Пожалуй, Нар-Шаддаа все еще одно из немногих мест в галактике, где подобные разговоры если и вызывают реакцию, то крайне... Как бы сказать? Вялую. Ну, во-первых, контингент как бы намекает, а, во-вторых, на луне контрабандистов хватает других тем для обсуждений, нежели кто кому там бьет под световой двигатель. Не говоря уже о том, что война это всегда деньги для тех, кто не гнушается брать их из любых рук. Даже если из мертвых. А крупье, тем временем, в очередной раз бросает шестигранный кубик, остановившийся на цифре "четыре", что означало еще одной изменение. И нет, пока что ДиДжей играет вполне себе честно, довольствуясь переменными успехами также, как и провалами, чтобы не вызывать подозрений раньше времени. Во-первых, связываться с пайками, которым принадлежит заведение, не то, чтобы улыбалось, а, во-вторых, есть свой определенный, почти профессиональный азарт в том, чтобы обвести вокруг пальца все современные системы защиты от хакерских атак и взломов за игровым столом... читать далее

crossfeeling

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » crossfeeling » PAPER TOWNS » The five stages of grief


The five stages of grief

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

The five stages of grief
Kaidan Alenko & Jeff Moreau

https://i.imgur.com/8srfMSJ.jpg

«

ЦИТАДЕЛЬ, 2183
После гибели Нормандии и пропажи Шепард, выживших членов команды доставили на Цитадель для дебрифинга. Увы, далеко не все из них справлялись с горем одинаково хорошо. Кайден и Джокер волей случая оказались в одном баре, пытаясь утопить вину в дешевом алкоголе, однако взамен им пришлось наконец-то объясниться.

»

+3

2

В ушах до сих пор стояли звуки взрывов.

“Нормандия”, его драгоценная, любимая и обожаемая “Нормандия” погибла. Оказалась разнесена на кусочки каким-то гребаным непонятным кораблем. А он, лучший пилот во всем Альянсе, не смог сделать ничего. Да, крошка продержалась так долго только благодаря его мастерству - и часть команды успела спастись, но какой в этом толк, если погиб корабль, погибли люди и… погибла Шепард. И в этом вина только его, Джеффа Моро. Пилота “Нормандии”. Как он считал, друга капитана. Ведь если бы не он…

До самого последнего он надеялся спасти корабль, ведь это место стало для него домом, руками, ногами и глазами. Быстроходный, маневренный - Джокер когда только услышал о новой разработке турианцев и людей, сразу понял, что только он имеет право сидеть в кресле пилота. И даже доказал это право! А теперь все исчезло. Обратилось в прах, в пыль, в бесполезные металлические осколки.

И это только его вина.

- Повтори!

И вот он сидит в каком-то дряном баре в Цитадели и запивает все это дерьмо дешевым алкоголем. Какой это уже по счету стакан? Третий? Пятый? На правой руке фиксатор - это жутко раздражает, но Джокер давно привык к подобному. Перелом предплечья - последний подарок от Шепард, когда она пыталась спасти его. И зачем только? Ведь он готов был умереть вместе с “Нормандией”, и уж точно не хотел, чтобы капитан жертвовала собой ради такого никчемного пилота, как он, который не сумел сохранить корабль, который обожал всем сердцем.

А теперь он списан на берег.

Как и вся команда, но это его угнетало до невозможности. Нельзя снова сесть в кресло пилота, а на своих двоих он никогда не чувствовал себя уверенно. Оно и понятно - чуть не так шагнул, споткнулся или упал, и привет очередной перелом. И хотя медицина давно уже ушла вперед, никто не мог за пару дней срастить его больные и хрупкие кости. А потому каждый шаг надо было просчитывать, делать все аккуратно. И пусть это доведено было до автоматизма, жизнь ничуть не упрощало.

Впрочем, жаловаться Джокер не привык.

Не в его это было характере.

Вместо этого он на полную погрузился в неприятные воспоминания и пил бокал за бокалом этот дерьмовый алкоголь. На говне маналов они его делают, что ли? Джефф поморщился, опустошая очередной стакан, и стукнул его о стойку, поднимая мрачный взгляд на бармена-азари. Сейчас ему шутить совсем не хотелось, да и не видит его никто из знакомых. И даже эта синекожая девушка впервые видит Моро, ведь на удивление, в этом баре он в первый раз. Просто ему совершенно не хотелось наткнуться ни на кого из знакомых, а потому и был выбран именно этот дряной бар, куда в любое другое время он даже не стал бы заглядывать - слишком далеко от доков идти.

Но теперь расстояние это уже не имело смысла.

Ведь его корабля больше нет.

- А нет у вас пойла покрепче?

Напиться до отключки хотелось все сильнее.

+2

3

– Старший лейтенант Аленко?

Звук чужого голоса заставил Кайдена вздрогнуть и резко повернуться лицом к говорившей. Его рука рефлекторно легла на бедро, туда, где обычно была пристегнута кобура с тяжелым пистолетом, однако пальцы сомкнулись лишь вокруг пустоты.

По настоянию штатного психолога, оружие у всего экипажа «Нормандии» конфисковали еще до посадки на Цитадель.

– Мне очень жаль, но посол Удина находится на совещании.

По крайней мере у секретарши дипломатического корпуса Альянса хватало совести отводить глаза, когда она лгала. После Спасения Совета и уничтожения Предвестника, недавние герои понемногу превратились в обузу, постоянно твердящую об угрозе Жнецов. Именно поэтому их отослали в продолжительный патруль. Именно поэтому всем было наплевать на пропавших без вести.

– Послушайте...

Стоило Кайдену сделать шаг вперед, поднимая руку с датапластиной, как секретарша испуганно попятилась от него к стене. Немудрено. Вокруг пальцев, сжимающих пластик, пульсировало биотическое поле. Достаточно яркое для того, чтобы быть заметным невооруженным взглядом. Достаточно сильное для того, чтобы по стеклу пошли крохотные трещины.

– Пожалуйста, я не хочу вызывать охрану!

С неожиданной злостью Кайден швырнул датапластину ей под ноги, заставляя ни в чем не повинную девушку вскрикнуть и отгородиться от потенциальной атаки руками. В себя он пришел только идя по Президиуму к ведущим на нижние уровни лифтам. Кретины. Захлебнувшиеся в бюрократии политики, заботящиеся лишь о собственном положении в новой иерархии Совета. Никто из них и не думал отправлять на Алкеру спасательную экспедицию. Они похоронили Джейн и вздохнули с облегчением. Они похоронили треть личного состава «Нормандии» и оставили выживших барахтаться в непрекращающихся ночных кошмарах.

Они получили ровно то, чего хотели.

***
С выбором баров Кайден в последнее время не заморачивался. Ему было решительно все равно, что пить. Ему было решительно все равно, как выглядели официантки в облегающих латексных комбинезонах. Он глушил стакан за стаканом до тех пор, пока очередная бутылка не оказывалась пустой, а затем нетвердо поднимал руку в воздух и отрешенно замечал, что мир вокруг понемногу начинает вращаться вокруг закрепленной где-то на танцполе оси.

– Еще одно виски.

Наклонившись, официантка провела над его инструментроном своим и покачала головой. Вместо привычного зеленого интерфейс загорелся алым. Один раз. Второй. Третий.

– Сэр, ваш счет, кажется, заблокирован.

– Невозможно!

Изображение двоилось, однако с пятой попытки Кайдену все же удалось попасть вытянутым указательным пальцем по нужной части голопроекции. «Баланс счета: - 120.34 кредита».

– Вашу мать!

От удара кулаком по столу стакан вместе с бутылкой подпрыгнули, а официантка поманила рукой стоящего у дальней стены вышибалу.

– Пожалуйста, постарайтесь вести себя цивилизованно.

+1

4

Пойло покрепче у них было.

Конечно же, у них было пойло покрепче. И бармен ему даже подала это самое пойло, но почему-то в бутылке. Кажется, она сказала что-то о правилах относительно конкретно этого напитка, но Джокеру было все равно. Он все равно планировал выпить не меньше бутылки, так что так было даже проще. Азари сняла кредиты с его счета - кстати, а сколько там осталось? - и поставила бутылку перед мужчиной. Закрытую бутылку. Это могло быть намеренным издевательством, но Джефф не думал, что оно было именно таким.

- Не откроете? - даже нашел в себе силы слабо усмехнуться, демонстрируя фиксатор, - Рука.

Азари открыла.

Уже вновь мрачный, пилот лучшего корабля во всей галактике - пусть и погибшего, но все равно лучшего! - налил себе отвратительно воняющее пойло в стакан. Этот алкоголь пах чем-то смутно знакомым. Кажется, именно этот запах царил в инженерном отсеке, когда там чинили “Мако”. Джокер поморщился и, тяжело вздохнув, залпом выпил все содержимое стакана.

Бармен не соврала.

Пойло было крепким.

Джефф умудрился не закашляться - сказывался долгий опыт - но на бутылку посмотрел с невольным уважением. Который уже раз он вот так напивается в очередном дерьмовом баре? Который уже раз пытается убежать от своего одиночества, от своей беспомощности и бесполезности, от своей вины? Он, чертов упрямый ублюдок, который доказал всем, что способен стать лучшим пилотом во всем их выпуске, а потом и в Альянсе! Он, который несмотря на боль и не раз ломаные хрупкие кости, все равно шел к своей цели, и дошел же! А теперь он не хочет ничего.

Шепард мертва.

“Нормандия” мертва.

Еще чертова куча людей мертва.

А виноват в этом он и только он.

Если бы только…

Мысли Джокера оказались прерваны каким-то шумом в другом конце бара. Списанный на берег пилот повернулся всем корпусом, при этом чуть не  навернувшись со стула. Спасло его только то, что здоровой рукой он опирался о стойку бара. В сумраке и мерцающем неоне трудно было что-то разглядеть, но, прищурившись, Джефф заметил удивительно знакомую фигуру за одним из столиков. Кажется, там назревал конфликт даже с призывом охраны.

Что там Кайден натворить успел?

И когда он пришел сюда? Почему именно сюда?

Видеть Кайдена Джокеру не хотелось даже больше, чем остальную команду. Потому что перед ним пилот был виноват вдвойне, если не втройне, и все же… Глубоко вздохнув и кивнув бармену, Моро взял в руку бутылку и нетвердой, даже более хромающей, чем обычно, походкой направился прямо в центр конфликта. Виноват или нет, хочет видеть или нет, но не бросать же товарища на растерзание злой охране?

- Эй, в чем дело? - остановился возле Кайдена, положив ему на плечо переломанную руку и растягивая губы в приветливой улыбке, - Кажется, мой друг перебрал немного, не сердитесь на него.

Может, и не стоило вмешиваться, но…

Иначе Джокер просто не мог.

+2

5

Стоило вышибале сделать шаг вперед, как внимание большей части завсегдатаев бара переключилось на нарушителя порядка. Кайден слышал шепот, перекрывающий даже монотонный бит здешнего техно. Кайден чувствовал любопытные взгляды, задерживающиеся особенно долго на рукаве его формы. «Нормандия». Имя мертвого фрегата наверняка добавляло разворачивающемуся спектаклю особую остроту.

– Да пошли вы...

Прикосновение чужой руки в гипсе к плечу заставило Кайдена резко повернуть голову. От движения в висках суперновой полыхнула боль, ненадолго полностью парализуя его.

Это, наверное, и спасло Джокера от нового увечья.

Если бы не он, Джейн не осталась бы на гибнущем корабле. Ели бы не он, Джейн не сгорела бы вместе с «Нормандией» в атмосфере Алкеры.

– Джеееефф, дружище!

Свою злость Кайден даже не попытался скрыть под напускным радушием. Официантка явно заметила это, отодвигаясь на шаг в сторону так, чтобы не оказаться пойманной в самом эпицентре потенциальной драки.

В отличии от девчонки из посольства, она не боялась.

– Не стой как чужой, садись, садись. Нам есть о чем поговорить, да?

Потянувшись к зажатой в руке Джокера бутылке, Кайден бесцеремонно вырвал ее и, попутно оставив на столе лужицу неопознанного пойла, наполнил свой стакан до середины. Вышибала пока маячил в зоне легкой досягаемости на фоне. Официантка же осторожно коснулась здорового плеча второго участника трагикомедии, не особо заботясь о том, чтобы ее не услышал первый.

– Он действительно ваш друг? Послушайте, нам не нужна морока с СБЦ, а потому, если вы не сможете разобраться с этим сами, мне придется попросить его покинуть заведение.

+2

6

Кажется, вмешаться в происходящее было все-таки плохой идеей.

Когда Кайден резко повернул голову, Джокер остро ощутил, что только какое-то чудо удержала друга от удара. А он уже однажды побывал в драке, если это можно вообще так назвать, поскольку после первого же удара Джефф оказался в больнице с множественным переломом челюсти, и еще месяц потом ел через трубочку. Это было очень давно, но воспоминания по-прежнему были яркие, и сейчас пилот чисто машинально чуть отшатнулся назад, одновременно с тем отпуская чужое плечо.

Но обошлось.

В глазах Кайдена мелькнуло узнавание и… злость. Он не простил того, кто был виновен в гибели корабля и капитана. Да и как он мог бы простить того, из-за кого Шепард осталась на огромной могиле, в которую превратилась “Нормандия”? Как он простить того, из-за кого потерял столь дорогого всем - и ему особенно - человека? Джокер, по крайней мере сам себя не простил, что уж говорить о других? И сейчас в чужих глазах была такая злость, что Моро уже трижды пожалел о своем решении. В его голове даже мелькнула мысль о том, чтобы спрятаться за официантку, но он был не настолько трус.

Он вообще трусом не был.

Джокер тихо вздохнул и растянул губы в привычной усмешке. Незачем демонстрировать все то, что творится на душе, да и не нужно это никому. А Кайдену - особенно. Извинения или раскаяние, чувство вины, - это не вернет мертвых к жизни. Это не соберет из осколков корабль. И это даже не сделает никому легче, а потому…

Нужно было просто оставаться собой.

Хотя бы внешне.

Джефф не стал даже пытаться удержать бутылку в руке, которую так бесцеремонно отобрал Кайден. Все равно это бесполезно, да и не хватит у него на это сил. Только пальцы переломает, а пальцы - это то, чем пилот дорожил в своем теле больше всего. Ведь если пальцы будут слушаться плохо, то и с пилотированием будут проблемы, невозможно будет выполнить многое из того, что он умел.

Вот только корабля у него больше не было.

- Действительно, - Джокер улыбнулся официантке, кивнув, - Все будет в порядке, не беспокойтесь. Не принесете еще один стакан?

В том, что все будет в порядке, он был совершенно не уверен, глядя на состояние и настроение Кайдена, но все же попытался убедить официантку и себя. Не то что бы это у него вышло, но все же. Так или иначе, а девушка с сомнением отошла от столика, вышибала вернулся на свое место, но не сводил взгляда с потенциального дебошира. Джефф же, подавив в себе желание просто развернуться и уйти, прохромал вокруг стола, чтобы сесть напротив друга. Хотя вряд ли тот все еще считает виновника трагедии своим другом. Джокер сам себя прекратил бы считать точно.

Такое не прощают.

Джефф с шумом отодвинул стул и тяжело опустился на неудобное сидение, невольно вспоминая, как же хорошо было сидеть на “Нормандии”. Там было вообще идеально все для его слабых костей, но все это сгорело в атмосфере планеты или упало на нее жалкими металлическими осколками. Вместе с телами погибших - в том числе и Шепард. Эта потеря была даже больше, чем потеря корабля. Ведь, как бы тяжело это ни было признать пилоту, корабль можно отстроить заново.

Человека к жизни вернуть нельзя.

Между тем девушка поставила пустой стакан на столик, кинула очередной не самый добрый взгляд на мужчин, и ушла, а Джефф взял бутылку и налил пахнущей каким-то растворителем жидкости в свой стакан, после чего вернул бутылку на место. Что сказать, он совершенно не знал, что было для него не привычно. Уж кто, а Джокер за словом в карман не лез обычно, но сейчас - что он мог сказать? Не пытаться же перевести все в шутку, это будет глупостью и может спровоцировать Кайдена.

А свои кости Моро все же старался беречь.

- Что случилось-то, что тебя аж выгнать хотели? - кивок на вышибалу, - Эти ребята церемониться не любят.

+2

7

За первым стаканом последовал второй, за вторым третий, и к тому моменту, когда официантка наконец-то соизволила отойти, а Джокер – неуклюже попытаться завести разговор, бутылка до сих пор неопознанной дряни опустела где-то на две трети. Вопреки сомнительным вкусовым качествам, в голову серая жидкость била на «отлично». Кайден почувствовал во рту ни с чем не сравнимый отголосок блевоты, но злость пока одерживала верх над всем. Над здравым смыслом, над неизбежной дурнотой, над тем, что однажды вполне серьезно называлось громким словом «дружба».

Если бы Джокер эвакуировался с остальными, а не начал изображать из себя героя, спасая гребаный корабль, Джейн не пришлось бы умирать.

Если бы Джокер увернулся от луча, вся команда «Нормандии» сейчас пила бы вместе, наперебой горланя излюбленные песни космодесанта.

– Не твое собачье дело.

Горлышко бутылки предательски соскользнуло по стакану, дополняя первую лужу драгоценными остатками выпивки. Вполголоса выругавшись, Кайден опрокинул голову, пытаясь влить последние капли прямиком в открытый рот, но их было недостаточно для достижения желаемого эффекта.

Он не хотел чувствовать даже всепоглощающую ненависть.

Он не хотел вновь оказываться в затянутом дымом коридоре.

Джокер, увы, был его билетом к алкогольной коме, и только она сейчас мешала ему от души впечатать ублюдка лицом в стол.

– Закажи еще.

Голос Кайдена звучал глухо, язык заметно заплетался, однако угроза в каждом слове все равно была более чем реальной.

+2

8

Попытка заговорить с Кайденом была похожа на то, как если бы Джокер пытался поговорить, например, со стеной. Причем со стеной, усыпанной шипами. Стеной в ловушке на людей, как в старых сериалах и фильмах про поиски сокровищ. И эта самая стена могла неиллюзорно так покалечить идиота, который с ней поговорить пытается, вместо того, чтобы спешно отступить и свалить как можно дальше.

Но Джефф был именно что таким идиотом.

А злость в глазах друга - бывшего друга, скорее всего - вполне могла сойти за те самые шипы. И ведь если лейтенант сейчас поднимется и начнет избивать пилота, то тот даже не будет изображать сопротивление. Потому что бесполезно. Потому что заслужил. В своей жизни Моро наделал немало ошибок, иногда мелких и безобидных, иногда достаточно серьезной. Но все они были разрешимы, все их можно было исправить.

Кроме самой последней.

Последняя ошибка Джокера не могла исправиться никак. За нее даже извиниться было нельзя, ведь что мертвым людям извинения? К жизни это никого не вернет. Последняя ошибка Джокера - это тот чертов дредноут. Ему не хватило умения увернуться от луча, и не хватило разума понять, что “Нормандию” не спасти. И зачем только Шепард пыталась спасти такого неумелого идиота, как он? Зачем она пожертвовала своей жизнью, такой важной для многих? Зачем спасла бесполезного пилота мертвого корабля, от чьей смерти Альянс потерял бы не так уж и много? Ведь Шепард любили, Шепард была важна.

Джефф Моро был всего лишь пилотом. Лучшим, но пилотом.

Хотя мог ли он теперь называть себя лучшим пилотом Альянса, когда не сумел спасти корабль? Когда подвел весь экипаж? Подвел друзей, подвел флот? Всех подвел - в том числе и самого себя. А теперь напивается здесь, в баре, и смотрит в злые глаза человека, которого называл своим другом. Но что останется от дружбы, в которую вмешалась смерть?

Всего лишь лужа дерьмового аклоголя, разлитого на дерьмовом столе в дерьмовом баре.

- А стоит ли?

Джокер был смелым человеком и угрозу во взгляде Кайдена проигнорировал. Желание лейтенанта напиться до бессознательного состояния было вполне понятным, но не принесет ли это ему проблем? Джефф был слишком трезв, чтобы не думать о последствиях, и все-таки… Ему ли рассуждать, стоит или нет другу напиваться? Ведь он и сам планировал сделать примерно тоже самое, хотя, наверное, это было не самой умной идеей. И травмоопасной, но в последнее время это мало заботило его.

Какая разница уже?

- Принесите еще этой бурды.

Джокер все-таки решил, что напиться хочет не меньше, чем Кайден, а тот отобрал весь алкоголь. А потому заказал еще алкоголь у подошедшей официантки, игнорируя ее мрачный взгляд на лейтенанта - видимо, она боялась, что он снова начнет буянить. Джефф и сам этого опасался - не хотел снова оказаться на больничной койке. С другой стороны, если друг перестарается, это решит множество проблем пилота.

Нет человека - нет проблемы.

В коме или на том свете нет воспоминаний.

И съедающего душу чувства вины.

Отредактировано Jeff Moreau (Вт, 9 Янв 2018 04:00:05)

+2

9

Вопрос Джокера был, наверное, риторическим, однако от него по крови вновь разошлась волна уже знакомого адреналина. Такая же, как перед секретаршей в гребаном посольстве. Такая же, как когда Кайден всю ночь пытался придумать двадцать одну вариацию текста похоронок. Он знал каждого члена экипажа «Нормандии» в лицо, и это делало все попытки абстрагироваться от произошедшего одинаково безуспешными.

Он подвел их.

Он подвел Джейн.

– Какого дьявола ты остался на кокпите?

Апатия появилась будто бы из неоткуда, накрывая Кайдена с головой. От алкоголя его клонило в сон. Туда, где воздух пах не распыляемым через вентиляцию дешевым освежителем, а гарью. Туда, где гибнущая «Нормандия» натужно стонала, разрезаемая на две части лучом неопознанного корабля.

– Ты не мог ничего сделать.

«Я не мог ничего сделать».

Они мертвы. На поверхности Алкеры экспедицию будут ждать лишь обломки да сожженные дотла трупы. То, что его руки ходят ходуном, Кайден понял только когда попытался вновь наполнить стакан. Несмотря на количество выпитого, разум почему-то мыслил удивительно трезво.

И заставлял своего хозяина встретиться лицом к лицу с правдой.

– Какого дьявола?!

+2

10

Разговор с Кайденом сейчас напоминал хождение по канату. По тонкому прогнившему канату, и ноги при этом все те же - а не здоровые канатоходца. И это лишь вопрос времени, когда Джефф оступится, или канат порвется, и в итоге все закончится плохо. Для них обоих плохо, ведь пилот отправится отсюда прямиком в больницу, а лейтенанта заберут в камеру за нарушение правопорядка.

И скорее всего этот исход неизбежен.

И все-таки вместо того, чтобы встать и уйти, Джокер заказал еще дерьмового алкоголя, старательно игнорируя злость в чужих глазах и собственный инстинкт самосохранения, который буквально орал ему уйти из бара. Невовремя пришла мысль, что с мостика он так же не ушел - глупо и упрямо. Но в этом был весь Моро. Упрямство родилось вперед него, да и оно словно компенсировало его физический недостаток.

Так себе компенсация вышла.

Официантка тем временем принесла заказ, и Джефф налил себе полный стакан, выпивая его почти залпом. Налил еще и устало облокотился о край стола, не глядя на Кайдена. Что он мог ответить на его вопрос, который уже столько раз задавал себе сам? Но в тот момент пилоту казалось, что он действительно может что-нибудь сделать. Спасти “Нормандию”. А если нет - так умереть вместе с ней, со своим драгоценным кораблем.

Зачем Шепард спасла его ценой своей жизни?

Этот вопрос был правильнее.

- Я пытался спасти “Нормандию”.

Джефф догадывался, что вряд ли хоть кто-то из выживших членов экипажа поймет его. Поймет то, насколько корабль был дорог пилоту-калеке. Ведь в “Нормандии” была вся жизнь Джокера, не будет другого такого же корабля, а другие уже никогда не устроили бы его. Для всех, с кем общался пилот, корабль был максимум домом, а обычно - просто набор деталей. Высокотехнологичный набор деталей.

- Я должен был попытаться сделать хоть что-то, - Моро нахмурился, на секунду прикрывая глаза, вспоминая вой приборов и разваливающихся переборок, ругань Шепард, боль в руке, - Не нужно было меня спасать.

Джокер снова поморщился и выпил залпом бурду в стакане, посмотрел на то, как Кайден пытался наполнить свой. Вот только руки лейтенанта ходили ходуном, тогда как руки пилота - даже не дрожали. Пальцы не дрожали. Только сжимались вокруг стакана почти до боли. Еще чуть-чуть и хрустнет либо стекло - что вряд ли - либо кости.

Не нужно было его спасать.

Не такой ценой.

+1


Вы здесь » crossfeeling » PAPER TOWNS » The five stages of grief