Пожалуй, Нар-Шаддаа все еще одно из немногих мест в галактике, где подобные разговоры если и вызывают реакцию, то крайне... Как бы сказать? Вялую. Ну, во-первых, контингент как бы намекает, а, во-вторых, на луне контрабандистов хватает других тем для обсуждений, нежели кто кому там бьет под световой двигатель. Не говоря уже о том, что война это всегда деньги для тех, кто не гнушается брать их из любых рук. Даже если из мертвых. А крупье, тем временем, в очередной раз бросает шестигранный кубик, остановившийся на цифре "четыре", что означало еще одной изменение. И нет, пока что ДиДжей играет вполне себе честно, довольствуясь переменными успехами также, как и провалами, чтобы не вызывать подозрений раньше времени. Во-первых, связываться с пайками, которым принадлежит заведение, не то, чтобы улыбалось, а, во-вторых, есть свой определенный, почти профессиональный азарт в том, чтобы обвести вокруг пальца все современные системы защиты от хакерских атак и взломов за игровым столом... читать далее

crossfeeling

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » crossfeeling » PAPER TOWNS » in the end it doesn't even matter


in the end it doesn't even matter

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

in the end it doesn't even matter
Hermione Granger & Ron Weasley

http://images.vfl.ru/ii/1515538736/5e22f8f1/20081595.png

«

квартира Уизли, Лондон, настоящее.
Море волнуется в семействе Уизли.

»

+2

2

Гермиона и подумать не могла раньше, что действительно так можно сделать, - взять и уйти. То есть, это было же неправильно, они давали свадебные клятвы быть вместе, пока смерть не разлучит, и прочее, и прочее. Молча собраться и уйти, напоследок не забыв громко хлопнуть дверью, - это совсем не то, что она предполагала на уже не сосчитать каком году совместной жизни.
Когда дом их остался позади, она остановилась в недоумении от своего же поступка. Где хваленое терпение и самообладание? Где выдержка и желание идти до конца в разрешении возникающих проблем? Где она сама, оставившая в девичестве свою фамилию и ставшая Уизли, но не перечеркнувшая себя? Что-то пошло не так в некий неопределенный момент, но поворачивать назад было поздно хотя бы из природного упрямства. Как решила, так и будет.
Довольно поздно Гермиона спохватилась, что идти ей, собственно, и некуда. С маленькой сумочкой, изрядно расширенной изнутри, она сначала пошла в кофейню, где долго сидела и, как сопливая девчонка, смотрела в окно, медленно потягивая остывший кофе – самой-то не противно от этого было ли? Взрослая дама, двое детей, успешная карьера, а в итоге скатилась в подростковую драму, пока размышляла, куда ей идти дальше. Родителей давно уже не стало, единственной ее семьей были Уизли, но не для того она ушла сейчас от мужа, чтобы идти к кому-то из них. Еще оставались Поттеры, но по другим причинам морально-этического толка к ним она не собиралась и подавно.
В итоге, она аппарировала прямиком к дому никого иного, как Полумны Лавгуд, ныне же – миссис Скамандер. Эта мысль показалась разумной хотя бы по той причине, что подруга по школе волшебства умела хранить чужие секреты и как минимум не болтала. Не то интереса не было к чьим-либо тайнам, не то такая черта являлась одной из тех многих странностей, которыми та славилась с давних времен.
Повезло застать ее дома – она паковала вещи, чтобы вслед за мужем, уладив все свои дела, вновь поехать куда-то в Восточную Европу. К своему стыду, Гермиона явно была в своих делах и совсем прослушала, опять какие-то кизляки или взрывопотамы в изучении нуждаются, или бог весть что еще из тех малоизвестных магических зверей, о которых Полумна так любила говорить еще в Хогвартсе. С излишним доверием та оставила ключи и торопливо сбежала, оставив Гермиону в пустом доме «жить столько, сколько будет нужно, пока мозгошмыги не перестанут размягчать мозг – в этом вся проблема».  Что ж, оттуда было далеко добираться до Министерства – дом Скамандеров находился в пригороде Лондона, - но это оказалось трудностью, с которой справиться проще простого. Проще, чем на горячую голову возвращаться.
Мысли, мысли, мысли. Тяжелые, сжимающие, обуревающие.
Гермионе казалось, что она сходит с ума. Или в ее голове и впрямь поселился рой мозгошмыгов. То она с внезапной решительностью собиралась покончить со всем и разорвать отношения с мужем, потому что продолжаться так больше не могло; то поникала духом, обнимала странную подушку в форме какого-то нелепого насекомого и думала о том, что, в сущности, все не так плохо. У нее двое детей, прекрасная должность в Министерстве, и ей шепнули тихо, в качестве большого секрета, что все ее видят в качестве будущего министра, пророча эту должность наравне все с тем же Гарри Поттером, которого она видеть не могла рядом с собой – сразу появлялась предательская дрожь в коленях, и дыхание перехватывало. Девчонка, право слово! Столько лет жить, научиться притворяться, но не сдерживать какие-то совсем глупые порывы сухого, как всегда казалось, сердца. Отчасти из-за этого она и вспылила в ссоре, не сдержавшись и обвинив во всех смертных грехах Рона. Что замуж она выходила не за такого, какой он сейчас. Что он бесчувственная  свинья. Что ее к нему даже не тянет. Что нет поддержки. Что все чертовски надоело, и стоило бы хоть ненадолго оставлять ее в покое, а не маячить рядом!
Справедливости ради, без ответа она тоже не осталась.
И вот теперь, спустя ровно пять дней, когда солнце совершило свой дневной путь над землей и вновь скрылось за горизонтом, Гермиона стояла перед дверью своего дома, с нерешительностью дотронувшись до ручки. Потом, конечно, рассердилась на себя – как иначе, надо же подогревать злость перед новой схваткой с мужем. И зашла.
И опешила. Да, Гермиона Уизли, урожденная Грейнджер, не была идеальной хозяйкой. Но такого кошмара она еще не видела.
- Рональд Уизли! – с порога она гневно выкрикнула. Что ж, насчет бесчувственной свиньи она явно не погорячилась, - Что. Это. Такое?!

+3

3

Как так получается, что разочароваться в жизни легко, а вот вернуть радость к ней – нет?
Это действительно странно. Чем больше лет проходило с момента победы над Воландемортом, тем скучнее становилась жизнь Рональда Уизли. Первые года он искренне пытался учиться в этом мире магглов, освоил такие сложные и ненужные для него вещи как спутниковое телевидение, Интернет и телефон. В мире магии все куда как интереснее: говорящие письма, совы, газеты с живыми изображениями! А это что? И сжечь не жалко.
Но Рональд не был бы собой, если бы все-таки не старался ради кого-то. А стараться было ради кого. Гермиона Грейнджер, та самая, кого он так любит, кого искренне едва ли не боготворит стала его супругой и матерью их чудесных детей – именно она его стимул к стараниям освоиться в этом мире. Это получилось как-то само, что в итоге семья Уизли стала жить в Лондоне, скрываясь от соседей со своей магией.
Ну, что ж, может, так оно удобнее.
Только вот последнее время творится что-то странное, ссоры между Роном и Гермионой стали частыми, почти на пустом месте, как во времена Хогвартса. Только Рон уже не мальчик, а Гермиона не обидчивая девушка!  Только вот ничто не менялось. Когда дети были дома – всебыло относительно хорошо, даже очень. Уизли вполне походили на хорошую семью, даже на идеальную, а ведь Рону это так важно!  Сам-то он рос в дружной семье, его родители – идеал семейных отношений, братья и сестра, пусть далеко не всегда были дружны между собой, но все они с охотой постоят друг за друга… в этой семье все было не так. Конечно, если понадобиться, то Рон сделает все, что от него потребуется и больше, ради благосостояния любимых людей, просто… все не так. Все совсем не так.
Вот и сегодня какая-то муха укусила Гермиону. А Рон, который как минимум два раза в год был сам не свой сегодня так же распалился не на шутку. Одним из таких дней был несомненно день победы над Воландемортом,  а второй – день рождения Фреда и Джорджа. Само собой особую боль в этот день испытывали родители, Джордж, который фактически потерял свою половину души – брата-близнеца и, наверное, Джинни, которая потеряла старшего брата. Рональд в этот день просто был угрюм, молчалив, улыбался он натяжно, но никогда не говорил о своих мыслях. Зачем? У родных и без него хватает хлопот, хотя Уизли иногда хотелось опрокинуть стол да закричать на всех.
Но это неправильно.
К сожалению, приближался один из этих дней, вот Рон и выпалил Гермионе столько глупых слов, что вертелись у него в голове последнее время, что самому было страшно стыдно. Но дверью хлопнула именно Гермиона. Рон же просто стоял и смотрел минут десять на входную дверь, ожидая, надеясь, что волшебница тут же в неё войдет. Но нет. Она не приходила.
И именно её отсутствие злило волшебника ещё больше, заставляло его думать о нехороших вещах. А что если все подозрения, эти странные ощущения в его душе сейчас обернуться какой-нибудь по-настоящему отвратительным фактом? То ли дело как Молли любит его отца. Души в нём не чает.
Рональд с грустью смотрел на свадебные фотографии, что висели на стене в гостиной. Они с Гермионой такие счастливые, улыбаются, танцуют и приветствуют фотографа. Что же пошло не так? Её чувства охладели? Его чувства изменились? Нет, Рон всем сердцем так и любит Гермиону, но она его обижает. Когда они в последний раз были вместе, речь идет не о тех молчаливых вечерах за ужином, речь идет о близости интимной. Когда они говорили по душам, делились новостями со своих работ?
Все это словно сон.
Прошлое было в прошлом, настоящее тонуло в каком-то болоте, а будущее слишком туманно.
Гермиона не пришла на следующий день, и затем, и ещё затем. Рональд перестал злиться, хоть и порывался просто собрать чемоданы да исчезнуть. Трансгрессировать в магазин к Джорджу сначала, а потом найти себе жилье. Но ради детей делать этого не хотелось, пусть они ещё и в школе. Любящий отец писал им обоим письма, такие однотипные, но что ещё может написать отец детям, не желая посвящать их в проблемы?
Так как волшебник так и не освоил готовку, он всю еду заказывал на дом, отчего сохранились коробки из-под пиццы, китайской лапши, немного разбросанной одежды, что Уизли не хотел ни убирать, ни даже палочкой взмахнуть. Это при жене он старался быть аккуратным, ведь она тоже устает после работы, так почему она должна помимо всего прочего ещё и убираться в квартире? С уважением к жене у Рона всегда было в порядке, но сейчас ведь её нет? Нет. Ну, так и зачем стараться?
Очередной вечер перед телевизором, Уизли уже доел почти всю пиццу, осталось два последних кусочка, но они уже остыли, так что волшебник просто смотрел «битву экстрасенсов» по телевизору, запивая все это не одной бутылкой пива (их так же оказалось за эти несколько дней слишком много). Внезапный хлопок двери заставил его сердце подпрыгнуть в груди, причиняя боль, а раздавшийся голос Гермионы сначала вызвал улыбку, но затем… её тон.
Очередная ссора. Сейчас будет очередная ссора и нет бы взмахнуть палочкой, чтобы привезти все это в порядок, Рон только встал с дивана, вышел в коридор, сунув руки в карманы и облокотился плечом о стену. А что он должен сказать? «Ты ожидала фан-фар и букеты роз?», что греха таить, он рад, что Гермиона вернулась, но в её глазах сейчас опять столько злости, что кажется, будто Рон вот-вот воспламенится. И не надо никакой волшебной палочки.
Может, ему и правда трансгрессировать отсюда, чтобы исчезнуть?
Разве кто-то будет его искать?
- Добро пожаловать домой, - произнес он с легкой улыбкой на губах.
[ava]http://images.vfl.ru/ii/1515889921/b79a2cfb/20139963.jpg[/ava]

Отредактировано Ron Weasley (Вс, 14 Янв 2018 03:33:29)

+2

4

Первое, что Гермиона увидела, переступая порог, - это валяющуюся перед дверью одежду. Очевидно, грязную и не нужную, которая почему-то сама себя не постирала. И пусть там из одежды только одни штаны да пара носков, но тем не менее. Не слишком и много надо было, чтобы огонь ссоры вновь всколыхнулся в памяти.
Она совсем забыла о том, что вернулась домой. Что ей надоело жить в чужом доме, скитаться где-то вдали от всего привычного. Все, что занимало сейчас ум, - вот эти треклятые грязные носки прямо у порога, которые она брезгливо пнула носком туфли.
- Для кого-то и свинарник дом, да? – Гермиона смотрела на него так, будто видела впервые в жизни. И не просто видела, а была поражена, что такие люди вообще существуют. Она аккуратно опустила на пол свою сумочку, тщательно смотря, а нет ли там еще какой-то неожиданной грязи, которая испортит материал. Сейчас она ожидала всего, как ей казалось.
Такие люди – это какие? О, хороший вопрос, даже очень. Та подогреваемая тщетно злость начинала теперь кипеть. Например, стоит начать с того, что кто-то, не будем показывать пальцем, пять дней назад поругался со своей женой. И что он сделал для того, чтобы исправить ситуацию? Бросил носки со штанами прямо в коридоре перед входной дверью! Отличное приветствие, самое то, чтобы исправить случившееся и извиниться. Сразу видно, ее здесь очень ждали.
- «Добро пожаловать домой»? Серьезно? – она передразнила, аккуратно двумя пальцами подняла штаны за край и, размахнувшись, кинула ими прямо в мужа, - Рон! Ты издеваешься!
Если с самого порога ее ожидала такая встреча… Впрочем, не могло ведь оказаться все совсем плохо. Черт, последний шанс, хорошо. Она дает ему последний шанс исправиться. Вот этот бросок элементом его же одежды был способом выпустить пар, ей стало немного легче, поэтому да, последний шанс. Пусть это окажется единственным их инцидентом, пусть они поговорят, успокоятся оба. Каким бы сильным ни было желание все изменить в своей жизни, потому что терпеть не было сил, но этих изменений Гермиона как раз и опасалась. Сейчас, как ни крути, все стабильно не очень, а что потом-то будет? Рон… он ведь, в сущности, не так и плох. Его можно терпеть. И он неплохой отец. Вроде бы. Дети его любят. Наверное. Как же давно она не проводила время с семьей! И ведь никаких прямых упреков в ее сторону не было, хотя в то же время она непременно бы высказалась на эту тему, будь так со стороны мужа.
Но вот она, вроде бы настроившаяся на диалог, залетела вихрем в гостиную, замерла на пороге и обозрела картину, открывшуюся перед ее взором. Еще шаг вперед, и медленная прогулка по комнате. Каждый раз – новые детали. Новые пустые упаковки, какие-то коробки и тяжелый, неприятный запах чего-то протухшего. Гермиона неторопливо взялась за свою волшебную палочку, нацелилась на глупое шоу по телевизору, которое терпеть не могла, и разнесла плоский экран на куски, которые разлетелись по всей гостиной.
- Добро пожаловать, значит, - за годы Гермиона немного научилась управлять голосом и не сразу срываться на крик, поэтому сейчас она говорила тихо, смотря на творение рук своих, - Меня. Не было. Пять. Дней. Пять! Что в это время делал ты, Рон?
Она обернулась к нему, опасаясь смотреть на мужа и поэтому опустив взгляд на его ноги. Знала, что стоит кинуть на него прямой взгляд, и либо прибьет как василиск, либо кинется расцарапывать лицо. Хотя, скорее, вновь пустит в ход палочку. Этот способ был куда вернее и надежнее. И продуктивнее.
- Разводил здесь свиноферму вместо того, чтобы меня вернуть, да? – и все же она вскинула на него глаза, угрожающе проговорив. Громкость голоса слегка прибавилась, равно как и Гермиона отступила назад на пару шагов, тут же натыкаясь ногой на пустую коробку из-под пиццы, - Такое место ты называешь домом, да?!
Голос резко взвился вверх. Она едва держалась, чтобы вновь не наговорить ничего в адрес Рона хуже того, что уже сказала. С другой стороны, не за этим ли пришла? Сама, кажется, и не знала. Но спасибо. Надо отдать должное, Рон, сам того не понимая, подталкивал ее к определенному, вполне конкретному мнению, которое с каждой минутой становилось все устойчивее.
Пора заканчивать. Она должна уйти от него. Надо разойтись, расстаться, разбежаться. Они больше не могут жить вместе. Мучают друг друга. Несовместимы.
И почему Гермиона злилась, что тот даже не попытался ее найти? Уж не потому ли, что какие-то крохи веры в Рона, в их наигранную любовь все еще оставались? А теперь в копилочку просто добавилось еще одно разочарование, и нести все их вместе будет еще тяжелее. Этот умерший брак взваливать на свои плечи вновь для них обоих не имеет никакого смысла. Она это видела все яснее, хотя и цеплялась за какую-то робкую надежду, что удастся оставить все как есть, выдержать, обойтись без фатальных перемен. Не стоило вообще ожидать чего-то в принципе. Тогда обошлось бы без обрушения всех этих надежд, не имеющих под собой оснований. Теперь же получи то, за что и боролась, без-пяти-минут-снова-Грейнджер.

+1


Вы здесь » crossfeeling » PAPER TOWNS » in the end it doesn't even matter