Отгородившись от политики и не вплетаясь в неё практически совсем, Том вовсе не жалел. Несмотря на то, что его мотивация и амбиции росли в геометрической прогрессии, сам факт необходимости учиться, само-совершенствоваться и странствовать мага не смущал. Его вообще мало что смущало, когда речь заходила о силе, бессмертии и знаниях, которые помогут внести порядок в мире и доказать (самому себе) собственное превосходство. Не жалко было даже времени, потому что Риддл логично полагал: у него впереди, так или иначе, вечность, потому он мог посвятить какую-то её часть тому, чтобы обрести все знания мира. Прежде чем сам мир станет его. Рациональность выглядела так. ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ
устав администрация роли f.a.q фандом недели нужные хочу видеть точки отсчёта фандомов списки на удаление новости

crossfeeling

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » crossfeeling » GONE WITH THE WIND » входим в родное антипространство


входим в родное антипространство

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

входим в родное антипространство
gardner & pacifica // хранитель & обманщица

https://78.media.tumblr.com/b3611f6e94139754dc0b65df055dabbb/tumblr_oqe7hkmIIz1ri1csjo8_400.gif

https://78.media.tumblr.com/a4f8c0ca665f72af68b293d5a3705771/tumblr_oqe7hkmIIz1ri1csjo1_400.gif

https://78.media.tumblr.com/a683744c4a766142618674156e4db05e/tumblr_oqe7hkmIIz1ri1csjo6_400.gif

«

париж, весна 2017.
когда та ещё сучка прибывает в город любви - стоит ожидать только разрушения всякой любви.
потому что те ещё сучки не приезжают, что бы просто так пошопиться [ хотя, шопинг входит в план её дел ].
они приезжают для того, что бы сорвать куш. ведь у сучек, как правильно, голова на месте, но работает она не на благо общества.
бойся, бедный мягонький кролик, за тобой пришла настоящая волчица, которая не уйдёт без добычи.

»

Отредактировано Pacifica Northwest (Пн, 4 Июн 2018 01:42:56)

+2

2

Боль и тошнотворная слабость наполняли все тело, сознание плыло - как и картинка перед глазами. То ли от шока, то ли от крепкого удара ногой в тяжелой солидной туфле по лицу. То ли от всего сразу. Перед глазами мигали вспышки света, с хрустом, фактически воображаемом, но тем не менее - отдающимся в ушах, прорезавшие тьму. Кажется, один зуб почти выбит, шатается. Нос разбит, как и губы. Лицо облепляет пленка засохшей побуревшей крови.
Плечо неистово горит...
Гарднер приходит в себя с шумным стоном и хрипом.
Пасифика Норфвест. Отлично фамилия подходит. Злой и колючий северный ветер, что может свести с ума.
Тело не слушается, а глаза лучше закрыть, потому что от мельтешения световых точек неиллюзорно тошнит, и все равно перед ними мрак, ничего толком не разглядеть. Ему кажется, что все его органы провернули в мясорубке, внутри сплошной кровавый фарш. А ведь, между прочим, все только началось явно... Удивительно, как же он жалок и слаб. Стоило лишиться Усаги, и его уставшая тощая тушка начала быстро сдавать. Стоило поносить так мало браслет Лилы - и Хисс хорошенько посмеялся над ним. Давал силы, но стоит ему захотеть, как он ограничивал все ресурсы. Хисс колко шутил про заячью душу. Хисс терпеть Гарднера не мог и всячески старался доказать, что Лила слишком размякла от своей любви к Адриану, раз дала свой талисман такому ничтожеству...
И стоило ему почуять душу Пасифики рядом, как он забился в восторге.
Это Гарднера насторожило сразу. Да, он уважал Лилу, он не считал ее злом во плоти. Но всегда понимал, что белой и пушистой эту итальянку не назовешь. И когда она раскрыла свою тайну, сказала, что она подкинула Адриану подделку, он был поражен как громом. Но, видя, как она убивается чувством вины, он не стал читать ей нотации. Да и она едва ли слушать бы его стала...
Хисс чует малейшие частицы мрака и всех отрицательных сторон души. А потом культивирует. Нельзя сказать, что Гарднер ангел, но его потенциальное внутреннее зло для квами-змеи оказалось слишком мало, потому и сам бывший Ляпан Люнер для этого талисмана был скучен сразу и был скорее будущей добычей... Гарднер понимал, что восторги Хисса в адрес Пасифики едва ли сулят что-то хорошее кому-либо. Новенькой блондинке приглянулся его браслет с первого взгляда, а она приглянулась квами. Ее упорство в поведении в стиле наивной невинной дурочки даже Гарднера забавляло. А Хисса тем более. Но последний скорее пищал и шипел от радости, будто на солнце грелся. Гарднер же мысленно закатывал глаза.
Такой союз добра не принесет.
Поэтому, когда Пасифика пригласила его "сходить куда-нибудь вместе", Гарднер тут же заподозрил неладное. И спрятал браслет-талисман змеи в квартире. Ничего не сказав отцу. Знал бы он, чем все это обернется. Но ведь думал и надеялся, что в худшем случае его поколотят, а домой к нему не полезет. Потребуют, чтоб потом принес.
Наивный...
***
Двумя неделями ранее...
Париж-Париж, город любви...
Когда-то Гарднер Эллиот верил в это. Когда-то он не понимал до конца, что такое потеря. Теперь он бродил по городу совершенно потерянный, зябко дрожал и рассеянно оглядывался. Город, конечно, для многих оставался как есть: многие, конечно, были ошарашены неожиданной трагической гибелью юной модели. Пятнадцать лет, по меркам некоторых совсем еще дитя... но основная часть населения была слишком мало знакома лично с семейством Агрестов.
А вот Гарднер Адриана знал. Адриан был его другом. Гарднер догадывался, что охота за талисманами до добра его не доведет.
Гарднер плохо понимал, что такое потеря. Раньше. Мама умерла, рожая его, и он всегда об этом сожалел. Но как человека он ее не мог узнать, и потому сожаление его было смутным. Агреста же он успел узнать и прочувствовать. И его гибель для Эллиота, как и для других друзей, для родственников, оказалась оглушающей и сокрушающей. Гарднер стоял на мосту и смотрел вниз, на Сену, не чувствуя никакой любви в этом городе. Как бы он ни цвел, как бы ни пел.
Слишком многое потеряно. Слишком многое еще будет потеряно...
- Простите... извините, не подскажете, как найти особняк Габриэля Агреста? - женский голос вырвал его из раздумий, заставляя вздрогнуть. Он обернулся и увидел молодую девушку.
- Добрый день, - ответил Гарднер несколько растерянно, вдруг ощутив, как змеиный браслет на правом запястье вдруг начал нагреваться. Хиссу стало любопытно. - Да, знаю, я вам покажу. Вы родственница?
Волосы светлые, очень ухоженная. Конечно, не ахти какие параметры для определения родства, но зачем ей еще искать месье Агреста. Гарднер неуверенно улыбнулся, чтоб не показать себя угрюмым, хотя сам не понимал, чего ради старается казаться дружелюбным. После всего пережитого...

Отредактировано Gardner Elliot (Чт, 30 Авг 2018 14:16:30)

+2

3

Ты наливала очередной бокал красного вина, чувствуя слишком сильное напряжение в своём теле. Тебя уж слишком раздражал тот факт, что этот мелкий смог раскусить тебя, раз уж так резко перестал носить браслет. Всё могло бы закончиться здесь и сейчас, но вот ведь — эта мелкая букашка решила всё усложнить. Себе, конечно же, в первую очередь. Тебя это скорее заставляет перейти к плану Б, который, конечно же, планировался на всякий тяжкий случай, если какая-то деталь не совпадёт. Ведь, ради всего святого, этот браслет мог изначально оказаться не у этого мальца, но оказался. Это заметно упрощало твою жизнь. И вот ведь... ты совершила безумную глупость, не сорвав его при первой встречи. Решила пойти усложнёнными путями, втираясь к мальчишке в доверие. И до сих пор не можешь признать того факта, что отвратительно сыграла, если он не повёлся. Ты считала себя отменной актрисой, но, видимо, нет предела совершенству. Был прав этот чёртов Гидеон, говоря, что до искусной актрисы тебе далеко. Но его критику ты никогда не воспринимала всерьёз, потому что он говорил тебе много дерьма, которое ты старалась не запоминать. Может он не с потолка брал свои колкие комментарии в твою сторону? Стоит повспоминать все его великолепные замечания, может что-то поможет тебе не накосячить в очередной раз.

— Пошёл ты на хуй, Глифул. — цедишь сквозь зубы, сжимая покрепче бокал в руки. Ровно до того момента, пока какая-то часть тебя не начинает волноваться, что ты можешь поранить себя осколком стекла. — Ох уж эти дешёвые вещи, слишком хрупкие. — ставишь опустошённый бокал на стол, окидывая тёмную комнату взглядом. У тебя не так много вариантов было изначально, но сейчас ты избрала худший. Затащила человека в подвал съёмного дома, который сняла на время проживания в Париже. Естественно, ты изначально рассчитывала на наличие подвала, это не было таким спонтанным решением, но использовать ты его совсем не хотела. Пришлось. Ладно, ты же не оставила его истекать кровью... Не так уж сильно ты его побила, что бы он там от потери крови сдох. Ты была уверена, что он жив и здоров, а мог быть ещё здоровее, если бы был с браслетом. Чёртов идиот. Во что он себя вообще вовлекает? Кажется, он сам не представляет с кем связывается. Потираешь руки между собой, успокаивая разбушевавшиеся нервы. В конце концов, под статью тебя точно не подведут. Не хватит силёнок. За тобой стоит демоница и твоё состояние. Людей с деньгами довольно сложно засадить за решётку. Выдыхаешь-вдыхаешь, поднимаешься со стула и направляешься вниз. Из тёмного дома в едва ли светлый подвал.

Подходишь всё ближе к мальчишке, чьё лицо едва различимо в призрачных полутонах. Но ты запомнила каждую деталь его лица, когда прижигала его плечо, что бы тот немного согнулся и позволил ударить тебе ногой по его лицу. О, ты сумела разукрасить его в буйственные краски поздней осени — бордовый. А сейчас склоняешься к нему, грубо хватая его лицо и приподнимая его так, что бы он смотрел на тебя. О, ему придётся смотреть на тебя долго. — Зачем же ты усложняешь себе жизнь, а? Тебе просто нужно отдать мне браслет, а дальше adieu, как у вас говорится. — пальчиком касаешься уголка его губ, стирая капельку свежей крови. Видимо, в некоторых местах она ещё не успела до конца подсохнуть. — Ради какого-то браслета хочешь терпеть боль? О, поверь мне, я тебе доставлю много боли, сладкий. — всё ещё удерживаешь его лицо, второй рукой ударяя его по щеке наотмашь. — Опасно связываться с теми, кто считает себя всемогущими, ты так не думаешь?

<...>

Твоё прибытие в Париж продумано до мелочей. Твоё нахождение здесь полезно исключительно тебе, а все остальные причины не так важны. Они лишь часть спектакля, который ты намерена разыгрывать до самого конца. С тех пор, как ты узнала о неких талисманах, что хранят в себе большую силу — не могла думать ни о чём другом. Ты всерьёз намеревалась взять то, что по праву не принадлежит тебе, но будет. Выяснить подробную информацию оказалось уже сложнее, но из непроверенных источников существовал талисман змеи, который ранее принадлежал некой Лили Росси. Пришлось пробить её, а затем и всех её друзей _ знакомых _ родных. Всё выпало на известного модельера Агреста, да его сына, что по данным трагически погиб при неизвестных обстоятельствах. Воистину страшная трагедия для родителей, в этом ты не сомневалась, а значит сейчас они особенно уязвимы. Поэтому ты и решила записаться в эти модели на обучение в модным дом, накупила себе всяких рекомендаций, сделала широкое портфолио, заручилась поддержкой от парочки модных домов, которые могли бы подтвердить за небольшую плату, что ты проходила у них стажировки ранее. И участвовала в показах, конечно же.

Будучи в городе любви — сам город мало тебя заботил, но всё же ты мало ориентировалась. Поэтому решила уточнить у любого прохожего в какую сторону тебе двигаться, даже если на такси, которое оказалось так же сложно поймать. Вот эти детали ты не так дотошно продумала, а вот стоило бы. Идёшь на двенадцати-сантиметровых шпильках по бульварчику по направлению к кафе. Людей не так уж много, потому что на часах уже 11 часов дня, а значит большинство людей заняты работой / школой / университетом. Кроме тебя. И ещё паренька, который похож на того, кто должен сейчас учиться. Остальные же в кафе на открытом воздухе — люди в возрасте. Поэтому ты решаешь обратиться к пареньку. Подлетаешь к нему сбоку, сразу же выдавая вопрос. — Простите, пожалуйста... Не подскажите как найти особняк Габриэля Агреста? — твой взгляд цепляется за поблёскивающий на солнышке браслет. Тот самый, чёрт возьми, браслет. Кажется, удача на твоей стороне всегда. Улыбаешься победоносно, но тут же вспоминаешь про спектакль сменяя на милую улыбку. — Не родственница, к сожалению. — хихикаешь, потягивая чемодан поближе к себе. — Будет просто чудесно, если покажете, а то я немного заплутала. Такой необычайно красивый город, столько улочек, прямо не знаю совсем в какую сторону идти! — поправляешь блондинистые волосы, выбивающиеся из-за порывов ветра. — А к мистеру Агресту лучше не опаздывать, если всё же хочется стать моделью в его рядах. — задумчиво проговариваешь ты, погружаясь в свой надуманный образ модели из глубинки, решившей выбиться в люди. — Тяжело жить в небольшом городе, ощущая, что предназначена для чего-то глобального. Вряд ли вы поймёте меня, ведь и так живёте в столице Франции. А тут столько возможностей!

Отредактировано Pacifica Northwest (Вт, 28 Авг 2018 21:38:51)

+1

4

Seeb feat. Neev - Breathe
Две недели назад...
Девушка покосилась на браслет, что все сильнее нагревался, плотно "обнимая" запястье Гарднера. Вот-вот обожжет, след оставит. Чертов Хисс, злобный засранец. Улыбка светловолосой незнакомки Эллиоту совершенно не понравилась, а уж тем более - стремительная перемена: из хитрого, лукавого почти что оскала - в подобие смущенной и доброжелательной улыбки. Гарднер помнил, как сам выучился в еще раннем детстве пользовался собственной смазливой мордашкой и щенячьими глазами, морочил головы ученым, что его воспитывали. Не со зла, а из любопытства и желания свободы. Никогда и никому не хотел Эллиот зла.
Но, тем не менее, прекрасно знал, что такое притворство, что иногда оно получается не очень ловко.
[И порой выходит боком, когда слишком долго пользовался микрочипом в сердце, чтоб проникать в комнаты, в которые ему бы ни стоило лезть, когда приходилось мелкого засранца откачивать и на месяц в лазарете оставлять... Сейчас, оглядываясь назад, Гарднер понимал, что порой даже для маленького и уже не совсем маленького ребенка - был кошмарно безответственен даже по отношению к себе самому, сгубить мог, ох дуралей...]
Но Гарднер знал, что не стоит сразу показывать притворщикам, что ты им не поверил. Что надо понаблюдать и проверить, что эти люди задумали. Если мисс Американка думает, что она тут самая хитрая и самая лучшая актриса, то пусть так пока и думает, будет лучший момент для выведения на чистую воду.
И Гарднер широко и радушно улыбается, всем своим видом вновь изображая дружелюбного пёсика, гостеприимно виляющего хвостом. Тем паче, что и сам-то по природе был все же открытым и старался думать о людях лучшее для начала, а уж разочаровать они еще успеют. И если было притворство в этом жесте сейчас - то меньше пятидесяти процентов.
— Не родственница, к сожалению. Будет просто чудесно, если покажете, а то я немного заплутала. Такой необычайно красивый город, столько улочек, прямо не знаю совсем в какую сторону идти! — девушка хихикает, подтягивает к себе чемодан, поправляет волосы нарочито женственным стилем. Ох это девичье напускное кокетничество.
Гарднер лишь кивает, несколько рассеянно, продолжает улыбаться и натягивает рукав потертой темно-бирюзовой толстовки, стараясь спрятать браслет. Даже если она его уже заметила - ни к чему позволять ей его как следует рассматривать, а Хисс пусть замолкнет в голове, Гард не позволит этой особе завладеть такой силой, потому что это может плохо кончиться для очень многих людей.
— А к мистеру Агресту лучше не опаздывать, если всё же хочется стать моделью в его рядах. Тяжело жить в небольшом городе, ощущая, что предназначена для чего-то глобального. Вряд ли вы поймёте меня, ведь и так живёте в столице Франции. А тут столько возможностей!
Гарднер мысленно фыркает. Кто-то тут слишком много о себе мнит. Для чего-то глобального? Мысли, может, и хорошие, но смотря под каким градусом это глобальное.
Этой чудесной "светлой" особе Гарднер доверял все меньше с каждым произносимым ею словом, с каждым ее нарочитым жестом.
"Тоже мне, нашла наивного доверчивого дурачка... Ну-ну, держи карман шире, детка!" - сквозит в голове, пока Гард склоняет голову на бок слегка, как щенок, и продолжает дружелюбно улыбаться.
Посмотрим кто кого переиграет в своих спектаклях, Пасифика.
Я добрый, но я не полный идиот, даже если с виду абсолютно простодушный маленький (если не смотреть на рост пожарной каланчи, ну да, конечно) мальчик.
И Гарднер провожает мисс модель к особняку семейства Агрест, до боли сжимается сердце, нет сил заходить к ним. С Натали, если что, встретится позже и в другом месте. И стоит, наверно, сразу предупредить мадемуазель Санкёр следить за этой неожиданной гостьей как следует. Мало ли, что попытается сотворить прямо в особняке.
Больше всего из старших обитателей этого огромного дома Гарднер доверял именно Натали. А вот родителям Адриана не мог по сей день простить гибель друга [точнее, исчезновение, ведь во-первых, тело не нашли, а во-вторых, Гарднер считал предательством верить, что Адриан действительно мертв, и это было очень мучительно - стараться верить и не позволять себе отпустить]. Он ведь предупреждал, закатывал скандал, упрашивал - молил их прекратить втягивать Адриана в это безумие, отравлять его душу тем, что заставляли его продолжать рассылать темных бабочек обиженным людям. Использовать магию во зло. Мучить Нууру и собственного ребенка. Доставать эти волшебные "побрякушки" обманом, используя чужие чувства и руки.
Мерзость...
***
Сейчас...
Мерзость. Безумие.
Гарднер услышал шаги Пасифики, спустившейся в подвал, подошедшей к нему. В подвали было темно, глаз выколи. Но Гарднер знал, что никто другой прийти сюда не мог. Пасифика оказалась совсем рядом, наклонилась, грубо схватила его за лицо и заставила приподняться.
— Зачем же ты усложняешь себе жизнь, а? Тебе просто нужно отдать мне браслет, а дальше adieu, как у вас говорится. — Гарднер чувствует прикосновение пальца в уголке своих губ, чувствует, как она сняла каплю крови.
Сейчас малейшее прикосновение причиняло жуткую обжигающую боль, и Гарднера трясло мелкой дрожью, но он не собирался ни о чем умолять. Он сильно нахмурился, сморщил нос и стиснул зубы, затуманенным взглядом пытаясь в темноте рассмотреть ее лицо.
— Ради какого-то браслета хочешь терпеть боль? О, поверь мне, я тебе доставлю много боли, сладкий. — она продолжала держать его лицо, но через миг обожгла [пока не буквально, правда] его щеку оплеухой наотмашь, срывая хриплый стон и утробный приглушенный рык.
Да, ему больно. И умирать, конечно же, не хочет - несмотря ни на что. Но тем не менее - если потребуется - унесет секрет о том, куда спрятал чертов проклятый множество раз браслет - на тот свет с собой. Тяжело выдыхая и отплевываясь от крови, собравшейся во рту - тело его уже нехило сдает, без помощи какого-либо квами.
- Может, я и идиот. Но быть героем - никогда не было для меня всего лишь прыжками по крыше в латексном костюме и бравадой. Не было сражениями с опорой на помощь магических существ. Я защищу этот город и мир, если не позволю тебе добыть браслет, ведь такой спятивший человек как ты, заполучив такую мощь и союзника - потеряет всякий контроль над своими эгоистическими желаниями. Отправляйся обратно в свою глушь. Если тебе будешь хоть немного легче - можешь убить меня. Но талисман ты не получишь! - Гарднер из последних сил спружинил, прыгнул вперед и попытался сбить Пасифику с ног. - Ты каким-то образом обожгла меня без зажигалки или факела. Можешь по капле сжечь меня дотла. Но я тебе ничего не скажу. В любом случае, я помру раньше, чем ты успеешь насладиться своей жестокостью - и ты все равно ничего не получишь, - Гарднер снова утробно зарычал и слизнул кровь с разбитых губ, глядя в глаза девушке своими, засверкавшими совершенно ненормально.

Отредактировано Gardner Elliot (Чт, 30 Авг 2018 15:36:01)

+2

5

Твоё лицо было искажено в пугающей гримасе, от которой любой адекватный человек отпрянул бы. Гримаса абсолютного удовольствия от непосредственного контроля над ситуацией, над воссозданием каждой грани этой чудовищной картины маслом, от которой всё твоё естество трепетало. А его слова вызывают лишь бесконтрольные смешки, которые ты даже не пытаешься удержать. Ох уж эти герои; ты знаешь таких слишком хорошо. Изучила каждый их уголок, каждую их беспросветную тупость и желание выглядеть сверх-человечным. Они даже сами не представляют, насколько ошибаются даже в собственной природе. Человеческое нутро всегда было искажённым; никто не может принадлежать к абсолютной тьме или к абсолютному свету. В каждом пробивается едва заметный лучик или расцветает небольшая червоточинка. Его заключается в бесконечном тщеславии и гордыни, которую он даже не пытается скрыть. Насколько ты считаешь, что способна завоевать этот мир — настолько же он уверен в том, что способен его спасти. Да, пусть и картина обратная, но так уж ли вы отличаетесь, на самом деле. Как привыкли считать эти герои, спасители человечества, которые не способны спасти даже себя.

Смех почти навзрыд возникает лишь когда он говорит следующие слова: Если тебе будешь хоть немного легче - можешь убить меня. Но талисман ты не получишь! — из-за его откровенной тупости, из-за его откровенного не умения защитить самого себя. Вместо того, что бы пытаться победить — он уже готов пойти путём меньшего сопротивления. Впрочем, выпад он пытается сделать, задевая тебя своим упрямым лицом, на которое ты готова любоваться часами. Не из-за красоты, конечно, но из-за обыгранного героизма, сверкающего в его глазах. Как же ты любишь это выражение напускной храбрости [ впрочем, может и не напускной ]. Ты лишь отступаешь на шаг, смахивая несуществующие пылинки с пиджака.

— Знаешь в чём большая проблема, вас, маленьких и наивных героев — вы всегда готовы умереть. В отличие от меня, конченой злодейки, по твоему мнению, готовой бороться за свою жизнь и за место под солнцем. — проговариваешь ты, чётко отделяя каждое слово, словно это предаст ещё большой эмоциональной окраски. Что бы до него наконец-то дошло. — Наверное, в этом и есть наше главное отличие. Вы готовы сколотить себе гроб сами, а мы будем выцарапывать себе путь наверх. — и с чего бы ты сегодня решила вдариться в философию? Пора уже заканчивать с ним, пора уже забирать то, зачем ты сюда приехала. Но у тебя нет координат. Пока он распылялся на своим бессмысленные речи, ты смотрела в одну точку и обдумывала план. Что-то тебе подсказывало, что искать без подсказки придётся долго.

— Видимо, ты меня недооцениваешь, сладкий. Твоя смерть мне ни к чему. Я могу пересчитать косточки всем, кто тебе дорог. Сжечь их тела дотла во имя достижения своих целей. А я тебе предлагаю путь наименьших страданий. — если он не заговорит, то у тебя не останется вариантов, кроме как оставить его тут взаперти и пойти искать. Слишком много времени это отнимает, а у тебя в распоряжении всего одна ночь. Дальше всё может заметно осложниться. Подходишь к измождённому мальчишке, чьи увечья выглядят, словно отличный грим в фильме. Какая-то часть тебя даже надломлена тем фактом, что ты принесла настолько тяжкое бремя в жизнь этого мальчишки. Заслуживал ли он такого? Вряд ли. Был ли у тебя другой путь? Нет, конечно. Поэтому эти сожаления мизерны, едва различимы в целостности удовольствия.

Поднимаешься наверх. Просматриваешь его личные вещи, что извлекла, пока он был в отключке. Среди них важным будет только телефон и ключи. Впрочем, этого более чем достаточно. Справки ты на него навела заранее, что бы потому не бегать и не разыскивать его адреса, окружение, семью. Закидываешь нужные вещи к себе в сумочку, вспоминая, что у гостя, вероятно, возникло желание упростить твою задачу. Наливаешь стакан воды из-под крана и возвращаешься вниз. — Что надумал, сладкий? — приближаешься к нему, поднося стакан с прохладной водой к его губам.

//////

Как же легко и приятно дурачить доверчивых мальчишек, которые готовы развесить уши при одном трепыхании твоих ресничек. Да-да, пусть думает, что ты ещё глупее, чем он. Так будет проще всего одержать победу в небольшой игре, которую ты распланировала от начала и до конца. Естественно, строить из себя модель оказывается ни капли не сложно, учитывая, что ты просто создана для этого. Длинные ноги, блестящие волосы, ухоженное личико. Ты буквально от рождения готова к этой профессии, но избрала путь, наполненный куда большим весельем, чем вся эта посредственность.
И все эти дни, проведённые в атмосфере воссоздания моды, благотворно влияли на тебя. Но ты не отрывалась от прокручивания плана в голове, ты не думала, что возникнут какие-то проблемы. Но проблемам свойственно возникать именно когда их не ждёшь. И всё не проходит по проторенной дорожке, но разве не в этом всё удовольствие? В том, что ты ещё переиграешь миллион вариантов прежде, чем выиграешь битву. Но войну ли?

+1

6

Она смотрела на Гарднера насмешливо, тихие звуки веселья вырвались вместе с горячим воздухом с ее губ, так близко к его лицу, она была уверена в своем превосходстве по всем фронтом.
Но, похоже, в его словах она заметила лишь похвальбу и браваду и упустила тонкий намек. Хотя какой тонкий, вместе с произнесенной речью его внешнее состояние просто орало о том, что ему мало осталось. Если эта особа наводила какие-то справки, то все же как-то не до конца. Да, конечно же, наводила - узнала про талисманы и явилась как раз вовремя, чтоб застать семейство Агрестов и Натали именно тогда, когда они все еще сломлены гибелью, то ли пропажей Адриана без вести. А теперь, когда Агресты и Натали уехали позавчера на неделю моды в Монреаль - она здесь вообще может творить все, что вздумается. То, что талисман именно тот, который она так возжелала для явно не самых благородных целей, находится именно у Эллиота, а не в особняке, она знала точно. Но либо не знала, либо не учла сведений о бывших героях и их здоровье. Хотя пару лет назад в Америке новости с месяц орали о мальчике родившемся вынужденно на другой планете, о его беготне по Земле от ученых, о проблемах с сердцем. Если журналисты что-то пронюхают о какой-то "сенсации", то тему муссируют и обманывают со смаком со всех сторон занудно долго... А там ведь еще была одна деталь в том, что его отец, что вообще начал операцию по колонизации Марса, солидный человек, на целых шестнадцать лет скрыл незапланированное рождение ребенка в колонии и сам скрылся на эти годы. В общем, тем тогда для новостей хватало.
Однако Пасифика либо правда не знала, либо не догадывалась, что подвергать любому стрессу человека со слабым во всех смыслах сердцем - очень так себе идея, не выгодная ей: он же помереть может, так ей ничего и не сказав. Гарднер едва уловимо усмехнулся мрачно своему так называемому торжеству - и одновременно даже ее угрозе о том, что она скорее уничтожит его близких. Как типично, хотя и все равно жутко. Ну и девчонка, хлеще прежней Буржуа, та хоть умерила свой жалящий характер и эгоизм, который в принципе здравая вещь для любого человека в некоторой мере, но порой слеп и, переходя границы, грозит принести вред своему носителю. Безумные слишком горячие желания часто вместо удачи приносят несчастья и дикую фрустрацию, когда желание исполняется не совсем так, как хотелось бы... Вероятно, не волнуйся Эллиот о том, что будет с людьми невинными, если Пасифика заполучит талисман змеи - он бы ей даже отдал его, чтоб посмотреть, как она с ним справится и какой злой урок может получить свыше, когда что-то пойдет не по ее планам совсем. Но это неправильно - нет, не потому, что нехорошо желать ей зла, она сама довела его до разочарования в ней как в человеке, он все же надеялся, что что-то святое в ней есть, она сама причинила ему достаточно боли, чтобы разозлить хоть на мгновение и мысленно пожелать ей какого-нибудь наказания от судьбы за неуемные желания власти и черного чуда для наступления мрака. Гарднер был добр, но не сахарный и считал, что одно злое маленькое мечтание против человека, способного на подлости его самого негодяем не сделает, а кто говорит иначе, тот просто сам себе врет и лицемерит, потому что все равно такие желания бывают у всех. В любом случае, пожелать кары для обидчика это одно, а принести ему кару совсем другое, а Эллиот сейчас по всем фронтам просто физически не в состоянии кому-то навредить...
В своих кратких размышлениях, показавшихся ему вечностью, он даже не заметил, что девушка куда-то ушла. Впрочем, стоило ему это осознать, как она вернулась. Со стаканом воды. Подошла к нему, наклонилась и поднесла стакан к его разбитым губам. Только теперь Гарднер осознал, как сильно хочет пить, до смерти. Но только он сделал глоток, заставивший его зажмуриться, потому что все тело болело и холодная вода будто обожгла губы, язык, все внутри, Пасифика спросила, будто дает ему последний шанс:
— Что надумал, сладкий?
Гарднер открыл горящие от усталости глаза, всмотрелся в ее лицо и... ощутил волну гнева на нее, на всю ситуацию, на ее нахальство и самоуверенность. Набрав в рот еще воды и нашу с при этом большие щеки, насупился как хомяк, а потом фыркнул всей мембранной водой ей в лицо. Вода эта была розоватой, смешавшись с кровью, хотя в темноте подвала это едва ли можно было заметить...

Отредактировано Gardner Elliot (Вт, 16 Окт 2018 10:10:42)

+1

7

Как же тебя раздражают эти полоумные выскочки, мнящие себя озаряющим умом двадцать первого века. Впрочем, полагаешь, что он осознаёт свою ничтожность, иначе бы его речи были куда ярче, а лицо ни за что бы не исказилось. Такие любят терпеть до последнего, полагая, что самые умные в комнате и обязательно выпутаются из кошмара. И ты уверена, что Гарднер осознавал ничтожность своего положения дел. Он напоминает тебе одного старого знакомого, которого ты стёрла в порошок [ конечно же, не в прямом смысле этого слова. Ты не занимаешься убийствами, ты стараешься разрушить личность изнутри ]. Была примерно такая же ситуация, а у этого идиота было то, что тебе требовалось. Тогда, правда, у тебя было больше времени и возможностей, что бы довести его до состояния лёгкого безумия.

Вы знаете, как заставить человека признать свою недееспособность? Тут хватит несколько рычагов, отвечающих за самое важное, что у него есть в жизни. Для кого-то это деньги / возможность их получить — с ними сложнее всего. Их едва ли можно заставить поверить, что они потеряли всё. С обычными людьми, склонными к свету и геройству, всё значительно проще. Они всё своё сердце отдают родным, друзьям, тем, кому просто стремятся помочь. Цепани кого-то из их круга, или ещё проще — соври, что они в твоём плену. Эти идиоты мгновенно начнут кричать, что бы ты не трогала их своими грязными руками. Внутренне ты смеёшься, тебя просто разрывает от победного смеха, но внешне ты сохраняешь хладнокровие. Смотришь в глаза своим жертвам, покручивая в руках нож, перепачканный в крови [ конечно же, в чьей-то рандомной; может даже кровь какого-то животного. ты не интересуешься ]. Чаще всего, их взгляд приобретает новые оттенки после этого действия. У кого-то появляется отчаяние, у кого-то злость, у кого-то проступают слёзы. Главное, знать как зовут якобы захваченного и не облажаться [ иногда сводки бывают неточными, а подобные игры требуют максимальной правдивости информации ].

turn off the light
nobody make a sound

Ты разносишься смехом, наполняющим глухое, как бочку, пространство. Тебе кажется, что ты можешь смеяться над этой ситуацией вечность. Маленький мальчик, по собственному незнанию, решил испортить твои дизайнерские вещи. Вещи, которые шились на заказ специально для тебя. И если бы это была просто вода, то ты бы ещё могла ему это простить, но вода с примесью крови. Расстёгиваешь пуговицы намокшего пиджака, медленно и аккуратно, пока даже не обращая внимания на идиота. Снимаешь первую вещь, затем снимаешь через голову бледно-розовую блузку [ на поверхности которой теперь пропитались пятна ]. Из тебя всё ещё вырываются нервные смешки, которые ты старательно заглушаешь. Или нет. Кажется, нет. Ты хочешь, что бы он подумал, что тебя действительно забавляет вся эта ситуация. Аккуратно расправляешь пиджак и блузку, поднимаешься на первый этаж и вешаешь на спинку стула. Спокойно спускаешься обратно вниз, сверля взглядом своего узника.

Смех кончился.
— Тебе, что ли, жить надоело, долбоёб? — ты хватаешь его за ворот, притягивая ближе. Ты реально готова убивать за свои вещи, настолько они тебе ценны. Тяжело дышишь, стараясь нормализовать своё душевное состояние, возвращая всё хотя бы в приблизительную колею спокойствия. Наотмашь ударяешь его по лицу, тут же выдыхая все остатки своего воздуха. Отходишь назад, поправляя свои волосы. Потряхиваешь рукой, которая теперь болела от слишком сильного удара. Говорили тебе, что это только вредит самой себе. Нужно быть более заботливой к себе. — В какой только психиатрической клинике вас воспитывали? Пиздеец. — смеёшься, проводя рукой по влажной коже на самой груди. Прекрасно, ещё и лифчик будет мокрым из-за этого идиота. Сколько же он тебе задолжал. Больше ты не будешь его жалеть. Время ушло.

— Слушай сюда, Гарднер, у тебя не так много вариантов. Я знаю где ты живёшь, я знаю где ты прячешь то, что мне нужно. Если ты рассчитывал, что я похищу тебя без таких знаний, то ты меня реально за дуру держишь. — складываешь руки на груди, рассматривая тёмные стены перед собой. Прекрасное зрелище ты должна наблюдать в скором времени, полагаешь. — Просто я не хотела быть злодейкой, понимаешь? Мои методы специфичны, но я всегда даю шанс людям. И тебе я его давала. — достаёшь мобильный из кармана, набирая буквально рандомный номер из своей записной книжки. — Я тебе могу дать возможность попрощаться с твоим отцом. Если ты думал, что вашу семейку так сложно вычислить, то ты просто тупой. Так скажем, однажды вы были просто сенсацией. Ваши личики пестрили на многих обложках газетёнок. Особенно, твоего отца.

— Надеюсь, что ты любишь ночные прогулки точно так же, как и я. — освобождаешься своего пленника, какой-то частью рассудка сомневаясь в качественности таких действий, но всё же делаешь это. Выдыхаешь, давая себе минуту на сборы с мыслями. Кричать ему будет бесполезно? Не уверена. Нужно его запугать так, что бы он о таком даже не подумал. — Поездка наша будет прямо к тебе домой, надо же? Твоего отца сейчас нет дома, можешь догадаться куда он отправился, а вот с кем даже не подозреваешь. Его будет ждать ад, если сыночек не подумает своей головой пятьдесят раз прежде, чем делать скверно обдуманное действие. — вытираешь тряпками засохшую кровь с его лица, что бы со стороны он выглядел, как самый обычный парень. Может быть, даже твой. Не имеет значения, что подумают прохожие. Заботливо так проводишь рукой по щеке, по которой совсем недавно пришлась нещадная оплеуха. — Без фокусов. — подзываешь его вслед за собой, словно надрессированную собачку (на деле, конечно же, не уверенная в его воспитании). По дороге накидываешь чуть подсохшую блузку, в очередной раз замахиваясь рукой на плетущегося позади заложника. Чёрт бы его побрал.
Включаешь радио в машине, разглядывая общую обстановку через боковое зеркало. Навигатор уже запущен, координаты заданы и нет времени, что бы откладывать. Да и откладывать уже некуда. — Добро пожаловать домой.

Отредактировано Pacifica Northwest (Вс, 11 Ноя 2018 17:46:38)

+1


Вы здесь » crossfeeling » GONE WITH THE WIND » входим в родное антипространство