Иногда ей было слишком жарко по ночам: кожей Ангела чувствовала горячий песок тех мест, откуда не так давно уехала, променяв настоящую помощь на никому не нужную дипломатию. Иногда этот песок жёг обнажённые колени: она была не в силах встать с этого песка, чтобы отойти от тяжелораненого. Руками по локоть в крови зажимала рану, надеясь, что ассистентки не провозятся слишком долго, пока умирающий человек, в глаза которого она смотрела, медленно теряет жизнь. Этими же руками она чувствовала, почти физически, как уходит это ни с чем не сравнимое тепло. Как остывают тела, в которых ещё секунду назад теплилась жизнь. Доктор Циглер провела слишком много времени в таких условиях - упущенные, как тот же песок, проходящий сквозь пальцы, жизни не могли заставить её плакать по ночам, но она не могла перестать видеть подобные кошмары. Пожалуй, это не было чувством вины, но невидимыми нитями было сшито с тем желанием, той мотивацией, которая позволяла ей вставать каждое утро. Это было далеко от идеализма, но Ангела с трудом могла мириться, видя, к чему идут дела. Даже когда увидела пришедших за ней Фарру и Гэндзи. Они, пожалуй, не знали всех причин, но получалось так, что доктор Циглер видела, что их гложет, а сама скрывала похожих призраков глубоко в себе. Даже герои не могли делать вид, что всё хорошо. Для мира вокруг они только-только начали отмываться от черноты, которой заляпал их Блэквотч. Возможно, что они станут такими же великими героями, какими когда-то были, однако не перестанут быть людьми. Со своими страхами и сомнениями...читать дальше
устав администрация роли f.a.q фандом недели нужные хочу видеть точки отсчёта фандомов списки на удаление новости

crossfeeling

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » crossfeeling » GONE WITH THE WIND » затерявшиеся на периферии;


затерявшиеся на периферии;

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

затерявшиеся на периферии
Butch and Maxin // бродячий кот и «волшебница времени»

https://i.gifer.com/AwSV.gif

«

окраины хьюстона, ночь

жизнь - сука та ещё, Бутч понял это очень давно, когда ещё носил уши и хвост, ага.
и сейчас, на грани смерти, он жалеет только об одном — что не смог дать жизни хорошего пинка.
а вот судьба более благосклонна к коту — встреча с «волшебницей времени» перевернёт его представления о жизни.
хотя его уже ничем не удивить.

»

Отредактировано Butch (Вт, 29 Май 2018 08:45:07)

+1

2

Он никогда не думал на пару шагов наперед и, как говорили его приятели, это часто вставало ему боком. Ну, получать вечные подзатыльники, если не от кого-то конкретного, но от ситуации, ни капли не стимулирую на продуктивную работу. Увы, так Бутча работать не заставить. Ситуация пожжет вообще измениться, кто-то левый может конкретно всё испортить, или через час грянет землетрясение с тайфуном. Ну, по логике Бутча, планировать было глупо, кто знает, что ожидает их за следующим поворотом. Но к подзатыльникам он был всегда готов, между прочим. И привык поучать по этому поводу своих приятелей. Слушались, куда денутся. Если бы не он, то пропали бы кошаки, едва приобрели человеческие тела. Бутч за них в ответе в каком-то смысле пусть даже если это активно отрицает, мол, мамочкой ни для кого не собирается быть, не был и не будет. Хоть за что и хоть как. У него и своих проблем предостаточно.
Вот, например, сейчас, с огнестрелом в груди и в плече. Или наоборот. Неважно, в принципе, важен результат, к которому сейчас Бутч отправляется, как в тоннеле тянется к далёкому свету. Хочется красочно сматериться, ну, чтобы запомнилось в последние минуты ему не сожаления о том, что он не сделал или смог бы сделать, а конкретно одна фраза, которая бы прекрасно описала всё то, что с ним случилось за такую короткую, но насыщенную жизнь.
— Пиздец, — прохрипел брюнет; слово изо рта вырвалось вперемешку с розовой пеной и струйкой крови по подбородку. Дышать становится тяжело, грудную клетку внутри что-то распирает и сдавливает трахею. Бутч почти чувствует, как вены на его шее вздуваются, грозясь вот-вот лопнуть, залив щедро побитый асфальт вокруг алой жидкостью. — Однозначно пиздец.
Усмехается и прикрывает глаза. Но ненадолго, он знает все эти заскоки по поводу того, что закроешь глаза и больше не откроешь, не сможешь контролировать эту грань. Нет-нет, так просто он не сдастся. Пусть он уже покойник, с такими-то ранениями, но… что он сделать-то хочет? Вредители, которую наградили его двумя, и на том спасибо, пулями, уже ушли далеко. И глупо было бы бросаться на них в одиночку. Было бы неплохо позвать ребят, забить стрелу за забегаловкой Питерса, где подают неплохие рыбные сэндвичи. Хозяин этой помойки бы долго счищал со ступеней запасного входа чью-нибудь кровь и мозги. Ну, не в новинку, Бутч уже знает, это его бро же, и часто делился всеми проблемами, которые затрагивали, так или иначе, его заведение. Заведение с натяжечкой на три с минусом, но жить можно, и рассчитывать на парочку бесплатных сэндвичей с килькой вместе горбуши, как написано в меню.
Бутч пытается расслабиться, но боль ему не позволяет такой роскоши. Парень держится за рану на плече, сжимает ее и драную косуху. Что-что, а вот куртку жалко больше, чем собственную жизнь. Он три пакетика бесплатно за неё отвалил. Его даже не волнует рана в груди, откуда пульсирующей струйкой, иногда выходит кровь — только при глубоком дыхании.
Надо бы ребятам позвонить и предупредить их, что кое-какие паразиты вздумали шиковать на их районе и устанавливать свои собственные правила. Бутч подчиняться не захотел — словил пули, уже при смерти. Что будет с остальными, он не представляет, но знает, что ничего хорошего — однозначно, ведь его ребята... они никогда никому не подчинялись, если сами не диктовали права.
Парень достаёт телефон, тот издаёт протяжный писк и отключается. Ну, судьба играется с ним как может, да. Швырнув телефон в сторону, он подтянулся немного выше, устроив голову на бордюре и снова хватаясь на рану, но уже на груди. Интересно, а кого посылать-то можно, ну, чтобы совсем грустно на последних минутах не было? Да плевать уже. Парень достаёт из кармана пачку сигарет, достают одну, последнюю, и дрожащими руками держит зажигалку. Пламя слабое, дергается и грозится потухнуть. В два затяга Бутч прикуривает и снова откидывается назад. Холод асфальта уже не чувствуется, этот холод уже во всем теле. Он смотрит в небо — затянуто тучами, хмурится, но дождя быть не должно, вроде бы. Хотя душно даже очень, или это не из-за погоды.
Странно. Бутч чувствует в теле легкость и слабость, она разливается по конечностям и двигаться становится очень тяжело. Пропадает на это всякое желание. Он слабо улыбается, в голове совсем нет никаких мыслей. Чушь, когда говорят, что в последнюю минуту человек думает о самом приятном, что произошло в его жизни, или жалеет о том, что не успел сделать когда-то. Может быть, у Бутча нет ни одного, ни второго. У него нет ничего, что он мог бы дать Смерти, выторговав ещё пару минут-часов-дней до своей смерти.
Вот и проверится теория о тех девяти жизней, лимит которых он, наверное, уже потратил. В последний раз улыбка касается потрескавшихся и измазанных в крови губ Бутча. Сигарета падает в лужу крови на асфальте и затухает.

+1

3

Макс мечтала о головокружительных приключениях и длительных странствиях вокруг всей земли, но с чувством нескончаемого облегчения возвращалась в свою комнату общежития, в свой маленький «кокон интроверта». Макс мечтала, чтобы в её альбоме были фотографии лемуров, сибирских белок и белых медведей, но не могла прожить без наушников, своего мини-ограждения от мира. Макс хотела стать пиратом, но стала Максин Колфилд.

В Хьюстоне проводилась выставка работ Мартина Парра. Он даже близко не был одним из тех, чьими работами Макс восхищалась и боготворила: содержание работ было слишком... кричащим и негативным. Максин считала, что призвание фотографа - отображать мир таким, какой он есть. Без нарочитого уродства, без показушной  красоты. Всё должно быть естественно. Но при этом девушка понимала что должны быть и те, кто через фотографии добивается посыла не косвенными путями, а самыми прямыми, используя шок-эффект. К тому же, разглядывая не только сам посыл, но и техническую сторону: постановку, светотень, ракурс... Макс видела руку профессионала. И когда появляется возможность познакомиться с творчеством поближе, то не стоит игнорировать возможность.

Поэтому взяла маленький академический отпуск, родители оплатили поездку и проживание. Макс последнему сильно противилась -  она часто рисковала своей стипендией, но пока что ей везло, ректор Уэллс ещё не вызывал её в своей кабинет по этому страшному вопросу, так что могла спокойно за себя платить. Впрочем, поперек родительской воли идти она не стала. Ей не пятнадцать лет, чтобы устраивать подростковые бунты по мелочам. Особенно если вспомнить, что и в пятнадцать лет Максин не страдала подобными глупостями.

Макс не знала, чего ждала от выставки. Макс не думала, что она хоть как-то повлияет на её жизнь, заставит что-то переосмыслить или придаст вдохновения. Возможно, ей нужна была просто маленькая передышка от Аркадии Бэй, а позорно бежать из родного городка просто так было... Стрёмно. И не хотелось. А тут причина, какая-никакая, но всё же причина. Совмещение приятного и полезного. Возможно, что поможет чем-то в будущем.

Если до этого будущего она сможет жить. Виды вечернего, переходящего в ночь Хьюстона увлекли Макс настолько, что она забыла не только о времени, но и месте, где находилась, из-за чего давно потеряла из виду отель, в котором остановилась. Скорее всего, количество снимков, сделанных ей, было пропорционально количеству сделанных не туда поворотов. И, как назло, ни одной живой души, чтобы спросить дорогу. Или, что более вероятно, к счастью, что нет ни одной живой души, которая могла бы вытрясти из самой Колфилд душу. Русская рулетка, хах, 50\50 - повезет или нет. Не ей, конечно, говорить, обладая способностями оборачивать время вспять, об удаче. Но Макс почти перестала ими пользоваться, как новой игрушкой, которая постепенно стала "старой" и уже не такой интересной.

Если бы. Потенциал игрушки «управляй временем» настолько велик, что ей никогда не надоест играться. Другое дело, насколько это разумно. Позволять событиям случаться так, как они случаются, не рискуя лишний раз увидеть расплату. Не последствие, а именно расплату. Макс осознала, что за каждое изменение времени нужно чем-то платить, чем-то жертвовать. Никогда нельзя предугадать, насколько эта жертва будет безобидной: может, оно обойдёт стороной тебя и близких,  отыгрываясь на ком-то другом; может, оно поразит тебя в самое сердце.

Тихо. Слишком тихо. Слышен лишь только стук сердца и торопливая поступь девушки, которая просто хочет, чтобы этот день быстрее кончился в объятиях кровати, но и она постепенно стихла. Зрачки Макс расширяются от шока, она испускает испуганный вздох. 

- Неееееееееет, - Макс отшатывается назад на пару шагов. Иногда стоит смотреть не только под ноги. Может, тогда она смогла бы заметить труп раньше. Глубокий вдох, выдох. Максин возвращается, доставая на ходу телефон. Набрать 911 и... сделать хоть что-то! Мгновения хватает, чтобы заметить, что кровь совсем свежая. Колфилд судорожно вздыхает.

Она может сделать что-то.

Она должна.

Должна ли? Или стоит оставить всё, как есть. Когда она спасала Кейт, перед ней не стояло таких вопросов. Когда она спасала Хлою, их тоже не возникало, кроме последнего, того самого раза. Человек не должен управлять чужими жизнями, но разве есть что-то плохое в том, чтобы спасать их? Макс сбрасывает вызов, качая головой. У неё есть шанс помочь, его убили не так давно. Макс не может всё оставить так, если она позволила умереть Хлое... То пусть хоть кто-то выживет из-за её способностей.  Вытягивая дрожащую руку, Максин отматывает время назад. Время, звуки, образы - всё возвращается назад до того момента, пока Макс не начинает чувствовать головную боль.

Этот парень ещё жив, общается с другими... парнями, итог этого общения предугадать легко. Не находя ничего под руками, что было бы способно пойти на подручные материалы стартового пакета супергероя, Максин решает действовать по наитию. Что у неё с собой? Камера. Только бы не разбить, только бы не разбить! Подходя к компании, Макс делает глубокий вдох, включает режим героя, готовит камеру и:

- Улыбочку! - яркая вспышка освещает ночь, Макс тут же хватает потенциальный (не) труп за руку и тащит за собой... куда-то. Чутьё подсказывало, что после хорошей пробежки в неизвестном направлении, она точно не найдёт дорогу до отеля. Если смотреть более позитивно, то она только что спасла жизнь парню, карму себе заработала хорошую, наверное... В боку начинало неприятно колоть, преследования, кажется, не было, можно было бы и остановиться.

-  Я Макс. Тебя чуть не убили. Приятно познакомится, - порывисто дыша, Макс усмехнулась. Хлоя бы одобрила такое сумасбродство, несомненно одобрила.

+1

4

Конечно же, смерть романтизируют только те, кто ни разу с ней не сталкивался. Обычно, такие люди никогда не хоронили ближайших друзей или родственников. Не испытывали положенного горя и опустошения. Иначе бы не стали нести эту ахинею про то, как прекрасен последний миг перед тем, как закрыть глаза и погрузиться в вечный сон. Как тошнотворно-то. Что-то из подобного разряда любила читать Тудлз, забывшись по вечерам со стаканом теплого молока на веранде своего роскошного дома. Строила себе небесные города, мечтала и влюблялась то в Бутча, то в Тома, не разберет сама. Боже мой, если Бутчу дадут хотя бы один шанс, ну или одно единственное предсмертное желание, он обязательно отправится в библиотеку, где испоганит всю секцию с романами. Никто, конечно же, не собирался давать ему второй шанс. Ну и плевать на всех с высокой колокольни. Сам по себе был, сам по себе, в полном одиночестве ушел из этой жизни. И ведь даже ни о чем не жалеет. Ну, разве что о том, что кое-чего и кое-кому не договорил, вот.
Короче, встретил он свой конец в подворотне на мокром асфальте и парой дополнительных дырок в своём новом теле. Аминь.
Бутч, уже готовый лететь к свету по тоннелю, раскинув руки в стороны, осекся. Ничего не происходило почему-то. Ну и где обещанное? Что там говорят в книжечках, которые выпускает церковь одну партию за другой? Какой там приют ожидает послушных детей Его? Послушным Бутч никогда не был, да и отца своего он никогда не знал. Но, всё-таки, где распутные курвы, где райские кущи? Ну, и всё в этом стиле. Кот бы непременно дергал бы хвостом из стороны в сторону, если бы он только был, вел бы раздраженно усами и подергивал острыми ушами. Оставалось только вперить руки в боки и озираться в этой глаз-хоть-выдери темноте. Он ничего не чувствовал, как будто кто-то просто выключил все его ощущения. Или что-то это сделало, разве что те две пули. Стало не по себе. Бутч топтался на одном месте, оглядывался, подозревая, что кто-то за ним следит, что кто-то над ним просто издевается, вот. А потом появился шепот. Какой-то странный, словно изнутри самого кота шел. Потом Бутч понял, это его мысли идут наперебой. Замешательство, страх, неизвестность.

Тс-с-с-с-с...

Парень присел на корточки и ладонями закрыл уши. Вакуум. Тише-тише, не дышать. Тут что-то или кто-то есть, он чётко ощущает чужое присутствие. Без злых намерений, так как волосы на затылке дыбом не встают. Он заинтересовано ведет носом, хочет уловить хоть какой-то запах, хоть что-то, что могло бы ему указать на неизвестного, определить его настрой...

Ни-че-го

Парень рычит, а потом чуть ли не ревёт аки раненный зверь, загнанный в ловушку. Внезапно уши закладывает, его дергает что-то со стороны, затем в спину, швыряет из стороны в сторону. Затем перед глазами возникает его последний день, как он его провел, но в быстрой перемотке. Забавно — это смотреть таким образом какие-нибудь кинофильмы, но не только себя самого, зная, что через какие-то жалкие минуты он просто умрет. Тошнота подступила к горлу, практически душила. Бутч прижимает ладонь к губам, сдерживает себя и глубоко дышит через нос. Помогает, надо сказать. Не зря дилеры подробно рассказывают, что нужно делать в случае передозировке и подобных симптомах.

Когда плёнка доходит до заветного места, Бутча снова что-то бьёт прямо в груди, и он широко распахивает глаза, вновь оказываясь на мокром асфальте. Незнакомка берет его за руку и тянет за собой, вынуждает подняться на ноги, которые его едва держат. Он опасно пошатывается, но удерживается в вертикальном положении. Хватается обеими руками за грудь и плечо, ощупывает — ни намёка на огнестрельное ранение или вообще на какую-то травму ещё! Что, черт возьми, тут произошло?

— Я Макс. Тебя чуть не убили. Приятно познакомится, — о, спасибо за скорый ответ, но Бутч снова чувствует эту отвратительную тошноту. Пиво в его желудке делает кульбит прямо к пряным сухарикам, которыми он скудно поужинал в одной из забегаловок. Появилось ощущение, что Бутч принял в перемотке этого горе-фильма прямое участие, всё было в быстром темпе. Вот его сейчас и воротит так, хах. Прямо как после русских горок! Захотелось захохотать в голос и от души.

Парень собирался что-то сказать, открыл было рот, но быстро его захлопнул, ещё минута и...

— Прошу прощения, — он скорее оскалился, чем улыбнулся, поднял указательный палец вверх, паузируя ещё толком не начатую беседу, и мигом скрываясь в темень, которую отбрасывал тусклый свет фонаря. Пришлось распрощаться и с пивом и со своим ужином, которые так стремительно покидали спазмированный желудок, покашливая и издавая не очень-то приятные звуки. Бутч позабыл, что там где-то ещё стояла девушка. Хорошо бы было, если она дала дёру как можно скорее. Неприятная судорога пробила тело. Внезапно накатила усталость, ему захотелось найти любую относительно мягкую горизонтальную поверхность, которую можно было бы принять за лежанку, и вздремнуть. Желательно до следующего вечера, и чтобы никто не будил. Надо быстро добираться до остальных и всё им рассказать. Плевать на последствия. Правда, ребята скорее всего предложат ему покурить и забыться, мол, трип тот ещё, брат, на вот, продолжай, ещё раз дернет.

Нет-нет, стоп же!

— Как ты себя назвала? Макс? — Он вернулся к месту своей смерти, вытирая губы рукавом косухи, и обнаружил, что девушка никуда уходить не собиралась, а терпеливо ожидала, пока Бутч распрощается с содержимым своего желудка. — Классное имя, я Бутч. Не знаю, что это только что было, я не о своих позывах рвотных, но это было круто. Я про это.

Он сделал неопределённый жест рукой, как бы указывая на всё то, что было. Да, черт возьми, это хренова фантастика, в которую парень вроде бы не верил, но жил с ней бок о бок, каждый раз сталкиваясь со своим отражением в зеркале.

— Как ты это сделала?

0

5

Постепенно дыхание выравнивается, в боку перестает колоть и бешеный ритм сердца перестает отдаваться в ушах. Когда-то Макс была если не хороша, то по крайней мере умеренно неплоха в беге. Но, видимо, это всё действительно осталось в том самом когда-то, а теперь всё, настигла старость со всеми её радостями и горестями. Да, в девятнадцать лет тоже можно быть старой. Кости, правда, ещё не ломит на погоду, но, возможно, старческий маразм гуляет где-то неподалеку. Нет, не её собственный маразм, а маразм этого мира, потому что...

Эх, какого чёрта всё сваливается на её голову? Не то, чтобы Максин была против спасать, делать мир лучше, но ей определенно нужна была передышка от всего этого. Просто немного обычной жизни. Просто посмотреть на фотовыставку, просто побыть в иной обстановке, чем Аркадии Бэй - города, что в эпицентре шторма, фигурально и метафорично. Но... Ладно, вселенная, намек понят. Быть Максин Колфилд - нет, не получится, но попытка была хорошая, быть СуперМакс - отлично, вперед.

Макс не знает, что сейчас делать, если честно. Где-то там её отель, она всё ещё не особо ориентируется (вообще ни черта не знает, где он), перед ней парень, которого она только что спасла от смерти и с камерой могло что-то случится. Чтобы разобраться во всем этом бардаке, нужно найти опорную точку, а потом уже отталкиваться от неё. Камера. Открывает сумочку, снова достает излюбленный фотоаппарат, нервозно проверяя на целостность.

Фух, уже легче. Макс не хотелось ни тратиться на ремонт, ни покупать новую - эта камера содержит слишком много воспоминаний, которые так просто не выкинешь в мусорку, забыв. Её чертовски повезло, что камера в порядке, просто чертовски. Итак, дальше .«Мы в ответе за тех, чью жизнь спасли» - простая истина, которой следует Максин, поэтому так просто бросить его и идти искать отель не позволяет совесть. Нужно как-то всё довести до конца что ли?

Она же не ангел-хранитель, чтобы сделать доброе дело и исчезнуть. Хотя, наверное, это было бы и проще.

- Всё в порядке, - тихо говорит Макс, понимающе кивая. Такие приключения с того света и обратно, наверное, и должны вызывать подобную реакцию со стороны организма. Колфилд сама об этом доподлинно не знает, на себе не имела возможности проверять да и не хотелось, жизнью дорожила в достаточной степени, чтобы рисковать.

- Я не знаю, - неловко пожимает плечами, робко улыбаясь. Способностью отмотки времени пользуется давно, но не знает, как оно работает. Едва ли вообще у путешествий во времени есть какая-то определенная техника... Это всё ровно, что спросить почему кольцо всевластия всевластное или на чём работает ТАРДИС. Хотя, тем не менее, вопросы весьма интересные, на которые ответы было бы неплохо узнать. Но, к сожалению, нельзя.

- Оно просто есть и как-то происходит, - а ведь Макс перечитала достаточно документалистики, научно-популярных журналов и просто книг о физике и прочего, интернет так и вовсе был прошерстен вдоль и поперек, но ни ответа, ни привета. Вот и приходится довольствоваться размытыми формулировками. Но на самом деле Колфилд предчувствовала, что рано или поздно, но она узнает ответы, причем самым лучшим образом. Всему свое время, впрочем.

- Давай пойдём отсюда... Не лучшее место для разговора, -  Макс видела где-то тут кафе, в кои-то веки благодаря себя за неожиданную наблюдательность. Одним из гипотетических планов было прийти туда, если она совсем-совсем не сможет найти путь назад, чтобы словить вайфай, выпить кофе и открыть чертовы Google Maps, которые безбожно врут, но всё же лучше, чем ничего. Оглядываясь, чтобы примерно прикинуть направление, Макс с легкой иронией добавляет: - И вообще не лучшее место для чего-либо.

Кроме, разве что, убийств?.. Макс не знает и этого. Убийство - вещь, которая непонятна ей. Жизнь всегда казалась ей слишком важной, слишком священной вещью, к которой невозможно прикоснуться, которую нельзя забрать. Довольно странно так думать, когда по твоей вине, с твоей отмашки погибла лучшая подруга, но с мыслями ничего не поделаешь. Как и всегда. Макс кивнула, призывая следовать за собой.

- Как ты вообще до этого, хм, дошёл? - тихо спрашивает Макс, понимая, как нелепо это звучит. Но это самый лучший вариант, который пришел ей в голову. Потому что «с чего это вдруг тебя решили застрелить» звучит совершенно нелепо и грубо.

+1

6

А вот нихера не в порядке. Конечно, Бутч может говорить только за себя. Это что же такое творится в мире, что... что вот такое вот происходит, а? Боже ты мой. Чёрному коту хочется задать уйму вопросов и получить на них такую же уйму ответов. А как ещё должен вести себя человек, который только-только вернулся с того света? К слову, ему не дали досмотреть этот прекрасный полёт по тоннелю к Свету, который, в общем-то, и не начинался. Ладно, плевать. Как-нибудь в другой раз. Желательно не очень скоро и, желательно, вообще никогда, да. И за языком следить надо будет периодически, а то судьба-злодейка имеет привычку подкладывать всякое дерьмо, чтобы в него вляпаться при удобном случае, когда наступаешь на грабли. Вот так вот. Бутч пообещал себе, что впредь будет предусмотрительнее, и не станет выводить из себя ребят с соседних районов. Ну, по крайне мере в том случае, когда он будет один на десять громил с другой стороны.

— Само происходит? Вдвойне интересно, — запыхавшись, выдохнул парень, приметив, что дыхание его сбилось, будто бы он пробежал кросс, а потом прошёл троеборье по наставлению какого-нибудь жесткого тренера. Но такого и в помине не было, так что он просто согнулся пополам, уперевшись ладонями в колени, пытаясь так привести своё дыхание в полный порядок. Мало помогло, но помогло. «Чертовщина какая-то. Кто она такая?». — Просто так вот само по твоему только желанию? Слушай, тебе определённо нужно записаться в ангелы-хранители какие-нибудь, не иначе.

Снова хрипло выдохнул и приложил ладонь к пострадавшему плечу. Ну, предполагал, что пострадавшему плечу. Ничего... парень снова убеждается, что у него нет никакого ранения. А вот с психикой, видимо, нелады. Кхм, как бы это иронично не звучало, но у него с ней всегда не лады были, вот.

— Идём, — согласно бросает он и, кивнув в нужную сторону, направился вверх по дороге, попадая под свет очередного фонаря. Есть ли вообще в мире безопасное место? Бутчу всё равно, оно ему не зачем, если честно, так жить интереснее.

Заминка

Ладно-ладно, сегодняшняя ночь — это вообще редчайшее исключение из правил и не надо прирекательств! Сейчас Бутчу меньше всего хочется пускаться шутки-пляски. В первую очередь хотелось холодного пива... на замену тому, что недавно покинуло желудок. И чего-нибудь поесть, реально. Тогда можно было бы сказать, что жизнь поистине удалась. После его смерти-то — определённо!

— Есть одно хорошее место, мой друг держит, там лучшее место для разговоров, — он легонько подцепил девушку под локоть и повел в нужную сторону, чтобы не отставала. Он оглядывался то и дело назад, по сторонам. Параноидально выискивал нечто, что поставит всё-таки точку в его существовании, в этом вечере. Помирать-то не хотелось. Пережил такую обратную перекрутку событий, вот вам и результат. Никакого повтора не хотелось даже приблизительно. Поэтому, правильно сказала эта девушка, тикать и побыстрее.

— Я уверен, ты хотел спросить о другом, но я тебя понял, — парень усмехнулся, поглядывая снова в сторону, нахмурившись. Но, не найдя там ничего стоящего, возобновил темп шага, чуть даже ускорив его. Чем быстрее они доберутся до той забегаловки, тем быстрее Бутч сообщит остальным своим, что и как, кого стоит опасаться и кому нужно будет в первую очередь прижать хвост до жалобного «мявк!». Главное не споткнуться на ровном месте, ведь именно из-за этого всё идёт в общеизвестное поганое место ошибок и слёз. Бутч открыл перед Макс скрипучую дверь, запуская в обитель неплохой выпивки и сносной пищи «на бегу». Снова оглянулся и закрыл хлопнул дверьми. Над головой противно звякнул проржавевший колокольчик. К прилавку вышел хозяин заведения — полноватый человек уже в возрасте, и расплылся в улыбке, увидев посетителя.

— Бутч, кореш, как же я рад тебя видеть! — Он потянулся через широкий прилавок, пытаясь обнять кота, на что тот прескверно зашипел, отмахиваясь и просто давая «пять». При этом владелец забегаловки ни капли не обиделся, а лишь захохотал хрипло. — Присаживайтесь, давайте!

— Лари, сообрази на двоих плотно и сытно, о’кей? — Получив в ответ быстрый кивок, Бутч успокоился, запрыгивая на высокий стул за стойкой возле выдачи. Тут к ним не будут прислушиваться посетители, которых было немало. Парень обвел безразличным взглядом помещение, отмечая из подозрительных только два типа в потёртых куртках, которые притаились за угловым столиком. Те, похоже, на вошедших внимания не обратили или сделали вид. Бутч последовал их примеру — не обращать внимания до поры до времени.

— Отвечая на твой вопрос, — он чуть повернулся к девушке, похлопал ладонями по грязноватой столешнице. — Неудачный день. А вообще, виноваты они, раз понадеялись, что на нашей территории им что-то перепадёт. Моя ошибка в том, что я один стал возникать и залупаться на них. Вот и поплатился. Если бы не ты, то...

Он принялся хлопать себя по карманам, запоздало сообразил, что сигарету последнюю он выкурил как раз перед своей смертью. Ладно, придется немного потерпеть, пока не стрельнет одну или пачку у Лари.

— То было бы «всё» и не было бы меня.

Усмехнулся сам себе.
Подвел итог, называется.

0


Вы здесь » crossfeeling » GONE WITH THE WIND » затерявшиеся на периферии;