Тебе кажется, что удача, наконец, повернулась к тебе. Что, наконец, счастливые моменты воспроизводятся в действие, а не замирают на заднем плане. Тебе кажется. Но, между тем, есть какое-то внутреннее недоверие ко всему происходящему; неужели судьба стала к тебе благосклонна? Не сказать, что ты рассчитывал на её снисходительность в последнее время. Ты думал, что пропал навсегда и исчез с её радаров, растворившись в гнетущей тьме. Ведь за все те поступки, что протянулись кровавыми пятнами через всю твою линию прожитой жизни, ты мог получить по заслугам, лишаясь всего, что любишь. Не хочется утверждать, что ты этого заслуживаешь, но иногда карму не так-то легко очистить. Иногда на это уходят недели _ месяцы _ годы, которых может и не быть вовсе. А, разрушающее изнутри, чувство отвратительной тревоги за самого себя, не отступает. До последнего остаёшься верен себе, словно бы, больше, чем своей семье. Пора бы уже скинуть это 'я', что превыше всего, в пропасть и уступить более благородным начинаниям, что пытался зародить в тебе сын однажды. И чем ты ему отплатил? Изо всех сил постарался обернуть во тьму. Любовь обходится дорого всем, но ты даже не знал, насколько может быть опасна эта болезнь, от которой нет лекарства. Ты молился миллионам богов, ты открещивался от своих грехов под святые песнопения, ты пытался сделать из себя праведника [ на деле являясь безнадёжным грешником ]. Это то, что делает с людьми привязанность. Это то, на что способна любовь — все ужасные вещи, на которые может закрыть глаза человек, лишь бы достигнуть желаемого. Твои изначально благие намерения скатились в тёмную бездну, из которой тебя под силу было вытащить только Адриану. Именно ему. Не Эмили, не Натали, не Нууру. Только твой сын, которому ты предавал недостаточно значения. Которого ты ставил недостаточно высоко, считая свои планы истинно _ единственно верными. И уверяя себя, что делаешь как можно лучше для вас обоих. Отчасти ты был прав, ведь каждому ребёнку нужна мать, но не такими жертвами. Ты сделал своего сына сиротой, при живом-то отце. Заставил чувствовать себя нелюбимым _ нежеланным ребёнком [ он никогда в этом не признавался откровенно, но ты уверен в этом, почему-то ]... ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ
устав администрация роли f.a.q фандом недели нужные хочу видеть точки отсчёта фандомов списки на удаление новости

crossfeeling

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » crossfeeling » FAHRENHEIT 451 » it's not a favor


it's not a favor

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

it's not a favor
Элис Купер & ЭфПи Джонс

http://funkyimg.com/i/2DFEe.gif

https://78.media.tumblr.com/8e788b09e49161b88bd905edfb0fae9c/tumblr_op3ag1C0d51qlzdu1o1_540.gif

«

РИВЕРДЕЙЛ, ДЕКАБРЬ 1993

»

+1

2

Идея была идиотская. Ладно, это сейчас она понимала, что идиотская, а тогда… Тогда ей казалось, что ничего сильно страшного не произойдет – они повеселятся, только и всего. Подросткам ведь и положено веселиться, верно? Шампанское, которое Гермиона, оказавшаяся в последний месяц не такой уж конченной сучкой, с лукавой улыбкой достала из обычной школьной сумки, кружило голову. Элис привыкла к текиле, которая моментально ударяла в голову, особенно если замешать ее с виски убойной порцией (как и любили в Белом Змее), но подкравшееся сзади, неожиданно и коварно усыпившее ее внимание шампанское, оказалось гораздо опаснее в своей непредсказуемости. Теперь, сидя в четырех стенах без окон и без надежды на скорое спасение, она прекрасно понимала, что не стоило вообще соглашаться на любую авантюру с участием двоих своих «подружек», к которым иногда спиной-то поворачиваться было опасно. Теперь ее понимание уже не имело ровным счетом никакого значения.

Гермиона хихикает, отбрасывая бутылку в сторону. Поехать в Попс за коктейлями прямо сейчас – почему бы и нет? Машины ни у кого из них нет – девушкам на северной стороне границы вообще неприличным считалось водить самим, у каждой хоть сколько-нибудь стоящей должен был быть поклонник, готовый играть личного шофера. Конечно, можно сесть на рейсовый автобус, вот только его придется еще полчаса ждать, а пока… взгляд Элис падает на потрепанный желтый металлический гроб (как нежно называют его младшеклассники), и мысль о том, как с шиком подкатить к кафе фейерверком взрывается в голове. Господи, как давно она не делала ничего безрассудного! Не жила просто так, не думая о последствиях, и не пытаясь притворяться. Как же она скучала по этому ощущению легкости. Смех, хлопает дверца автобуса (незапертого, потому что кому бы пришло в голову его угонять?), с ревом заводится двигатель.

С легким стоном она запустила руки в волосы, зажмуриваясь, чтобы не видеть этих серых бетонных стен. Что теперь будет? Да ничего. Ее выпустят, сейчас, если отец соизволит приподняться с дивана, или через неделю, если нет. Ее выпустят на все четыре стороны, вот только после такого… куда ей идти? Вся работа последних месяцев радостно полетит на свалку, все ее цели, мечты и надежды так и останутся мечтами. Какая глупость! И все из-за одного проступка. С рыком бессильной ярости Элис запустила в стену первым, что попалось под руку – пластиковым стаканом с водой, принесенным ей сердобольным охранником. Дрянь! Описав бессильную дугу, стаканчик жалко плюхнулся об бетон и сполз вниз. Элис вскочила, чтобы начать нарезать круги по своей камере (боже правый, она в камере, в тюремной, это не кошмарный сон, а самая настоящая кошмарная реальность), только что не хлеща себя хвостом по бокам, как разъяренная тигрица. Идея казалась гениальной… всего каких-то пару часов назад.

Шорох гальки под широкими, истертыми шинами древнего автобуса - слегка зловещий, но не настолько, чтобы остановить трёх смеющихся девиц, у которых в голове все ещё невесомо лопаются пузырьки розового полусладкого. Элис лихо крутит рулем - прав у неё нет и не было, потому что машину отец пропил в далеком восьмидесятом, но мотоцикл она кое-как водила, да и что может быть такого сложного в двух педалях и одном руле? Газ в пол, и с жутким визгом и скрежетом они вылетают на тихую улицу со школьной территории. Чуть замирает дыхание от ощущения вседозволенности, но никого нет, ничей осуждающий взрослый взгляд не останавливает их на пороге, и Элис с хищной улыбкой поворачивает налево. Пенелопа цепляется за локоть, от страха или в порыве веселья - но Элис раздраженно смахивает ее, если с Гермионой она ещё в состоянии иногда найти общий язык, хотя бы на почве их общей стервозности, то рыжая прилипала ее все также раздражает. Особенно когда берет Хэла под ручку, чтобы, мило хлопая глазками, попросить проводить ее до дома. И кто ещё из них двоих истинная змея...

Арест – черное пятно на ее итак небезупречном деле. Прогулы школы, хамство учителям, курение на переменках – все это меркло перед грандиозностью ее нынешнего проступка. Что скажут в школе? Ей не привыкать было чуть повыше поднимать подбородок и не обращать внимания на шепотки за спиной, не оборачиваясь, давать понять, что меньше, чем их мнения, ее интересует разве что пыль под ногами. Но что скажет… Хэл? Домашний мальчик Хэл, для которого купить бутылку пива – настоящее приключение, а выкурить сигарету – преступление века? Элис опустилась обратно на койку, обессиленная, подтянула колени к груди. За последний месяц она успела уже привыкнуть к его тихому обожанию, привыкла мечтать о том, как они скоро станут королем и королевой школы (главное, чтобы Гермиона со своим Фредом не влезла, но Фред – не Хэл, из него короля не выйдет), как поженятся сразу после выпуска, как вместе будут учиться в колледже.

Арест перечеркивал все. Оставалось облокотиться спиной о шершавую холодную стену, откинуться назад, упираясь в нее затылком, и смотреть в потолок, по которому медленно-медленно, невероятно действуя на нервы, ползла припозднившаяся муха. Еще пара недель – и природа исправит свою ошибку, и Элис очень надеялась, что к этому времени ее тут уже не будет. Уже от пары часов в камере она начинала потихоньку сходить с ума… а две недели… проще повеситься, чем терпеть эту тупую, ни с чем с чем ни сравнимую пытку. И подумать только – она когда-то считала сорок минут урока невыносимыми! Ха-ха…

Откуда-то сбоку выныривает машина, но они уже проносятся мимо с визгом и грохотом, чтобы, не вписавшись в следующий поворот, бесславно закончить свой пусть, снеся фонарный столб, мусорку и чей-то почтовый ящик. Забор розового домика с голубыми занавесками укоризненно качается пару секунд, чтобы с грохотом опрокинуться внутрь. Пузырьки шампанского пропадают мгновенно. Машина сзади выныривает из-за поворота, оказавшись машиной шерифа. Гермиона отмахивается, улыбаясь. «Ничего он нам не сделает». И она, конечно, оказалась права. Потому что шериф действительно ничего не сделает ни ей, ни Пенелопе – папочки этих девиц нередко по вечерам пьют с ним пиво в баре, и он, как никто, знает, что обе они – хорошие девочки. Да и за рулем были не они… За рулем была девчонка из Саутсайда, ранее не привлекавшаяся, но явно не из благополучной семьи. Так что вы, девочки, можете идти по домам, хотя я и обсужу еще с вашими родителями важность избирательности в круге общения… а вы, мисс Смит, проследуйте со мной в участок, пожалуйста.

Аргх. Кидать в стену было больше нечем, да и не хотелось.

Отредактировано Alice Cooper (Ср, 28 Мар 2018 19:20:18)

+1

3

А вы знаете, если честно, то после потери друга жизнь не кончается. Конечно, на следующий день или через, и даже через неделю ты обычно думаешь, как чертовски скучен и сер стал мир, когда лучший друг из него исчез, да ещё и так бездарно и глупо. Но мир не кончается, он продолжает двигаться вперед, появляются новые дела, новые знакомства и обязанности и в какой-то момент просто перестаешь думать о том, о чем с месяц назад переживал и сомневался в верности своих решений ли, суждений ли. В конце концов всё проходит, так случилось и у ЭфПи. Конечно, он не забыл о Элис, да и разве можно забыть о ней?! Конечно же нет, но с другой стороны если в первое время ему было тяжело не ждать её перед школой, напоминая себе самому, что это она, кто решила бросить и его, и свою змеиную семью и всю Южную часть. А он. А что, он? ЭфПи на зло девушке "помогал" в её же решении, и пусть злость и обида потупились, но Джонс был слишком упрямым ослом, чтобы пойти на попятную. Он даже смог себя убедить в том, что ему и так хорошо, без лучшего друга, и даже ещё лучше — предоставлен сам себе, никто не пилит за лень или же нежелание учиться, и можно было спокойно проводить все вечера и выходные в Белом Змее, опять же без последующих нравоучений. И порой Джонсу даже казалось, что мир без Элис выглядит даже лучше и свободней, веселее, что ли сказать? Ему даже дышалось легче, когда он не думал о девушке, которой казалось ещё пару месяцев назад был одержим. Но сейчас, когда Элис Смит не было рядом, её чары будто бы исчезли и Джонс смог жить так, как ему хотелось. Он даже новых друзей завел в северной школе, что было с одной стороны неожидано, с другой же он смог посмотреть на северян под другим углом. Порой это помогает в жизни, хотя бы в этом упрямость ЭфПи несколько поутихла.
Было даже странно порой понимать, что он всё чаше и лучше общается с Фредо Эндрюсом, одним из тех самых детишек с северной стороны, который хоть и не был богатеньким и с серебряной ложечкой во рту, но всё равно жил той жизнью, о которой мечтала Элис и которую совсем недавно презирал сам ЭфПи. А теперь они будто бы лучшими друзьями становились, по крайней мере парни умудрились сдружиться на почве общей любви к музыке и Фрэд даже каким-то образом убедил его, ЭфПи, обычно не блещущего талантами, поучаствовать в гаражном бойс бэнде! Ну или им оставалось лишь мечтать об этом, и тем не менее каждые выходные, вот уже несколько недель подряд, парни встречались в гараже семьи Эндрюс и пытались что-то репетировать. Выходило ужасно, и это если мягко сказать! Но было в этих встречах что-то ещё, кроме попытки научиться играть на гитарах и не завывать под них — ЭфПи нашел друга, именно друга, а не товарища или члена Змеев, и этот друг смог заменить ему Элис. Естественно, не во всём, но в компании нового человека переживать расставание с тем, кого считал лучшим другом, всё же было куда легче и не так мучительно. Пусть этот тендем — ЭфПи Джонс и Фред Эндрюсь — и казался некоторым странным, парни и правда смогли найти общий язык и отлично проводили время. Возможно Фред даже в лучшую сторону влиял на ЭфПи, но в этом последний никогда не сознается.
После одного из таких вечеров ЭфПи возвращался домой, пешком в этот раз, в прочем иногда нужно было прогуляться и прочистить мозги на холодном, декабрьском воздухе. ЭфПи уже шёл по весьма грязной и исписанной граффити улице, когда его кто-то окликнул. Сначала Джонс подумал, что это кто-то из Змеев, но приглядевшись поближе понял, что это точно никто из банды — нет куртки, что была отличительным знаком любого уважающего себя южанина, зато были какие-то модные пижонские шмотки. ЭфПи медлил, однако кто-то вновь его окликнул, видимо окончательно узнав и двинулся в его сторону. И только по походке Джонс узнал, в темном силуэте идущем к нему, Хэла "мать его" Купера. От былого хорошего настроения ничего не осталось, всё таки он так и не простил этому Хэлу что встал между ним и Элис. Именно Купера он винил в том, что Элис наплевав на своё народ, так быстро метнулась на северную сторону. Ну и по другим причинам он его так же недолюбливал, в прочем сейчас вся эта ситуация вызывала больше вопросов, чем желания поиграть мускулами и начистить рожу неуместному на этой улице Хэлу.
— Джонс, — в его голосе сквозило презрение, в прочем взгляд ЭфПи отвечал блондину тем же, — Элис у шерифа, её задержали... мне позвонила Пенелопа, — после этого он на пару мгновений затих, а ЭфПи почему-то показалось, что эта рыжая стерва ожидала совсем другой реакции от Хэла, в прочем... — они втроём с Гермионой угнали автобус.
После такого заявления ненависть к идиоту Хэлу как-то даже улеглась, на столько абсурдно всё это звучало, а парень выглядел таким жалким, что оставалось его лишь пожалеть. — И что ты от меня хочешь, Купер? — Стараясь сохранить холодный неприязненный голос, резко спросил Джонс, не дав договорить. На что последовал раздраженный ответ и Купер сунул ему в руку какой-то конверт. Оказалось, что он просил, буквально пресмыкался в глазах Джонса, что бы он сходил и внёс залог за Элис. На вопрос, почему он сам сделать это не может, Змей получил какой-то невнятный ответ, в прочем это не его дело. Как и заключение Элис у шерифа, она сама виновата, когда отвернулась от Змеев. Однако Хэл был навязчив, так что ЭфПи пришлось согласиться. И ещё ему всё же было тревожно за Элис, которой придётся не день, а может и не два, просидеть за решеткой, учитывая её семейные обстоятельства.
Хорошо, — недовольно буркнул Джонс, принимая конверт. Он ещё стоял так некоторое время, проводив взглядом Хэла, который разве что на бег не перешел, что бы поскорей убраться из Южной части города. А вот Джонс остался один на один со своими мыслями и внутренним сомнением — стоит ли идти и спасать Элис. Однако чувства, которые всё таки так никуда и не ушли, а лишь потупились, заставили его изменить планам и отправиться в участок, что бы заплатить залог. Змеи своих не бросают, даже если их бросили первыми.
Через сорок минут, когда открылась дверь участка, выпуская недавнюю заключенную, ЭфПи стоял в темноте под подбитым фонарем, коих на улицах Ривердейла было если и не так уж много, но они всё же существовали, особенно на юге. Если честно, он корил себя за то, что не ушёл сразу же, как деньги были отданы за освобождение мисс Смит. Так и не найдя себе оправдания, он зачем-то её ждал, обперевшись на сетку, которая была натянута как забор вокруг участка. Наверно чтобы успокоиться, что она свободна и спокойно дойдёт до дома. Или он её проводит, живут ведь они всё так же рядом. Об этом ЭфПи как-то не успел подумать, но сбегать было уже поздно.

+1

4

The Vocal Masters – Nightcall

Кап-кап, стучали бы по каменному полу падающие с потолка капли воды, сиди она в темном подземелье со всякими там сталактитами и подземными реками, ожидая завтрашней казни. В темнице Ривердейла было тепло, сухо и даже светло – вот только настроение все равно было похоронное. Краем глаза Элис мрачно наблюдала за тем, как зловеще садится солнце за остроухие крыши домов. Впервые, кажется, она проведет ночь на за границей северной территории… какая ирония. Как говорится, за что боролась, на то и напоролась. ЭфПи бы оценил, если бы только ему было дело до того где она, что она и что с ней. Потянув ноги под себя, она вжалась боком в стену, превращаясь в компактный комочек жалости к себе и легкой злости на то, что никто не поспешит ее спасать.

Однако, она ошиблась. Звякнул ключ, Элис вздрогнула, отмирая. Шериф отпирал дверь, что-то бормоча себе под нос, а у нее было ощущение, что он пришел проводить ее на эшафот. Глупость, право слово, но какие хорошие мысли могут возникнуть в голове, когда тебя внезапно выпускают из камеры под покровом ночи, при том, что ты совершенно точно знаешь, что вносить залог некому, равно как и вообще беспокоиться о ее проблемах? Нахмурившись, она встала, неуверенно надевая пальто. Оно совсем не грело, зато было последним писком моды – предательскую мысль о том, что ее змеиная куртка сейчас была бы гораздо более кстати, она затолкала в дальний угол сознания. Сама выбрала пальто, сама за свои ошибки заплатит.

- Выходи, пташка, - беззлобно усмехнулся шериф, и Элис не стала задавать лишних вопросов. Быстрым шагом (пока не передумал) она поспешно прошла (почти пробежала) до выходной двери, и лишь там обернулась назад. Ее отпустили. Это было странно – но, видимо, в ее жизни все же есть люди, готовые заплатить за то, чтобы ночь она провела в собственной постели, а не в камере, пусть и вполне уютной одиночке. Неужели Гермионе стало стыдно? От такой мысли пришлось подавить неуместный смешок – не факт, что эта хладнокровная стерва вообще представляла себе, что это за чувство и с чем его едят. Саму себя Элис, конечно, тоже относила к славному племени стерв, но есть стервы, а есть стервы… Ах, как тонка грань. Нет, ее «подружки» тут явно ни при чем. Отец бы не притащился раньше, чем через два дня – ему эти деньги еще нужно заработать. Оставался Хэл… Беспокойно екнуло сердце – меньше всего она хотела, чтобы он вообще узнал об этом досадном инциденте. Да и с чего бы ему теперь играть в рыцаря в белых доспехах, когда Золушка вдруг оказалась далеко не той милой девушкой, какой он привык ее видеть? О нет, завтра в школе ее ждут вовсе не сочувственные взгляды, а народное порицание, шараханье в сторону и всеобщий игнор. Просто прекрасно. – Ладно, до свидания, - пробормотала она в спину шерифа, как хорошая девочка не забыв попрощаться перед уходом.

Дверь на улицу, вопреки ее ожиданиям, оказалась открыта и поддалась от легкого толчка, выпуская пленницу на свободу. Свобода! Господи, как, оказывается, приятно просто вдыхать ночной воздух, смотреть на черное небо без решетки, отделяющей его от тебя, ощущать на лице дуновение уже по-зимнему прохладного ветерка. На каких-то несколько мгновений она даже забыла про мучивший ее вопрос о личности неизвестного благодетеля, пока стояла, задрав голову к небу и улыбаясь. Как мало, оказывается, надо человеку для счастья. И пусть ее освобождение никак не решает ее проблем, все равно теперь у нее есть хотя бы право выбора – и если завтра она выберет кулаком выбить парочку белоснежных зубок милашке Пенелопе, их уже не будет разделять решетка. Как, однако, меняются приоритеты после каких-то нескольких часов в камере. Улыбка переросла в ухмылку, когда она поняла, что сейчас хочет только одного – поскорее убраться отсюда в родной Саутсайд, и спрятаться под крышей потрепанного, но своего домика, и что она может это сделать. Пешком, конечно, путь неблизкий – но угонов на сегодня с нее хватит, пожалуй.

Закутавшись поплотнее в пальто, она не успела сделать и пары шагов, как заметила наконец сгорбленную фигуру, широким мазком темноты пририсованную к фонарному столбу. Словно картинка из фильмов ужасов, только вот по знакомым очертаниям широких плеч ей сразу стало ясно, что бояться не стоит. Да, они расстались не на самой приятной ноте – Элис дернула уголком губ, вспоминая и свои собственные жестокие слова, и его ответные, - но даже после такого она не могла найти в себе сил воспринимать ЭфПи как чужого человека. Она приблизилась с неловкой улыбкой, сама не зная, что говорить. Почти месяц без привычной совместной дороги в школу, без многочасовых партий в бильярд, без посиделок на заднем крыльце Змея с одной бутылкой и одним молчанием на двоих. Она скучала, что уж тут лукавить. Он знал об этом, наверное – а если нет, то им обоим не повезло, потому что признаваться вслух она никогда не умела.

Но он пришел, несмотря ни на что. Несмотря на их размолвку, именно он оказался тем единственным человеком, которому было не плевать на ее заключение, и который потрудился ночью вызволить ее, вместо того чтобы за стопкой и приятной беседой провести время все в том же Змее. Это грело душу гораздо сильнее тонкого пальто. Кстати, где он деньги-то достал?

- Какая встреча, - протянула Элис с лукавой улыбкой, обнимая себя руками и останавливаясь напротив. – Не ожидала тебя тут встретить, ЭфПи. Часто ночами гуляешь по северному району? – слова благодарности не спешили со своим появлением, но по тону и по улыбке вполне можно было догадаться, что она рада его видеть, как никогда. Друг познается в беде – и, возможно, ей действительно не стоило так открещиваться от южан ради своих новых «подружек» и иже с ними.

+1

5

По всей видимости ЭфПи проявил слабость, когда решил подождать Элис, точнее даже не её подождать, а убедиться, что всё в порядке. Только вот по всей видимости совсем даже не подумав о том, что в итоге она его увидит ну и, да, после этого будет скорее всего очень и очень неудобно. Но как говорится, молодость не думает, вот и эфПи скорее дал слабину, так как всё равно беспокоился за мисс Смит, хоть она и была так холодна в последнее время. Да что там, Элис была настоящей стервой! Раньше ему это нравилось, правда никогда прежде она не была стервой по отношению к нему самому. Не очень приятное ощущение, знаете ли.
Дверь участка открылась, после чего захлопнулась и ЭфПи глянул в ту сторону — Элис, а это однозначно была она, стояла с поднятой к небу головой и то ли благодарила за спасение, то ли пыталась определить в какой стороне Юг, то ли ещё что-то. ЭфПи смотрел на неё до тех пор, пока девушка не оторвалась от этого занятия и, укутавшись поплотнее, двинулась в его сторону. Даже не в его, а в сторону единственной дороги до южной части города. Вот именно тогда то ЭфПи и понял, что встречи не избежать, в прочем как знать, быть может он специально и остался здесь, что бы увидеть Элис вне школы, да ещё и под покровом ночи, которая казалось бы откинула чуть дальше его обиды и возмущения по поводу её выбора. Ведь ночью всегда всё кажется иным, не таким как при свете дня. Вот и здесь всё было именно так. В конце концов он никогда не умел злиться на эту светловолосую бестию — это было попросту нереально.
Пока девушка шла от крыльца полицейского участка до того места, где стоял Джонс, он так и не взглянул в её сторону, вместо этого смотрел то ли себе под ноги, то ли куда-то вдаль на пустынную улицу, где все приличные люди уже давно сидят дома и смотрят телевизор, ужинают или читают какую-нибудь занудную книгу. Может ещё что-то делает, все эти мысли проносились в его голове угловатыми обрывками, пока Элис не спеша шла в его сторону. Что он ей скажет? Что она скажет? Как им говорить после той сцены с расставанием, когда казалось, что все точки были расставлены по своим местам. В конце концов Элис остановилось в паре метров от него самого, и Джонс окинул её быстрым взглядом, на его лице была точно такая же неловкая полу-улыбка и явно незнание что сказать и что вообще сделать. Он был всё так же неподвижен.
Какое-то время они молчали, а Эфпи всё же удосужился сменить позу и выпрямился во весь свой рот, теперь казалось, что он стал ещё выше, чем в их последний разговор. Проведя рукой по волосам, он с озадаченным выражением на лице смотрел даже не на Элис, а куда-то вбок, так и не зная что сказать. Может стоит упомянуть, что это деньги Купера дали ей свободу? Или то, что он сам узнал о произошедшем всего с час назад, а может меньше, часов у него не было. А может сказать, какая она идиотка? Или не стоит, а напротив подбодрить? Вариантов было масса и выбрать один единственный было слишком сложно. В конце концов, может ей и вовсе не хочется с ним говорить, учитывая прежде произошедшее? В прочем именно Элис прервала их молчание, ЭфПи несколько расслабился и даже ухмыльнулся.
Порой гуляю, — не без дерзости ответил парень и наконец таки глянул прямо в лицо своей некогда лучшей подруги. Она не изменилась, но было в её взгляде что-то такое, чего ЭфПи узнать не смог — пусть времени прошло не много, но новые друзья [а были ли они друзьями, раз бросили её здесь одну?] изменили её. — Пришлось спасать твою тощую задницу из тюрьмы, — не то, что бы их отношения вновь стали как и были, где можно было позволить и не такие выражения, однако же ЭфПи попросту не знал, как себя нужно вести в таких ситуациях — обычно он разбирался с неугодными кулаками, и чаще всего эти неугодные были или же его собственные товарищи Змеи, или же те, кого эти Змеи выкуривали со своей территории. С Элис же всё было иначе, а натренироваться ЭфПи за всю свою жизнь как-то не сумел на этот случай.
Ладно, пошли домой, — чуть сбавив спесь продолжил парень, после некоторых мгновений молчания. Пока они шли некоторое время, он всё же решился сказать, кто именно её освободил, точнее чьи деньги. Конечно же, говорить об этом ему было неприятно и это сильно задевало его гордость, в прочем Элис так или иначе всё равно всё узнает и это будет уже куда хуже, чем сейчас, — Это деньги Купера, я не знал, что тебя арестовали. — После этого он замолчал и смотрел лишь на пустынную улицу впереди, руки его были убраны в глубокие карманы кожанки, а выражение лица неприступное.

+1

6

Элис закатила глаза в ответ на резкость. Ладно, сама виновата, благодарность все же надо выражать словами, а не тоном, взглядом и едва заметным подергиванием губ, в надежде, что адресат это все заметит. Но она привыкла к тому, что с ЭфПи они всегда были на одной волне – и раньше он понимал ее с полуслова, не принимая близко к сердцу привычные ей колкости и не слишком осторожные замечания, взамен отпуская такие же. За месяц, которые они провели взаимно игнорируя друг друга, между ними словно встала стеклянная стена, и теперь Элис оставалось только беспомощно пинать ее ногой в тщетных попытках пробить непробиваемое. Когда это успело случиться? Если бы она способна была трезво анализировать ситуацию, возможно, она и поняла бы, что их размолвка началась задолго до той сцены на заднем дворе школы. Но сейчас она была слишком расстроена внезапным диссонансом между ними, и слишком устала, чтобы рассуждать о психологии семейных (ну, почти) отношений, поэтому вопрос так и остался вопросом – когда? Почему? За что?

- Ладно уж, спасибо, что вытащил, - наконец произнесла она вслух, перестав рассматривать хмурое лицо ЭфПи. Слова о том, что она, как никогда, рада его видеть, улетучивались из-за его явного недовольства. «Конечно, - одернула себя Элис, - это же не его вытащили из камеры городской тюрьмы уже тогда, когда оставалось только смириться со своей участью». Впрочем, на самом деле, ей в любом случае приятно было снова пройтись с ним в тишине по ночным улицам Ривердейла, впитывая в себя мирное, доверительное молчание, которое у них раньше никогда не было неловким. Видимо, это было не взаимно. – Я и не думала, что кто-то… - она прервалась, не желая договаривать, чтобы лишний раз не напоминать о том, о чем они оба и так знали, он – с сентября, она – с сегодняшнего вечера. Ее новые друзья и подружки о ней и не думали беспокоиться, а старых она оттолкнула сама, оставшись в полном одиночестве. Со вздохом Элис тряхнула головой, чтобы освободиться от таких мыслей – ни к чему хорошему они не вели. Следом за ЭфПи она направилась к дому, не зная сама, чего хочет больше – поскорее дойти, не разговаривая, и завтра продолжить не замечать друг друга в упор, или все же поговорить. Объясниться еще раз. Может быть, со второго у них получится. Может, не одна она скучала по тому, что у них было раньше?

Но прежде, чем Элис успела собраться с мыслями, чтобы начать разговор, ЭфПи все тем же недовольно-мрачным тоном прояснил вопрос, который мелькнул в ее голове раньше и отошел на задний план, потому что были вещи и поважнее. Как ей казалось. Ха.

- В смысле Купера? – возмутилась она, останавливаясь на месте и дергая его за локоть. – При чем тут вообще Хэл? Ты что, сказал ему… - тут до нее дошла вторая часть его фразы, и Элис слегка притормозила, пытаясь сложить кусочки паззлов так, чтобы они подходили хотя бы по форме. Плевать на цвет. – Еще скажи, что теперь весь город знает, - слегка севшим голосом пробормотала она, вяло отпуская руку. Масштаб драмы начал медленно доходить до нее только сейчас. Пенелопа с Гермионой всегда были главными сплетницами школы, поэтому можно было даже не сомневаться, что спустя час после ее ареста о нем уже знали все их одноклассники и половина младших учеников. Через них к вечеру узнали и родители… С тяжелым вздохом она махнула рукой и двинулась дальше, уже забыв и про луну, и про свежий воздух, и про радостное ощущение свободы – реальность навалилась всем весом, придавливая собой. В маленьком городе кошку в мешке не утаишь. И почему она поняла это только сейчас?

Но на фоне общей трагедии ее почему-то больше всего беспокоил один маленький факт. Как комар, жужжащий над ухом, когда ты уже завернулся в теплое одело и принял идеальную позу для сна – можно не обращать на него внимания, конечно, но разве существуют люди, на это способные? Маленький факт заключался в том, что сам ЭфПи вовсе не спешил на белом коне освобождать ее из темницы, тогда как Хэл умудрился его найти и до него достучаться. Страшно представить, чего ему это стоило. Слегка улыбнувшись, она все же не смогла найти в себе сил порадоваться, потому что обида на ЭфПи пересиливала все удовольствие от поступка Хэла. Друг познается в беде, значит?

- То есть, если бы не Хэл, - начала Элис не без вызова в голосе. – Ночевать бы мне в участке? – она зло пнула носком сапога камешек, которому не повезло попасться ей на пути. Камешек спешно убрался. – Приятно узнать, кто мои настоящие друзья, в таком случае. – А она-то уже успела себе напридумывать, что они сейчас помирятся, что ЭфПи, несмотря на свои обиды и свою гордость, все равно не сумел бросить ее в беде. Выходит, сумел бы прекрасно, и рука бы не дрогнула, направляя кий в центр бильярдного шара.

+1

7

Сумел ли ЭфПи заметить благодарность мисс Смит? Нет, ни сколько — ему вообще казалось в этот вечер, что они почти не знакомы друг с другом, просто двое случайных молодых людей встретились поздним вечером около полицейского участка, а кто они такие, какие они, а черт его знает. Так что если Элис хотел выразить благодарность, то это нужно было сделать словами, а не этим вот закатыванием глаз. Так что Джонс предпочитает игнорировать такую вот благодарность в на лице девушки и ничего не говорит, да и вовсе начинает вести себя менее дерзко, чем по началу их разговора. Очень сложно подобрать какую-то определенную технику, когда вроде как не плохо было бы помириться, с другой стороны делать этого совершенно не хочется. На запоздалую благодарность девушки, молодой человек лишь кивнул, его лицо было всё таким же то ли хмурым, то ли не выражавшим ничего особенного, то ли просто безразличным.
Элис не договорила своей фразы, а Джонс быстро глянул на неё — конечно, сейчас он не был уверен на все сто процентов, но почему-то догадался, о чем именно хотела сказать девушка. О том, что она и не думала, что кто-то за ней придёт. На самом деле, не встретить он Купера, может всё так бы и кончилось, как знать? Новые "друзья", которых лично ЭфПи хотелось придушить, явно не думали идти спасать Элис, а учитывая услышанное от Купера, то те стервы, которые "дружат" с Элис сейчас, скорее смеются над ней и делают ставки, когда её выпустят. Купер в это вопросе оказался не такой падалью, как некоторые, однако у ЭфПи были свои счеты с ним, так что ни о ком, из нового окружения Элис он не думал в положительном ключе. Так что если это действительно то, о чем думала девушка, то да, врядли бы за неё пришёл кто-то так быстро — как не погляди, но даже у Змеев нет столько ушей и глаз, что бы отслеживать любые неприятности выходцев с Южной стороны. Всё таки своё место среди Змеев Элис с каждым днём всё больше и больше теряла. Вполне вероятно, что южане узнали бы о случившимся лишь на следующее утро, не раньше.
ЭфПи как-то даже не понял причины, почему Элис резко взвилась, остановилась и резко заставила остановиться и его — дернув за локоть и чуть ли не разворачивая на сто восемьдесят градусов. ЭфПи выглядел озадаченно, чуть нахмурившись и приподняв в недоумении одну бровь, окинул взглядом девушку,которая по его скоромному мнению вела себя странно. Конечно же, ему, ЭфПи Джонсу только того и нужно, что бы рассказывать о таком идиоту, которого он терпеть не может! Она сама то поняла, что вообще сказала?! Но видимо поняла, пусть и запоздало, наконец услышав его сообщение о том, что вообще-то никто ничего не знает. Да от куда им черт возьми знать?! Скорее всего шериф пытался позвонить домой к Смитам, однако зная ситуацию в семье Элис, ЭфПи был почти уверен, что шериф всё равно не дозвонился. Так от куда ещё Змеи могли узнать о случившимся? Со стороны же Элис, было заметно, что она считает, что они ей почему-то должны. Но вот с чего, кажется она дала четко понять, что думает о южанах?
Я не знаю, — мотнув головой ответил ЭфПи, в голосе девушки было столько горечи и печали, что ему было совестно продолжать вести себя холодно и отстранёно с ней, так что и голос выдавал в нём того прежнего ЭфПи, который был готов стоять горой за лучшую подругу. Но он и правда не знал, кто ещё в курсе с ситуацией Элис. Её поведение резко изменилось и девушка продолжила идти, Джонс же ничего не понимал и продолжая хмуриться, но скорее от незнания что делать, шёл рядом всё в том же молчании, что и некоторое время назад.
Они не прошли и пары минут в молчании, когда голос Элис вновь раскатился с вызовом по тихой улице, они тем временем всё дальше шли на юг. ЭфПи недовольно глянул на подругу, или точнее сказать, бывшую подругу?
Видимо так, — раздраженно ответил Джонс, явно не понимая глупости девушки, как по её мнению должны были узнать? как он должен был узнать о случившимся? Или шериф по наитию бы позвонил в Белого змея, поболтать с местными? Или ещё того лучше, позвонил бы в дом Эндрюсов и такой "Хэй, а можно мне ЭфПи на пару слов?!". Это был бред и Элис буквально генерировала его с каждой секундой всё сильней и сильней. ЭфПи это начало допекать — в конце концов он, чёрт возьми, не смотря на их ссору пришёл сюда, заплатил чертов выкуп, пусть деньги и не были его, но что это меняет?!
Знаешь что, Элис, может быть ты не заметила, но жизни окружающих не крутятся лишь вокруг тебя — как по твоему я мог знать, что тебя арестовали? Или думаешь Гермиона позвонила бы напрямик мне? Ах да, наверно стоит отметить, как бы она меня вообще нашла, если я этим вечером даже дома не был?! Или ты думаешь, что шериф решил звякнуть в Белого Змея, узнать, не хочет ли кто-то случаем заплатить за тебя, чтоб они тебя выпустили?! — Он не мог держать в себе всё то, что копилось в нём последние несколько месяцев, ещё до той ссоры. — Или что ты думаешь, я обязан каждый вечер дежурить у твоего окна, чтобы отмечать где-нибудь в блокноте, пришла великая Элис Смит домой или нет? А если нет, то тут же бежать к шерифу, спрашивать, не там ли ты?! — От возмущения он едва контролировал себя, голос его был громким, а движения слишком нервными, он то поправлял волосы, то касался руками подбородка, то на пару секунд складывал их в замок на груди, что бы тут же вновь утопить пальцы в волосах. Вся эта чушь, в компании с Элис Смит, его раздражала как никогда прежде, — Какого черта, Элис?! Ты четко дала понять — что мы должны держаться от тебя подальше, так какого ты сейчас гонишь на меня весь этот бред?! — Он вспылил не на шутку, в конце концов дойдя до точки, он пнул какой-то не существующий камень под ногами и резко сорвавшись с места, чуть ли не побежал вперед, ЭфПи хотел как можно скорее покинуть эту полоумную девчонку, которая явно уже никак не может быть его другом.

+1

8

Элис снисходительно фыркнула. Оправдания, оправдания. Оправдывается – значит, все же чувствует за собой вину. Было бы желание. Купер вот захотел – и узнал. И да, такой ход мыслей был невозможно нелогичен и несправедлив по отношению к ЭфПи, но она была девушкой, и к тому же блондинкой, а девушкам вовсе не обязательно анализировать свои поступки и эмоции на предмет наличия такой призрачной вещи как адекватность. Так что нет, у нее было полное право винить его во всех злоключениях сегодняшнего дня, и даже в том, что от мысли о завтрашнем дне становилось действительно страшно. А когда ей было страшно, она выпускала когти. Хоть бы раскаялся в том, что не знал и не хотел знать! Но нет. Ни капли грусти ни в голосе, ни в словах, лишь обвинения и новый переход на крик. Она уже начинала удивляться, как они умудрились пробыть друзьями так долго. Они словно говорили на разных языках, совершенно не слыша друг друга и, что самое страшное, не желая слышать. Может быть, потому что им обоим закрыла плотной пеленой глаза ярость, крепко замешанная на обиде.

Ведь в данный момент Элис было невероятно обидно. Сколько было красивых слов сказано! Мол, вот, все эти новые друзья не друзья, то ли дело мы, Змеи, вот мы-то своих не бросаем. Не сиди с ними в столовой, они лицемеры, они с тобой мило поболтают, а потом спиной повернутся и еще плюнут вслед. И вот оно, первое испытание. Кто в итоге ей помог, а кто остался в стороне, да еще и норовит откреститься даже от того, что все-таки сделал? Как будто это что-то постыдное, и от этого нужно открещиваться. Еще бы сказал, что это Купер его заставил, а он сам не виноват и вообще просто мимо проходил, а такие вещи как спасение девиц в беде не его уровень. Особенно уязвляло то, что речь шла о ней. Раньше Элис думала, что перед лицом настоящей беды все обиды забываются, а гордость с самолюбием отходят на второй план.

Теплое чувство благодарности, отвергнутое, подернулось возмущением и превратилось в разъедающий душу яд. Не хочет быть ее ангелом-хранителем? Она и не просила! Больно надо. Взгляд Элис остановился на телефонной будке слева от дороги. Надо бы позвонить Хэлу, поблагодарить, сказать, что все хорошо… дома у них линии не было, поэтому или сейчас, или до завтрашнего утра он не будет знать, что с ней. Но когда Элис злилась, она злилась на всех. Этот домашний мальчик что, не мог сам за ней зайти? Побоялся страшного Саутсайда? Испугался злых Змеев, поджидающих его на улице? Или просто не хотел иметь с ней больше дел? Она не в настроении была сейчас это узнавать. Хотелось накричать на кого-нибудь, а еще поплакать и в тепло. Впрочем, холодно ей больше не было. Ее лицо вспыхнуло от возмущения, и подлитое в огонь масло чужих слов не давало потухнуть праведному гневу. (Ее гнев всегда был праведным, иначе и быть не могло).

- Я?! – тоже перешла на повышенные тона Элис, ускоряя шаг, чтобы не отставать (сбежать он от нее что ли решил?) и не собираясь сдавать позиции. Злость медленно закипала, пока котел грелся на пламени застарелой обиды. – Я?! Это не ты ли мне месяц назад доказывал, что Змеи всегда о своих заботятся, что кто, как не они, всегда будут рядом в трудную минуту? Не помнишь? – Другая девушка давно бы уже замолчала и побежала догонять ЭфПи, лишь бы не оставаться в одиночестве на темной улице, но чувства Элис всегда были сильнее рациональной части ее сознания. Она планировала, она продумывала, но потом на нее накатывало – вот как утром, или как сейчас – и дальше уже бессмысленно было взывать к разуму. Что бы ни ждало ее впереди, если парень все же убежит, оно сильно рисковало от встречи с ней, разъяренной, уязвленной, и ищущей на кого вылить весь ушат своего недовольства. Она понизила голос, и, если бы она действительно была змеей, следующие слова звучали бы как шипение. – Ну и где же? Где вы все были? Такой великолепный повод доказать, что я неправа, принять блудную дочь обратно в свои ряды, простить и понять? – она расстроенно умолкла, неожиданно пораженная озарением, и сбавила шаг. – Я, может, и не против была бы… все исправить… и рада была бы… помощи… - Элис нахмурилась, сама удивленная тем, что да, она действительно хотела, чтобы все вернулось на круги своя. Хотела, и сейчас, когда рациональная часть ее сознания помахала лапкой, прощаясь, вдруг начала размышлять об этом вслух. Но тут уж подняла голову гордость, которая, встрепенувшись, вспомнила, что такие вещи говорить – почти как признать поражение. Поражения она признавать не умела. – Но, видимо, про то, что Змеи – семья, это все лишь красивые слова, - она скривила губы, засовывая руки поглубже в карманы, чтобы не чувствовать себя такой уязвимой и открытой. Любому удару, любому слову. – Всего лишь глупости.

Они уже не приняли ее с ее желанием убраться подальше из Саутсайда. Отвернулись, хотя могли бы поддержать, и тогда она ни за что бы не променяла их компанию на компанию девочек а-ля Гермиона. Раньше Саутсайд с его разрухой и Змеи, ее друзья с детства, не были так уж неразделимы – в конце концов, почему она не может дружить и с теми, и с другими? И если предубеждения северян, которые считали их преступниками, боялись и не знали по-настоящему, понять можно было, то, что заставляло южан вставать на дыбы всякий раз, как им приходилось сталкиваться со своими соседями, оставалось для нее загадкой. Гордость и предубеждение, не иначе. Или глупость. Оставалось задрать повыше подбородок и идти дальше в одиночестве.

+1

9

ЭфПи категорически не понимал, чего от него хочет Элис. Она просила его подвозить в школу, без проблем! Она хотела, что бы он не маячил рядом — пожалуйста. А сейчас она хотела черт знает что и даже опытный Джонс в общение с этой мегерой, не понимал, чего от него хочет мисс Смит в данный момент. Вот совсем и никак. Он её вызволил из тюрьмы, рассказал правду об вызволении, объяснил, почему всё вышло именно так... а она кричала на него и обвиняла. ЭфПи ненавидел, когда на него кричат, и не важно, что это была девушка и даже больше сказать, его бывшая лучшая подруга. Она вела себя как истеричка, что в общем-то заставляло вести и Джонса подобным образом, они часто перенимали настроение друг друга и сейчас это было ощутимой проблемой.
Единственная попытка избегать окончательной ссоры и громких криков, было сбежать от этой не понятно на что взбесившейся блондинки, иначе он за себя не отвечает, а как ни как, а портить отношения со Смит ещё больше не входило в планы парня. Ну или входило, с месяц назад, но тогда его гнев перекипел и остыл, а сейчас он относился к Элис вполне себе спокойно и её прежние выходки почти не вызывали в нём обиду и некую ненависть. Но то было прежде, сейчас же Элис по всей видимости хотела его добить своими идиотскими претензиями и истеричными криками. Хрен с ней, надо было оставить её в участке — спаситель Купер и сам мог бы справиться с такой простой задачей, чертов трус.
А ты что у нас, всё ещё Змей чтоли?! — Не удержался от язвительной ремарки ЭфПи, резко обернувшись в сторону идущей за ним девушки, скривил лицо и неодобирительно помотал головой, всем своим видом ставя под сомнение это изречение. — Хватит выворачивать всё в свою строну, делать из себя мученика, идущего в крестовый поход! Да ты как они все — все те сучки с Севера, которых ещё летом ты критиковала по полной, а сейчас? Посмотри на себя сейчас, Элис! Восходящая звезда Севера, не иначе! Корона королевы школы ещё не жмёт?! А?! — Он распылился и выливал ей на голову всё, о чем успел передумать в течение их ссоры. А ссора длилась долго, думаю вы понимаете, что и сказать он может очень многое? И сейчас он явно не жалел её чувств — она то его не жалела, верно?
Он хотел крикнуть ей ещё очень о многом, сообщить, какая она двуличная и продажная и что она не нужна такая для Змеев, у них есть свой устав — только вот Элис о нём по всей видимости забыла. Много Джонс ещё хотел сказать, но одна фраза Элис перекрыло всё это — не только желание ущемить, обидеть, но и вообще ругаться с ней.
Неужели он хочет вернуться? Или это лишь очередная ложь? Минутное сомнение и слабость? ЭфПи хмурился, остановившись и резко поостыв в своём гневе, слушая новые упреки Элис, однако в голове застряли те её слова, где она говорила, что хочет вернуться. Или послышалось? А что, если нет?
В конце концов её холодность, отстранение от него и их большой семьи, всё это не умоляло того факта, что он всё равно так же чертовски был влюблён в эту истеричную стерву, а может быть даже больше, так как разлука хоть и остудила его гнев, только вот чувства всё ещё убить не могла. Может даже напротив, раззадорила и превратила из разряда "боюсь" в разряд "одержим". Может было и что-то ещё, однако голова в какой-то момент просто отключилась, а Элис молчала, более не въедаясь своими словами в его душу и разум.
Поцелуй, на который он всё таки смог решиться, не без помощи произошедшей перепалки или тихого и темного вечера, а быть может в нём проснулся тот самый принц-спаситель, которого так желала Элис, только вот не совсем так, как именно она того хотела. В любом случае ему уже было нечего терять — Смит с ним не общалась и даже если её оскорбит этот поцелуй, ничего более ужасного кроме сказанного и сделанного в последнее время она не сделает. Не убьёт ведь его в самом деле, верно? ЭфПи поцеловал Элис спонтанно и, если честно, это был его первый серьёзный поцелуй — с чувствами и без алкоголя. И совсем короткий, так как не дожидаясь действий Элис, он отстраняется и отводит взгляд, касаясь горящих губ пальцем. Да, не так он себе представлял их первый поцелуй.

+1

10

Когда Элис сносило крышу, ей сносило крышу, и в таком состоянии она могла хоть кирпичами в окна кидать, хоть шарами от бильярда (печальный опыт уже был). Но стоило ей выйти из этого состояния, как оставалась только легкая растерянность и усталость. Только что она готова была распаленно кричать, доказывать, спорить, наброситься с кулаками, в конце концов, - но вот порыв ветра не в ту сторону, охладивший ее пыл, - и она снова всего лишь замерзающая девушка посреди дороги, которая понятия не имеет, ни чего она хочет, ни за что борется. Спорить по инерции было бессмысленно, поэтому она просто пожала плечами. Корона ей бы действительно не жала, но зачем об этом говорить, если теперь ей эта корона и не светит больше? Звездой севера с ее скандальной репутацией теперь не стать, а вот звездой юга – пожалуйста. После сегодняшних приключений, ее, пожалуй, снова примут в свои ряды.

Элис не знала, что бы она сделала, если бы у нее был выбор между севером и югом. Еще сегодня утром она выбирала север, потому что там было ее будущее, а она, в отличие от своих друзей и соседей, о будущем думала. Теперь ей еще и напомнили о том, что не слишком-то ее рады видеть ее бывшие детские товарищи – и, казалось, выбор был однозначным. Но она стояла ночью на едва освещенной луной и то тухнущим, то гаснущим фонарем, дороге, и чувствовала себя дома, потому что рядом был ЭфПи, и потому что эту дорогу она знала как свои пять пальцев. Это невнятное ощущение дома не складывалось в нормальный аргумент и не тянуло на галочку в списке преимуществ юга, слишком уж расплывчатым оно было, проскальзывало между пальцами, сопротивляясь любым попыткам облечь его в слова. Как змея. Она усмехнулась, вспоминая еще раз, что выбор теперь ей и не нужно делать – игра окончена, спасибо за игру. Вопрос только в том, примут ли ее обратно Змеи, но как бы ни ершился ее собеседник, она подозревала, что примут. И все будет по-прежнему. И хотя это радовало, горечь от того, что игру она проиграла, все равно не давала смириться и уйти со сцены с чувством выполненного долга. Почему она не может получить сразу все… И Змеев, и Хэла, и колледж… и ЭфПи. Но Хэл мальчик домашний, родители скажут ему «найди другую», и он послушно сделает, даже если будет не слишком доволен.

Элис любила стоить планы. Любила предугадывать ход разговора, ненавязчиво направляя его в нужное русло, любила манипулировать собеседником, когда не забывалась в собственных чересчур ярких эмоциях. Люди удивляли ее редко – разговор был игрой, в которою она прекрасно умела играть, и финал которой редко бывал непредсказуем. У каждого человека свои желания, свои цели, и, если ты знаешь их… ты знаешь, что этот человек сделает. Она думала, что знает ЭфПи как облупленного. Она знала его любимую музыку, что он выберет в столовой, куда пойдет после школы, и где его искать, когда он решал спрятаться от всех остальных. Она знала его манеру склонять голову к собеседнику и чуть вбок, когда он напряженно что-то обдумывал, щуриться от недовольства, усмехаться и отводить глаза, когда он, напротив, чему-то рад. Она знала его. Но, выходит, только думала, что знала, потому что ЭфПи оказался гораздо больше себе на уме, чем ей казалось всегда, потому что такого завершения (или кульминации?) этой ночи она ожидала меньше всего на свете. Накричать, может быть, даже ударить, бросить ее тут одну или все же проводить до дома – этого всего она могла ожидать в зависимости от того, хватит ли ей самой терпения удержаться от обвинений и попытки выместить на нем всю ее обиду и злость на весь мир. Но этого… этого она предсказать не могла.

Что. Мозг на короткое мгновение просто отключился, и она с широкими глазами смотрела на ЭфПи, пытаясь осознать произошедшее. Поцелуй был таким коротким, что можно было бы и вовсе подумать, что ей показалось. Но судя по такому же ошарашенному взгляду ЭфПи – нет. Она невольно отзеркалила его жест, точно так же прижимая к губам руку, и слегка нахмурилась, не зная как реагировать. Они были знакомы всю жизнь. В каких-нибудь романтических комедиях такие внезапные осознания происходили регулярно, но ей всегда казалось, что все это бред. Как можно всю жизнь дружить, а потом вдруг в один день осознать, что нет, пожалуй, мы все же не друзья? «Окей, что это было?» - хотелось спросить ей. Почему сейчас, почему не в сентябре, когда она с сияющими глазами рассказывала ему про Купера? Почему он ничего не сказал раньше? Почему они два месяца не разговаривали, когда могли бы… И да, возможно Элис и сама о своих подобных мыслях предпочитала молчать, потому что рано выучила, что некоторым мыслям не стоит давать волю, чтобы они не портили ей жизнь. Зачем ей думать о чем-то, чего не будет, когда есть гораздо более подходящий под будущее ее мечты вариант? Принц на белом коне, с которым в сотни раз проще хотя бы потому, что у него никогда не получится причинить ей настоящую боль ни случайно, ни намеренно.

Она многое хотела бы сказать и спросить, но слова все портили – эту простую истину она усвоила хорошо. Стоило им начать говорить, как они начинали ругаться, бросаться несправедливыми обвинениями и подбрасывать пищи в огонь их взаимного раздражения друг другом. Слова были лишними, и мысли, возможно, тоже. Поэтому все вопросы о том почему, как, зачем и, тем более, мысли о том, что будет дальше, она отбросила куда-то подальше со свойственной ей порывистостью. Гори оно все синим пламенем.

Элис сделала шаг вперед, не дожидаясь, пока мгновение уйдет, и кто-то из них (будем честны, скорее всего, она) не выдержит и испортит все разговорами, и вернула поцелуй, пусть и гораздо менее целомудренный, скользнув пальцами вдоль щеки ЭфПи. Сказать, что она никогда не думала о том, как это будет, было бы откровенным враньем.

http://funkyimg.com/i/2FaVk.gif

Отредактировано Alice Cooper (Сб, 21 Апр 2018 16:11:38)

+1

11

Не то, что бы он не хотел этого, очень даже хотел! А порой и сладко засыпал от таких вот шальных мыслей, только вот обычно в его мыслях всё было как-то более мирно, что ли. Ну или хотя бы они не хотели убить друг друга, или только Элис хотела его убить? Всё было сложно и запутанно. И ещё раз сложно.
Идиотская ситуация с новой школой, с новыми людьми вокруг, которые столь неожиданно забрали всё их внимание, рассорили и выбросили как использованный товар. Это и раздражало и расстраивало одновременно, не даром говорят, что друг познаётся в беде — так вот, в их случае всё так и было, правда вышло как-то совсем не так, как того ожидал Джонс. И это не про поцелуй, а скорее про то, что они оказывается вовсе друг друга не понимают! Как прежде то они так хорошо общались вместе, были не разлей вода и всё такое? А потом какие-то изменения, и всё пошло под откос. Можно конечно было бы обвинить северную школу... но слишком наивно, верно? Вот и ЭфПи вообще не знал, что ему делать дальше — друзьями они уже никогда не будут, дружба не может выдержать всего того дерьма, что произошло с ними за последние месяцы. Кем они ещё могут быть? Парой? Нет... Элис нужен золотой мальчик, с помощью которого она выберется из южной дыры, как она сама её и называла в мыслях — ЭфПи не скрывал надежд относительно этого. оставался вариант быть любовниками, но... серьёзно? Ведь с полгода назад он уже думал о будущем, о том, что найдет какую-нибудь простую работу, найдёт место, где они с ней поселятся. Ну не идиотом ли он был, верно?!
ЭфПи было стыдно за те свои ванильные мечты о семье с Элис Смит. Именно сейчас он был уверен, что она вообще не создана для такого. Ах как же он удивится событиям, которые будут происходить лет через пять.
Так что им оставалось делать, после этого поцелуя, который и вовсе произошёл из-за злости, раздражения и сочувствия к юной мисс Смит? Джонс чуть хмурясь смотрел на девушку из-под бровей своим тяжелым взглядом, он не знал, что ему делать. И уж тем более не знал, что будет делать Элис. Вполне возможно, что она ему сейчас врежет, зная Элис, вполне даже может и между ног. Парень поморщился, убирая руку от лица, но сё так же молча глазея на блондинку. Долго правда это взаимное рассматривание друг друга не продлилось.
Второй поцелуй куда сильнее напоминал то, о чем обычно мечтал ЭфПи перед сном. Элис по всей видимости так же как и он пару раз, да думала об этом — иначе он бы попросту не поверил в это её движение навстречу ему, учитывая что ещё совсем недавно она отчитывала его за Купера, а днём поди ещё и обдумывала свою с Купером свадьбу. Мысли эти хоть и пронеслись в мозгу Джонса непонятным облаком, однако ревность к идиоту Куперу вновь взыграла в молодой южной крови, от чего его руки крепкой хваткой сошлись на талии девушки, привлекая ту к себе, без какой-либо пощады и учтивости. Будто бы всё это вообще-то само собой разумеющееся и он волен делать всё, что хочет. В прочем так оно примерно и было, его рука скользнула ниже, и на ощупь "тощая задница Элис" такой даже и не оказалось. Поцелуй же становился всё менее и менее дружеским. Ну, вы поняли.
Не ясно, оторвался бы он от неё или бы она, решив, что парниша зарывается, залепила бы звонкую пощёчину. Однако где-то вдалеке послышался какой-то шум, то ли звук машины, то ли что-то ещё, так просто и не разберёшь. А через мгновений парочку достиг дальний свет автомобиля. Так что скорее всего это всё же был шум от машины, что двигалась в их сторону. А они как раз стояли на проезжей части. И уже через несколько секунд мимо них проехал давний и разбитый пикап, выглядел он знакомо, но в темноте Джонс не разобрал. Как итог, жадные мгновения поцелуя поблекли, оставив за собой лишь замешательство, да раздражение по поводу неожиданного водителя.
Ну, и? — Зачем-то сказал Джонс, вновь нахмурившись и сверля девушку взглядом, от былой смелости не осталось и следа. Как ни крути, а он всегда её побаивался, только вот когда они были за одно, опасаться ему ничего не стоило — сейчас они определенно не за одно, так что и реакция может последовать вообще люба. Но обычно именно ЭфПи был тем благодетелем, который первый шёл мириться, прощать и изображать из себя дурака, в угоду мнительной Элис. Так и в этот раз, — пойдём, уже поздно. Провожу тебя домой. — Что ещё он мог сказать, Джонс не знал, так же как и что делать — идти или стоять, ожидая реакции Элис. Или вовсе бежать, да не оглядываясь? В обще, терзало его незнание похуже того орла, что клевал печень Прометея.

+1

12

Элис собиралась уже приструнить зарвавшегося Джонса (поцелуй, пусть даже и недетский, не давал ему никакого права распускать руки), но помедлила пару мгновений (припишем это плохо работающим после сегодняшнего потрясения рефлексам), а когда отмерла, было уже поздно. Они едва успели отпрянуть от середины дороги, и Элис отступила в сторону, отпуская плечи ЭфПи, чтобы рукой прикрыть глаза, которые так резко обжег свет фар. Как это всегда и бывает, когда свет проливается на что-то, происходящее в темноте, это самое что-то прекращается. Машина напомнила им обоим про реальность, став своеобразной гувернанткой, не давшей им зайти слишком далеко (не то чтобы Элис позволила такое… наверное), и теперь волшебство рассеялось. Осталась только пустая ночная улица, ветер, пробирающий до костей, и двое, не знающие, что говорить. Неловкое молчание могло прерваться двумя способами, и не особенно раздумывающая над своими поступками Элис уже готова была прибегнуть ко второму, который подразумевал большое количество телесного контакта, призванного защитить ее от холода, но, увы, ЭфПи успел выбрать первый раньше. Слова легли между ними тяжкими якорями, возвращающими с небес на землю.

Обычно она бы возмутилась такой фразе. Невесть сколько лет дружбы, не выходящей за границы, несмотря на вечные смешки их друзей и откровенное сватовство родителей, и вот, долгожданный момент откровения. Катарсис. И все, что он может сказать, это «ну, и»?! Элис поджала губы, подавляя в себе желание продолжить сначала перепалку, а потом, может быть, и кое-что еще. Нет, не стоит показывать, что ее эти слова задели – вообще никогда не стоит показывать, что чьи-то необдуманные фразы могут ранить. Этот урок она усвоила давно, и в той или иной степени его прекрасно знали все Змеи. Она дернула плечом, не слишком воодушевленная хмурым выражением лица ЭфПи. О чем он думает? Примеры в голове решает, или что еще может спровоцировать такой мрачный взгляд?

Но, видимо, он все же пришел к какому-то выводу, потому что его лицо слегка прояснилось, когда он предложил пойти домой. Элис кивнула, первая направляясь вдоль дороги, туда, откуда приехала так кстати или некстати появившаяся машина. Ладно. Утром, все утром – сейчас она слишком устала и взбудоражена, чтобы принимать какие-то решения, да даже чтобы просто думать. Мысли в голове носились быстро, панически, но как-то бестолково. Да и были они вовсе не о жизненных планах, не о мировом господстве, и не о хитроумных махинациях, как обычно – нет, о вещах, куда более подходящих для размышлений школьницы – не стерлась ли у нее губная помада, не нужно ли поправить смявшуюся юбку, и стоит ли начинать разговор, если идти осталось всего ничего. В итоге она так и не нарушила молчание, которое как-то по дороге перестало быть неловким, и стало просто… дружеским. Разделенным на двоих. Как в прежние времена. Элис не хотелось расставаться, снова рассорившись. Сегодня они, впервые за последние несколько недель, могли разойтись без взаимных обид и проклятий, сегодня они переступили грань, разделявшую их годами, и сегодня что-то неуловимо, но окончательно изменилось между ними. О нет, она вовсе не собиралась это портить. Поцелуй наполнил ее каким-то странным оптимизмом, словно стал обещанием, что все будет хорошо. Она предпочитала верить. Сегодня одна ее мечта умерла, но уже была готова родиться новая, вылезти из неприглядного кокона шальных мыслей, расправить крылья и взлететь навстречу солнцу. Элис спрятала улыбку, запоминая фразу – можно будет использовать ее в статье или очерке для школьной газеты. Метафорично получилось.

Она знала эту улицу наизусть, но все равно ее дом вырос перед ними неожиданно. Путь оказался еще короче, чем ей казалось. Остановившись около двери, Элис повернулась к ЭфПи, рассматривая его сверху вниз, уже наступив одной ногой на первую ступеньку. Если она просто скажет «до завтра» и уйдет, они же не успеют нарушить установившийся было хрупкий мир, верно?

- До встречи, - вместо этого улыбнулась она, рискуя все же показать свое ставшее легкомысленно-веселым настроение. – И спасибо, что проводил, - поспешно добавила, вспомнив в кои-то веки про существование такой загадочной вещи как вежливость. Проказливая мысль забралась к ней в голову шаловливым порывом, и ее улыбка вдруг стала лукавой. Веселье ударило в голову пузырьками от утреннего шампанского – а почему бы и нет? Теперь можно. Быстро наклонившись, она оставила на губах уже собирающегося прощаться ЭфПи, легкий поцелуй, и, рассмеявшись, вспорхнула по ступеням, не дожидаясь реакции. Дверь захлопнулась, и она прижалась к ней спиной, все еще улыбаясь. Сумасшествие? А почему бы и да.

+1

13

ЭфПи и сам понимал, что ведёт себя как осёл, но вести себя "нормально" так же не мог. Когда проехавшая машина, чуть было не решив их задавить, удалилась, он вновь взглянул на девушку, которую только что весьма не дружески лапал. Черт, этот момент не будет давать ему спать всю эту ночь! Ох уж этот молодой и горячий дух. но то будет ещё только через час или два, а пока перед ним стояла живая Элис, которая в упор смотрела в этот момент на него. Джонс даже сглотнул от нервов, которых ну никак не было в его воображении, которое он ни одну и даже не две ночи тренировал, представляя себе этот момент. А потом нахмурившись, ляпнул первое, что пришло ему в голову. "Ну и"... Нет, он определенно немого тормоз, и с девушками общаться не умеет — тут нужна либо практика, либо девушка помилее. По лицу Элис, хоть по мнению Джонса, она и пыталась сдержаться, было заметно, что и её не понравилось это "Ну,и", да и кому в здравом уме может понравиться? Так что приложив побольше самообладания, Джонс всё таки нормально закончил фразу.
Девушка так ничего и не сказав, лишь направилась первой в сторону дома, по хорошо знакомой и родной дорожке, де то там, то тут, были огромные дыры не ремонтированного асфальта ещё времён Рузвельта, не иначе. Он молчал. Она молчала. Сначала Джонсу было как-то не комфортно идти в компании девушки и он отставал то на шаг, то на два, двигаясь будто-бы большая и мешковатая тень в этой своей черной куртке со змеем. Но чем дольше они шли, чем дольше длилось молчание, тем более уверенно себя чувствовал и молодой змей, и в конце концов поравнялся с девушкой — шёл так близко, что могло даже показаться, что он касается своим плечом её. В прочем может быть так и было, а может и нет. А потом их дорога закончилась, встретившись со своим препятствием — домом Смитов. Ну, если это сооружение так можно было назвать.
Хотел ли он сказать или сделать что-то, за то время когда они молчаливо следовали в сторону своих домов? Хотел! Но всё, что появлялось в его голове, он отбрасывал — считая это глупым, смущающим, недостойным... или он просто не успел найти нужное слово и действие, и они уже закончили свой путь. Молодые люди остановились в нерешительности и Джонс глянул на Элис, с несколько тяжелым взглядом нерешимости и бесконечных колебаний.
[float=left]https://78.media.tumblr.com/d07a5febd2cafe195a536f4626c42edc/tumblr_ncd9okpBa81s5zj1ko8_250.gif[/float]На прощание блондинки, улыбнулся и сам ЭфПи, несколько неуклюже и, даже можно сказать, наивно. Ему казалось, что этот вечер что-то да и значит, а если это так, то завтра всё изменится и это стоило всех двух месяцев, а может и больше, разлада и ссор. Они изменились, их отношения поменялись так неожиданно и ожидаемо одновременно. И почему он не сделал этого раньше? Неужели поцеловать мисс Элис Смит было так страшно? Кажется что и нет. Он улыбался искренне, и ему передалось настроение и Элис — лёгкомысленное и веселое.
Он хотел ответить и попрощаться, без грубостей и сарказма, как порой бывало между ними в прежние времена. Вместо этого ощутив вновь на своих губах желанное прикосновение, молодой человек не успел закрыть глаза, когда его муза рассмеявшись вспорхнула и исчезла. Так что уже перед открытым взором ему осталось любоваться лишь закрывающейся дверью и исчезающей за ней девушкой. Сам он простоял некоторое время вот так — глупо улыбаясь и удивляясь одновременно, как всё было просто! Счастливая улыбка не сходила с его лица до того, как он отправился в постель. Некое чувство надежды и искристое волнение внутри, делало этот вечер поистине незабываемым, а жизнь ему казалась столь легкой и приятной, как никогда прежде.

Отредактировано FP Jones (Пн, 14 Май 2018 22:51:38)

+1


Вы здесь » crossfeeling » FAHRENHEIT 451 » it's not a favor