Иногда ей было слишком жарко по ночам: кожей Ангела чувствовала горячий песок тех мест, откуда не так давно уехала, променяв настоящую помощь на никому не нужную дипломатию. Иногда этот песок жёг обнажённые колени: она была не в силах встать с этого песка, чтобы отойти от тяжелораненого. Руками по локоть в крови зажимала рану, надеясь, что ассистентки не провозятся слишком долго, пока умирающий человек, в глаза которого она смотрела, медленно теряет жизнь. Этими же руками она чувствовала, почти физически, как уходит это ни с чем не сравнимое тепло. Как остывают тела, в которых ещё секунду назад теплилась жизнь. Доктор Циглер провела слишком много времени в таких условиях - упущенные, как тот же песок, проходящий сквозь пальцы, жизни не могли заставить её плакать по ночам, но она не могла перестать видеть подобные кошмары. Пожалуй, это не было чувством вины, но невидимыми нитями было сшито с тем желанием, той мотивацией, которая позволяла ей вставать каждое утро. Это было далеко от идеализма, но Ангела с трудом могла мириться, видя, к чему идут дела. Даже когда увидела пришедших за ней Фарру и Гэндзи. Они, пожалуй, не знали всех причин, но получалось так, что доктор Циглер видела, что их гложет, а сама скрывала похожих призраков глубоко в себе. Даже герои не могли делать вид, что всё хорошо. Для мира вокруг они только-только начали отмываться от черноты, которой заляпал их Блэквотч. Возможно, что они станут такими же великими героями, какими когда-то были, однако не перестанут быть людьми. Со своими страхами и сомнениями...читать дальше
устав администрация роли f.a.q фандом недели нужные хочу видеть точки отсчёта фандомов списки на удаление новости

crossfeeling

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » crossfeeling » PAPER TOWNS » Beware of infection!


Beware of infection!

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

Beware of infection!
Atris & Meetra Surik

https://i.pinimg.com/564x/8a/76/a9/8a76a988d5feefee160b039b83cfc547.jpg

«

Тарис, 3964 ДБЯ (до начала войны)
До того, как Дарт Малак приказал поменять ландшафт планеты (к слову, даже за десять лет до того, или меньше, или больше? Не суть важно), Тарис был вполне преуспевающим экуменополисом.
До того, как непонимание по поводу войны не развело разными путями Эйтрис и Митру Сурик, они были близкими подругами, почти сестрами.
Но ракгульская чума на Тарисе уже была. Неприглядная, неизлечимая (так считали), убивающая простой народ, что жили на нижних уровнях, почти под землей.

Они искали одно, а нашли - совсем другое.

На Тарисе опаснее, чем казалось по началу. Нужно выстоять, не изменить своим принципам и вернуться на Дантуин. Живыми. И здоровыми.
Не так легко, как кажется.

»

+1

2

Посадочная площадка у подножия Башни перемигивается красными огнями, предупреждая случайно оказавшихся поблизости дроидов и технический персонал, что с минуты на минуту Академию джедаев на Тарисе посетят новые гости. И не абы кто, а с самого Корусанта, в кой-то веки пожаловавшие самолично разобраться в беспрецедентном (относительно) случае, не то, чтобы поставившим на уши весь Орден, благо хватало иных проблем, но, тем не менее, привлекшим внимание Совета.
"Резня падаванов" так окрестили это СМИ, раструбив по всему голонету чудовищные подробности происшествия, якобы устроенного одним из учеников, никогда не отличавшимся каким-то выдающимися способностями, скорее уж запомнившимся  обратным - катастрофическим невезением и весьма странной связью с Силой. Впрочем, Эйтрис не сомневается, что полную версию произошедшего в Башне пару дней назад она услышат как раз сегодня, и непосредственно от самого Люсьена Дрея.
С одной стороны - случай  ужасный и из ряда вон выходящий, с другой - меньше внимания на проблему мандалорцев и выжидательной позиции джедаев, итак обретающей все более неприятный оборот в лице реваншистов и просто недовольных.
- Ты ведь раньше никогда не была на Тарисе? - Эйтрис оборачивается ко второму пилоту, а именно девушке не старше шестнадцати лет, облаченной в традиционные одежды Ордена и носящей косичку падавана, почти невидную на фоне светлых волос.
Митра Сурик. Головная боль магистра Врука Ламара и половины Совета на Дантуине. Своевольная, острая на язык и одновременно глубоко преданная философии джедаизма. Странно, но несмотря на разницу в возрасте (а сейчас она еще есть, эта разница), они нашли общий язык едва ли не с первого дня знакомства. Эйтрис прекрасно помнит, как сама тогда еще просто падаван, подошла к рассерженной и вновь с кем-то поругавшейся девчонке, оставшейся без партнера в спайринге на световых мечах. И как кисло та посмотрела на неё, очевидно прекрасно зная чьим падаваном Эйтрис являлась. Однако предложение сразиться все-таки приняла.
С этого все и началось.
- Сейчас переговорю с Люсьеном, передам "приятную" весточку от Совета и до завтрашнего вечера мы можем быть свободны. Мастер Ламар не ждет нас раньше.
Эйтрис отстегивает ремни безопасно и с удовольствием поводит затекшими плечами, все-таки путь оказался неблизкий, несмотря на гиперпространственные маршруты. Не то, чтобы она так уж стремилась лично передать сообщение, проверив заодно факты, предоставленные Заветом в отчете, но возможное кресло в Совете стоило того, чтобы немного прокатиться. Даже до Внешнего кольца.
Благо,  оставшуюся без мастера Митру тоже никто не привязывал к Дантуину. Так или иначе, полезно разнообразить собственный кругозор, учитывая, что совсем скоро ей, с большой вероятностью, предложат пройти Испытание.
- А вот и наш друг...
Последнюю фразу Эйтрис уже говорит едва слышно, спускаясь по трапу звездолета. К "Завету джедаев" она относилась ни чуть не лучше Совета.
- И я рада вас видеть, мастер Дрей. Со мной падаван Митра Сурик.
Не уточняя чей именно. В конце концов, это его нисколько не касается. 

Последующие несколько часов они втроем разговаривают в зале на самой вершине Башни, вернее, говорит лишь высокий мужчина со светлыми волосами, в красках расписывая все преступления своего ученика. Эйтрис же лишь кивает без особых эмоций на лице, удивляясь насколько слово в слово он повторяет написанное в отчете для Корусанта. Настолько же ровно и гладко.
- То есть Зейн Керрик просто пал на Темную сторону? Это причина всему случившемуся? Хм, хорошо. Тем не менее, Совет желает видеть вас всех лично. Надеюсь, вы не будете медлить с отъездом, учитывая разразившийся вокруг Ордена скандал.
И дождавшись, когда он, наконец, уйдет, оборачивается к Митре.
- Здесь что-то не сходится, тебе так не кажется?

+1

3

С того момента, когда я впервые переступила порог джедайского храма на Дантуине, мой мир замкнулся на этой планете.
Так было нужно. Так было правильно.
Именно там собираются юнлинги, которые еще только учатся правильно держать в руках световой меч, только начинают погружаться в медитацию, ощущая галактику сквозь Силу.
Чувствуешь все и одновременно - ничего.
Не тишина, не пустота, вовсе нет. Целый спектр ощущений, как вокруг зарождается жизнь, и одновременно - умирает.
Чувствуешь, как пробивается сквозь почву росток семени и при этом - как голодная в степи тук’ата убивает свою добычу.
Прекрасно. Жутко. Все сразу.
С этим нужно учиться справляться. И отделять одно от другого. Слушать Силу, следовать ее подсказками и учиться владеть световым мечом, самостоятельно добывая себе кристалл в пещере для собственного.
Первый световой меч - как первая маленькая победа. Первое достижение, первый предмет для гордости. Умеренной, разумеется.
Не раз ходили разговоры о том, как чрезмерные эмоции ведут на Темную сторону Силы. Мне понадобилось немало времени, чтобы обуздать детский восторг от первых занятий.
После этого я стала достаточно сдержанной.
И никаких привязанностей. Но разве наша дружба с Эйтрис нарушает кодекс? Никто еще не пробовал нам делать замечаний, значит ведь, что все правильно, так?

- Еще не доводилось, - короткая улыбка и я качаю головой в ответ на ее вопрос. На Тарисе мне не доводилось еще бывать.
Дантуин долгое время был единственным местом, что я видела. До недавнего времени…
До того, как я оказалась впервые на Корусанте.
Разница поражала. После степи и природы, я не могла оторвать взгляда от величественных небоскребов экуменополиса, которые, казалось бы, сверкали в лучах Корусант-Прайм.
Целый воздушный поток организованного движения аэроспидоров впечатляли. С первого взгляда они совсем не выглядят организованными. Казалось бы, транспорт передвигается совершенно хаотично, меняя высоту и направление, но это только со стороны.
Оказавшись внутри спидера, понимаешь, что эта система отточена до совершенства. Или почти.
Каждый раз подмывало спросить мастеров-джедаев с Храма на Корусанте, как часто в городе бывают воздушные аварии, но я понимала, что лучше всего сдерживаться.
Не уверена, что у них имеется хотя бы толика чувства юмора. Когда как свое скрыть достаточно трудно.

- Интересно, чем Тарис отличается от Корусанта, - фраза, замеченная вслух, не сколько для Эйтрис, столько для себя. Она понимает мое любопытство.
Может быть, у нас не было и шансов стать подругами, но Сила распорядилась иначе. Мы понимаем друг друга с полуслова, пусть и не всегда одна согласна со второй.
Это не мешает нам быть похожими в других вопросах и быть близкими, насколько могут быть близкими джедаи, которым все еще запрещены привязанности.
Правильно ли мы дружим - ответа на этот вопрос найти у меня не получалось. Потому что никто падавану не объясняет, как вообще нужно дружить. И нужно ли?
Считаю, что да. Джедаи олицетворяют Светлую сторону Силы, из них делают защитников и хранителей Республики, и они должны быть примером всей остальной галактике.
Дружба - очень светлое чувство, и нужно уметь им правильно распоряжаться.

- Предпочла бы видеться с ним как можно реже, - я вздыхаю. Мастер Ламар слишком резок, достаточно прямолинеен, и мне не слишком приятно его общество. Но это и взаимно. Я не позволяю ему смотреть на меня, как на некую помеху и отвечаю на его замечания. Ему это, разумеется, не нравится.
Я стараюсь делать это аккуратно. Не стоит его провоцировать до того, как он в гневе вырвет мою косичку и выгонит из Ордена.
Джедаи сдерживают гнев. Они обязаны. Но в случае с мастером, я не всегда уверена, что он будет держаться до конца.

Мы спускаемся по трапу. Я следую в шаге от Эйтрис, скрестив руки и пряча ладони в широких рукавах плаща. На лицо накладывается маска беспристрастия, но легкого интереса.
Учитывая произошедшее, стоит держаться настороже. В причастности к резне и “Завету Джедаев” можно неожиданно уличить кого угодно.
И кто угодно может скрывать свой жуткий поступок - убийство своего падавана.
От одной мысли о подобном меня передергивает. Не получается представить себе ситуацию, где мастер убивает ученика. Не за провинность, просто так.
Это жутко. По-настоящему жутко.

Несколько часов проходит в обсуждении ситуации. Несколько часов я слушаю отчет мастера Дрея, внимательно слежу за его реакцией. Он выглядит спокойным, и говорит точно также. Четкими, уверенными фразами и наверняка до мелочей продумал каждую.
Я ему не верю. Слишком все идеально. Колебания Силы слабые, будто бы он пытается скрыть свои эмоции.
Когда он уходит, я вздыхаю с облегчением. И сама не поняла, почему его присутствие рядом далось мне настолько тяжело.
- Слишком все идеально с его слов. И он слишком спокоен. Неужели ему совсем их не жаль? - в последнем вопросе звучит недоумение, когда я смотрю на подругу.
Может быть, джедаям и нельзя испытывать эмоции. Но они их все-таки испытывают.
Я ведь не одна такая уникальная, верно?

+1

4

За высокими окнами - копия зала Совета на Корусанте - уже глубокая ночь. И точно так же, как и в столице Республики, Тарис наполнен жизнью в любое время суток, перемигиваясь разноцветными огоньками от самых облаков до теряющихся во тьме оснований невыносимо высоких зданий.
Поговаривали, что планета-экуменаполис на пересечении Хайданского и Мандалорского путей расположена слишком удачно, чтобы по-прежнему оставаться всего лишь поставщиком технологических новинок, эля и различных предметов роскоши, в первую очередь, на тот же Корусант. А еще Тарис и правда находился слишком выгодно - прежде всего для мандалорцев.
- Мне тоже так показалось. - Эйтрис слегка кивает своим мыслям, только что высказанным другим человеком. Митрой. А затем подходит поближе к окну, задумчиво разглядывая город внизу. - К тому же, я встречала Зейна пару раз - он не производил впечатление человека, который готов отдаться тьме. Честно говоря, не уверена, что у него вообще бы получилось... Тем не менее, у меня нет полномочий допрашивать Люсьена.
Во всяком случае, не сейчас.
- Жаль? - Странно, но подобное не приходило ей в голову. Поведение джедая и правда может говорить о чем угодно, но только не о скорби по собственном ученику. Впрочем, даже это не является доказательством чего-либо. - Не знаю. Завет давно славится своей нетерпимостью к Темной стороне. И это, возможно, объясняет его равнодушие... Постой. Я знаю к чему ты клонишь, Митра.
Эйтрис быстро отворачивается от окна, встречаясь взглядом с девушкой, чей всего несколько минут назад растерянный вид весьма быстро изменился на знакомый "я должна докопаться до правды".
Ничему ее Дантуин не научил, от слова совсем. Равно как и постоянно грозящее изгнание из Ордена.
Хм, возможно, именно поэтому она всегда так восхищалась Сурик?
- Это не наше дело. Совет сам разберется. - Эйтрис хмуро скрещивает руки на груди. Не говорить же, что до кресла члена Совета осталось всего-ничего, а любой опрометчивый поступок перечеркнет... Ну хорошо, отодвинет эту возможность на неопределенный срок. В конце концов, будучи полноправным мастером среди этих старых пней (за исключением Лонны, пожалуй) она могла куда лучше защищать туже Митру, никогда не славившуюся благоразумием. Да и возможностей у главного архивиста Ордена в плане изучения самых интересных (другими словами, опасных) артефактов  куда больше.
Однако...
- Я тоже не верю, что во всем виноват Керрик. Но... - Сила Великая, почему рядом с Митрой она сама готова совершать абсолютные глупости? - Мы просто прогуляемся. Послушаем, что говорят люди, не более.
Эйтрис даже не нужно обращаться к Силе, чтобы понять - здесь что-то не так.

***

Сказать по правде, ей даже нравился Тарис. Чем-то неуловимо напоминающий Корусант, только "потише" и немного поспокойнее, к тому же, застроенный не настолько плотно. Длинные пешеходные улицы, мостики и переходы на любой уровень, разве что кроме самых нижних, куда путь заказан. Просто день и ночь по сравнению с Дантуином, который она никогда не считала "родным".
- Теперь видишь чем?
Возвращаясь к не отвеченному ранее вопросу. Эйтрис одним взглядом показывает на группку людей, собравшихся вокруг мужчины, размахивавшего датападом и очень пафосно вещавшего про наступление Тьмы и необходимости опомниться.
Если бы она не была здесь ранее, то решила бы, что речь про угрозу мандалорцев. Вполне ожидаемо, кстати.
Но нет, тарсийцы куда больше озабочены другим.
- Не спеши с выводами. Давай подойдем поближе. - Предупреждение в Силе должно послужить сигналом для Митры - аналог чуть сжавшей плечо руки.
Не торопись.
А вот это то самое, почему Эйтрис презирала Тарис. Митре определенно полезно будет послушать.
К тому же, волнения в Силе подсказывали - это как-то связано с резней падаванов. Или же с самим Зейном.

Отредактировано Atris (Пт, 15 Июн 2018 20:57:11)

+1

5

“Это не наше дело”.
Слова Эйтрис должны отпечататься внутри сознания. Всегда, когда-то происходит, не должно касаться падаванов.
В Ордене учат… Нет, не послушанию. И даже не смирению. В Ордене учат контролировать свои чувства и эмоции. Помнить о джедайском долге, о наших целях, о том, для чего мы здесь учимся.
И кем должны стать.
Нет того падавана, что не стремится стать магистром? Нет, я не стремлюсь. Говорят, что тяга к тщеславию - это тоже в некоем роде элемент тьмы.
Что есть вообще Темная сторона? Каждый ли может сделать тот опасный шаг в пропасть, из которой уже нет возврата или это суждено лишь особо одаренным экземплярам?
На эти вопросы я еще не нашла ответа. Да и не особо-то и искала.

“Это не наше дело”.
Да, возможно. Наше дело - доставить информацию на Тарис. Дело Эйтрис - выслушать доклад Люсьена и передать его Совету.
У нее нет полномочий его допрашивать, и здесь она права.
А он не хочет ничего говорить. Что-то скрывает, закрывается в Силе, отводит взгляд и наводит туману.
И чем дольше я об этом думаю, тем сильнее мне это не нравится.
- Ни к чему я не клоню, но…
Сжимаю губы, качаю головой. Пейзаж за окном должен поражать своим размахом. Можно ощутить всю прелесть экуменополисов, едва покидаешь космопорт и садится в аэротакси. Чувствуя ветер в дороге, глядя, как другие аэрокары с организованным движением проносятся мимо, а огни зданий сливаются в череду ярких линий, разбавляемые неоновым светом.
Вдыхать этот воздух, вовсе не такой чистый, как природа Дантуина, но особенный.
И не только воздух. Там, где Сила течет спокойно, размеренно, к этому привыкаешь.
А здесь бурлит жизнь, здесь сшибает этим ощущением с ног, и только выдержка, привитая годами обучения, не позволяет упасть на землю, будучи пораженной этим ощущением.
На Корусанте не было времени обратить на это внимание. А здесь и сейчас, пока мы стоим в зале Совета и смотрим на вид города с высоких окон, на этом получается сосредоточиться.
Тарис бурлит яркими красками, разнообразными чувствами и жизнью.
Но даже сейчас нет времени этим насладиться.
Да и не получается. В голове бегают тревожные мысли, я стискиваю пальцами предплечья, не в силах подавить вопрос подруге, что вертится на языке.
Так ведь и будет вертеться, крифф его, пока не задам.
Не пристало падаванам говорить о таких вещах вслух. Тем более, члену Совета.
Сейчас мы одни, сейчас нас не разделяют эти рамки, навязанные Орденом. Но эту фразу тоже лучше вслух не произносить. На всякий случай.
А вот вопрос задать все-таки следует.
- Хотя, может быть, и клоню. Но я сейчас ни в чем не уверена, - я поворачиваюсь к Эйтрис, смотрю в лицо подруге. Правда, не уверена. Потому что такого не может быть. Но стоит проверить все версии. Даже если и нельзя.
- Скажи, Эйтрис… Если бы у тебя уже был ученик и он пал на Темную Сторону… Как бы с ним поступила ты? Попыталась бы поговорить? Выслушать? Понять его? Выдала бы Совету сразу, не слушая никаких объяснений? Или… - окончание фразы, чудовищное, неприятное, самое безысходное, что может быть в такой ситуации, повисает в воздухе, так и не высказанное.
То, во что я никогда не поверю - попытки моей подруги убить своего ученика, если бы он у нее был и пал на Темную Сторону. Она говорила, что видела этого Керрика. И он не казался тем, кто был способен пасть.
Но разве такой исход событий нельзя предугадать? Разве падение происходит за секунду? Нет, так не бывает. Если бы Зейн Керрик был склонен ко тьме, разве его мастер не должен был это заметить и сделать все, чтобы подобного не случилось?
Или мастер Дрей бросил его на произвол Силы, отрекаясь от него всеми возможными способами?..
Почему-то стало противно. Внутри словно закручивается тугой узел, причиняющий боль.
Я вздрагиваю и понимаю, что не хочу оставаться в этом зале больше не минуты.
- Да. Это хорошая идея.
Не спорю с Эйтрис. Она права. Стоит послушать, что говорят люди.

Стоит едва привыкнуть к ритму Тариса, и ты начинаешь в нем растворяться. Не теряться, но подстраиваться под него.
Он уже кажется естественным, каким-то своим, и обратно на Дантуин совсем не тянет. Но пока у нас нет необходимости туда лететь, можно просто насладиться этим местом.
Аккуратными улицами далеко не на нижних уровнях, неспешной ходьбой, и наблюдением за местными и не очень жителями. Они тоже никуда не спешат, они ходят медленно, а не несутся, сломя голову. Они отдыхают возле фонтанов и на лавочках у стен небоскребов, оборудованных специально для этого.
Тарис живой, но гораздо спокойнее.
- Теперь вижу, - короткая улыбка, и я уже почти забыла неприятные ощущения там, в местном зале Совета.
Эйтрис указывает на небольшое собрание. Там в Силе волнение, возбуждение и призыв ко вниманию.
Просто посмотрим, да? Что плохого может случиться?..
Подходим ближе. Мужчина что-то кричит про тьму, что накроет планету. Забавно, в нем нет ни малейшей толики чувствительности к Силе.
И сейчас я впервые думаю о том, как воспринимают Силу те, кто ее не чувствует. Как религию? Нечто недоступное? Что-то, во что не верят, пока не увидят хоть одного джедая?

Чувство тревоги и опасности неожиданно бьет в сознание. Опасность исходит слева. От кого-то, кто притаился в кустах. Я закрываю глаза, пока ладонь обхватывает рукоять светового меча, что висит на поясе.
Прежде чем неизвестный стреляет, я успеваю оказаться прямо перед вещавшим про тьму, а синее лезвие моего меча отражает выстрел...

+1

6

От Митры можно было ожидать чего угодно. Самых неожиданных выходок, вопросов и даже, как  это ни странно, нападок - на Совет ли, на джедаев, или просто на очередного зарвавшегося падавана, который решил самоутвердиться за счет других - таких, увы, в последнее время становилось все больше. Однако предположения, высказанные столь опрометчиво вслух, Эйтрис однозначно не нравились, равно как и очень зыбкие вопросы, поднимать которые в этом самом месте было далеко не лучшей идей.
Не клонит, значит?
Нет, конечно же, в рассуждениях Митры был смысл, другое дело, что еще слишком рано вешать ярлыки, не зная ровным счетом ничего. Пока не зная, если быть точными. А вот пресловутое "это не наше дело", кажется, в очередной раз прошло мимо Сурик, на все всегда имевшей собственное мнение.
Тоже, в принципе, ожидаемо. Просто Люсьен категорически не нравился им обеим, равно как и вся эта кровавая история.
Эйтрис очень хочется устало пожать плечами и ответить что-то в духе "откуда мне знать", в конце концов, у нее никогда не было учеников, да и не предвидится в ближайшем будущем, если, конечно, магистры не будут настаивать на своем. Куда больше обучения, ее всегда интересовали знания, которые еще только предстояло найти или систематизировать, предварительно изучив.
Но Митра смотрит на нее, ожидая ответа, и  приходится всего лишь неопределенно покачать головой.
Смогла бы понять? Простить?
...того, кто предал твои ожидания? Того, в кого ты вложила все, получив подобную неблагодарность? В конечном итоге, любые причины это лишь жалкое оправдание, а выбор всегда зависит от самого человека и его наклонностей. История Экзара Куна вполне ярко демонстрировала это.
Наверное, Митра ожидала какого-то иного ответа, но выходя из башни, Эйтрис, наконец, произносит одно единственное "нет", меняя тему разговора.
Думать о том, что Люсьен пришел к точно таким же выводам не хотелось, а потому джедай с некоторым облегчением погружается в вечерний сумрак никогда не засыпавшего экуменополиса, в котором так легко скрыть собственные мрачные мысли даже от шагающей рядом порой слишком проницательной подруги.
Иногда это пугало, иногда восхищало.
Впрочем, чаще всего заставляло беспокоиться. Наверное, если бы она когда-нибудь и взяла себе падавана, то только похожего на Митру.
Эйтрис чуть глубже погружается в Силу, стараясь уловить в общем фоновом шуме нечто, что связывало бы с Керриком или Дреем. Какая-то нить, зацепка. Хоть что-то.
А потому вдвойне удивляется, когда тонкий звоночек указывает на группку людей. Причем здесь вообще...?
Как они себя называли? Борцы за чистоту Тариса, кажется. Впрочем неважно, местная буржуазия давно прославилась своими "антиэкзотными" настроениями - такими дикими в условиях открытого космоса с тысячами миров и рас. Теперь же, кажется, движение  и вовсе набирает обороты, учитывая уже открытые митинги и призывы на улице.
Естественно, спрашивать куда смотрит сенаторы Тариса бесполезно.
Эйтрис идет вслед за Митрой, догадываясь насколько сильным потрясением станет для последней новость, что в их Республике есть вот такие планеты, где экзоты считают второсортным товаром. Возможно, вновь придется напомнить, что политические и социальные проблемы отдельно взятого мира тоже не входят в список дел на сегодня.
Только Зейн, только резня падаванов.
И если мастер Ламар узнает об их небольшом расследовании, будет неприятно. Очень неприятно.
- Нет, не видишь. Что ты ощущаешь в этом человеке? Во всех собравшихся. Страх? Ненависть? Посмотри внимательнее.
Митра слишком чиста сердцем, чтобы вот так просто... хм, поверить в правду перед ней. Когда она сама попала сюда впервые, тоже долго не могла понять. Все-таки Дантуин, равно как и Орден джедаев, это очень обособленный социум.
Так и должно оставаться.
Эйтрис скептически хмыкает и скрещивает руки на груди, игнорируя косые взгляды рядом стоящих людей. Однако очень неожиданное предупреждение в Силе, заставляет  тут же отшатнуться и потянуться к световому мечу, вспыхнувшему голубоватым свечением.
Опасность.
Только вот Митра её опережает, отразив бластерный выстрел, последовавший откуда-то из высоких, ровно обстриженных кустов местной флоры.
Бластерный выстрел, который предназначался крайней нетолерантному представителю тарскийского общества.
Эйтрис не теряя времени, направляется прямиком за неудавшимся убийцей, преградив дорогу молодой тви'лечке, что попыталась скрыться в поднявшейся суматохе, накинув на голову капюшон длинного плаща.
- Ты ведь знаешь кто мы? А теперь отдай, пожалуйста, оружие пока сюда не прибыли стражи порядка.
Совсем немного Силы, совсем чуть-чуть манипуляции и девушка замирает как-то потерянно и одновременно обреченно.
- Отлично, а теперь нам лучше поговорить в спокойном месте.
И лучше поскорее убраться с верхнего уровня. Покушение экзотки на человека здесь автоматически приравнивается к смертной казни. А вот о причинах поступка спрашивать даже не интересно, итак все понятно. Эйтрис волнует другое - незнакомка как-то связана с Зейном.
- Митра..?

+1

7

Ответ Эйтрис так и остался невысказанным. Почему-то от этого факта неприятно колет в груди. Будто бы намекает, что мне бы он не понравился.
Я знаю, как бы поступила я. Дала бы шанс своему ученику. Оступиться может каждый, ошибиться - тоже.
Тьма слишком коварна и пытается заманить в свои сети каждого, до кого способна дотянуться.
Сила уберегала меня от встречи с тьмой до сей поры - своей ли, чужой, уже неважно.
Но пока мне не доводилось сталкиваться с так называемыми темными джедаями.
Кто знает, может быть, однажды придется.
Никто из нас не застрахован. Можно всю жизнь прожить с мыслью, что ты поступаешь правильно - так, как надо, но на самом деле, обманывать себя. Постоянно.
Порицать тьму, избегать тьму, бояться тьмы, но уже давно быть в ее объятиях. А она держит крепко, заманивает, словно бы в паутину, из которой уже не выбраться.
Потому что пропускаешь момент, когда это еще не поздно сделать.
Она медленно отравляет изнутри, а ты думаешь - что так и должно быть. Что ты поступаешь во благо, и делаешь все ради Ордена, мира в галактике, но тобой совсем иные эмоции движут. И даже не можешь их объяснить себе.
Наверное, это самая страшная разновидность тьмы. Та самая, которая заберет так, что даже и не заметишь этого поначалу.
И что потом с этим делать? Уже ничего и не сделаешь.
От такой мысли даже невольно передергивает. В голову лезет настойчивое желание узнать об этом больше.
Едва мы закончим на Тарисе, пожалуй, выпрошу разрешение посетить корусантский архив. Сохранились ли там случаи падения магистров и падаванов?
Или же Совет их удалил, чтобы любопытные молодые адепты не совали свои носы туда, куда им не следует?
Говорят, что нужно знать своего врага в лицо. Нужно знать о нем как можно больше, понимать его слабости и признавать сильные стороны.
Может и не стоит бегать от тьмы? Следует изучить ее. И все ее повадки. И все причины, по которым джедаи предпочитали отдаваться ей, будто бы забыв, чему их вообще учили.
Совету это не понравится. Эйтрис, подозреваю, тоже. Поэтому держу эти мысли при себе. На всякий случай.
Стараюсь думать буднично, чтобы моя сестра по Ордену не уловила тревожный тон моих мыслей и неприятное покалывание в груди.
Порой, когда я смотрю на нее, поневоле задаю себе вопрос - изменило ли как-то ее новое назначение? Нельзя сказать, что каждый падаван стремился стать членом Высшего Совета, но за пределы храма на Дантуине точно мечтали вырваться все. Получить рыцаря, а затем - магистра, быть полезными этой галактике. Следовать кодексу и делать то, чему нас учили.
Хранить мир среди систем и заботиться о мирных гражданах. Джедаи - защитники. Сколько людей и экзотов спокойно спят в своей постели, зная, что существуем мы?..

На Тарисе свои законы. Не те, что принимает сенат и правительство, а другие, неписанные. Те, что местные жители устанавливают сами, те, что становятся негласной частью из жизни.
Въедаются под кожу, отпечатываются в сознании и порождает уверенность, что жить нужно именно так, а не иначе.
На Тарисе почти что царит ксенофобия. Ею пропитана вся эта площадь, и через Силу ощущается, как она постепенно накрывает всех окружающих. А ведь это всего лишь слова, что выкрикивают собравшиеся.
Даже забавно, насколько слова способны изменить целый уклад планеты. Даже без вмешательства сознания через Силу.
Когда с самого детства окружение состоит из таких же падаванов, из мастеров и редко доводится выходить за пределы храма, как-то не получается задумываться - как именно живут те, кто не чувствуют Силу.
Они мыслят иначе, они действуют по-другому. Сейчас, когда я покинула Дантуин и разглядываю окружающий мир, ощущение, будто бы я открываю для себя всю галактику. Все же эти ощущения накрывают резко, быстро и сильно, и самое главное…
Не терять голову.
Можно ли это считать очередным испытанием?..

- Страх и презрение. Они презирают тех, кто не похож на них, но и боятся тоже. Есть ли у них причины или они придумали их сами? - поворачиваюсь к Эйтрис отвечая на ее вопрос. Мой же скорее риторический и ответа не требует.
Говорят, что страх - это первое чувство, что толкает в объятия тьмы. А вслед за ним появляются и другие. Страх порождает гнев, а гнев - ненависть. На какой стадии сейчас все те, кто собрались? Разумеется, пока еще на первой.
Но сколько им понадобится, чтобы все изменилось? Одна стандартная секунда может стать фатальной и перевернуть все с ног на голову.
Одного отражения выстрела хватило, чтобы неизвестная бросилась наутек, оставив все свои попытки кого-то убить. Посреди толпы шумиха, но я уже не обращаю на нее внимания.
Эйтрис смогла задержать эту тви’лечку, а я отрезаю ей путь назад. Пусть и вряд ли она побежит в ту сторону, потому что сразу попадается в руки тем, кто так ненавидит ее расу, как и любую другую, что отличается от их собственной. От нашей.
Но я позволяю подруге решить проблему с тви’лечкой, пока что не вмешиваясь. Эйтрис обеспокоена, и я это чувствую.
Я кидаю на нее вопросительный взгляд. Что такого в этой экзотке? Она что-то знает?
Но в одном Эйтрис права - убраться отсюда точно нужно.
- Пойдем туда, - киваю в сторону небольшого спуска, что заканчивается приоткрытой дверью. Может быть, вход в аппартаменты, может быть, что-то еще.
Но когда мы оказываемся там, перед нами одна лестница. Видимо, ведет на какие-то нижние уровни Тариса.
Мы не настолько высоко, как бы на Корусанте. Вниз - примерно пол-километра, а что там? Остатки живой природы или свалка?
Но размышлять долго об этом не получается. Возле другой двери, что внутри, что ведет наверняка еще ниже, я вижу женщину.

Она одета бедно, совсем не так, как те, что гуляют по верхним уровням. Одежда мятая, местами в грязных разводах и несколько раз залатанная.
А сама женщина выглядит плохо. Она кашляет, прижимая руку ко рту.
- Эй! Вы в порядке?..
Я делаю несколько шагов в ее сторону, но ее глаза расширяются от ужаса. Женщина дергается назад, кричит, чтобы не подходила.
- Кажется, ей нужна помощь.
Я немного растеряна, когда обращаюсь к Эйтрис. И замечаю, что лекку нашей новой спутницы мелко дрожат, а взгляд ее ничуть не менее испуганный, чем у той бродяжки.

+1

8

Сложно сказать почему она всё-таки решается  на эту сомнительную авантюру, отдающую серьезными неприятностями даже без прямого или косвенного запрета Совета джедаев, означавшее теперь ничто иное, как полное принятие на себя ответственности не только за возможные последствия, но и за благополучие падавана Анклава, о чьем умении влипать в самые щекотливые ситуации уже давно ходили если не легенды, то перешептывания даже за пределами Дантуина.
В действительности Эйтрис вполне здраво оценивает - у них нет ни одной реальной причины оставаться на Тарисе дольше необходимого, а учитывая завершения дела с магистром Люсьеном, они уже пара часов как должны были лететь обратно на Корусант, чтобы лично отчитаться перед джедаями. 
Возможно, все дело в банальном желании сделать хоть что-то несвязанной по рукам волей Совета и собственными представлениями о том как поступать правильно. В конце концов, наблюдая за Митрой, за ее воистину наплевательским отношениям ко всем догмам и нормам вместе взятым, притом всегда интуитивно точно выбирая то самое "верное" решение, Эйтрис иногда ловит себя на мысли, что возможно, упускает из виду нечто важное.
Нечто...пугающее?
А, быть может, желание понять как Темная сторона проникла в Орден заметно превалирует даже над здравым смыслом без пяти минут члена Совета. Смогла бы Митра принять это, услышав, что судьба падаванов жалкого Завета волнует ее куда меньше, нежели причины, которые якобы побудили Керрика (его ли?) переступить через черту допустимого, пав подобно своим предшественникам в прошлой войне.
Как бы там ни было, Эйтрис не сомневается лишь в одном - в том, что ощущает нечто странное в Силе. И вряд ли это можно было назвать простым совпадением.
Как нельзя назвать совпадением и небольшой инцидент с покушением на местного "проповедника" ксенофобии - одного из многих, что уже не первый год мозолят глаза как Сенату, так и Ордену. Однако что у первых, что у вторых проблем итак хватало, чтобы разбираться во внутренних дрязгах окраинных миров, даже таких перспективных как Тарис.
Теперь и подавно.
Эйтрис молча принимает бластер из рук тви'лечки и кивает на здравое предложение убраться хотя бы на уровень ниже. А лучше на пару, куда стражи не то, чтобы бояться соваться, но без крайней необходимости точно не полезут.
- Зачем...? Что вам нужно, джедаи?
Если взглянуть чуть пристальней, под тенью капюшона совсем еще молодая девчонка, лет пятнадцать, не больше. Кожа глубокого  оттенка синего, большие карие глаза, в которых недоверие перемежается с обреченностью загнанного в угол животного.
- Мы хотим помочь. - Эйтрис отвечает после небольшой паузы, зато твердо и уверенно, ощущая как фонит в Силе страхом. А еще ненавистью столь осязаемой, что почти можно дотронуться. Интересно ее подослал кто-то более хитрый и осторожный или же бедняжка решилась на отчаянный шаг самостоятельно? Впрочем, все разговоры на потом. - Митра права, лучше воспользоваться лестницами.
Ибо каждый турболифт охраняется намного тщательней, чем  требовалось в действительности. Конечно, можно было вспомнить про трюки вроде обмана разума, но лучше всего  постараться не привлекать к себе еще большего внимания. Достаточно  того, что  уже успели засветиться со световыми мечами.
Они быстро спускаются вниз. Странная делегация из двоих джедаев и одной неудавшейся убийцы, покорно плетущейся следом - ни скрытых помыслов, ни опасности Эйтрис в ней не ощущает, лишь какое-то мрачное оцепенение. Очевидно, к джедаям здесь доверия  не больше, чем к остальным "чистокровным" людям.
Или все дело как раз в этом?

Встретить бродяжку на нижних уровнях Тариса или просто в переходах между ними вещь не то, чтобы невероятная. Скорее как раз наоборот.  В старой и грязной одежде, с темными синяками под глазами и кожей отдающей желтизной - типичная картина для почти любого из миров, в котором цивилизация шагнула чуть дальше первобытного строя. Не говоря уже про то, что женщина похоже серьезно больна.
- Стой, Митра! Не подходи к ней.
Кажется, они вскрикивают почти одновременно. Женщина отшатываясь назад, Эйтрис  же делая шаг вперед в попытке перехватить слишком ретивую подругу. От внимания не ускальзывает и тот простой факт, что такая же обитательница нижних уровней вскидывает руки, в каком-то суеверном страхе вжавшись в стену, лишь бы оказаться подальше от больной.
Возможно, это ничего не значит.
Возможно.
- Почему...
Что-то меняется в Силе. Резко.
Будто повеяло внезапным холодом. В полутьме перехода  и лестниц Эйтрис в последний раз ловит взгляд женщины, наполненный таким ужасом, что даже у нее внутри все замирает.
Чувство опасности бьет по нервам.
А потом барабанные перепонки раздирает совершенно нечеловеческий вой. С негромким треском рвутся остатки одежды на внезапно разбухшем, посеревшем теле, что всего минуту назад было обычной человеческой женщиной.
Эйтрис пораженно молчит, не в силах оторвать взгляд от чего-то столь мерзкого и одновременно столь странного.
Откуда? Как? Почему?
В чувство ее приводит, как ни странно, незнакомый голос, раздавшийся совсем рядом.
- Нужно уходить! Быстрее! Оно сейчас...
Тви'лека испуганно взвизгивает, когда чудовище - иначе и язык не поворачивается назвать - внезапно прыгает в их сторону. Совершенно гротескного вида, с капающей слюной и явно лишенного даже намека на прежний разум.
Что вообще творится на Тарисе?!
Два световых клинка вспыхивает почти одновременно. Эйтрис знает чего примерно ожидать от Митры, а потому атакует с другой стороны, заходя чудовищу за спину, чтобы перекрыть возможный путь к отступлению.
Никаких церемоний и красивых па. Быстрый и мощный удар под колено приходится как раз вовремя - уклонившись от размашистого удара когтями, меч перерезает сухожилия, заставляя тварь взвыть и оступиться.
Дело за малым.

Отредактировано Atris (Чт, 26 Июл 2018 23:14:41)

+1

9

Со мной еще ни разу не было подобного. Ни разу не доводилось вот так действовать самостоятельно за пределами территории Академии на Дантуине.
Там-то она только приветствовалась, потому что была частью обучения. Никто за тебя не научится успокаивать хищную кат-гончую, что может разорвать на части. И только вмешательство через Силу способно отменить твою безвременную кончину до того, как соберешь свой первый световой меч.
Никто за тебя не добудет кристалл для меча в пещере, и собирать его тоже будет своими руками.
И все остальное.
Во всем другом… Приветствуется ли подобное вне обучения? Или четко нужно исполнять указы Высшего Совета?
Этого я не знаю, а спросить у Эйтрис даже духу толком не хватает. Она теперь их часть, и это на самом деле почетно. Я же пока еще даже рыцаря не заслужила.
Но все впереди. Нет, я вовсе не стремлюсь скорее позволить обрезать косичку, что уже доросла ниже плеч и получить какой-то ранг.
Не буду скрывать, разумеется, что не хочу этого. Каждый хочет добиться своих высот, понимать, что все труды не зря.
Но это не главное. Нужно помочь людям, защищать галактику, а я…
Я не могу покинуть Тарис просто так, оставив без внимания все ощущения в Силе. Даже если бы Эйтрис вздумалось взять меня за локоть и отконвоировать к шаттлу, напоминая, что свою работу мы тут выполнили и оставаться тут больше нет никакого смысла.
Но и ей тревожно, и я это чувствую. От тви’лечки в Силе фонит очень ощутимо, и эти чувства бьют по собственным.
Ненависть. Она ненавидит тех, кто выступал с речами только что, и ее можно понять.
Но она же чего-то и боится. И тем больше мы углубляемся на нижние уровни, тем сильнее растет ее страх.
Она что-то знает, но не говорит. Чувство такта помогает мне сдерживаться и не спрашивать ее. И вряд ли она ответит.
Хочется протянуть руку, нащупать нити ее страха через Силу и безжалостно разорвать, чтобы девушка успокоилась.
Она ведь почти ребенок. Немного младше меня. А дети не должны воевать, если у них есть выбор.
Но оставили ей его вообще? Кто знает, насколько сильно ксенофобия захватила эту планету. В подобное я на самом деле не могу вмешиваться, при всем своем желании.

Теперь и эта бродяжка. Откуда она здесь взялась - этот вопрос уже не слишком-то и волнует. В Силе чувствуется ее слабость, отчаяние и… тяжелая болезнь.
Я делаю еще несколько шагов, но Эйтрис меня останавливает.
Я тоже это чувствую. Эти перемены, что происходят с женщиной. Тви’лечка вжимается в стену, лишь бы держаться от бродяжки подальше.
А резкое ощущение в Силе.
- Раздери тебя сарлакк! - случайно подслушанное у мастера Врука ругательство срывается с моих губ прежде, чем я в полной мере осознаю то, что происходит.
Нечеловеческий вой, треск старой ткани, отвратительная вонь и чудовище, что вместо женщины. Выглядит оно тоже отвратительно.
И оно опасно. Настолько, что простой ловкости тут уже не хватит.
- Осторожнее контактируйте!
Вопль нашей вынужденной провожатой скорее слышу краем сознания, чем ушами. Одно нажатие кнопки и гул светового меча позволяет сосредоточиться. Голубой клинок дает чуть больше света, позволяя разглядеть эту тварь во всей своей красе.
И лучше бы я этого никогда не видела…

Эйтрис не медлит, атакуя эту тварь, и я тоже не собираюсь сидеть в стороне. У нее отлично получается ее обездвижить, а мне удается нанести последний удар.
Голова отделяется от шеи чудовища и падает мне на ноги. Я успеваю отпрыгнуть назад - инстинктивно, не позволяя черной крови запачкать хотя бы край джедайской мантии.
И лишь потом выключаю меч и понимаю, что слишком тяжело дышу. Сердце бьется об ребра как сумасшедшее. Эта схватка забрал сил больше, чем я рассчитывала. Видимо, все дело в потрясении, моральном.
И в том, что я такого раньше еще не видела.
- Что это?..
- Р-рагкул. Ракгульская чума. Она уже давно ходит по нижним уровням. Я не очень понимаю, как там заражаются, но знаю, что никто не брался это лечить. Но есть вакцина, которая помогает не подцепить эту болезнь. У меня вот… пару ампул есть, - тви’лечка встает, подходит к нам, пока объясняет все это. Она смотрит на нас испуганным взглядом, а ее чувства фонят на все помещение. Смешанные, спутанные. Словно и не остается следа от какой-то там ненависти.
- Берите. Вам пригодятся, - она настойчиво протягивает их мне. Поколебавшись, я их забираю. - И отпустите меня, пожалуйста. Я хочу оказаться подальше отсюда.
Последние ее слова уже обращены к Эйтрис. Видимо, она определила, кто из нас может все решать, но…

Когда я перебираю эти ампулы в руке, я смотрю на ракгула, что еще недавно был человеком. Женщиной. Испуганной, отчаявшейся, обреченной. Знающей свою участь, но бежавшей на верхние уровни, чтобы… зачем? Обрести надежду? Найти лекарство, пока не превратилась?
Как жаль, что мы не сумели ей помочь! Но, возможно, сможем еще кому-то? Или хотя бы узнаем, возможно ли это.
Но для такого нужно…
Я смотрю на свою ладонь, в которой лежат эти две ампулы. Если их вколоть, получается, эта ракгульская чума нам уже не страшна.
- Эйтрис… - я поднимаю взгляд на подругу. В голосе звучат одновременно просьба и решительность. Мы не зря оказались здесь, Сила направила нас в это место, показала нам эту чуму и руками юной девчушки дала в руки защиту.
Она не будет в восторге. Уж наверняка. Но хватит ли ей решимости развернуться и уйти от таких проблем?
Зачем же еще нужны джедаи? Если нужно, перед Советом я потом отчитаюсь сама. И приму на себя все заслуженные шишки.
А сейчас я готова рискнуть.

0


Вы здесь » crossfeeling » PAPER TOWNS » Beware of infection!