От Митры можно было ожидать чего угодно. Самых неожиданных выходок, вопросов и даже, как это ни странно, нападок - на Совет ли, на джедаев, или просто на очередного зарвавшегося падавана, который решил самоутвердиться за счет других - таких, увы, в последнее время становилось все больше. Однако предположения, высказанные столь опрометчиво вслух, Эйтрис однозначно не нравились, равно как и очень зыбкие вопросы, поднимать которые в этом самом месте было далеко не лучшей идей. Не клонит, значит? Нет, конечно же, в рассуждениях Митры был смысл, другое дело, что еще слишком рано вешать ярлыки, не зная ровным счетом ничего. Пока не зная, если быть точными. А вот пресловутое "это не наше дело", кажется, в очередной раз прошло мимо Сурик, на все всегда имевшей собственное мнение. Тоже, в принципе, ожидаемо. Просто Люсьен категорически не нравился им обеим, равно как и вся эта кровавая история. Эйтрис очень хочется устало пожать плечами и ответить что-то в духе "откуда мне знать", в конце концов, у нее никогда не было учеников, да и не предвидится в ближайшем будущем, если, конечно, магистры не будут настаивать на своем. Куда больше обучения, ее всегда интересовали знания, которые еще только предстояло найти или систематизировать, предварительно изучив. Но Митра смотрит на нее, ожидая ответа, и приходится всего лишь неопределенно покачать головой. Смогла бы понять? Простить? ...того, кто предал твои ожидания? Того, в кого ты вложила все, получив подобную неблагодарность? В конечном итоге, любые причины это лишь жалкое оправдание, а выбор всегда зависит от самого человека и его наклонностей. История Экзара Куна вполне ярко демонстрировала это... читать дальше
устав администрация роли f.a.q фандом недели нужные хочу видеть точки отсчёта фандомов списки на удаление новости

crossfeeling

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » crossfeeling » PAPER TOWNS » legacy


legacy

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

legacy
Charles Xavier and David Haller // отец, не раз спасавший мир от демонов, и сын, что однажды спасёт мир от себя

http://78.media.tumblr.com/010940f62c24dd10bf4e95578f88f7d8/tumblr_nz7852E93R1r8mq9ao7_250.gif

https://78.media.tumblr.com/a4b019017bbd03dfa02ba2c123bc043d/tumblr_oawcsiqFKX1vvimlio3_250.gif

«

Перевалочный пункт Подполья, штат Нью-Йорк, США; октябрь 2017
Когда Дэвид узнал историю своего отца, он отправился в прошлое, чтобы изменить ход истории и позволить мечтам Чарльза Ксавье претвориться в жизнь, но что-то пошло не так: отца не нашёл, вместо безопасного путешествия в прошлое создал параллельную вселенную и сам этого не заметил - в общем, молодец. Чарльза Ксавье настойчиво пригласили в несветлое будущее, и вот теперь пришло время легендарному отцу познакомиться с альтернативно одарённым сыном.

»

Отредактировано David Haller (Чт, 15 Фев 2018 19:52:36)

+1

2

Когда перед Чарльзом впервые открылась возможность побывать в подполье мутантов, он тут же за нее ухватился. Школа не была больше безопасным местом, как когда-то давно, а порой он думал, что для них безопасных мест не осталось вовсе, и подполье, конечно, тоже таковым не было. Чарльз знал заранее, что штабов у подполья несколько, а может быть даже больше, чем то количество, которое обычно понимают под “несколько”: Штаты занимают большую территорию, а еще есть Канада и Мексика, и только в последней мутанты могут более-менее спокойно себя чувствовать. Спасибо политике: США так сильно и много ссорилось с Мексикой, что те теперь готовы едва ли не нарочно, назло, принимать такие законы, чтобы мутанты меняли место жительства. Вернее даже - чтоб мечтали изменить.
Государственные программы по контролю за мутантами всячески пытались этому помешать. Противоречили сами себе: мутанты им не нравились, мутанты для них казались опасными, но выпускать их из страны все равно не хотели. Чарльз понимал, что это означает: людям всегда хочется использовать себе во благо все, что только можно, даже если это будут живые люди. Стоило задуматься об этом серьезнее, как подход Эрика тут же переставал казаться неправильным - правда, такую мысль высказать вслух Чарльз не мог. Так уж бывает: если придерживаешься каких-то принципов и называешь их нерушимыми, то будь любезен, соответствуй.
К визиту в подполье Ксавье подтолкнуло его извечное любопытство, физически ощутимая потребность знать и понимать больше. Он мог следить за мутантами через Церебро, проникая сразу в их мысли, минуя физические преграды и буквально вырывая их из контекста, но реальность была другой. Видеть это все в реальности, включая обстановку, наблюдать за взаимодействием между собой - вот что позволило бы Чарльзу понять ту сторону проблемы, которую он, возможно, осознавал еще не полностью.
Чарльз, ко всему, подозревал, что среди мутантов его знают. О его школе было широко известно, о нем самом тоже, и поэтому перед визитом он чувствовал себя неспокойно. Может ли кто-то предъявить ему претензию в бездействии? Чарльз ведь и в самом деле не так уж много шагов предпринимал для того, чтоб облегчить жизнь мутантам. Порой радикальные методы Эрика оказывались действенней, чем его апелляция к той или иной поправке в конституции и опротестование новопринятых законов. С другой стороны, Ксавье вовсе не был обязан становиться на защиту всех мутантов - у него были его дети, и, к тому же, любой желающий мог прийти в школу: ее двери были обычно открыты для всех мутантов.
То, как он себя успокаивал, было слабостью.

Это было еще не сам штаб подполья, но перевалочный пункт. Место, где собираются “новенькие” и ждут, пока их доставят куда-нибудь, где будет безопасно - ну, те из них, кто все еще верит в возможность безопасности. Сам пункт Чарльзу понравился: это было здание бывшей автозаправки и небольшой двухэтажный мотель позади него. Заправка еще кое-как работала, а мотель пестрил табличками “продается” и внешне выглядел так, что вряд ли кто-то пожелал бы его купить.
Внутри все обстояло немного лучше. Мутант по прозвищу Тень привез его на парковку позади мотеля, потом они въехали внутрь, в первый номер, и тут Чарльз понял, что все здание снаружи - сплошной обман. То, что должно было выглядеть как небольшие номера, оказалось крупными комнатами, где перегородки давно были выбиты. Одна такая комната вмещала три или четыре прежних номера, и лишь потом отгораживалась от следующей стеной. Кое-где не было даже потолка, но где-то сохранились наружные лестницы, и другие комнаты находились выше. Туда Чарльзу на коляске путь был закрыт, но он не огорчался - несколько дней здесь, и дальше будет подполье. Теперь - настоящее.
Тень вскоре оставил Чарльза, сославшись на дела, и предложил ему “устраиваться”. В этот момент профессор немного пожалел о том, что пришлось прибыть сюда в одиночестве - но таковым было условие Джона. Кто такой Джон, Чарльз не знал, но чувствовал даже без применения способности, что с ним пока лучше не спорить. Вот после личной встречи, когда ясно станет, что это за человек…
Сверху донесся топот, затем будто детский смех, и Чарльз, заинтригованный, поехал вперед. Мутантов на перевалочном пункте было немного, по крайней мере, в этой комнате. Кроме Чарльза тут оставалось трое: подросток в самом углу читал книгу, а двое других, девушка и юноша, обсуждали что-то, склонив друг к другу головы. Тень ушел наружу, на парковку, но кто-то, видимо, был еще наверху.
Чарльзу было интересно. Чересчур интересно. Он полагал, что не совсем правильно, находясь тут, пользоваться способностью, особенно когда она означала бесцеремонное вмешательство в личное пространство, но… никто ведь не заметит.
Ксавье остановился. Рядом была стена, за стеной - лестница, металлический каркас ступенек и перил. Дальше - комната, и в ней… кто-то был.
Опустив взгляд вниз (Чарльз давно перестал закрывать глаза и больше ничем не выдавал использование способности), он сосредоточился. Почувствовал первым делом тех троих, что были поблизости. Осознал, что Тень в помещении бывшего супермаркета говорит с кем-то по телефону. Потом мысленный взгляд поднялся выше, и тут Чарльз непонимающе нахмурился.
Тень уверял его, что на перевалочных пунктах редко когда собирается даже десять человек. Чаще их куда меньше. Но Чарльз совершенно точно ощущал другое. Сразу выцепил троих, а потом еще троицу, и дальше седьмого, восьмого и девятого, дальше еще три - они как-будто нарочно группировались именно так, - и еще, и так пока не дошло до двадцати одного. Дальше у Чарльза закружилась голова, он потер ладонями лоб и наконец обратился к одиноко читавшему юноше:
- Молодой человек, - тот поднял голову: его глаза мягко светились оранжевым, но свечение это медленно гасло. - Вы знаете, кто находится наверху?
Тот поднял голову - свечение в глазах усилилось, - а потом, не удостоив Чарльза больше и взглядом, снова уткнулся в книгу, нехотя ответив:
- Кажется, там Дэвид. Он сейчас спустится.

+1

3

Безумие. Абсолютное безумие творилось вокруг, и шутеечки из серии "наконец-то внешний мир соответствует внутреннему" вот вообще не были смешными. Подполье разваливалось на части, потому что многие из самых активных идеологов движения ушли в Клуб Адского Пламени, а те, что остались, были настолько этим подавлены, что не могли выкладываться на полную, а ведь это было необходимо, абсолютно необходимо. Я и сам с уходом Лорны никак не мог настроиться на рабочую волну. Не мог не думать о том, что история повторяется. Как много лет назад Эрик Леншерр отказался от мечты Чарльза Ксавье, - мне ещё сложно было приучить себя называть его отцом в мыслях, - так и его дочь сошла с пути защиты своих. Сыграла свою роль, и я не мог не замечать, что для полного повторения истории из шестидесятых как будто сам недоиграл свою: не был для мутантов тем, кем когда-то был Профессор Икс. Не то чтобы я испытывал при этом чувство вины, - нет, никто не ждал от меня, что я займу место лидера-вдохновителя-героя, никто, собственно, и не знал, что у меня есть подобное наследие. Но так или иначе, это были мрачные дни, и ждать от будущего чего-либо хорошего нам не приходилось.

Октябрь выдался тёплым, солнечным и, что важнее, богатым на агрессию по отношению к мутантам. Беженцев было много, но жёсткая политика правительства не только мотивировала мутантов бросать всё и бежать, но и существенно усложняла сам процесс побега от закона. Перевалочные пункты работали быстро, долго никто на одном месте не задерживался - никогда ведь не знаешь, придут ли за вами завтра, не запретят ли завтра перемещаться по стране, не объявят ли завтра их всех вне закона вне зависимости от законопослушности. Дэвид был, в общем-то, почти рад тому, что уехал из штаба: здесь, в старом заброшенном мотеле, не чувствовалась так сильно гнетущая атмосфера недавнего раскола. Люди приходили и уходили, пока что им даже везло обходиться без стычек с государственными службами. Руководить пунктом было несложно: выслушивать новобранцев, помогать определиться, бежать или сражаться, ненавязчиво проверять телепатически на враждебность, не вдаваясь в детали - работы хватало, Дэвид чувствовал себя нужным и почти не опасным. Уродцы вели себя смирно, Дэвид слышал их разговоры, если вокруг него во внешнем мире воцарялась тишина, и не без удовольствия отмечал, что внутри его головы почти не было агрессии: ни тебе стычек за право доминировать, ни враждебности друг к другу... Словно все они устали рвать его мозг на части. Если так, Дэвид был только за, но мелкий червячок паранойи точил его сознание. Спокойствие могло быть затишьем перед бурей. А могло и не быть... Так или иначе, Дэвид делал своё дело, оставался настороже и старался не впадать в глубокие эмоциональные переживания, потому что раздрай в чувствах никогда не шёл на пользу внутренней обстановке.

- Тень привёз ещё одного, поговоришь с ним? Только он не может подняться.
- Сейчас буду, - беженцы попадали к ним в самых разных эмоциональных и физических состояниях, поэтому Дэвид не удивился и не заподозрил неладного. Потратив некоторое время на проверку своего внутреннего состояния, он спустился вниз.

Стоило ему увидеть новоприбывшего, как в голове воцарилась звенящая тишина. Все личности замолчали разом.
Этого просто не могло быть. Может, ошибка? Но образ Чарльза Ксавье, что когда-то показала Дэвиду Эмма, Хэллер не смог бы забыть или с кем-то спутать. Он провёл несколько месяцев в 1986м, пытаясь отыскать Профессора Икс или Магнето, чтобы потом вернуться и найти Чарльза "новичком" в перевалочном пункте?

Нет, я никогда не сомневался, что у природы проблемы с чувством юмора, и на мне она особенно отдыхала, но это было как-то немного слишком. Одарённые уродцы в голове, ментальный паразит, легендарный отец, дочь Магнето, - нет, серьёзно, я каждый раз думал: может, хватит уже? Может, на этом вселенная успокоится и позволит мне просто как-то выкручиваться из этого хаоса? Но каждый раз возникало что-то новое, что добавляло в мою жизнь ещё больше локально-апокалиптичных нот. И вот я смотрел на Чарльза Ксавье и не мог понять, что же именно не так со вселенной, со мной и с ним, если после всего мы встретились вот так.

- Я бы сказал "добро пожаловать", но добро нынче в дефиците, - дурацкая фраза сложилась из привычки и глубокого потрясения. Чисто рефлекторно Дэвид закрыл свой разум, как когда-то учила Эмма. Его ментальный блок был слабым, не выдержал бы нападения, тем более от такого могущественного телепата, как Чарльз, но в таком состоянии хотя бы переставал фонить. Личности насторожились: подобные ограничения особенно нервные из них воспринимали как оскорбление, а Дэвид очень старался внутри своей головы поддерживать мирные взаимоотношения со всеми.
- Парни, сейчас приедет Бен, не поможете ему разгрузиться? - конечно, все трое понимали, что их ненавязчиво просили освободить помещение, но и дело не было выдуманным. Так и работало Подполье: они не были друг другу семьёй, немногое знали друг о друге, но у них было общее дело и общий враг, и этого было достаточно. Дэвид предпочитал беседовать с новоприбывшими тет-а-тет, но в случае с Чарльзом Ксавье подобное было просто необходимо: не хватало ещё, чтобы слухи распространились раньше, чем сам Профессор Икс того бы захотел. Да и сам Чарльз мог увидеть и озвучить о Дэвиде больше, чем тот бы хотел донести до чужих ушей.
Как только дверь закрылась, Дэвид подошёл к отцу, протянул руку и снова заговорил.
- Дэвид Хэллер, рад встрече. В мои обязанности входит проведение наименее неприятной формы допроса о том, кто вы, как узнали о нас и чего, собственно, от Подполья хотите: помощи в миграции, поддержки или места в наших рядах, - привычные слова помогают успокоиться. И в принципе Дэвид мог бы подать это по-другому и на том ограничиться: каждый мутант здесь обладает правом рассказать любую историю о себе, раскрывать карты и говорить "о, да я тебя знаю" - не в правилах Подполья. Но кого он в данной ситуации сможет обмануть? - Но скажите, чем мы можем помочь вам, Профессор?

+1

4

Оставаясь внизу в терпеливом ожидании, которое обещало продлиться не очень долго, Чарльз понимал, что и близко не представляет, на что ему рассчитывать. Теперь, когда он уже находился здесь совершенно один, идея приехать в подполье в полном одиночестве уже не казалась ему слишком хорошей. Когда он обдумывал это в самом начале, все виделось как жест доброй воли, призванный показать, что Чарльз и все, что он может предложить, не будет нести для этих людей угрозы, а возможно и наоборот - послужит помощью. Но столкнувшись с тем, что почувствовал наверху, на втором этаже, Чарльз отчаянно захотел, чтоб вместе с ним был хоть кто-нибудь, на кого можно положиться. Некстати в памяти появились предупреждения о том, что далеко не всякий мутант априори “хороший”, что некоторые могут быть опасны, а кто-то вообще ярый фанат Клуба Адского Пламени. Вроде бы Эрик не горел желанием убить его, но кто мог гарантировать, что все его подельники были с этим согласны?
Наверное, и хорошо, что прямо сейчас Чарльз уже ничего не мог изменить. В крайнем случае, как он думал, дешево свою жизнь он не отдаст. Он все еще способен обездвижить хоть человека, хоть мутанта, и даже управлять его движениями и голосом. А был еще один, самый крайний, вариант, обращаться к которому Ксавье, конечно же, не будет: сама мысль о нем придает уверенности, несмотря на то, что Чарльз хорошо знает - Эрика лучше не трогать лишний раз. Где бы он ни был.
Сверху спускался юноша. Точнее, в первый момент Чарльзу показалось, что это юноша, потом удалось разглядеть, что ему, должно быть, ближе к тридцати, чем к двадцати, но наверняка сказать было сложно - по мутантам вообще так легко возраст не определить, как по обычным людям. Чарльз развернул кресло к нему, глянул больше с любопытством, чем с опасением, и вдруг понял, что нечто вокруг изменилось. Он не мог больше определить мутантов наверху, как будто все они то ли исчезли, то ли уснули.
Отметив это для себя мысленно, Чарльз сосредоточился на более насущном вопросе. На Дэвиде, который относился к “новичку” с ощутимой настороженностью, как будто не слишком был рад.
- Этому я как раз не удивлен, - отозвался Ксавье прежде, чем замолчать в ожидании, пока они с Дэвидом останутся наедине. Он не знал, исключительно ли ради него создано это уединение, или же здесь это обычная практика, но не мог не ответить, что психологически ему и вправду комфортнее находиться с Дэвидом один на один.
Пожав протянутую руку, Чарльз немного расслабился. Может, дело было в привычке - протянутая рука всегда служила знаком расположения, и Чарльз еще не успел убедиться в том, что современный мир использует этот жест куда чаще как дань привычке, чем что-либо еще, а потому верил ему и на него полагался. Рукопожатие вышло крепким, коротким, но не торопливым, проще говоря, таким, каким и должно быть.
Процедура “собеседования” в подполье, похоже, была довольно жесткой, категоричной, и Чарльз в самом деле думал, что ему тоже придется пройти ее полностью, точно так же, как и любому другому, но Дэвид немного удивил его тем, что задал прямой вопрос, один-единственный, по которому стало ясно, что сколько бы лет ни прошло, но репутация - это репутация. Никуда от нее не денешься.
- Уверен, каким бы неприятным ни был ваш здешний допрос - он на самом деле необходим. В свое время мне доводилось принимать в школу мутантов, почти ни о чем их не спрашивая, потому что многие не хотели распространяться о себе, и не всегда это хорошо заканчивалось.
А ведь тогда ситуация и близко не была такой напряженной, как здесь и сейчас. Да, люди боялись мутантов - ничего тут нет нового, - но о том, чтобы против них сплотиться никакой речи не шло. Но теперь даже в политической агитации проскальзывала неприкрытая агрессия, а штаты с каждым днем становились все менее пригодными для спокойной жизни, если только в твоей ДНК есть ген-икс.
- Я не за помощью пришел к вам, Дэвид, - когда-то давно Чарльз долго не мог привыкнуть к тому, что приходится смотреть на людей снизу вверх. Сейчас он уже не испытывал и капли того дискомфорта, разве что только вспоминал о нем сам. - А теперь мне и вовсе кажется, что помощь нужна как раз вам. Не конкретно этому месту, но... - он коротко облизнул губы, пытаясь подобрать те слова, которые Дэвид понял бы лучше всего. - Мутантам вообще.
Это было не совсем что надо. “Мутантам вообще” Чарльз пытался помочь с самого начала, но по-другому - в прошлом проблема была в том, что подростки-мутанты не знали, что с ними и как себя вести, и поэтому могли навредить себе или другим. Сейчас ситуация развернулась на сто восемьдесят градусов, а потому и действовать нужно было иначе.
- Мне хотелось бы лично узнать, как у вас здесь все устроено, - он глянул в одну сторону, в другую, снова посмотрел на Дэвида и легко пожал плечами: - Не на перевалочном пункте, хотя это тоже интересно, а в самом подполье. В штабе. Вы помогаете мутантам сбежать из страны, но некоторые ведь остаются с вами? Как маленькая армия, - это немного напоминало Чарльзу то, что в свое время делал Эрик.
Правда, Эрик был тем еще радикалом и революционером. Возможно, за сложившуюся в штатах обстановку именно его и стоило благодарить в первую очередь, но… не будь Леншерра, был бы кто-то другой, верно? Свято место… Эрик - еще не самый худший вариант, здесь Ксавье был уверен полностью.
- Возможно это устроить, как по-твоему?
Да, Чарльз спрашивал, но если по правде, отрицательного ответа он даже не ожидал.

+1

5

Кто такой Чарльз Ксавье?
С самой первой встречи с Эммой я пытался найти ответ на этот вопрос, но легендарный Профессор Икс не помещался в какое-то ёмкое определение, да и образы, что мне удавалось найти, были очень разными. Враг Клуба Адского Пламени и защитник юных мутантов, наивный любитель переговоров с людьми и решительный лидер Людей Икс, а сколько граней этого сложного человека оставались для меня неизвестными, я даже не пытался предтставить. Мне было сложно понять его, не помогали ни многочисленные рассказы, ни исторические хроники, ни даже путешествие в прошлое. В семьдесятых мутантов было меньше, люди относились к ним проще, и наверное только в это время зарождения конфликта можно было быть Чарльзом Ксавье - разным, не принадлежащим какой-то одной стороне, а закрывающим своим телом баррикады. В прошлом я часто думал о том, каким был бы этот человек, если бы попал в противостояние Стражей и Подполья. А когда он пришёл, в первую минуту мне показалось, что Чарльз Ксавье - человек вне времени. И почему-то мне захотелось в это - и в него - поверить.

- Времена изменились, - говорит Дэвид в противовес своим мыслям. - Тайна личности теперь не в приоритете, хотя и скрывать приходится больше. - общие бессмысленные фразы раздражают самого Хэллера, едкий комментарий одного из уродцев заставляет поморщиться. Но он просто не знает, что ему говорить этому удивительному известному и не знакомому человеку. Чарльз Ксавье, предлагающий помощь - можно сказать, мечта, становящаяся реальностью. Подполье грезило возвращением Людей Икс, но грезы эти давно перешли в разряд несбыточных фантазий лириков, да и так ли много могли эти герои прошлого в условиях обезумевшей от ненависти к мутантам действительности?
Дэвид смотрит на отца и не знает, с чего начать. Перечислить основные глобальные проблемы Подполья и предложить Профессору Икс выбрать какую-то одну для участия в решении?
- Отличный план. Тебе что, восемь лет, чтобы жаловаться папочке?
Дэвид не отвечает Карами, давно привык к его вечному сарказму и даже не меняется в лице, ни коим образом не показывает, что общается не только с Чарльзом. Он не собирался жаловаться, но когда на поле выходит столь значимая фигура, нужно же как-то обрисовать ситуацию.
- Мутантам нужна помощь, для того мы и существуем. И не только мы, - Дэвид очень хорошо помнит, как близняшки-телепатки говорили, что приходят помочь мутантам, что Клуб Адского Пламени - не враги сверхлюдям. - Вопрос в том, с чем Вы готовы и хотите им помогать. Конечно, у нас всегда нехватка кадров на местах, - Хэллер разводит руками, обозначая "место"; на перевалочных пунктах по всей стране работает по одному-два человека, и половина из них мечтают наконец последовать за всеми, кто страну покидает, а в штабе и вовсе вечно не хватает рук. Окончание фразы, что-то вроде "но вы ведь не солдат этой войны, а фигура рангом повыше" Дэвид проглатывает, оно подразумевается, может, даже очевидно, но в его голове слишком много Клуба и Лорны, чтобы логически здраво строить сложные предложения не о них. - Но я не уверен, что для помощи мутантам как виду Вы пришли по адресу, профессор. Наш главный враг - страх людей, воплощённый в федеральных службах и радикалах-правителях, и страх самих мутантов, выступающий ныне под знаменем Клуба Адского Пламени, - Дэвид договаривает эту неожиданную для него самого мысль и мрачнеет. Может, многие в Клубе и были мотивированы жаждой власти и прочими инстинктами доминирования, но сколько из них просто боялись, что иного пути нет? Была ли Лорна одной из них?
- Знаешь, вербовщик из тебя так себе. Отвечал бы ты на вопросы, а то смотри, разочаруешь легендарного отца, - голос Карами в голове звучит громче, ведь чем неспокойнее Дэвид, тем слабее его ментальный контроль.
- Конечно, я могу перенаправить Вас в штаб, профессор. И сопроводить, если Тень согласится подежурить здесь. И да, у нас есть - как вы это сказали? - маленькая армия. Нужно защищать беженцев, шишкам из правительства не очень-то по душе наше организованное бегство. Да и мы сами, - усмешка получается куда менее болезненно-мрачная, чем могла бы. Дэвид не из тех, кто сокрушается о вражде и мечтает о гармонии. У обеих сторон есть поводы для претензий, обе стороны переигрыают, но никто не знает, как повернуть назад. Такова реальность, не о чем разводить сопли и околоморальные рефлексии. Подполье - запрещённая террористическая организация. Стражи - разрешённые и одобряемые узким кругом властьимущих уроды (и солдаты), перешедшие черту в тот самый день, когда начали сотрудничать с лабораториями и перепрошивать мутантов. И с ними тоже нужно бороться за жизни всех, кого они когда-либо смогут получить в качестве подопытных.
Иногда Дэвиду казалось, что методы Клуба подходят ему больше, но он никогда не хотел открытой войны. - А вы желаете вступить или направлять других? - улыбается уже спокойнее. Он представляет Чарльза Ксавье тренером отрядов Подполья, потом - участником боевых групп. Он слишком много читал об отце и слишком мало о нём знает, чтобы найти ответ самому.

Отредактировано David Haller (Ср, 6 Июн 2018 00:25:22)

+1

6

“Мутантам нужна помощь”, говорил Дэвид, как будто знал, что именно подобной фразы Чарльз и ждал. Его преследовал неотступный страх оказаться чужим в этом времени, не найти здесь своего места, быть ненужным. В этом не было ровным счетом ничего удивительного, ведь Чарльз привык к другому, а за пропущенные им года многое изменилось: не только политические и религиозные настроения, но и общественная и социальная политика, правила и нормы. То, что раньше казалось неприемлемым или сомнительным, теперь пользовалось популярностью, а то, что имело успех - было уже пережитком прошлого. Чарльз Ксавье тоже чувствовал себя таким пережитком, просто никому об этом не говорил. Не хватало еще, чтоб мутанты, многое о нем знающие, заметили в Профессоре тени сомнения. Нет уж, это было личное, и справиться со всем Чарльз должен был сам.
Но раз мутантам в самом деле нужна помощь, значит, он прибыл по адресу. Кто сказал, будто Ксавье может только школой руководить и учить детей биологии и анатомии? Это он, конечно, всегда готов, но телепатия была способна на гораздо больше - он мог бы поддерживать связь между мутантами, когда они далеко друг от друга, он мог находить мутантов, где бы они ни были. Он мог управлять людьми, проникая в их рассудок, мог манипулировать их воспоминаниями и снами, контролировать сознание. Да, он был один, а подпольных штабов несколько, и количество их наверняка будет расти, но даже один телепат с его способностями - это лучше, чем ничего.
- Я много чего умею, - он не вдавался в подробности, отчасти потому, что о его способностях и так повсеместно знали, но еще и из-за того, что не был уверен в том, что именно Дэвид является тем, кому нужно знать все нюансы. - В частности, я ощущаю присутствие мутантов на расстоянии и обычно могу их найти, но… Кажется, сейчас с этим что-то не в порядке. Когда Тень оставил меня здесь, ощущение было таким, словно наверху множество мутантов, но сейчас я их больше не чувствую.
Это не был вопрос, но если бы Дэвид мог дать какое-нибудь внятное объяснение этому феномену, Чарльз с радостью бы его выслушал. Сколь опытным бы он ни был, а то и дело встречалось нечто, с чем Ксавье ни разу в жизни прежде не сталкивался, и тогда ему доводилось узнать что-то новое не только о мутантах и их возможностях, но и о самом себе.
То, что Дэвид говорил о страхе, было очень знакомо Чарльзу. Люди, да и мутанты тоже, боятся неизвестного порой больше, чем реальной и уже существующей угрозы. Если бы простые обыватели захотели взглянуть в глаза статистике, они бы сразу поняли, что в год от автомобильных аварий погибает в несколько сотен раз больше людей, чем от действий мутантов. Но кого это интересует? Автомобильные аварии - это понятно: неисправность, пьяный водитель, ошибки пешеходов. А вот мутанты - совсем другое дело. Их не так легко понять и в них невозможно разобраться, они потенциально могут уничтожить, допустим, здание или автобус, а раз могут - значит, они опасные и страшные. И почему только человеческий мозг так скоропалителен в своих выводах, почему люди не желают прислушиваться к фактам, ставя во главу углу собственные ощущения?..
Иногда Чарльз видел один выход: проникать в голову каждого, кто уперся рогом, и просветлять его изнутри, но сделать что-то подобное он не мог - иначе он уподобился бы сразу и Шоу, и Эрику, и Клубу, а Чарльз давным давно уже выбрал свой путь, и путь этот был другим.
Когда Дэвид согласился показать Чарльзу штаб, Ксавье улыбнулся. Он, конечно, не думал, будто ему в такой просьбе откажут, но могли возникнуть какие-нибудь трудности или преграды, а пока что их не было, и это радовало Чарльза. А еще он точно знал, что Тень легко позаботится о перевалочном пункте, потому что успел дотронуться до его сознания и пробудить в нем желание заглянуть сюда: откладывать на потом Чарльз не любил.
- А вы желаете вступить или направлять других?
Профессор на секунду задумался, потерев подбородок, а потом прикусив костяшку указательного пальца. Правда была в том, что хотелось ему всего и сразу - быть всюду, во всем участвовать, быть в курсе, наверстать все то, что он упустил. Но он отлично понимал, что это невозможно, что хочет он слишком многого, тогда как довольствоваться нужно чем-то одним. Где от него будет больше пользы? Где для него будет больше пользы?..
- Не знаю, Дэвид, - признался он, выдавая голосом то, насколько это трудное решение. - В полевых условиях толку от меня мало, - он похлопал ладонями по подлокотникам коляски. - С другой стороны, условия эти тоже бывают разными. Я слышал про девушку, которая делает порталы... - он пожал плечами. Мутант с такой способностью здорово бы упростил ему передвижение. - В любом случае, мы не решим этого, находясь тут, верно?.. Кто лидер подполья? Есть такой человек вообще?
Ему было тяжело представить, как некая организация работает без лидера, но когда Чарльз захотел объяснить свой вопрос, к ним вошел Тень, вряд ли до конца осознающий, зачем ему это нужно, и Чарльз переключился на него, спросив:
- Ты не откажешься провести тут некоторое время без Дэвида? - Ксавье развернул коляску, глядя теперь на Тень в упор. - Мы должны отлучиться.

+1


Вы здесь » crossfeeling » PAPER TOWNS » legacy