-другое украшение бы не создало такого эффекта, но сейчас, глядя на Сатью, которую определённо зацепило всё это, мексиканка понимала, что пока ещё не разучилась преподносить сюрпризы. Она неслышно подошла к ней со спины, сбрасывая камуфляж и устраивая руки на талии.
- Me extrañaste?

+1

20

[indent]  — Сатья? Что-то болит? На тебе лица нет, — Ричард остановил её у входа в арендованное для семинара помещение словом, не прикасаясь: о её нелюбви к тактильным контактам он знал и, в отличие от большинства людей, не забывал. — Вы с Землинским сегодня чем завтракали? Вроде, все же одинаковое ели…
[indent] — У меня мигрень, бывает, — соврала архитектор, отмахнувшись свободной рукой; «безобидный макет» был всё ещё при ней. — Меня больше Землинский беспокоит.
[indent] — Говорит, давление скакнуло. Уже полечился флягой под кафедрой.
[indent] Они, одинаково хмыкнув, вошли в зал и прошли к экрану проектора, перед которым индийский представитель делегации Vishkar, прерываясь на перевод белоруса, уже втирал гостям о причинах задержки. Вещали они слаженно, и Сатья, только перекинувшись взглядом с коллегами, заняла своё место за кафедрой.
[indent] Лица на ней не было не из-за мигрени и даже, как ни странно, не из-за Алекса-русского, которого большей и неразрешимой проблемой архитектор больше не считала. Что-то происходило с ней самой, Сатьей Вашвани, и это что-то заставляло её нервно посматривать по сторонам, будто ожидая, что где-то сейчас характерно поплывёт воздух или вдруг среди гостей на задних рядах, в полумраке, где никто не увидит, из воздуха материализуется знакомая фигура. Обязательно подмигнёт ей, или закатит глаза — «я говорила это так скучно!» — может покривляется, мол, слушает с интересом. Вашвани никогда не могла знать, чего ожидать от Сомбры в следующий момент, и, что уж там скрывать, ей это нравилось. В отличие от многих иных ситуаций, где потеря контроля над происходящим выбивала архитектора из колеи, эта добавляла жизни динамики, вкуса, интереса. Но Сатья понимала, что её хакер на семинаре сидеть не будет. И могла лишь надеяться, что Сомбра правильно поймёт её просьбу, всё организует, пока она сама тратит время здесь, отчаянно надеясь, что они с коллегами успеют закончить и убраться из отеля до того, как дело с Алексом примет нежелательный для Vishkar оборот.
[indent] Они почти успели: охранники Алекса во главе с Игорем провожали их практически бегство из отеля в компании гостей семинара недовольными взглядами, но светиться и выдергивать представителей корпорации среди непричастных, как и рассчитывала Сатья, не стали. Коллеги забросили багаж в стоящее позади оперативно заказанного кем-то из гостей туристического автобуса грузовое такси, попрощались до аэропорта с «болеющей» Сатьей и отбыли. Она так же задерживаться не стала, и такси, организованное Сомброй, двинулось в одном только водителю известном направлении: архитектор не знала, на что именно пал выбор её девочки-хаоса; внезапное определение показалось ей весьма точным.
[indent] Уже на месте, которое Сатья нашла даже по-своему симпатичным с учетом национальной архитектуры, водитель помог ей выгрузить багаж в холл, где услужливые работники с готовностью пристроили его на передержку, а самой Вашвани выдали вторую ключ-карту от номера. Вторую. Это обнадёживало.
[indent] Она замерла у нужного номера на несколько томительно-долгих минут; всё почему-то не могла решиться приложить карту и войти, хотя предполагала, что Сомбра ждёт. И, может, уже даже знает, что Сатья здесь — в смысле, на территории гостиницы. Она бы не удивилась, на самом деле, будь это действительно так. Подобное промедление архитектору было несвойственно, и сама она посчитала его какой-то неоправданной изменой себе, но… с ней что-то происходило. Давно уже. Но только признаваться себе в этом Сатья не собиралась, а тут вдруг не смогла вовремя абстрагироваться — и получилось, что получилось.
[indent] Резко помотав головой, Вашвани наконец приложила карту к считывателю и одним единым порывом прошла в номер. Никто не набросился на неё с объятиями с порога, никто не показался в дверном проёме — это вдруг задело. Постояв в прихожей немного, Сатья словно опомнилась и закрыла за собой дверь, отставила чемодан к стене и разулась, педантично выставив туфли рядом, аккуратно. Вздохнула разочарованно, но одёрнула себя и медленно двинулась вперёд, к комнате и кровати; ей вдруг захотелось просто лечь и пару минут перевести дух.
[indent] …она резко замерла в проходе, когда в комнате начал гаснуть свет, а потом у неё просто спёрло дыхание. Сначала Вашвани даже не поняла, что произошло с освещением, откуда взялась эта странная игра света, но потом… потом всё встало на свои места. Поражённо выдохнув, архитектор неосознанно потянулась рукой к кровати — нужно было потрогать, убедиться. Завораживающее зрелище обезоружило её, лишило лицо привычного выражения, выбило из колеи и неприятных размышлений о случившемся в Golden Ring.
[indent] Когда чужие руки легли ей на талию, Сатья испуганно вздрогнула, но очень быстро опомнилась. Прикосновение было… правильным. Сказавшая что-то на родном языке Сомбра держала её не сильно, но крепко. Она так умела.
[indent] Вашвани не нашлась с ответом.
[indent] Вашвани вообще ни с чем не нашлась, и ладони её не сразу легли поверх чужих рук. Не сразу она сжала ладонь настоящей руки, не сразу потянула правую руку Сомбры наверх и не сразу поцеловала её тыльную сторону ладони. Но, почему-то, стоило ей сделать это, как вывернуться в объятиях и найти губами губы хакера стало совсем не сложно. Протез лёг девушке на спину, ненавязчиво прижимая её ближе; Сатья оторвалась от целомудренного поцелуя и коснулась лбом лба визави.
[indent] — Я даже не знаю, что тебе сказать, — честно произнесла она тихо, буквально расписываясь в собственном бессилии.
[indent] Этот раунд целиком и полностью оставался за Сомброй, а у Сатьи… что-то щемило в груди. И она боялась признаваться себе в этом.

+1

21

Реакция архитектора заставила Оливию усмехнуться - такая награда за труды была приемлемой. Сомбра задним числом подумала о том, что Вашвани бы тоже могла преподнести ей пару сюрпризов, но списала это на её усталость. Честно говоря, превращать романтический ужин в постельные игры прямо сейчас мексиканке не очень хотелось, хоть она и понимала - чуть больше настойчивости, и Сатья не сможет сдерживаться. Не сможет сама прекратить этот скромный поцелуй. Но даже такая реакция, без слов, была приятна. Сомбра была не из тех, от кого можно часто ждать таких сюрпризов, но позволить себе действовать скромнее и занизить ожидания она не могла. И даже больше "не умела", чем "не хотела" делать это из раза в раз.
- У тебя часто возникает такое ощущение, - с лёгкой улыбкой ответила Оливия, - Но я рада, что тебе понравилось.
Скосив глаза куда-то в сторону, хакер снова подлезла руками под плечи пиджака, на этот раз снимая его аккуратнее. Мягко выпутавшись из объятий индианки, теперь Сомбра действовала не так хаотично, как будто нарочно не подчёркивая эти действия слишком уж очевидными причинами. Она кое-чего хотела, но это не было связано с тем, чем они занимались совсем недавно. Прошедшая через целый семинар и не самую приятную встречу с русскими преступниками, Сатья была не в самом лучшем расположении духа, и Сомбра чувствовала, что её желания, озвученные ещё несколько часов назад, сейчас куда важнее, чем ещё одна прогулка до постели. Условно говоря, конечно - можно было и не дойти до неё.
В номере было тепло - если бы Вашвани заранее увидела все манипуляции, у неё оставался бы вопрос по поводу изменения функций климат-контроля. Вплоть до этого момента, потому что обстановка теперь благоволила избавлению от лишней одежды. Пожалуй, изначально Оливия не задумывала ничего такого, но теперь ей просто хотелось чего-то подобного, на грани с тем, чем они занимались до этого. Она всё ещё понимала, что вряд ли и сегодня ей удастся достать из Сатьи столько же слов, сколько, например, из Джесси при подобных играх, но вдруг время влияет даже на таких особенных в своём восприятии людей, как её, чего уж там греха таить, любимый архитектор, всё ещё трудящаяся на корпорацию, которую Сомбра до сих пор недолюбливает?
Сомбра придерживалась одного темпа, не давая Сатье вести в этом странном принудительном стриптизе. Даже будучи уверенной, что рубашка индианке не понадобится, Оливия не разорвала её резким движением, а аккуратно расстегнула каждую пуговицу, прежде чем снять. Теперь уже огладила руками голые плечи Вашвани, избавляя ту от рубашки. Опустилась на колени, возясь с её юбкой и обувью. Не стала затягивать момент, и поднялась, снова мягко приобнимая, но теперь уже водя руками по голой спине.
- На что-то такое я и рассчитывала, - не без смешка начала Оливия, - Что ты разомлеешь достаточно и будешь послушной девочкой.
Сатья вряд ли может догадаться, что иногда такая прелюдия - это хорошая возможность подставить человека. Обеспечить ему как минимум то, что называют весёлой жизнью. Можно крайне легко сфабриковать дело на основе всех этих бриллиантов, которые, пусть и не являются достоянием России, но могут послужить серьёзным и вполне законным обвинением. Отличие сейчас было только в отношении Сомбры к своей.. кому? Той, кто может стать напарницей в деле с Оком, потому что ей бы не помешали надёжные люди? Отличной партнёрше "на потрахаться" время от времени? Оливия бы скромно уступила Вашвани право ответа, если бы была уверена в том, что её архитектор ответит. Не проигнорирует вопрос или попытается перевести разговор на другую тему, а именно ответит. Отвлекшись от мыслей, она пресекла попытки Сатьи сделать то же самое с собственной одеждой и скривила губы в ухмылке:
- Ну нет, дорогая моя, теперь я считаю своим долгом немного тебя помучить, раз уж мои пожелания остались не у дел.
Вообще, шутка по поводу свадебного платья была больше шуткой, чем серьёзной просьбой, но сейчас Сомбра уже видела, как Вашвани могла бы её реализовать, что могла бы добавить и как вообще можно было это представить. К тому же, это бы дало им обеим пищу для диалога, поскольку порой (как и сейчас) Сомбра не знала, какой процент тем в разговорах с Сатьёй будет для неё неуместным. Было приятно, что они почти не испытывали такого дискомфорта, когда занимались любовью, но для Оливии, которой было не в новинку использовать и такой подход в качестве рычага давления, это был совсем не показатель.
Она провела индианку в другую комнату, где их ждала еда, но решила, что второй раз хочет избавиться от одежды сама. Небрежным движением руки погасила свет - сейчас едва ли было видно тускло сияющие импланты на голове. По этой же причине Сомбра сначала избавилась от верха брони - в внезапно обрушившийся на комнату мрак вонзилось сиреневое свечение. Сомбра не стала ограничиваться только бронёй - за майкой имплант, идущий вдоль позвоночника, было плохо видно, поэтому мексиканка сняла и её. И пока в комнате сохранялся мрак, Сатья видела только этот, больше напоминающий извивающийся хвост какого-то пресмыкающегося, имплант. Сомбра не торопилась, максимально затягивая момент представления. В конце концов, тут действительно становилось жарко, и речь была совсем не о подобном стриптизе в полной тишине и темноте, который она устроила для Вашвани.  Нет, в нём, конечно, тоже, но и от душа мексиканка бы не отказалась. Впрочем, закончила она своё представление уже под негромкую музыку, добавив в темноту ещё немного такой привычной для архитектора сирени своего интерфейса. И, наконец, присела на колени к Сатье, даже не думая о том, чтобы уходить в душ. Свет был столь же небрежно возвращён в эту комнату, а Сомбра с наигранной рассеянностью поискала глазами майку, хотя на самом деле не ощущала дискомфорта даже от приёма пищи совсем без верхней одежды.
- Всё ещё не знаешь, что сказать? - прижавшись к индианке голой грудью, зашептала Сомбра.

+1

22

[indent]  Она только улыбнулась в ответ на справедливое замечание, улыбнулась честно, согласно. Там, где иные люди считали нужным и даже необходимым говорить, Сатья часто забывалась и молчала, потому что не хотела портить момент каким-нибудь неудачным своим комментарием, который наверняка был бы понят неверно. Ей было сложно жить среди людей, в социуме, сложно объясняться корректно, вести диалог. Вашвани была хороша только в одном типе бесед — если те касались работы. Но и только.
[indent] Прежде, ещё пару лет назад, она была уверена лишь в одном человеке, знала наверняка, что Санджай Корпал может понимать её молчание верно. Но со временем стали появляться и другие, более близкие ей, нежели остальная серая масса, коллеги.
[indent] Или… Сомбра.
[indent] Осознание того, что хакер, появившаяся в её жизни донельзя спонтанно, а после и вовсе заявившая на Симметру какие-то странные и непонятные права, тоже учится прислушиваться к её молчанию, накатило на Вашвани далеко не сразу, но одномоментно. Она, помнится, даже не думала о девушке с раздражающей ассиметричной причёской — работала, как вдруг осознала, что в одну из бесед Сомбра правда пыталась «помолчать» вместе с ней. Это кольнуло в районе груди, но Сатья только нахмурилась и постаралась отстраниться от несвоевременных мыслей.
[indent] Она от них всегда отмахивалась, только сегодня что-то не получилось совсем. «Плохо…» — подумалось ей неуверенно, робко. Словно внутренний голос, который она считала рационализмом, засомневался вдруг в том, а плохо ли на самом деле.
[indent] И это уже была конкретная измена самой себе…
[indent] Вопреки сатьиному ожиданию, Сомбра не делает никаких поползновений к тому, чтобы задержать поцелуй, углубить его. Вашвани невольно теряется: она что-то сделала не так или неправильно что-то поняла? Снова появляется ощущение какого-то дискомфорта, но теперь — из-за того, что ей неожиданно не хочется расстраивать маленький персональный хаос. Она многое сделала для Сатьи и её коллег сегодня, она многое делала и прежде — чёрт, возможно уже имеет смысл признать, что она давно занимает более важное место в сатьиной жизни. Архитектор привязалась, подпустила Сомбру много ближе, поставила почти на один уровень с Санджаем — нежелание расстраивать такого человека, как ей кажется, совершенно обосновано с точки зрения человеческой психологии.
[indent] Вместо каких-то более решительных в-её-стиле действий, Сомбра медленно избавляет Вашвани от пиджака, который в тёплом номере кажется действительно лишним. И от остальной одежды. В ином случае, пожалуй, Сатья бы её остановила, но эта… «ненавязчивая настойчивость»? Ей нравится, что именно делает хакер. Никакого дискомфорта по поводу своей почти наготы архитектор не испытывает, не с этой девушкой. Она молчит, старается дышать глубоко, хотя определённая доля возбуждающего и завораживающего в действиях Сомбры, конечно же, есть.
[indent] Правда, стоит Сатье потянуться к её одежде, как хакер останавливает её. В Симметре борются два желания: перенять инициативу на себя или позволить Сомбре делать то, что хочется ей. Она решает отдать победу второму, послушно следует за девушкой в другую комнату, где успевает заметить лёгкие и достаточно простые, но оттого не менее вкусные на вид блюда, прежде чем Сомбра гасит свет — потом думать о еде получается в последнюю очередь.
[indent] Завораживает.
[indent] То, как изгибается в темноте отливающий лиловым имплант. То, какой соблазнительной кажется фигура хакера в тусклом свете её голо-интерфейса. Сатья пропускает тот момент, когда начинает играть тихая музыка, и оживает, кажется, только тогда, когда Сомбра садится к ней на колени, возвращает свет. Архитектор тяжело сглатывает. Снова хочется одновременно всего, и Вашвани теряется. Ищет компромиссы. Молчит опять слишком долго, но — вот оно — хакер терпеливо дожидается её ответа.
[indent] — Ты прекрасна.
[indent] Просто и без изысков, но оттого не менее искренне. Сатья рассеяно скользит взглядом по комнате, возвращаясь к манящему обнажённому телу, непроизвольно обнимает девушку протезом, но старается сделать это максимально аккуратно, чтобы случайно не повторить маленький казус в номере того отеля. Эту руку никогда не получится ощущать, как настоящую. К сожалению.
[indent] — Выключи свет. Пожалуйста.
[indent] Сомбра даже не спрашивает ничего. Это, конечно, малость — она может позволить архитектору просить о таком, несмотря на то, что сейчас диктует правила игры уже она. И Вашвани пользуется её согласием, изгибает протез, обнимает Сомбру уже и настоящей рукой — но на деле скорее тянется к загоревшемуся голубому кругу на ладони, чтобы, посредством нехитрых махинаций, создать по периметру комнаты почти обычный фотонный барьер, только более яркий, делающий их обеих здесь словно недоступными для всего остального мира. В некотором смысле, это действительно так.
[indent] — Я услышала тебя. Там, в отеле, — говорит Вашвани и, ничего не поясняя, настойчиво ссаживает Сомбру на диван.
[indent] Встаёт. Барьер создаёт в комнате красивый рассеянный голубой свет. Не такой навязчивый и раздражающий, как неоновый. Такой, в котором всё выглядит куда более загадочно и завораживающе. Это почти магия, хотя прагматичная Сатья в неё, конечно, не верит.
[indent] Симметра не поворачивается к оставшейся сидеть девушке спиной. Отступает назад очень плавно, покачивая бёдрами, начиная каждое своё движение с ног, на носочках. Руки тянутся вверх, плавно рассекают воздух. Она негромко напевает одной ей известную мелодию, без слов, мычит её ритмично и как-то даже мелодично, хотя именно пение никогда не было её сильной стороной. Но… по меняющемуся взгляду Сомбры она понимает, что чистота её голоса — не самое главное сейчас.
[indent] Пальцы машинально складываются в хасты, значения которых, наверное, мексиканке будут непонятны, но то и не требуется, ведь танец — универсальный язык, и говорить на нём Сатья Вашвани умеет много лучше, чем на английском или даже хинди. Она плавно прерывается на долю секунды, чтобы коснуться пальцами настоящей ладони круга на ладони протеза, чтобы вытянуть жёсткий свет треугольником наружу, а после, на плавном развороте на носочке одной ноги, обернуться к Сомбре, воссоздавая прямо на себе нечто, отдалённо напоминающее платье… прозрачное, переливающееся голубым свечением, на ощупь напоминающее щёлк, платье из жёсткого света. Может, не такое, на какое в шутку — или же нет? — намекала девушка ранее, но всё же.
[indent] — Смотри, — неожиданно властно произносит Сатья, замечая, как рука хакера непроизвольно дёргается в её сторону. — Смотри на меня.
[indent] …архитектору хочется её порадовать. Интуитивно она считает, что делает всё верно. Но коснуться себя позволяет, только закончив этот импровизированный танец в голубом свете — тогда, когда она этого хочет. Тогда, когда сама подходит вплотную и наклоняется к послушно сидящей на месте, путь и ни разу не спокойной Сомбре, касается настоящей рукой её подбородка и чуть запрокидывает голову. И находит её губы своими.

+1

23

- Я знаю, - с довольным лицом замечает мексиканка, - Поэтому ты так скучала. По этому. По всем своим ощущениям.
Атмосфера чего-то игривого, но никак не связанного с сексом, сейчас приятна Сомбре. Возможно, куда больше приятна, чем то, что они устроили в номере Сатьи в перерыве. Тогда они слишком желали тел друг друга, а сейчас на смену этому пришло нечто... романтичное? Ужин в номер, вызванный чувственной просьбой Вашвани, всё это представление, драгоценные камни в подарок - чем ещё это может быть? Даже ничего не говоря Сатье про бриллианты, Сомбра считает, что теперь они находятся в распоряжении той, для кого и затевался этот сюрприз. Можно сделать из них украшение, продать, оставить в таком виде, в каком они есть. Хоть из окна выбросить, что угодно. Хакеру был важен эффект, реакция, оказанное этой девушке внимание. И оплату она получила в полной мере.
Сколько у них может уйти на это времени? Кто первым начнёт собираться? Сомбра думает об этом даже с некоторым сожалением, но понимает, что это скорее её недостаточное влияние, недостаточная важность для Сатьи, чем личное огорчение. Можно было бы давно сдёрнуть её с насиженного места, но всё то, чем они привыкли заниматься, пока не видят друг друга, слишком разное. Да, после того раза архитектор навела справки, многое узнала о Сомбре, но смогла с этим жить. Смогла получить ответы, которые были ей нужны. Только вряд ли смогла бы разделить всё это с Сомброй. Сатья Вашвани, при всей своей похожести на малышку Оливию, была другой. И это не было чем-то плохим.
Мексиканка плавно водит кончиками пальцем по лицу Сатьи, оглаживает скулы, трогает щёки нежными прикосновениями, касается губами носа, добавляя влажное касание языком. Тратит какое-то время на то, чтобы снова повести процесс за собой, зарывается руками в длинные волосы архитектора. Склоняет её голову к себе, почти что вынуждая ласкать грудь. В такие моменты контроль над ситуацией ощущается гораздо хуже, но Сомбра понимает, что она в состоянии остановить порывы Вашвани, которые могут привести их к чему-то похожему, что было пару часов назад. А ощущается это всё так, как будто прошло только две минуты.
Свет она всё-таки выключает - в перерыве между прикосновениями губ Сатьи, когда это сделать легче. Кажется, та могла бы без устали заниматься ласками, если бы не эта небольшая деталь. Которая вдруг получает продолжение, причём довольно интересное. Сатья часто удивляет своей способностью работать с, в общем-то, чужой, но простой и понятной технологией, проецируя, однако, совсем нетипичные вещи. Может, она снова могла бы создать что-то фаллическое, и теперь Сомбра бы не устояла сменить роль, но архитектор как будто чувствует её настроение. Чувствует, что все эти настырные поцелуи и настойчивые сжимания задницы индианки - то, что находится на поверхности, что является частью образа. И, что несмотря на всё это, романтические порывы не чужды даже Сомбре. Конечно, если ситуация под контролем и в будущем не сможет никак сказаться на репутации, но это можно и опустить.
Тусклый свет барьера вокруг, который создаёт непривычное освещение, завораживает. Совсем не давит на глаза, но позволяет увидеть больше, чем в воцарившейся вокруг темноте. Простой барьер мог бы быть чем угодно, но почему-то создаёт ассоциацию со светлячками - как будто слабое мерцание созданного барьера почти животное, почти хаотичное, присущее не бездушной технологии, но живым существам. И Сомбру непривычно завораживает даже такая мелочь.
Она перебирается на новое место почти без сожаления, скользнув кончиками пальцев по щеке Сатьи. Та обещает что-то, и это уже выглядит неожиданно - обычно архитектор совсем не возвращается к обсуждаемым темам без напоминания. О чём может быть речь? В отеле они говорили и ни о чём, и много о чём, поэтому Оливия выжидает, наблюдая за представлением. Приглушает музыку совсем - ей почему-то важно слышать даже дыхание индианки, не говоря уже о самом проявлении её родной культуры - все эти движения и пение выглядят интересными. Конечно, не до такой степени, чтобы самой потом изучать всё это, но полный экскурс от самой Сатьи Сомбра бы прослушала прямо сейчас. Даже сейчас, когда любое неосторожное слово может... как будто включить свет и сломать всё то, что незримо строится вокруг.
Сатья творит что-то невообразимое, подобно самой Сомбре, ведь та любит преподносить сюрпризы. Но, даже расценивая реакцию Вашвани на бриллианты как отличную, сама Оливия не представляет, как выглядит сейчас, поднеся одну руку к губам, кусая большой палец время от времени и... просто наблюдая.
Такое поведение кажется ей непривычно пассивным - она хочет подойти, испортить, коснуться. Может, даже в своём привычном стиле, сделав это немного грубо, но то ли барьер, то ли взгляд самой Сатьи, который в полутьме не виден, но ощущается, держит хакера на месте.
Она понимает слова Сатьи только в середине представления, когда на той появляется эта сделанная из ничего одежда. Да, на подвенечное платье не слишком похоже, но и это ведь происходит впервые. И поэтому мексиканка сомневается, стоит ли ей что-то делать вообще. Она тянет руку вперёд, в попытке коснуться этого миража, но голос Вашвани вынуждает её перестать. Та может командовать... пока Сомбра позволяет. А учитывая то, что эта сотрудница Вишкар только что достойно ответила сюрпризом на сюрприз, Сомбра непривычно облизывает губы и пытается хоть как-то подыскать похожие слова. Пока Сатья их не требует, даже танец ещё не закончила, но говорить - из них двоих - лучше получается именно у хакера. Теперь та хочет, чтобы танец закончился побыстрее, но не хочет, чтобы он когда-нибудь заканчивался.
Оливия почти не ощущает, как архитектор подходит ближе и смотрит как будто сквозь неё, словно и сама Сатья сейчас соткана из этого гладкого и приятного на ощупь материала. На мгновение в голову закрадывается мысль о том, что если это жёсткий свет, значит наряд можно уничтожить одним импульсом, словно сорвать одежду. Но Сомбра не хочет вносить в это спокойствие вынуждающий действовать хаос. Не сейчас. Возможно, даже не сегодня. Хаосу нужно поднакопить силы, во всяком случае пока что.
Поцелуй позволяет ей надёжно обнять Сатью, чуть приподнимаясь, но затем увлекая её к себе на диван, чтобы она улеглась сверху. Ощущение от её платья у голого тела никак не меняются, хотя сначала Сомбра ждала какого-то специфического холода. Но сейчас она, кажется, чувствует даже тепло тела индианки.
- ¡Dios mío... Почему твои сюрпризы настолько прекрасные? - шепчет она в губы Вашвани, - Почему я так редко вижу что-то подобное от тебя? Ты могла бы радовать меня чаще, как я радую тебя, - обиженно проговаривает Сомбра, игриво прихватывая губами губы Сатьи, - Сколько у тебя времени, gatita? Мы ведь можем потратить ещё немного на то, что происходит сейчас?
Она не отпускает от себя архитектора, но не держит крепко - скорее изучает однородность её новой одежды. Водит руками по спине, спускается чуть ниже, задерживая руки именно там. Словно что-то вдруг вспоминая, шепчет снова:
- Знаешь, я бы могла кое-что сделать с твоим протезом... Чтобы всегда знать, в порядке ли ты. Не попала ли в такую ситуацию, как этот твой Землинский. Украшение бы подошло куда лучше, но будешь ли ты его носить? Сможешь ли..., - она ухмыляется, - Позвать меня, когда тебе будет плохо?

+1

24

[indent]  Сердце бьётся быстрее обычного; танец — та же физическая нагрузка, только несёт в себе конкретно сейчас иной смысл. Сатья дышит часто, но тихо. Срывает поцелуй с губ Сомбры. Отвечает на её поцелуй. Изнутри поднимается приятное тепло, что-то на грани возбуждения. Вашвани послушно забирается на диван, нависает над обнажённым телом уже давно небезразличной ей девушки, но пока не позволяет себе больше. Огонь занимается внутри: архитектор его пока ещё держит, не даёт разгореться — как и не даёт угаснуть.
[indent] — Тем ценнее они становятся, не так ли? — спрашивает она с ухмылкой, и всё это в комплексе ей настолько нетипично, что хакеру впору было бы заподозрить подмену, потому что обычно Сатья… такой не бывает. — Самолёт в восемь утра. Времени никогда не бывает достаточно. Это досадно. Но всё же… сейчас оно у нас есть. Я как-нибудь переживу сбитый режим.
[indent] Руки визави изучают её тело. Архитектор полагает, и совершенно справедливо, что ей интересно, какая из себя одежда из жёсткого света. Вашвани может хоть сейчас включить «режим зануды» — как это называет Сомбра каждый раз, когда ей предоставляется удобный случай — и рассказать ей о том, что разработки в области моды в Vishkar начались относительно недавно, но идут полным ходом уже сейчас. Пока есть спрос и пока людям интересны подобные диковинки, работы у корпорации не убавится. Но Сатье не хочется портить момент лекцией, даже если в итоге ту Сомбра могла бы признать не занудной. В кои-то веки.
[indent] — Если хочешь, — архитектор наклоняется ниже, выдыхает слова прямо хакеру в ухо, едва прихватывает губами мочку. — Могу сказать, что для тебя у меня есть целая вечность…
[indent] Она отстраняется, чтобы мимолётно заглянуть в горящие глаза Собры; никогда-то до конца она не понимала, какой именно у них цвет — стоило бы присматриваться почаще, но это всё ещё слишком сложно. Девушка кажется ей прекрасной в этот самый момент: подтянутое нагое тело, вздымающаяся от тяжёлого дыхания аккуратная грудь и соблазнительно приоткрытый рот. Она, завороженная, почти касается чувственных губ, но хакер, неожиданная разговорчивая именно в этот момент, нарушает почти идеальный план своими словами. Вашвани хмурит брови — жест должен выказать сожаление. Кажется, должен. Она же учила, что к чему…
[indent] — Ты с самой первой нашей встречи была неравнодушна… к моему протезу, — она становится на вытянутые по бокам от головы хакера руки, качает головой, отчего колышутся давно уже не собранные в причёску волосы. — Делать или нет — решать тебе. Мне лестно, что ты спрашиваешь меня, хотя могла бы просто изменить что-то так, чтобы я не заметила. Но на твой вопрос мы обе… знаем ответ. Верно?
[indent] …она не попросит о помощи. Конечно, никогда.
[indent] Вздохнув, Сатья с силой отталкивается от дивана, садится сбоку от Сомбры вполоборота, чтобы видеть её. Ей нравится эта девушка — глупо отрицать. С каждой встречной Вашвани постель не делит. Каждую встречную настолько близко к себе не подпускает. Но хакер подобралась к ней настолько близко даже не за месяц, у них на это ушёл год. Сложный. Насыщенный. Год на контрастах, взаимном недовольстве друг другом. Год на то, чтобы примириться с какими-то особенностями и потребностями друг друга.
[indent] — Я не хочу поднимать эту тему сейчас, — она невесомо проводит кончиками пальцев настоящей руки по предплечью Сомбры, перебирается затем на само плечо и затрагивает ключицу. — Надеюсь, не хочешь и ты. Что важнее… я проголодалась. А ты, как я и просила, заказала нам еду. Я бы даже выпила немного вина, но, знаешь, сидеть за ужином без одежды не очень прилично. Я могла бы тебе помочь. Что скажешь?
[indent] Скрытыми от взгляда девушки пальцами протеза архитектор ведёт, чтобы активировать генератор необходимых для плетения объектов частиц. На груди Сомбры из воздуха вырисовываются очертания нижнего белья — такого же прозрачного, отливающего голубым, как и контур барьера по периметру комнаты. У Сатьи появляется несколько любопытных идей о внешнем виде разработки, но она не спешит заканчивать создание, только вопросительно перехватывает взгляд хакера.
[indent] — Доверяешь моему вкусу?

+1

25

Иногда (редко, правда), но Сатья может быть пугающе-прекрасной. Обычно это нетипичное для неё поведение, на которое Сомбра пусть и обратила внимание, но никогда не думала подмечать вслух. Для Вашвани это было, наверное, чем-то подсознательным и, в конце концов, любого дикого зверя можно было спугнуть неосторожным шумом. Преображение обычно было не постепенным, но каждый раз происходило незаметно, что казалось, словно эту внутреннюю кнопку архитектору нажимать так же легко, как и колдовать с помощью жёсткого света. Если вспомнить, она не теряла лица, даже когда вела эту дурацкую презентацию. Никто из нормальных людей бы не сдержался, испытывая не самые скромные ощущения от нахальных прикосновений. Это... было сложно объяснить, но почему-то Сомбра видела эту самую грань между воздержанием Сатьи от того, что могло показать её не в лучшем свете на публике и воздержанием в моменты близости, когда та была довольно скромна. Но стоило только что-то случайно, небрежно задеть - и та загоралась, почти что буквально. В отеле не нужно было просить её о поцелуе - та сама набросилась, стоило только дверям лифта закрыться.
- Неужели? - нахально интересуется Сомбра, - Знаешь, опасно давать мне такую информацию, потому что я могу... отменить твой самолёт. Или, например, сделать так, что он поменяет курс в самый неподходящий момент, - она оглаживает крепкие бёдра Вашвани, кладёт руки на её ягодицы, заставляя не просто создавать близость, а прижиматься, но не торопится приобнимать, просто сейчас хочется чувствовать её лучше. Пусть даже сквозь эту странную одежду. Как минимум, некоторые места, особенно любимые Сомброй, хуже не стали, и мексиканка надеется, что эти уже привычные сжимания её ягодиц уже не вызывают такого дискомфорта как в людном месте. Ноги Сатьи вообще были темой для отдельного разговора, и даже принимая во внимание то, что понаблюдать за Амели у неё тоже было время, Вашвани с лёгкостью забирала у холодной француженки первое место. И дело было не в том, что с ней можно было позволить себе всё, что угодно и не получить за это выстрел из снайперской винтовки в голову. Просто эти бёдра и эту задницу Сомбра бы ни на что не променяла. А ещё... её губы. Будто бы неумелые, но дарящие чувственные и пылкие поцелуи, порой вдруг обретающие невыразимое мастерство - как раз, когда Сатья внезапно становилась хищницей, будто бы сдерживающая в себе демона, но периодически дающая ему волю.
- Ты очень нерационально тратишь свою вечность. Я-то до сих пор смертная, которая не всегда будет рядом, - непривычно серьёзно отвечает Оливия. Пользуется моментом, чтобы прижать ладонь одной из рук к щеке Сатьи, наблюдая за реакцией. Даже хмурится её архитектор как-то по-особенному, что не получается воспринимать как недовольству или обиду. Если так подумать, Сатья ни разу и не обижалась. Да, была зависима от этой информации, которую подкидывала ей хакер, находясь в выигрышной ситуации, но при этом поступала удивительно разумно. Такому её вряд ли мог научить Санджай, учитывая все особенности индианки.
- Как забавно, - покачала головой Сомбра, глядя на лицо Сатьи в обрамлении тёмных волос, сейчас будто окутывающих всё вокруг, - Ты не колебалась, прося о помощи коллеге, но не хочешь быть зависимой от меня ещё больше? Хорошо, можешь не отвечать, я сделаю то, что считаю нужным. Но не удивляйся, если твой протез будет периодически хватать тебя за задницу, пока меня нет рядом.
Шутит, конечно, но хочет легонько уколоть Сатью её недоверием. Мнимой самостоятельностью. Желанием быть независимой, поскольку помогать этой девушке совсем несложно, учитывая мотивы Вишкар в некоторых случаях и желание Сомбры приходить к Вашвани, чтобы побыть рядом. К тому же, архитектор и сама рада таким визитам, иначе откуда ещё взяться таким горячим поцелуям и горящим глазам, в которые вовсе не нужно заглядывать, чтобы это понять? Откуда у них такое интимное, такое чувственное завершение дня, если визит Сомбры не предполагал ничего такого? А ведь Вашвани дважды попросила её остаться. И думать, что это было просто так, в порыве страсти, очень глупо.
Она поглядывает на Сатью время от времени, чтобы не смущать долгим взглядом - помнит, что Вашвани не по себе от такого. Обычно, получается это делать, пока та спит или чем-то увлечена, но Сомбра и так запоминает мельчайшие детали в её облике. О том, что архитектор может в чём-то выглядеть не так идеально, как хочет, конечно не скажет. Она всегда идеальна. Как минимум, для самой Сомбры.
И даже теперь, когда Сатья просто сидит рядом, Оливия может просто бросать на неё лукавые взгляды, поглаживая по оголённому бедру - пришлось немного повозиться с хитроумной тканью, чтобы добраться до кожи, но это того стоило.
- Когда это меня что-то смущало? - с наигранным возмущением и чуть ли не вызовом отвечает мексиканка, - В том числе и демонстрировать тебе лучшие части себя. Насколько тебя это смущает? - цепко хватая настоящую руку Сатьи, Сомбра успевает положить её к себе на грудь, накрывая своей рукой сверху, - Иногда ты слишком строга к своим внутренним желаниям, - качает головой Сомбра, но тут же добавляет, - Однако, мне тоже нравится, что спустя столько времени в таком виде мы всё ещё хотим сделать это чем-то большим, чем просто прощальный трах. Это... хорошо говорит о наших отношениях.
Разумеется, мексиканка умалчивает о том, что ей вполне комфортно и просто сидеть рядом, чтобы касаться Сатьи, и что это ничуть не хуже, чем то, чем они занимались в номере отеля. Менее горячо, но более... чувственно.
Она позволяет Сатье колдовать - да, именно колдовать, потому что процесс создания одежды из ничего выглядит как реальное колдовство. Та не слишком настойчива, в отличие от ситуации, когда надо было быстро так сделать секс-игрушку, и это вызывает у хакера улыбку.
- Что-то более открытое, - кивнув в ответ на слова Вашвани, подмечает она, - Мне пока ещё не пятьдесят. И мне бы хотелось, чтобы оно не было... одноразовым, - смеётся, понимая, как нелепо это звучит, - Вдруг я захочу надеть его как-нибудь ещё раз.

+1

26

[indent]  В воздухе витает напряжение; Сатья сжимает настоящую руку на груди Сомбры легко, но уводит ладонь вниз, так, что ноготок указательного пальца через не до конца оформившуюся прозрачную ткань задевает тёмный сосок дразняще, с издёвкой почти. Она закусывает губу и глубоко вдыхает, удерживая себя в шаге от того, чтобы превратить это всё в то самое, о чём говорит хакер как будто с сожалением. Правда в том, что архитектору хочется её тела. Правда в том, что она опять загорается ощущением её близости. Безумие какое-то.
[indent] — Ты не права, — чуть даже хрипло бормочет Сатья, сосредотачиваясь на разработке, что её вовремя отвлекает от более низменного. — Я не хочу скрыть твою красоту. Лишь преумножить её.
[indent] Сначала она думает обойтись своей интерпретацией классического европейского балконета, оставить за основу концепцию и его строение, из своего привнеся, естественно, прозрачность материала. Но получившийся бюстгальтер, едва прикрывающий ареолы - а соски вообще подчеркивающий, а не скрывающий  - и визуально делающий грудь более округлой, полной, кажется архитектору как будто недоработанным. Она меняется в лице, становясь снова серьёзной, усаживается на колени по обе стороны от ног Сомбры и придирчиво изучает получившийся лиф, не отказывая себе в удовольствии — и маленькой детской мести — касаться груди хакера не всегда из-за необходимости дотронуться самого лифа, чтобы что-то в нём поправить.
[indent] — Мне бы не хотелось, чтобы ты надевала его для кого-то, кроме меня, — вслух бросает она, не до конца осознав, воодушевлённая внезапной идеей, какое откровение себе позволяет. — Чего-то не хватает…
[indent] Указательный палец становится на соединение лифа; Вашвани снова активирует генератор частиц и скользит механизированной рукой вверх, где замирает точно у горла, пока на манер чокера широкая полоса из жёсткого света опоясывает шею. Две более тонкие полосы к этому «ошейнику» тянутся от бретелей по плечам; Сатья ловит эстетическое наслаждение от появляющейся в разработке простой и понятной геометрии. Симметрии.
[indent] — Мне нужно видеть твою спину, — она сглатывает, отстраняясь, чтобы дать хакеру пространство для того, чтобы та могла сесть к ней спиной.
[indent] Тонкие линии вырисовываются на её спине в симметричное геометрическое чудо — этакую мандалу, состоящую из нескольких крупных треугольников и ромбов. Бюстгальтер перестаёт быть просто бюстгальтером. Вашвани задыхается от того, насколько красиво все это сочетается с отдающими лиловым имплантами, которые она учла, создавая этот узор. Так, что он лишь дополняет импланты, не делает их лишними.
[indent] — Идеально.
[indent] Она с трепетом проводит рукой по схватившейся ткани, не забыв добавить разработке застёжки, но так, чтобы надеть или снять лиф самостоятельно Сомбра могла с большим трудом. Конечно, она сможет расстегнуть чокер. И, скорее всего, поймёт, за счёт чего держится спина конструкции. Со временем.
[indent] — Хочешь посмотреть?
[indent] Увы, фокус с телепортом со спины не сработал бы, не так они были устроены, а концепты людей прошлого так и остались концептами. Но Сатья из жёсткого света сплетает простейший визор, функционала которого хаватает на то, чтобы запечатлеть картинку. Она со спины надевает его на Сомбру, попутно влажно целуя и чуть прикусывая её загривок.
[indent] — Может, это… не то, чего ты ожидала. Но он довольно… открыт. Как ты и просила.

+1

27

Это занимает, кажется, целую вечность, но в то же время Сомбра ловит каждое мгновение. Ощущает, внимает, изучает - и даже не столько процесс этого странного рисования на ней вполне осязаемого и ощутимого разгорячённой кожей нижнего белья, а, скорее лицо Сатьи. Её сосредоточенность на этом (главное не говорить вслух) пустяковом деле. В конце концов, раньше Оливия не замечала, чтобы привязывалась к каким-то вещам. Ей нравились особенные, необычные вещи, и она привыкла выглядеть экстравагантно и дерзко, но творчество Вашвани было насколько пропитано этим светом, из которого она всё мастерила, что не хотелось носить его просто так. Даже несмотря на то, что Вишкар всё ещё были злодеями, с которыми стоило бы разобраться, если они вдруг перейдут ей, Сомбре, дорогу, Сатью больше не получалось ассоциировать с ними. Главное не говорить это сосредоточенной на своём занятии архитектору, а то она, ещё чего, возгордится ещё больше. Станет такой, какой её Сомбра не очень любила видеть.
Хочется её остановить, конечно. Оливия могла только предугадывать, сколько времени Сатья тратит на самосовершенствование и как кропотливо относится к любой своей работе. То, что она перед этим предупредила о самолёте, кажется настоящей издевкой сейчас. В голове маячит такое яркое и навязчивое "мы теряем время". Несмотря на ужин, к которому они пока не притронулись, Сомбре хочется превратить это в новую игру. Теперь уже, конечно, без торопливых раздеваний - они и так уже почти готовы. И это совсем не игра в "кто первый не выдержит", просто Оливию не покидает ощущение, что та Сатья, которая находится не за закрытыми дверьми, где может позволить себе быть пылкой, горячей и даже властной, такой человек, которого Сомбра (да-да, даже Сомбра) не слишком хорошо знает. Но очень хочет узнать.
- У тебя мания величия, - шутливо бросает Сомбра в ответ на слова, которые и так читались, но которые мексиканка не ожидала услышать, - Если мне тоже нужно проговориться о подробностях, то я люблю всё, что ты создаёшь. Вплоть до тех девайсов, которые ты точно нигде и ни с кем больше не будешь использовать.
Терпеть становится совсем невмоготу, и прикосновения Вашвани к груди только больше подначивают разорвать эти рамки, которые негласно поставила Сомбра, и которые они пока вынуждены соблюдать. Может, действительно стоит этим заняться, однако... слова Сатьи разряжают обстановку. В самый последний момент. Оливия садится удобнее, спиной к Вашвани, и выдыхает - хорошо, что можно не смотреть на неё и дать себе время остыть. Мысли невольно возвращаются к бутылке текилы, и почему-то желанию устроить пару сюрпризов. Особенно учитывая поведение Сатьи днём.
- Знаешь, - совсем не пытаясь отвлечь архитектора от работы, вдруг говорит Сомбра, - В этот раз я хочу сделать то, что ты делала днём. Потому что если бы ты сейчас не была занята, я бы точно не выдержала.
Она понимает, что говорить после такого о другой стороне отношений - сущее лицемерие. Последние слова произносит как-то печально, но надеется, что это выглядит не слишком явно, не слишком провоцирующим. Кроме того, Оливия прекрасно помнит слова Санджая, не хочет лишний раз давить на Сатью всем этим. Ей и так непросто - говорил Корпал, но раз за разом, понемногу расшатывая привычные для Вашвани устои, Сомбра видела, что она с лёгкостью переступает через все барьеры, которые раньше казались ей нерушимыми. И понимает, что в этот раз сделает так же. Что будет следить за ней, загрузив соответствующие программы в её протез. Что не допустит такой ситуации, какая произошла сегодня с её коллегой. А если и допустит, то будет уверена, что любое дерьмо можно решить с помощью слов. И, вероятно, денег. Убийств она не совершила и сегодня, хотя возможностей для этого была масса. И хотела бы верить, что для Сатьи это что-то значит. Что даже такой человек, как Сомбра, которая выглядит явно не той, кого волнуют чужие жизни, может позволить себе сохранять их, а не отнимать.
- Ты уже закончила? - рассеянно произносит Оливия, когда её настигает вопрос Сатьи. Чёрт, кажется, ещё немного, и она могла бы задремать - позирование не было сильной стороной Сомбры. Напротив, ей было важно двигаться. Или получать всё внимание того, кто мешал ей двигаться. Сидя к Сатье спиной, это казалось невозможным.
С помощью устройства, функционал которого хакер понимает только на каком-то подсознательном уровне и определённо не прочь его изучить, она смотрит на результат трудов Вашвани. Конечно, ничего другого, кроме как произведения искусства она и не ждала. Сделать из жёсткого света простой бюстгальтер было делом двух секунд, но Вашвани предпочла более сложный вариант.
- Сатья, - качает головой Сомбра. Губы мексиканки трогает лёгкая улыбка, но с ответом она медлит - поцелуй очень отвлекает и хочется повернуться к ней снова.
- Ты ведь видела в кондитерских магазинах авторские торты, да? Должна была видеть, - начинает Оливия издалека, - Многие существуют в единственном экземпляре, и на них уходят часы работы. Кондитеры должны торопиться, чтобы он остался свежим, но при этом был красивым. Уникальным. Но иногда... иногда тебе хочется просто поесть чего-то сладкого, а такой торт будет жалко есть, ведь это настоящее произведение искусства. Шедевр. Частичка работы гения, вышедшая из-под его рук.
Она повернулась лицом к Сатье, сняла визор и обхватила её плечи, привлекая к себе.
- Я хочу надевать его для тебя, но было бы неплохо иногда и снимать его. Ну, так, чтобы ничего не испортить. Я не очень привязывалась к вещам раньше, но... это выглядит как подарок, который я больше никогда не надену. Он слишком прекрасен. Так что... тебе придётся потом сделать мне ещё один. На каждый день, - тихо сообщает она, надеясь, что не заключила комплимент и слова благодарности в слишком сложные мыслеформы. Во всяком случае, начало получилось грубоватым, но Оливия была искренней - это действительно было куда большим, чем просто подарок, который можно использовать. Кроме того, ей хотелось добавить, что она и понятия не имеет, как ухаживать за этой тканью и почему Сатья предпочла сделать конструкцию настолько сложной, хотя для более частых встреч (и одевания-снимания этого шедевра) могла просто попросить.
- Знаешь, ты ведь можешь меня попросить, - начинает она после долгого поцелуя, накрыв ладонями щёки Вашвани, - О чём угодно. Иногда не нужно всё слишком усложнять. Вот, например, я, - она шепчет это почти в губы Сатьи, - Хочу, чтобы ты, наконец, поела. Чтобы мы выпили. Достаточно, чтобы раскрепоститься ещё больше, но прекрасно понимать, что происходит. Хочу, чтобы потом ты сделала из жёсткого света девайс для меня. А потом, - она наклоняется к уху архитектора, - Я хочу овладеть тобой. Нежно. И грубо. Резко. И плавно. Но это будет не так быстро, как было у тебя днём. Потому что теперь у нас достаточно времени. Я достаточно терпела, чтобы всё это продумать. И слишком долго не делала этого. Так что... у тебя нет выбора, Сатья. Ты можешь только подчиниться.

+1

28

[indent]  Каждый выдох Сомбры, каждое её слово и жест Сатья ловит чутко, внимательно. Ей мало о чём могут сказать эти вещи, но с хакером она правда хотя бы пытается. Потому что — и в этом даже получается себе признаться почти без проблем — ей небезразлична эта девушка. И хочется понимать её лучше; Вашвани учится медленно.
[indent] Сомбра говорит о тортах, чтобы потом сказать о том, что ей нужен и более простой бюстгальтер. Архитектор пытается нащупать связь между этими совершенно различными вещами, но у неё не особенно получается, хотя ближе к концу речи хакера она думает о том, что почти поняла, что до неё пытались донести. Впрочем, лучше слов у Сомбры получается объяснить всё архитектору другим языком, через долгий жаркий поцелуй, в который Сатья окунается с головой. Становится душно, хочется большего. Она с трудом отрывается от хакера, кусает губы — свои, чтобы не зайти дальше. Не сейчас. У них достаточно времени, это — не получасовой перерыв на семинаре. Только хочется всего и сразу.
[indent] — Не понимаю, — выдыхает архитектор. — Ты как будто недовольна. Если ты испортишь этот, я просто сделаю ещё один.
[indent] Ей нравится ощущать на себе руки хакера. Нравится близость, хотя теперь Сатья сомневается в том, что ей стоило делать бюстгальтер настолько… завораживающим. Суть, правда, с самого начала была не в том, чтобы скрыть тело хакера, чтобы не думать о вполне конкретном продолжении, но архитектор сыграла против себя, сделав все это таким невообразимо соблазнительным.
[indent] Следующие слова Сомбры на фоне её душевного неспокойствия выглядят каким-то совсем уже откровенным издевательством. У Вашвани всё внутри завязывается узлом. Она уговаривает себя не спешить. Дышать. Голос хакера звучит слишком соблазнительно.
[indent] — Могу, — хрипло соглашается она; голову немного кружит, Сатья сглатывает шумно. — Но, сначала, ты меня покормишь. И мы выпьем. Потому что, если я сделаю его сейчас, то не удержусь. И всё закончится быстрее, чем могло бы. Я этого не хочу. Но хочу поесть. Хочу, чтобы ты покормила меня.
[indent] Сатья говорит одно, но сама тянется к Сомбре, целует её ключицы, целует шею, прижимая к себе за поясницу. Это хождение по тонкой грани: легко упасть в то сумасшествие, которое они разделили на двоих в номере в отеле. Легко создать нужный предмет почти щелчком пальцев, сорваться совсем. Вашвани отрывается от желанного тела с сожалением, явной неудовлетворённостью. Встаёт с места резко, потому как, иначе, это не остановить. Барьер по периметру комнаты тускнеет, рассеивается — без этой магии атмосфера немного успокаивается. Сатья медленно выдыхает, хватая из блюда на столе половику черри. Пустой желудок отзывается спазмом. Архитектор со вкусом облизывает томатный сок с пальцев. В следующий раз это оказываются уже не её пальцы. Сомбра понимает просьбу о кормлении слишком буквально. Но Вашвани даже не думает её останавливать.
[indent] Это тоже можно превратить в игру. И Сатье, по правде, нравятся такие игры.

+2

29

Сомбра выдаёт что-то похожее на смешок. Конечно, осторожные аналогии с Вашвани не работают. Архитектор привыкла обращать внимание на конкретные факты, ведь это её работа, и даже в таком необычном проявлении, вышедшее из-под её рук, это не более чем рабочий продукт, который нуждается в оценке. Но для Сомбры это всё-таки имеет значение. Она недолго подбирает слова, говоря с кем-то. Не было бы ошибкой сказать, что почти не думает - всё-таки, реакция собеседников для неё укладывается в определённые шаблоны, с которыми она привыкла работать. Но у Сатьи всё слишком новое, непривычное, и хакер вынужденно теряется, пусть и не показывает этого, ищет слова дольше и вполне справедливо опасается, что любая неосторожная фраза может сделать эту девушку холодной и закрытой. И это тогда, когда архитектор как будто бы воспрянула, как будто потянулась к кому-то, точно прекрасный цветок, вновь почувствовавший лучи солнца.
- Я довольна, - рассеянно сообщает она, понимая, что надо пояснить это чуть подробнее, - И совсем не против, если ты сделаешь мне целый костюм из жёсткого света. Но простота в использовании - это то, что я тоже очень ценю. Помнится, ты была недовольна тем, насколько сложно снимается моя броня, - со смешком вспоминает мексиканка, - Тогда почему не решила сделать проще?
Оливия вкладывает в каждое слово много внимания - ей не хочется, чтобы просьба выглядела чем-то неважным - посмотреть на манипуляции Сатьи с жёстким светом она любит. Любит наблюдать, что именно творит Вашвани, и ведь костюм - это растяжимое понятие в данном случае, причём архитектор прекрасно понимает, что надо учитывать, и что должно получиться. Это заставляет Сомбру не торопиться, говоря с расстановкой, чтобы Сатья имела это в виду. Конечно, времени вдруг становится слишком мало - всё не успеть, но вдруг у Вашвани будет свободное время, когда она вернётся в Вишкар. Вдруг она вспомнит об этой просьбе и тем самым приучит хакера ценить подарки, к которым Оливия прежде не привязывалась.
Она отнимает ладони от щёк Сатьи, чтобы хоть немного убавить пыл, который, кажется, ломает все мыслимые пределы. Тянет ответить - в уже привычной манере, и, кажется, такой тон Вашвани всё ещё ужасно не любит. Улыбается в ответ на просьбу - ухмылкой это назвать сложно. Который раз за сегодня? Ответ можно дать про себя - так, чтобы архитектор ничего не поняла.
Сомбра опускает руку на голову Сатьи, готовая в любой момент дать им вынужденную паузу, но в то же время хочет, чтобы та сорвалась - может будет отметить это вслух. Превращать это в игру, подобную той, что была днём, хочется не очень сильно, но всё-таки это воздержание не получается охарактеризовать иначе. Сложности, которые так любит Сомбра вместо той простоты, которой вообще мог обернуться для них обеих обычный секс. Может, этот период стал изживать себя, чтобы уступить место чему-то ещё?
Она погладила Сатью, занятую ласками, по волосам. Глядя на неё, у Оливии возникало множество вопросов, которые она не могла задать. На которые не знала, несмотря на всю информированность, ответов. И, пожалуй, сама Вашвани удивилась бы тому, насколько это пугает. Насколько тонкий лёд под ногами трещит, готовясь утянуть в ледяные воды, откуда нельзя будет выбраться.
Сомбра почти спрашивает. Почти говорит то, что это уже нельзя измерять только сексом, каким бы приятным он ни был. А после понимает, что не может - просто не имеет права - испортить этот вечер, и просто идёт следом за девушкой. С таким важным теперь местоимением "своей". Это как раз тот момент, когда можно не ласкать уши Вашвани языком, а шептать в них свои требования-приказы, мотивируя её не столько информацией, сколько собой. Своей компанией, своим присутствием рядом, своим телом. Новый крючок для золотой рыбки. Но сейчас Оливия ругает себя за слабость и понимает, что ей много что мешает. И что она не хочет ломать и так скрученную в узел жизнь этой девушки. Своей девушки. Которая преданно смотрит на неё, несмотря на верность Вишкар. Которая может выполнить почти что угодно.
Никогда прежде не испытывавшая тяги к такому приёму пищи, Сомбра почему-то расценивает желание Сатьи совершенно спокойно. Может, даже слишком привычно, когда начинает кормить её. Ей нравится этот контраст, который нужно соблюдать Вашвани, чтобы случайно не укусить пальцы, водящие по её губам, касающиеся языка и нахально лезущие в рот.
- Покормить, - напоминает себе Сомбра, когда совсем заигрывается, вводя два пальца в рот Сатьи и двигая ими, словно напоминая о том, что ждёт её после ужина, - Не трахнуть так, как голодная хищница. Покормить.
Она переходит на другие блюда: не зная предпочтений Сатьи, пришлось заказать всего понемногу, но при этом обойтись без лишней экзотики. Даже будучи неограниченной в финансах, Сомбра всё равно заказывала то, что, при случае, могла бы съесть и сама. Как бы ни было велико её желание уйти утром раньше, чем проснётся Вашвани, она знала, что нужно будет поесть - дорога до базы Когтя обещала быть долгой, даже несмотря на то, что в самолёте, может, и получится что-то урвать.
Слишком острые блюда, заказанные специально для себя (то, что буррито уже остыло, не слишком-то волновало Оливию, как и тот факт, что она, возможно подтверждает какие-то там стереотипы - кухня родной страны ей очень нравилась) она откладывает в сторону, продолжая выискивать что-то не слишком ярко выраженное по вкусу. Впрочем, с набором сыром с сырной тарелки ещё можно поспорить. Даже несмотря на те кусочки, которые можно было зажать между зубов и покормить Сатью так, Сомбра в конечном итоге решает воспользоваться вилкой, чтобы не поддерживать такую атмосферу. По крайней мере, тем желаннее будет то, что они запланировали на потом. Она угощает Сатью и местным аналогом севиче, сделанного из лосося, причём достаточно свежего и качественного, пока, наконец, не решает поесть сама. И тратит немного времени на то, чтобы поставить на стол алкоголь - и общий, и свою бутылку, которая даже не пригодилась до этого момента.
- Подумала, что у меня будет время, чтобы встретить тебя уже не слишком держащей себя в руках, - поясняет хакер, протягивая руку вперёд, чтобы коснуться пальцами губ Вашвани - этакий намёк на то, чтобы та снова их облизала, - Но ничего не вышло. И не то, чтобы я этому расстраивалась.

+1

30

[indent] — Потому что этот я могу снять по щелчку пальцев. Буквально, — шепчет она на ухо соблазнительно, опаляя шею дыханием, невесомо блуждая руками по спине Сомбры.
[indent] Оторваться от неё сложно, невозможно практически. Бегство к закускам, кажется, спасает — немного и ненадолго. До тех пор, пока хакер не подключается к процессу, пока её пальцы не запачканы соком черри, солью и соусами от других блюд. Сатья понимает, что это немного некрасиво, особенно после того, как она сама попросила прерваться на еду, но она не может отказать себе в удовольствии лишний раз коснуться её пальцев губами и языком, чуть прикусить их, может, даже, невозмутимо пару раз взять в рот целиком, искоса и хитро при этом поглядывая на Сомбру — привычно избегая взгляда в глаза.
[indent] Хакер отвлекается, чтобы ещё что-то принести: её тело соблазнительно изгибается в светящемся бюстгальтере, вызывая очередной неровный вдох. «Почему именно ты заставляешь меня чувствовать себя живой?» Мысль врывается в сознание стремительно, молнией, бьёт точно в цель; изнутри тело моментально сковывает страхом, всё холодеет, Вашвани замирает напряжённой струной. Страх отражается во взгляде, что-то как будто выворачивает внутренности — как будто она делает что-то очень неправильное, запретное, в этот самый момент и понимает, что её вот-вот за этим занятием застанут.
[indent] Секундное. Когда Сомбра возвращается к ней, архитектор ничем не выдаёт творящийся внутри сумбур, только якобы придирчиво изучает взглядом бутылки с алкоголем — прячет, на самом деле, взгляд. Так проще и сложнее одновременно, немного дезориентирует; Вашвани рассеянно отрывается от алкоголя, чтобы снова зацепиться за соблазнительную ложбинку, образовавшуюся между грудями визави благодаря выбранному типу нижнего белья. «Красиво».
[indent] — А ты… держишь себя в руках?
[indent] Она обхватывает предложенные пальцы губами, посасывает несильно, делает несколько медленных движений головой, то почти выпуская их, то снова вбирая полностью. Вопрос получается смазанным: это не то, что она хотела спросить, не то, что могла спросить или сказать — это некий компромисс, фраза, заполняющая собой паузу, не-ответ, но что-то около. Вашвани с трудом отводит взгляд: возбуждение перекрывает собой неприятные размышления, и, верить хочется, что надолго. Хотя бы на этот вечер, а после у неё будет время всё обдумать и найти причину собственных реакций.
[indent] — Я, кажется, не очень, — она, оторвавшись, вздыхает поразительно честно, не пытается юлить. — Выпьешь со мной?
[indent] Архитектор не пьёт практически, не сильно понимает смысл, не видит в этом чего-то особенно приятного, не любит, когда голова с утра от похмелья кажется тяжёлой. Архитектор пьёт только в меру, не больше пары бокалов, только в знакомом обществе: алкоголь берёт её хорошо, делает всё очень простым, а её саму — лёгкой и беззаботной. Сатья не любит это ощущение, когда тело перестаёт слушаться её так же быстро и идеально, когда всё вокруг, кажется, укоряется, а она сама словно выпадает из течения времени. Но сейчас, здесь, они с Сомброй вдвоём, и идея выпить не кажется ей плохой. Тем более, она сама просила об этом. Она рассчитывала на то, что пара бокалов вина поможет ей сделать всё немного более… простым.
[indent] Терпкое вино обжигает внутренности; Сатья почти по-детски морщится, хотя понимает, что её напиток намного слабее по градусам, чем тот, что собирается закинуть в себя Сомбра. Она не осуждает, как и не интересуется другого вида алкоголем, хотя наблюдать за тем, как Сомбра пьёт текилу, ей интересно. Она делает для себя некоторые выводы.
[indent] — Я сейчас вернусь, — шепчет почему-то Сатья, покидая хакера на несколько минут.
[indent] Её отражение в зеркале ванной комнаты кажется ей каким-то… не таким. Слишком открытая, рассеянный взгляд. Растрёпанные волосы. «Позор, — заключает она, но не спешит идеально вычесывать волосы, только тратит время на собственную гигиену. — Наверное, ей так не кажется».
[indent] Она возвращается чуть более задумчивая, якобы подостывшая, но это показное. Вид того, как Сомбра наливает следующую стопку, подстёгивает её подойти быстрее и забрать солонку, чтобы полоску соли высыпать себе на руку, на запястье, не оставляя визави возможности понять её действия неверно. Дольку лайма она берёт зубами, не касаясь кислой сердцевины. Терпеливо ждёт, пока девушка слижет соль, выпьет, потянется выше.
[indent] Её губы архитектор накрывает требовательным поцелуем почти сразу, как та заедает текилу лаймом; настоящая рука ложится на затылок, не оставляя возможности отстраниться. Одежда из жёсткого света, ведомая волей архитектора, медленно распадается на частицы, поднимается вверх, растворяясь. Вашвани позволяет опрокинуть себя на диван, углубляя поцелуй, солёно-кислый, но оттого не менее приятный. Страпон, почти точная копия того, что она создавала ранее, но без дополнительного дилдо, из-за которого его нужно было бы надевать нормально, появляется сразу на Сомбре. Сатья позволяет ей чуть отстраниться, чтобы понять: обычное бельё она оставила в ванной, под светящейся тканью нет ничего.
[indent] — Хочу тебя, — с придыханием бросает архитектор дрогнувшим голосом.
[indent] Кажется, она с этой девушкой загорается от одного лишь взгляда.

+1


Вы здесь » crossfeeling » PAPER TOWNS » Masterplan