Каково это — быть богом? Каково ощущать абсолютную власть над собственной и над чужими жизнями? "Это восхитительно!" — ответил бы Лорд Зедд, если бы его спросили. И ведь он действительно знал об этом не понаслышке, поскольку являлся живым примером того, что богом может стать каждый. Более того, своими способностями он опровергал устаревшее, как сама вселенная, мнение, что лишь свет способен даровать жизнь. К своему счастью, Зедд достаточно быстро осознал, что добро и зло, равно как и свет со тьмой, это вещи относительные. В отличие от былых представителей ордена так называемых "защитников жизни", Могучих Рейнджеров, которые считали чёрную магию опасной, император был убеждён в том, что сам факт создания жизни, пусть и при помощи тьмы, это благое дело. В конце концов, считай он иначе, Зедд не занимался бы этим прямо сейчас. ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ
устав администрация роли f.a.q фандом недели нужные хочу видеть точки отсчёта фандомов списки на удаление новости

crossfeeling

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » crossfeeling » FAHRENHEIT 451 » компромисс плоти и души.


компромисс плоти и души.

Сообщений 1 страница 30 из 53

1

компромисс плоти и души.
лондон, 2018

http://i.yapx.ru/n4oU.gif
[Sebastian Moran                &                   Wanda Maximoff]
http://i.yapx.ru/n4yX.gif                 http://i.yapx.ru/n4yY.gif

Ты с дьяволом самим на «ты».
Тебе ли пламени бояться? [c]

Отредактировано Wanda Maximoff (Пт, 22 Дек 2017 07:16:46)

+1

2

Когда убивают – она отводит глаза.
Смерть – ее давний друг, что тенью ходит по пятам. Обдает шею ледяным дыханием, от которого мурашки пробегают по всему телу. Смерть выжидает, когда ведьма оступится, когда ошибется. Смерть выбивает почву из под ног, забирая по одному всех, кто был так дорог ведьме. Смерть окрашена в черный цвет. Но Ванда не боится смерти. Она предпочитает красный.  Это ее цвет – цвет жизни, силы, свободы. И крови. Война в Западной Европе развернулась такими же красными вспышками, поражая сначала мирное небо над головой, а потом и землю. Дети маленькой и независимой страны хотели жить и цеплялись за жизнь зубами, неокрепшими коготками вписались в квелый призрак надежды, а пара детенышей была одержима местью. Одной из них была Ванда. Ее мощная мотивация – половина победы над Смертью. И когда взрослые говорили, что все скоро закончится, подпишут мирный договор и до перемирия буквально подать рукой, молчаливая и щуплая девочка лишь отрицательно водит головой. Ничего уже не будет. На следующий день улицы были усыпаны зарядами. Темно-бурые вспышки. Ванда была на войне. Ванда видела все изнутри. Она не хотела больше такого видеть, но все шло к этому семимильными шагами. Все началось с мутантов.

Десятилетиями шло противостояние между мутантами и остальным человечеством. Множество вспыхнувших столкновений привели к гонениям, нечеловеческим экспериментам, контролю и истреблению. Ненависть и презрение к сверхлюдям вызывали те же чувства с противоположной стороны. Мысли о геноциде целой расы не давали покоя самым отъявленным и омерзительным представителям Земли. Ванда сталкивалась с человеческой жестокостью не раз, почувствовала на себе всю палитру эмоций не желающих понять и принять человека с геном икс. Ее били, держали в клетках, ставили на ней эксперименты. Но любой зверь, рано или поздно, выбравшийся из заточения, первым делом загрызет обидчика. Так и происходило. Пока путь не привел ее к таким же, как она. Побег из тихоокеанской тюрьмы, скитания и новая цель – защищать себе подобных. Быть защитницей Земли и невинных людей у Ванды получилось плохо, Мстители не были ее местом. Они не были ее семьей. Мутантка обрела ее лишь спустя годы и терять больше не собиралась.


- Я не убийца.
- Ты – справедливость.

Лондон встретил Ванду холодным, влажным воздухом и безоблачным черным небом. Задерживаться дольше, чем на сутки, она не собиралась и была абсолютно налегке. В этот хмурый и вечно пасмурный город ведьму привело задание: найти одного важного и напыщенного человека, разузнать о планах по поводу инициативы «Стражи» и настойчиво попросить не трогать тех немногочисленных и тишайших мутантов столицы Англии. Этот план был абсолютно глупым. Пока группа подростков со сверхсилами пряталась в подполье штатов, Ванда действовала кардинально. В ее жизни теперь появился отец, сестра, семья. Ей было за что бороться. И с кем. Правительство всерьез взялось за мутантов. Контроль стал удушающим. Фемида - слепа. Надеятся на защиту извне не приходилось, бросали свои силы для собственной безопасности. Ванда знала улицу, дом и квартиру своей цели. В ночном, но хорошо освещенном городе она ориентировались лишь по знакам. Шагая по мокрому тротуару и одетая явно не по погоде дождливого Лондона, ведьма не привлекала к себе внимания редких прохожих. Исподлобья она разглядывала невысокие дома и таблички на них. Воспользоваться такси девушка не захотела – слишком приметно. Пешим ходом она добралась до нужного строения: серый дом находился на углу улицы, лишь в двух окнах горел свет. Квартира федерала находилась на последнем этаже. Дело оставалось за малым – пробраться в дом, минуя камеры и случайных очевидцев. Шум мог спровоцировать цель на побег или, того хуже – на подкрепление. Ванда встает к двери вплотную и выпускает из пальцев алые нити, которые бесшумно проникают внутрь. Щелчок. Дверь дома отпирается и девушка проскальзывает внутрь. Подышав на озябшие руки, Максимофф начинает свой путь на последний этаж по лестнице, прислушиваясь и изредка озираясь по сторонам. Сняв капюшон серой, изрядно поношенной кофты с головы, Ванде открывается вид разнообразных дверей квартир. В конце коридора – черная дверь, словно, отмеченная крестом, она выделяется из всех. Ванда останавливается напротив и бесшумно выдыхает, вспоминая напутствия: «Если что-то пойдет не так – беги. Кларисс вытащит тебя"

Я не убийца.

За дверью тихо. Слишком тихо. Посетовав на то, что не умеет бесшумно проникать сквозь стены, мутантка проделывает с замком двери тот же фокус, что и внизу. Щелчок. Все еще тихо. Может, там никого нет? Или сон так сильно завладел хозяином? А может он стоит за дверью с электрошокером в руке. Узнать это можно было лишь войдя внутрь злополучной квартиры. Контролировать свой страх и волнение девушка научилась, но каждый риск давался ей с трудом. Мановением руки дверь, наконец, открылась и глазам пришлось привыкать к абсолютной темноте. Из всех звуков доступным Ванде был лишь шорох ее собственных ног. Двинувшись в середину обители, девушка уже решила, что дом пуст, но ошибаться ей все еще приходилось. Резкий, оглушающий звук выстрела и секундная вспышка озарила гостиную. Ведьма успела закрыть себя щитом, состоящий из плотной, алой энергии. Злость тут же затуманила ее разум и вся предосторожность шла коту под хвост. Взмах рукой должен был отшвырнуть противника к стене. Алые всполохи заполонили комнату и развеялись. Ванда захлопнула входную дверь, не касаясь ее руками. Коридор залил свет.
- Не двигайся. - в ладонях мутантка все еще сдерживала карминовые сферы энергии, опасливо наблюдая за действиями мужчины.

Отредактировано Wanda Maximoff (Пт, 22 Дек 2017 18:38:37)

+1

3

Когда Себастьян прибыл в город на часах едва перевалило за полночь. Лондон был непривычно тихим и в какой-то момент мужчине начало казаться, что последнее оглушение сказалось на нём куда серьёзнее, чем его убеждал эскулап. Плотная пелена серого влажного тумана лежала на улицах, закрывая обзор на расстояние чуть дальше вытянутой руки, но Себастьяну не обязательно было даже держать глаза открытыми, чтобы продолжать маршрут. Эти каменные лабиринты он знал лучше своих пальцев. Сколько раз ему приходилось петлять, скрываться, теряться в толпе, но стоило лишь сделать шаг в эти узкие пролёты трущоб, и клетка гулко захлопывала свою дверцу, превращая преследователя в закланную жертву. Десять шагов на север, миновать два квартала, свернуть в тупик, который в самом тёмном своём ответвлении оказывался ещё одним поворотом, выводящем на противоположную часть переулка. Он изучал это захолустье долго, слишком долго, настолько, что теперь мог без труда сбросить здесь любой хвост, ориентируясь исключительно на шаги преследователей, видоизменяя маршрут на ходу. Цель достигнута. Плевать, что порой приходилось прибегать к «необходимым» жертвам, в виде попрошаек или бомжей, забравшихся в один из ответвлений переулка, дабы скоротать ночку у теплотрассных труб. Для него эти смерти значили не более, чем любые другие, более статусные, позёрские и однобокие. Даже запах гнилья от обоих шёл одинаковый.

Обогнув переулок по пролегающей дорожной полосе, утопающей в слякоти и жухлых листьях, Моран вышел на главную улицу, утыканную однотипными серыми домами. Похоже этот проклятый город совершенно не принимал других цветов. Нужный ему дом располагался в самом конце улицы. Угрожающе ощетинившись на прохожих козырьком и каскадом острых ступеней, он стоял на отшибе точно проклятый, недобитый и брошенный умирать под свинцовыми тучами ядовитого города. В таком доме хорошо убивать или сходить с ума.
Несмотря на то, что до рассвета оставалось часов пять, Себастьян даже не попытался прилечь. Прекрасно выспавшись по дороге в город, мужчина не чувствовал усталости даже после преодоления километров заученного маршрута, это было только к лучшему. Время работает на тебя – чушь. Время всегда работает против тебя, начиная с рождения, и для Себастьяна это была аксиома, непреложная и нерушимая. Он всегда начинал подготовку задолго до начала операции, просчитывая в голове возможные варианты срыва, начиная от предательства информатора и заканчивая форс-мажорами, и именно поэтому, он был абсолютно уверен в этом, смог продержаться так долго, не получив пулю в висок. Желающих на это всегда было много. Было, есть и будет. Пускай. Всё это уже давно стало частью его жизни, от которой он отнюдь не стремился избавиться.

Утром Себастьян достал из рюкзака ноутбук, запустил на нём сканирующий скрипт и полностью отключился от мира, с головой ныряя в присланный файл с данными, в машинописных строчках которого была вся необходимая информация по его объекту. Цветная фотография замерла в углу экрана и Моран коротко взглянул на неё, запоминая черты. Память не долго хранила в своих недрах подобные изображения, Себастьян забывал их почти сразу, как пуля со свистом вонзалась в череп жертвы. Или в сердце, или в печень, это уже у кого какая фантазия, ему было откровенно наплевать, как быстро его «клиенты» делают последний вздох. Это не его прерогатива, он лишь приносит и констатирует смерть. Простые переменные не усложняют.

Вечер наступил быстро, для него даже слишком. Тусклый свет фонарей едва-едва проникал в комнату, включить свет Моран даже не удосужился. Добавляя последние пункты в первичную схему плана, Себастьян не сразу отреагировал на посторонние звуки. Всё тело напряглось, когда дверь тихо скрипнула, впуская внутрь квартиры, первый за день поток свежего воздуха. Медленно встав со стула, мужчина двумя шагами бесшумно пересёк комнату, достал из сумки пистолет и коротко передёрнул затвор. Шорох не прекратился, звук шагов доносился со стороны коридора и двигался прямо по направлению в гостиную. Сделав несколько коротких шагов Моран на секунду прижался к стене, напряг слух, и приблизительно определив на каком расстоянии находиться объект, сделал пол шага вперёд из своего укрытия и нажал на спусковой крючок, целясь в темноту. Он не собирался задавать вопросов или бросаться угрозами. Если человек вознамерился вот так посетить его квартиру, беседы он явно не искал. Пуля с глухим ударом отскочила куда-то в сторону, словно врезалась в металлический лист, а затем комнату озарила яркая вспышка, откинувшая мужчину к противоположной стене, с силой приложив о бетонную плиту. Голова загудела, а позвоночник неприятно заныл, но Себастьяна это не остановило. Сомнения в собственной адекватности восприятия происходящего он тоже решил заткнуть куда по дальше, и пропустив мимо ушей грозную женскую интонацию, кинулся вперёд, в надежде дезориентировать противника. Темнота, мгновенная охватившая комнату после череды странных вспышек, дала ему несколько секунд для нахождения в тени, и в следующий момент Моран выскочил прямо на фигуру в центре коридора, сшибая противника с ног. Придавив тело к полу Себастьян быстро зафиксировал тонкие запястья, с силой сжав их пальцами и придавливая к полу. Чтобы там ни было, но руки всегда лучше хватать в первую очередь.
-  Кто ты такая, и что тебе здесь нужно? – Прорычал Моран прямо в лицо юной девушки, параллельно пытаясь сообразить, как именно в этой хрупкой фигурке развилась сила от хорошего грузовика. То самое необычное поведение в критической ситуации? Вряд ли, тогда статистика по изнасилованиям в это стране была бы куда ниже.

Отредактировано Sebastian Moran (Пт, 22 Дек 2017 20:58:40)

+1

4

Несколько секунд потребовалось Ванде, чтобы рассмотреть мужчину после того, как свет лампы осветил прихожую. Ожидалось обнаружить трусливого, может быть тучного и абсолютно беспомощного представителя homo sapiens, однако реальность оказалась иной. Ванда растерялась на долю секунды, после того, как полет в стену не только не отключил противника, но еще больше разозлил его. В глазах читалось не то недоумение, не то холодная расчетливость и ярость. А то и все вместе. По большей части, люди, подвергаясь манипуляциям ведьмы – физическим или ментальным – впадали в ступор. Некоторые просто убегали без оглядки. Особенно настырные получали вдвойне и… тоже убегали. Во всех случаях был ужас в глазах и полное непонимание. В этот раз система дала сбой и вместо трусливого побега, Ванда получила отпор. Сильный отпор. От человека, явно лишенного и страха и чувства самосохранения. Возможно, в темноте действия мутанта были не столь эффектными для достижения конечной цели – подавить любое сопротивление. Сломить любой дух. Девушка не допускала мысли, что может встать на место жертвы. Слишком часто эта роль доставалась ей. Она научилась чувствовать страх охотника. Пользоваться им – не контролировать. Посылать в головы самые потаенные страхи, заставляя раз за разом вспоминать и мучиться от их отголосков.
Будучи еще в составе Мстителей, Ванда часто пренебрегала советами своей коллеги – первоклассной шпионки – Наташи Романофф. Быть на стороже, стать незаметной, не спускать глаз с противника, не гнушаться оружия. Зачем все это, если обладаешь силой за пределами человеческого понимания? Теперь девушка понимала, чему ее учили, допустив самую распространенную ошибку. Она решила, что победила слишком рано. Позволила противнику скрыться с глаз, хоть и не надолго.

Бросок был внезапным и неожиданным: Ванда потеряла равновесие от нападения и рухнула. По инерции, она попыталась выставить руки вперед и оборонятся, но всплеск аморфной силы задушили в зародыше. Максимофф упала на пол, больно ударившись затылком. Ее бросило в жар. На какое-то время в глазах резко потемнело. Физически Ванда была не сильнее обычной девушки ее возраста и комплекции. Вся сила и ее небывалая мощь концентрировалась глубоко внутри. Руки оказались придавлены так же к полу. Парализованная мутантка недобро сверкнула глазами и радужка окрасилась в кроваво-алый цвет. Она ненавидела прикосновения. Особенно чужие. Особенно без разрешения. А уж грубые хватания действовали на нее как красная тряпка на быка. Несколько раз дернувшись, шатенка осознала, что силы не равны и вырваться своими  силами не получится. Ноги, как и руки, были придавлены к полу.
- Зря ты это сделал… - прошипела Ванда, - Столько работы с мутантами и до сих пор не знаешь, что их нельзя злить?
Призванный из угла коридора пистолет, отброшенный в результате первого удара, висел в воздухе, наставленный дулом к виску мужчины. Онемевшие от стальной хватки запястья не помешали использовать телекинез. Благо, оружие упало в зоне видимости ведьмы. Ее длинные, тонкие пальцы медленно перебирали воздух, и, вместе с ними, волновался пистолет. Ванда не отрывала взгляда от лица напротив, поймав себя на мысли, что для обычной «шишки» федералов он подготовлен недурно.
- Слезь с меня или твои мозги разукрасят стену, - последние слова она произнесла с меньшей решительностью, понадеявшись, что перед ней не сумасшедший. Обойтись малой кровью - вот главная цель любой миротворческих миссии. Ванда пугала людей, но никогда не убивала. Сжав губы, девушка демонстративно шевельнула указательным пальцем, показав тем самым свою решительность. Дело оставалось за малым – ждать. Руки начали болезненно затекать, мутантка могла поклясться, что слышит и чувствует как мужчину терзают сомнения и муки выбора. Он могла пойти простым путем – заставить отпустить ее на более высоком уровне. Манипулировать сознанием Ванда не очень любила, это был трудоемкий и затратный в плане сил процесс. Она отбросила эту идею сразу, потому, как разум федерала должен был быть чистым и светлым. Затуманить его – и он может попросту забыть обо всем. А этого было допустить никак нельзя. Он должен был помнить все.
Пауза затянулась, и тишину прервал шорох за входной дверью. Шаги и голос. Голос обеспокоенного соседа, который прибежал на шум посреди ночи. Британцы отличались своим неравнодушием и дружелюбностью. Впрочем, так ей говорили. Усмехнувшись про себя, Ванда, использовав момент, пока сосед отвлек своим стуком хозяина квартиры, умудрилась вырвать одну руку и выхватить парящий в воздухе пистолет. Дальнейшие события происходили быстро: ловко, не без применения магии, ведьма скинула с себя мужчину и его снова откинуло волной. На этот раз, она предусмотрительно выпустила алые ленты, которые парализовали противника. Сжав зубы, она удерживала его, пользуясь львиной долей силы, изрядно выматывающей. Наконец, в ход пошла та же угроза, что и раньше:
- Ты знаешь, кто я и что мне нужно, - нависнув над федералом, Ванда по прежнему неуверенно сжимала в руке пистолет. Он был эдаким гарантом того, что если подведет хаос, то план «Б» должен сработать, - а нужно мне, чтобы ты и твои прихвостни оставили в покое местное укрытие. Эти дети ничего не сделали. Пока что.

Отредактировано Wanda Maximoff (Пт, 22 Дек 2017 23:21:06)

+2

5

В очередной раз Себастьян убедился в двух вещах – первое: если не собираешься сразу убивать противника, выруби его и уже позже, когда тот будет максимально обездвижен и подавлен, задавай вопросы; второе: сильно приложившись головой о пол люди несут всякую хрень. Моран не ослабил хватку даже когда в его сторону посыпались новые порции угроз. Он лишь сильнее перехватил запястья и уставился долгим немигающим взглядом прямо в глаза незнакомки. Ответов в их глубине он искать не собирался, а вот посмотреть на дальнейшее развитие ситуации было любопытно. В конце концов он несколько раз прокручивал случившееся в голове, пытаясь понять, как эта чертова ситуация вообще могла произойти, несколько раз отвлекался, прислушивался к звукам из вне, думая, что упустил появление третьего персонажа, которой и стал причиной его ноющей боли в затылке. Но он не ошибся, шаги были одни и противник в поле зрения, что только добавило аргументов в пользу неадекватности происходящего. Если бы каждая девица могла швырнуть его через комнату, он бы давно уже сдох. Значит его отравили? Пустили в комнату газ и теперь ему мерещится всякая ересь, и на самом деле его тело давно и надежно валяется посреди опустевшей комнаты, и ожидающее, когда он наконец откинется. В самом деле, это казалось логичнее фразы про озлобленным мутантов. Мутанты? Серьёзно?
-  Что за чушь ты несёшь? Какие мутанты? – Себастьян хотел сказать ещё что-то, но мысли как-то сами собой потонули в потоке мерного гудения в висках. Холодный металл пистолета обжог висок, в прямом смысле слова, зависая в воздухе у его головы. Моран недовольно скосил глаза. Увидеть никого постороннего так и не получилось, в пространстве за пистолетом не мелькала даже тень, и мужчина недовольно закатил глаза. В конце концов, могут эти глюки закончатся и дать ему наконец мирно сдохнуть?!

Подчинятся требованиям он не спешил. Переведя взгляд на девушку, Себастьян ещё раз бегло прошёлся по её фигуре, отдельно задержав взгляд на то и дело дергающихся пальцах, которые предположительно и «управляли» пистолетом в воздухе. Прикинув, за сколько секунд он успеет сломать ей хотя бы по одному на каждой руке, отдельно поразмыслив успеет ли он отдёрнуть голову с линии огня прежде, чем девушка «нажмёт» на курок, Моран обманчиво ослабил хватку, но завершить манёвр не успел. Сначала его отвлёк долбанный сердобольный сосед, выскочивший в ночи разобраться в обстоятельствах странных звуков, а затем вообще нечто странное, вновь отшвырнувшее его тело в сторону, вдобавок пуская в ход новый трюк, после которого Себастьян полностью потерял контроль над телом. Мужчине вновь было проще поверить во что-то логичное и обыденное, например, что от очередного удара его позвоночник не выдержал и переломился, или что новая порция галлюцинаций решила вызвать в его мозгу агонию, постепенно отключая мозг от управления мышцами. Не важно, что это было, мозг никак не хотел примеряться с тем, что всё это происходит наяву.
-  Всё нормально, просто кот опять сбежал. – Крикнул Моран в сторону входной двери, стараясь чтобы голос звучал как можно более ровно. – Теперь ты. – Он перевёл жесткий взгляд на девушку. На секунду Себастьян ощутил, как в его левую кисть возвращается чувствительность. Хватит. К черту эти игры.
- Я не знаю тебя, твоих детей, мутантов, укрытия и уж тем более, что тебе нужно. В твою чудную головку не приходила мысль, что сведения надо сначала проверять, а потом нападать? – Во рту неприятно защипало и Моран поморщился, сплёвывая на пол кровь. Дыхание постепенно выровнялось, мышцы расслабились, он вообще заметил тенденцию, что чем спокойнее он ведёт себя в плену этого кокона, тем ощутимее становятся покалывания в руке. На этом можно сыграть, если время позволит.
-  Вот как по-твоему меня зовут? – Себастьян вопросительно уставился на девушку. В этот раз разглядеть её удалось намного лучше. Тёмные волосы, слегка спутанные, откинуты назад, обнажая шею. Острые черты лица, красные глаза, пульсирующая вена на шее. Объект находится в состоянии крайнего напряжения. Возбуждён, возможно неадекватен. Вот уж кого Себастьян не назовёт в этой комнате неадекватным.

Отредактировано Sebastian Moran (Сб, 23 Дек 2017 01:08:46)

+1

6

Я та самая ведьма. Когда я сплю, моя душа покидает мое тело и нагишом танцует с дьяволом. [с]


Злая ведьма – плохая ведьма. А когда на нее смотрят, как на умалишенную, она становится еще и раздраженной. Ванда чувствовала, как горело лицо: щеки и лоб приняли багровый цвет. Каштановые волосы рассыпались по плечам, несколько прядок прилипли ко лбу. На затылке вероятнее всего вскочила шишка, пульсация от ноющей боли отдавалась в ушах. Не смотря на все это, она продолжала концентрировать свое внимание и силу на смиренно лежавшем незнакомце. Мутантка никогда прежде так долго не удерживала цель в неподвижном состоянии – на это уходило слишком много сил. Поэтому, желание разобраться с ним как можно скорее, росло в геометрической прогрессии. Быстро облизнув пересохшие, тонкие губы, Ванда выпрямилась, стоя на коленях. Она видела искренние недоумение на лице мужчины, но не верила ему. Она старалась не верить словам, учитывая то, что узнать правду для телепата не составит труда. Однако она не торопилась лезть в голову к федералу, и копаться там в поисках правды, и истинных намерений, словно в грязном белье. Его удивление было правдоподобным. Даже слишком. На миг она допустила мысль о том, что ошиблась квартирой или домом. Возможно, перед ней распластался невинный человек… Но невинных с оружием в руках не бывает. Такая физическая подготовка говорила об обратном – перед ней сильный враг. Но все же не сильнее ее самой. Ванда любила свою магию уже за то, что ни один мужлан не был способен справится с ней. Подавить ее как физически, так и морально. Отдача замучила бы. Максимофф ловит на себе пристальный, холодный взгляд. Он изучает ее, анализирует и… пялится.
- Сломать мне пальцы ты бы не успел – я слишком часто опережаю события. - по новому притоку удивления, читавшемся в его глазах, Ванда поняла, что с телепатом он дел не имел. Эти мысли, посланные в его голову не получили отдачи. Более того, сомнения стали сильнее одолевать Максимофф. Она отгоняла это веяние из своих мыслей как могла, но с каждым взглядом на цель оно возвращалось. Девушка изредка ловила куски сознания из мыслепотока мужчины, ненамеренно, скорее, случайно.
Невольный слушатель за закрытой дверью, видимо, удовлетворившись ответом, еще несколько секунд пошаркал ногами и отправился восвояси. Послышался звук захлопывающейся двери квартиры напротив. Шатенка выдохнула и, направив все свое внимание на лежащего мужчину, усилила хватку. Карминовые, невесомые волны, струились с кончиков пальцев и сжимали в своих объятиях заложника. Уткнувшись голыми, острыми коленями в холодный пол, Ванда поёжилась. Черная трикотажная юбка плохо скрывала ссадины, полученные в бесконечных бегах. Хозяин квартиры и не собирался сдаваться и выкладывать всю подноготную. Наоборот, он продолжал вопросительно смотреть на ведьму и ждать объяснений сам. Ванде надоел этот цирк.
- Не прикидывайся идиотом. Мутанты, которых замучили такие «миротворцы» как ты. Не все могут контролировать свои способности и не каждый хочет разрушить ваш прекрасный мир с его человеческими устоями, вы занимаетесь геноцидом. - ее голос дрогнул, но тут же снова стал металлическим, - Именно геноцидом. Используя еще совсем детей в своих экспериментах, мучая в клетках, истязая их. Вы называете нас монстрами… чудовищами. Даже не подозревая, что настоящие чудовища это вы.
Ванду снова захлестнула тлеющая ненависть и боль за невинных подростков. Они не осознали своей сущности, но уже были заклеймены правительством. Ее сердце истекало кровью при виде страшных тюремных картин, где каждый заключенный имел не больше значения, чем сраная букашка. На скулах заходили желваки от гнева, который бурлил внутри при воспоминаниях. Из них ее вырвал вопрос:
- Вот как по-твоему меня зовут?
- Джонатан Озборн, - без малейшего колебания ответила Максимофф, - один из основателей инициативы «Стражи. На самом деле пешка и мерзкий садист.
Ванда не вытерпела отвращения к этому имени. Она сжала руку в кулак и тут же алые всполохи заискрились, сдавливая ребра мужчины. Не рассчитай она силы и они с хрустом бы треснули. Но она сдержалась. Имя не отозвалось на лице федерала никакими эмоциями. Не было смирения, ужаса в том, что он раскрыт. Ничего подобного.
«Ты не можешь быть настолько артистичен»
Девушка хмурит брови и на переносице выступают тонкие складочки кожи. Ей было не до споров в стиле «это не я-нет, это ты» да и время было ограничено. Наклонившись ближе, она практически поравняла свое лицо с его физиономией.
- Не бойся, больно не будет.
Ни один уважающий себя политик, глава организации или же просто злодей не выдаст себя и своих планов. Если не надавить или - в случае с телепатом – не достать информацию самому. Путешествие внутрь чужого разума Максимофф освоила хорошо. Она могла проникать  в чужие головы, наводить там бардак или порядок (зависело от конечной цели) искать нужную информацию или вовсе – манипулировать этим сознанием - человек буквально становился марионеткой. Сейчас, все, что требовалось от мужчины – правда. И спустя пару минут Ванла эту правду нашла. Вынырнув из сознания полковника, ведьма длительное время молчала.
- Нет…
Допущенная ошибка могла стоить кому-то жизни. Ванда ненавидела ошибаться, но в эту ночь, она все же допустила промах. Лежащий перед ней человек не имел ничего общего с миром мутантов или федеральных агентств. Углубляться не пришлось – все картины были на поверхности. Осознание того, что она покалечила, хоть не совсем невинного, но не того человека завело ее в тупик.
- Нет, - уже более четко повторила ведьма, отодвигаясь от мужчины, - я не могла ошибиться. Не могла. Это то место. Он должен быть здесь. Я не…
Ее внимание привлекло то, что она все еще держала в руке пистолет. Откинув его, она перевела изменившийся взгляд на лицо Морана. Алые волны растворились в воздухе, освободив из своей стальной хватки невольного заложника гнева ведьмы.

Отредактировано Wanda Maximoff (Сб, 23 Дек 2017 10:45:45)

+2

7

Недоверие в глазах противника читалась так явственно, что полковник предпочёл абстрагироваться от беседы, логично рассудив, что ни в чём он сейчас её не убедит. Понять её мотивы не составило труда, даже не принимая во внимания очередной поток заведомо бесполезной для него информации. Некто, как позже выяснилось Джонатан Осборн, надавал ей и её компании по зубам, используя при этом отборные методы гестаповских застенков, и теперь леди желает восстановить справедливость, перед этим по полной отыгравшись на командире. Обычное дело, особенно во времена всеобщий гонки вооружений, ожесточенной погони за властью, и расцветавшего культа изврата и садизма. Однако ключевым звеном, гарантирующим успех в подобного рода мероприятиях, была подготовка, расчёт и полный контроль над ситуацией, последнее из которых девушка напротив стремительно теряла. Себастьян вообще-то очень сомневался в наличии у неё хоть какого-нибудь сносного плана, кроме «забежать, швырнуть, допросить», поэтому предпочёл хотя бы до получения каких-то вразумительных ответов более в полемику не вступать. Глупо понапрасну сотрясать воздух, которого итак осталось не так уж и много. Очередное движение противника принесло в его жизнь новую порцию боли, едва не выбившую последний дух, а в мозг врезались мысли, явно ему не принадлежавшие.

Моран коротко моргнул, выуживая очередной метод противника, и полностью отключился от мира, одним взглядом скользя по напряженной фигуре, коротко и ёмко выцепляя детали её образа, но не складывая их в единую картину. Может у девчонки и было преимущество в силе, зато на стороне Себастьяна был опыт и умение быстро соображать в критической ситуации. Ему не раз удавалось побывать в западне, и именно неординарное мышление и умение мимикрировать под врага, спасали его потрёпанную шкуру. Полковнику в общем-то было всё равно, кто перед ним – сомалийский диктатор, группа наёмников, китайская мафия, перекаченные мутагенами дети. Классификация – враг, цель – застать врасплох, обезоружить, убить/обездвижить, от ситуации зависит. Поскольку зависание в воздухе оружия и полная потеря контроля над телом спровоцированная некими «необычными силами» случилось с ним впервые, на разработку более-менее действенного плана времени ушло куда больше. Гораздо больше, но вроде девушка не ставила самоцелью превращать его кости в труху, а значит шанс освободиться из невидимых пут ещё имелся.

В очередной толчок лёгкие мужчины неприятно сжались, и Моран закашлялся, с силой втягивая воздух обратно. Глупо, если она и правда хочет от него чего-то добиться, пытки следует начинать с чего-то менее смертельного и более болезненного. Он продолжал молчать, жадно всматриваясь в лицо девушки, пытаясь зацепиться хоть за что-то, но слепая ярость и жажда крови так и не сменились ничем более прагматичным.
А в следующую секунду Моран провалился в бездну. Он не боялся, ему больше было любопытно. Почему уши заложило ватой? Почему перед глазами внезапно промелькнули осколки его прошлой жизни? Ничего такого чего бы он не знал, кстати. Он умирает? Уже умер? Чушь! Боль по-прежнему пронзает рёбра, пульсирует в затылке, шум в ушах нарастает, превращаясь в гулкое подобие набата. Воздуха предательски не хватает и Себастьян изо всех сил напрягает лёгкие, втягивая потоки спасительного кислорода. Не отключаться! Не отключаться!

Он выныривает из этого бесформенного потока так же резко, как и погружается. Тело вновь обретает контроль, и Себастьян быстро разминает пальцы, убеждаясь, что это не очередная проклятая иллюзия. Всё оказывается вполне реально, и ломота во всём теле, и растерянная девушка, отпрянувшая к соседней стене, и отброшенный в сторону пистолет. Отлично!

Воспользовавшись замешательством противника, Себастьян бросается вперёд и с силой, гораздо большей, чем в предыдущий раз прикладывает девчонку виском о бетон. Тонкий стон вырвавшийся из её горла и закатившееся глаза дают Морану минутную передышку и надежду на победу в этом раунде. Какой бы силой не обладала эта девица, без сознания она бесполезна. Он не хотел сильно калечить её, лишь дезориентировать и задать необходимые вопросы, без перспективы быть вновь обездвиженным или прибитым к стенке. Да и в конце концов, кто знает, какие у неё намеренья. Может после допущенной ошибки она пожелает устранить свидетеля, а уж если и придётся прятать чьё-то тело от назойливых соседей, то его будет не так-то просто запихнуть в багажник.

Хрустнув шейными позвонками, разминая затёкшие мышцы, мужчина переместился по ближе к распластанному по полу телу. Приподняв за плечи и оперев о стену, Моран надежно зафиксировал коленом кисти рук и убедившись, что тело не собирается заваливаться на бок, крепко взял в захват её подбородок. Пальцы сжались на костях черепа мёртвой хваткой, которую Моран от и дело усиливал и расслаблял, пока изо рта девушки не вырвались тихие стоны, а веки медленно не поползли вверх.
-  Веди себя тихо. Попробуешь дёрнуться или применить силу, приложу ещё раз. Не думаю, что твой череп выдержит больше пяти. – Голос мужчины звучал спокойно, хотя внутри уже начинала разливаться ледяная ярость.
-  Полагаю, мы выяснили, что к экспериментам над людьми я не имею отношения, предпочитая более топорную работу. Теперь я хочу получить несколько максимально правдивых ответов. Лгать не стоит, забираться в чужие мозги я тоже умею. – Сарказм был буквально выплюнут в лицо девушки. Себастьян терпеть не мог, когда кто-то пытался лезть в его жизнь, а уж откровенно в мозг он и вовсе посчитал достигнутым пределом.
-  Итак, начнём. Кто ты такая?

Отредактировано Sebastian Moran (Сб, 23 Дек 2017 11:43:04)

+1

8

- Смотрю, ты любишь пожестче. – без улыбки сыронизировала Ванда, которая вообще не любила, и не умела вести себя саркастично. Более того, небрежные колкости она считала глупыми и раздражающими. Ситуация приняла крайне неприятный поворот, в результате которого, Максимофф могла лишь плеваться ядом и сокрушенно ругать себя за беспечность. Мутант омега-уровня! Чушь. Нерадивое существо, позволившее застелить глаза бесполезной, слепой яростью самой себе. Глупая, глупая ведьма. Злая и страшная. Ей ничего не оставалось, кроме как мигать большими, зелеными, потухшими глазами, чувствовать на губах вкус соленой крови и бесконечно смотреть помутневшим взглядом в угловатое лицо.

…Казалось, и так не очень большая комната сузилась до размеров мышиной норы. Осознание собственной ошибки ударило под дых и заставило ведьму окончательно утратить контроль над ситуацией. Она потеряла всякий интерес к Морану, хоть и поверхностно узнала его, заглянув по ту сторону сознания бывшего военного. В голове мешались мысли, запутываясь в тугой клубок из догадок: где она просчиталась? Адрес Озборна она узнала из надежных источников, он, хоть и не останавливался долго на одном месте, но и секрета из этого не делал. Абсолютно бесстрашный и самодовольный ублюдок верил в свою безопасность и неприкосновенность. Даже агенты ГИДРЫ были более осторожны в своих действиях и передвижениях. Они имели представление о том, что не бессмертны. Не было полной уверенности в том, что их не найдут и не устранят. Новое поколение врагов и не думали прятаться. Закусив губу, Ванда судорожно выбирала способ исправить ошибку и найти федерала. Но что делать с этим неуязвимым полковником? Что, если он каким то образом скрыл свою причастность? Что, если он просто работает на Озборна и квартира – это ловушка? Бред. Дернув головой, она отогнала от себя эти маловероятные мысли. Краем уха, она слышала, как полковник пытается отдышаться. Максимофф не смотрела на него, она была уверена, что ничего ему не сломала, максимум – несколько синяков и ушибов. Извинится не хотелось, хотя на языке вертелось рядовое «извини» Не очень удобная ситуация для того, чтобы просить прощения.
«Дура»
Потеряв бдительность и любой интерес к мужчине, он поспешил обратить внимание мутантки на себя. Сделал он это не по-джентельменски. Не уловив ни одного импульса агрессии к себе, Ванда, в следующие минуты, стала полностью беспомощной. Второй удар пришелся на висок и боль разлилась по всей черепной коробке. Глаза запеленал туман, последовала полная дезориентация. Ванда не ожидала удара, от того он показался ей еще более болезненным. Она проглотила вздох и застонала. Привыкшая к боли, будучи экспериментальным материалом, она выдержала атаку, даже не пискнув. Низкий, утробный стон срывается с ее губ и тело обмякает. Закрыв глаза, девушка старается вернуть фокус зрению, но тщетно – все образы расплываются. Она чувствует на себе грубые руки: они хватают ее за плечи и держат, как безвольную фарфоровую куклу. Ванда ловит себя на мысли, что, наверное, не стоило оставаться в квартире военного, которого сама чуть не прикончила минуту назад. Более разъяренного противника Ванда не могла себе представить. Даже Халк и тот был податливее. Впрочем, он не имел военной подготовки и не обладал холодным расчетом. Чего нельзя было сказать о Моране. Девушка поднимает голову и ее резко хватают за подбородок. Мутантка чувствует на коже грубые прикосновение шершавых пальцев, пахнувшие табачным дымом.
- Ммм… - Максимофф пытается возразить, но вместо слов из горла вырывается нечленораздельное мычание. Более менее сфокусировав, наконец, взгляд на лице мужчины, она внимает его словам, звучащие гулко – словно, из под воды. 
Приложив колоссальные усилия, Ванда медленно сгибает ноги в коленях. «Пламя» даже не пытается разгореться в ее ладонях. Обессилена. Голова не падает только благодаря железной хватке мужчины, благодаря ему она же и болит. Из носа тонкой струйкой вытекала кровь. Учитывая то, что ведьма была все еще в розыске, после побега из «Рафт» рассказывать кто она было рискованно, но, по решительному взгляду, прожигающим обессиленную девушку, было понятно, что просто так он ее не отпустит.
- Смотрю, ты любишь пожестче, - тяжело дыша, она находит силы язвить, - я к этому привыкла, не распыляйся на угрозы. Я Ванда, мне нужно найти Озборна и на тебя я наткнулась по ошибке. Мне нужен он, а не ты.
Она перевела дыхание. Голова нестерпимо болела, казалось, сотрясение ведьма заработала знатное. Затравленный взгляд зеленых глаз выискивал точку в пространстве, для того, чтобы было удобнее фокусироваться. Она чувствовала, что сможет отключиться в любую минуту. Сглотнув, ведьма продолжила:
- Я мутант, и такие как я страдают от его действий. Точнее, от действий организации, в которой он состоит, - от острой боли, кольнувшей где-то в виске,  она зажмурилась, - я хочу, чтобы он заплатил. Сорвать его планы и все. Отпусти меня, я не стану нападать.
Темнота накрыла Максимофф. Сознание уплыло куда-то во мрак, все усилия сдержать этот порыв – отключиться – были тщетны. Хватило двух, а не пяти.

Отредактировано Wanda Maximoff (Сб, 23 Дек 2017 18:12:44)

+2

9

Присмиревшая девушка казалась смирнее котёнка Мориарти, закутанного в пушистый плед. Но, как и в случае с маленьким засранцем, Моран не поддавался на провокации. Ещё каких-то несколько минут назад эта хрупкая фигурка по мановению мизинца швыряла его из угла в угол, как тряпичную куклу, а затем и вовсе полезла копаться в мозгах. Он не спешил ослаблять хватку, удерживая девичье тело параллельно полу, ловя на себе затравленный, но уже не озлобленный взгляд. К компромиссу им всё же удалось прийти, однако полученная информация полковника даже частично не удовлетворила. Назвавшаяся Вандой, принялась вновь рассказывать ему про мутантов, эксперименты, злого гения, пытки и тому подобную демагогию, времён третьего рейха. С одной стороны, это было полным безумием. В сверхъестественные силы Себастьян верил чуть менее чем никак, а уж группа подростков, устраивающая диверсию на экспериментальных генетических плацдармах, звучало вообще, как сюжет для второсортного подросткового сериала. Но с другой… С другой стороны, мужчина привык полагаться на факты и собственное зрение, а они в упор твердили обратное. Красные всполохи до сих пор стояли перед глазами, а боль в рёбрах жестко напоминала о пребывании в невидимом плену. Да ещё и пистолет этот. Ну Джим, если это очередной твой долбанный розыгрыш…

Себастьян склонил голову на бок, наблюдая за тем, как веки Ванды предательски смыкаются, и тело податливо обмякает под пальцами. Разжимать хватку он не спешил, девушка по-прежнему классифицировалась в статусе противника и менять этот статус после парочки фраз, вроде – «я не буду нападать, мне нужен не ты» он не стремился. Прощупав пульс, проверив рефлексы, отдельное внимание уделяя кистям рук, Моран перекинул тело девушки через плечо, невольно поморщившись, когда позвоночник решительно запротестовал против нагрузки, пересёк комнату и сгрузил свою ношу на кровать. Моток кевларовой веревки, которую Моран применял для экстренного перемещения между двумя высотными точками, нашёлся на дне рюкзака. Она спокойно выдерживала вес трёх таких, как он, и мужчина искренне надеялся, что сможет достаточно долго выдерживать натиск неугомонной девицы. Скрутив её руки так, что пошевелить пальцем оставалось исключительно в своих фантазиях, Моран подумал, и повторил похожий трюк с лодыжками Ванды. С телекинетическими способностями Себастьян планировал совладать также, как и до этого, на крайний случай в рюкзаке ещё находились несколько инъекций морфина, тормозящие любые импульсы мозга не хуже крепкого хука. Шприц с прозрачной жидкостью был заранее прикреплён к поясу. Однако отчего конкретно зависит третья её сила, полковник наверняка не знал, поэтому сел как можно ближе к пленнице, рассудив, что его кулак окажется быстрее ментальной манипуляции. По крайней мере пока Ванда прибывала в таком состоянии.
Уложив на лоб смоченное холодной водой полотенце, ничего более существенного в квартире просто не нашлось, Себастьян сунул ей под нос откупоренный пузырёк нашатырного спирта, наблюдая за тем, как девушка морщится и приходит в себя.
- Кто такие мутанты и откуда вообще взялись? – Вновь жестко прозвучал вопрос, стоило осмысленному взгляду Ванды столкнуться с его.

Чисто теоретически Моран уже сложил у себя в голове предположительный образ «мутанта», однако ему по-прежнему были необходимы подробности. Учитывая такое неосмотрительное поведение девушки, никто не даст гарантий, что она не привела за собой хвост. А учитывая ещё и то, что у каждого мутанта могла оказаться своя способность, вряд ли у него получится обездвижить их парой бросков из темноты. В этих ответах могло скрываться много полезных сведений, относительно слабых мест, уязвимостей, конечно помимо самонадеянности и тщеславия, а главное, Морану давно было пора решать, что ему теперь делать с этой свалившейся на голову революционеркой.

+1

10

Ведьму несла приятная, темная и тягучая субстанция под названием небытие. Как только веки сомкнулись под тяжелым грузом, а ресницы перестали дрожать, Ванда погрузилась в безвоздушное и мрачное пространство. Тьма заботливо укутывала свою гостью в плед, сотканный из мрака. Мягкий и податливый разум девушки принял это. Ванда растворилась в холодной неге, не находя выход в сознание. Там ей было хорошо. Там, внутри ментальных волн, огороженных возведённым замком из боли, не было физических ран. Там, глубоко-глубоко внутри не было ничего, что могло расстроить ведьму, обидеть или разозлить. Телепатка убегала в этот мирок, когда становилось невыносимо терпеть мир реальный. Она открыла его для себя сразу после смерти родителей и всегда возвращалась. Будучи по своей натуре неисправимым социофобом, Ванда находила в ментальном мире успокоение и личное спасение от всех невзгод. Люди порой тоже уходят в себя, образно выражаясь, в тот момент когда ведьма буквально сбегала в внутрь своей головы, исчезая из реальности. Так произошло и сейчас. Обморок, спровоцированный ударом затылка об бетонную стену, послужил спасительным  путем для самосознания девушки. Многострадальное тело не болело, она его просто не чувствовала. Слух и зрение так же перестали функционировать. Если бы не размереный пульс, Ванду можно было смело считать покойницей. В эти минуты она отдыхала, в обнимку со своей уставшей магией. И уставшей душой.

Первое, что почувствовала девушка, вынырнув из своего небытия стал тошнотворный резкий запах. Он постепенно приводил ее в чувство, становясь с каждой секундой все более раздражающими обоняние. Ванда слабо сморщила нос и попыталась отвернуть голову, но, постепенно вернувшаяся ноющая боль во всем теле заставила замереть. Запах исчез. Дрогнувшие веки были словно налиты свинцом и глаза отказывались открываться. Еле слышно заскулив, Максимофф попыталась пошевелить пальцами, но потерпела фиаско. Кожей она чувствовала, что движения стесняют веревки, туго связывающие кисти рук. Сделав над собой еще одно усилие, она разлепила глаза. Ресницы дрогнули, а по вискам на подушку стекали маленькие и редкие капли воды. Осознав, что на лбу холодное полотенце, которое остужает пульсирующую боль и наступавший жар, Ванда медленно перевела мутный взгляд на сидящего перед ней Себастьяна. Ноги, как и руки, были связаны и лишали ведьму любой попытки к бегству или отпору. Поморгав и проглотив ругательство, шатенка закатила глаза, показывая все свое недовольство в таком положении. Допрос с пристрастием продолжался.
- Это обязательно? Я сказала, что не трону тебя, - прохрипела ведьма и попыталась пошевелить затекающими руками. Запястья отреагировали болью – импровизированные кандалы слишком сильно впились в тонкую, бедную кожу рук. – развяжи меня.
«Опять… Спасибо, что без ошейника с подачей тока»
Ванда перестала удивляться тому, что ее заковывают в цепи. Она же чертов зверь. А звери должны сидеть в клетках в цивилизованном обществе. С младых ногтей девушка не расстается с жаждой к свободе, все, кому не лень, пытаются держать ее в неволе. Исхудавшие, тонкие запястья не успевают заживать от стесняющих веревок, наручников и смирительных рубашек, натирающие кожу. Не хватало, разве что, кнута используемого в желании приручить дикого зверя. Кости ломило от усталости и Ванда сдалась.
- Тебе повезло, что ты ничего не знаешь о мутантах. Проклятый вид. – Поджав губы, Ванда отвела взгляд от силуэта мужчины, - Это люди. Они родились со специфическим геном, который запустил мутации в организме. Благодаря этому подарку судьбы, каждый имеет в арсенале способность, которая не поддается логическим объяснениям. Кто-то может контролировать свою силу и живет с ней в мире, но в большинстве случаев это несчастные обладатели своей ноши. Никто не просил о таком даре. Судьба бывает редкостной сукой. Десятая часть планеты обладает таким геном, кто-то знает об их существовании; а кто-то нет. Как ты.

Кашлянув, Ванда утирает нос и губы о плечо. Кровь не успела застыть на ее лице. Она вновь поднимает глаза и встречается взглядом со скептически настроенным полковником. Девушка понимает, что в подобные истории поверит разве что больной на голову человек. Или наивный ребенок. Но никак не повидавший всякое дерьмо в своей жизни военный.
- Ты мне не веришь… - прищурившись, мутантка медленно приподнялась. Облокотившись на спинку кровати под пристальным взглядом Морана, Ванда решает, что лучше показать, чем рассказать, - Если поможешь отыскать Озборна, я докажу, что все мои слова правда. Мне нужна его флешка со всеми документами и отчетами. На ней же он хранит видеозаписи с допросами мутантов. Они показывают себя во всей красе.

Отредактировано Wanda Maximoff (Сб, 23 Дек 2017 21:38:10)

+2

11

- Обязательно. – чеканит слова Себастьян. – У меня нет никаких оснований доверять тебе. – Ванда недовольно закатывает глаза, демонстрируя крайнюю неприязнь ко всем этим смирительным действиям. Вероятно, в прошлом её часто обряжали в подобного рода атрибуты, Моран даже предположил, что из всех методов обездвиживания на девушке опробовали не менее десятка разнообразных кандалов, и теперь любое сдерживание вызывало внутри мучительную отдачу. Однако полковник к сочувствию был не склонен, душещипательных историй наслушался на любой вкус, хоть книгу пиши, и любые поползновения к своей, давно загнувшейся совести, обрубал сразу и без жалости. Он слушал внимательно, даже слишком. Въедливый взгляд не оставлял в покое лицо Ванды, подмечая каждое мимическое изменение, коих в процессе беседы промелькнуло, как цветных картинок в проворачивающемся окуляре калейдоскопа. Гнев, ярость, боль, отчаянье, обида. Почти пять предсмертных состояний, отличающихся единственно тем, что на дне зелёных глаз и близко не мелькало смирения. Она жаждала борьбы, отмщения, и именно в этом Себастьян находил её самую главную ошибку. Нельзя идти на дело, пылая таким эмоциональным коктейлем. В действиях Ванды не было ни грамма продуманности, только спонтанное «здесь и сейчас». Юношеский максимализм пламенем бушевал внутри, побуждая к немедленным действиям. Сколько ей? Восемнадцать? Двадцать? Себастьян не дал бы точного ответа на вопрос. Даже его собственный возраст давно слился в бесконечном потоке цифр, а чужой ему и вовсе не требовалось определять, не целеполагающий критерий.

К середине разговора у Себастьяна получилось сложить в голове более чёткий образ «проклятого вида». Во-первых, он был прав, у каждого мутанта имелась своя способность, существенно затрудняющая атаку, если наверняка не знаешь, кого атакуешь и сколько уязвимых мест имеет та или иная способность. Во-вторых, способностями их наградила отнюдь не ядерная радиация – может не сразу? – и не генетические правительственные эксперименты – Моран итак чувствовал себя участником полнейшего сюра в духе Дэвида Линча, и теории заговоров были бы сейчас очень не кстати – силы у таких людей появлялись из-за некоего гена, запустившего механизм мутации в организме. Почему гены у десятой части планеты внезапно начали сходить с ума, выяснить не получилось, да и кажется, мало кто из мутантов мог дать ему какой-либо вразумительный ответ на этот вопрос. Впрочем, это было и не так важно.
В-третьих, далеко не все мутанты умеют контролировать свои способности, удачно скрывая их от людей. В голове как-то сразу промелькнули мысли о неких «странных» взрывах сразу на трёх крупных металлургических заводах, быстренько замятых правительством, которые так любят повопить о мерзкой террористической угрозе. Мысли конечно появились, однако сразу валить каждую вспышку молнии на несдержанного подростка, не долго и с паранойей слечь, поэтому полковник быстро выкинул их из головы.
-  И много таких «знающих»? – Себастьян скептически выгнул бровь. Откровенно говоря, верить во всё это не хотелось. Совсем. Хотелось развязать девчонку, выпхнуть из квартиры, напиться виски и заснуть за столом, по утру списывая всё происходящее на дурной сон. А уж бардак в квартире и ломоту в спине и затылке и вовсе списать на крутой нрав и желание размяться после третьего стакана. Идеально, если бы не одно «но». Хрен он теперь о таком забудет. И уж тем более чёрта с два пустит всё на самотёк. Проклятая эпоха перемен.

-  Предположим ты права. – Слова едва не стали комом в горле. – Ты мутант, сбежавшая от садистов, что ставят на тебе подобных эксперименты и теперь пылаешь праведным гневом и желаешь защитить своих собратьев. Получив некие сведенья, ты приняла меня за Осборна… – идя на дело, даже не удосужившись посмотреть, как выглядит объект. Восхитительно – ... и убедившись, что таковым я не являюсь, решила заключить со мной сделку, дабы я помог тебе отыскать его. Только знаешь, в этой истории есть несколько логических дыр. – Моран напрягся, словно ожидая атаки. – Тебе незачем мне что-то доказывать, твои выкрутасы достаточно ясно дали понять, о том, на что ты способна. В данный момент я являюсь объектом агрессии и гораздо проще убить меня, чем пытаться вытянуть помощь. Ты вероятно увидела достаточно, дабы четко осознавать кто я такой. И сейчас ты поступаешь либо очень глупо, либо очень расчётливо. Исходя из всего перечисленного, я задам только один вопрос – почему я вообще должен тебе верить?

+1

12

Сложившаяся ситуация, в которой оказалась Ванда, начала изрядно ее бесить. Она не привыкла скрывать своего раздражения, да и в общем – эмоций. Как бы не убеждала себя ведьма в обратном, она была не стабильной. Найти золотую середину в эмоциональном плане для нее было сложно: она либо горела пламенем, либо напускала холод и становилась Снежной королевой. От ее эмоционального фона зависел и контроль над собственными силами. Лучше было сохранять спокойствие и умиротворение, как для нее, так и для окружающих. Не дай бог попасться под руку разозлённой мутантке. Если, конечно, она не обездвижена, хотя и в этом случае стоило быть настороже. Ванда и сама еще не изучила полный спектр своих возможностей и их предел. А еще ее раздражало, что все и каждый считают ее ребенком. Еще будучи защитницей Земли, ведьма хмуро выслушивала нотации. Воспитывать рослую мутантку было делом пустым, да еще и постоянные «она еще ребенок» заставляли шатенку исходить гневом. Горячий нрав, вкупе с нежным возрастом и не окрепшей (читать: неустойчивой) психикой, давали право «большим дядям» судить о ней как о подростке. Да вот только повзрослела Ванда рано, впитав в себя все ужасы взрослой войны. Самостоятельность и ответственность за свои решения девушка развивала в себе в течении всей жизни. Будучи связанной с братом-близнецом, ведьма чувствовала, что обязана быть старше. Умнее. Не всегда получалось, но, потеряв все и перемахнув тот барьер, когда подростки вступают во взрослую жизнь, Ванда боролась. И теперь, слабо уловив мысли Морана о своей беспечности, она недовольно фыркнула.
- Двадцать пять или… около того, - тихо буркнула девушка и тут же съежилась, - это вышло случайно. Ты слишком громко думаешь.
Вставила она это до того, как военный отреагировал на ее информацию о мутантах, поэтому, в дальнейшем пришлось смиренно молчать, дабы не получить по лицу. Ванда видела, что полковник напряжен, да и нервы, наверняка были натянуты как струны. Усугублять свое и так не завидное положение, Максимофф не собиралась. Она наблюдала за ним исподлобья, рассматривала руки, которые то и дело сжимались в кулаки. Лицо хоть и не выражало явной агрессии, но взгляд говорил о слабом раздражении. Она пыталась вспомнить, кого он мог ей напоминать, но приходила к не утешающим выводам – в ее окружении не было столь жесткого по своей натуре человека. Были и законченные мрази, и злодеи-анархисты, и мерзкие и коварные личности. Ни один из них не вызывал в ведьме большего нервного трепета, чем Себастьян.
- И много таких «знающих»?
- Статистику не вела, - огрызнулась Ванда и скинула с мокрого лба уже подсохшее полотенце. Внешний вид узницы оставлял желать лучшего, - но, предположу, что больше, чем хотелось бы правительству и меньше для причин открытых военных действий между мутантами и людьми.
За окном громыхнуло. Небо озарила краткая, но яркая молния. Дождь мелкими каплями застучал по оконным стеклам, набирая темп и превращаясь в ливень. На утро жителям Лондона придется перешагивать гигантские лужи при выходе из дома, но, они должны уже были привыкнуть к постоянной, серой и дождливой погоде столицы Великобритании.
Максимофф расправила затекающие плечи, неприятный хруст донесся до ее ушей, но стало значительно легче. Дернув головой, она откинула щекочущие шею волосы за спину. Сидеть в связанном положении становилось все более неудобным.
- Не совсем так. Я сбежала из тюрьмы, в которую меня и еще несколько человек засунули за отказ сотрудничать с главами мира всего. Это не очень важно, но те садисты имеют поддержку государства и отлавливают мутантов только из-за того, что они пользуются способностями. Они садят таких за решетку, а там и до подпольных экспериментов рукой подать.
Мутантка помрачнела, вспоминая свое время у Штрукера. Она добровольно пошла на это, брат был рядом и боятся было абсолютно нечего. Еще одна ошибка в череде жизненных провалов. Девушка сокрушенно помотала головой и решила внести ясность:
- Я не хочу заключать с тобой сделку, я не планировала этого. Но раз ты так заинтересовался, что решил допросить меня с пристрастием, - ведьма продемонстрировала связанные руки, - то помощь была бы кстати. Я увидела, кто ты и на что ты способен, мне этого было достаточно. Может ты еще хуже Озборна и всей его шайки-лейки, но для меня это не имеет значения…
Ее тираду прервал звук вибрации. Стало тихо, лишь тяжелые и частые капли дождя продолжали ломится в закрытое окно. Телефон предательски разрывался в кармане кофты. Ванда, не мешкая, тут же выпустила из связанных рук аморфную волну, которая скрылась в недрах одежды. Из кармана выплыл старенький мобильник и повис в воздухе. Все это время, мутантка быстро объясняла полковнику, почему не стоит применять силу.
-...и если я не возьму трубку, через портал сюда вломятся менее разговорчивые и более агрессивные индивиды. Поверь мне хоть раз, мать твою!
Подействовало. Трубка подплыла к уху Ванды и застыла в невесомом положении. Из динамика трелью раздался мужской голос. Убедив человека на другом конце провода, что с ней все в порядке и она в процессе выполнения задачи, мутантка еще раз кинула предостерегающий взгляд на Морана, велев молчать. Экран потух и мобильник так же плавно вернулся в карман. Наступила режущая слух тишина. Ванда поспешила ее нарушить, чтобы не спровоцировать Себастьяна. Мужчине, вероятно, в конец надоели фокусы ведьмы. Его взгляд говорил об этом красноречивее слов.
Почему ты должен мне верить? Потому что все эти веревки не имеют никакого значения. Потому что я не убила тебя, хотя и могла в любой момент. Потому что я тебе не враг. Ты не прикончил меня, и уже за это тебе спасибо. – Девушка отлипла от спинки кровати и, подогнув ноги, приблизилась, - Завтра ты забудешь меня и всю эту историю как страшный сон. Развяжешь меня - и я просто уйду.

Отредактировано Wanda Maximoff (Вс, 24 Дек 2017 13:46:33)

+2

13

«Громко думать» Себастьян привык вне зависимости от ситуации, не привык он только, что некто может этот процесс бесцеремонно подслушать. Воздействие одной из сторон ментальной силы Ванды он испытал в достаточной степени, чтобы выработать к ней неприязнь на всю оставшуюся жизнь, а любые проникновения в мыслительный поток расценивать актом узурпаторства, карающихся соответственно.  Поэтому, когда девушка вновь принялась демонстрировать уникальность расстановки генов в одной из своих цепочек ДНК, Моран недовольно скрипнул зубами. Не слишком умно произносить это вслух. Следующий, кому ты будешь демонстрировать ошибочность в суждения о сокровенных мыслях, может оказаться менее терпеливым. Ментальный тычок мгновенно дошёл до адресата, и Себастьян отчётливо уловил волну раздражения, исходившую от каждой мимической мышце на её лице. Страсти к нравоучениям Ванда очевидно не питала, более того, явно воспринимала в штыки большинство наставлений, которые ей пытался давать кто-либо. Возможно, таким образом она чувствовала ущемление собственной самостоятельности, а возможно расценивала, как грубое нарушение возрастных границ, когда каждое замечание снимает минус год, в конце концов отбрасывая в слишком юное уязвимое состояние. Вот оно. Себастьян ещё сильнее впился взглядом в глаза Ванды. Боязнь беспомощности, ненужности, бесполезности. Гнетущая ответственность за чужие жизни и даже кого-то чуть близкого, чем просто друг по видовому признаку. Тем не менее, полностью причислять девушку к взбунтовавшимся подросткам, захотевшим мира во всём мире, равенства и борьбы во имя чёрт знает каких идеалов, Моран не спешил. Было в ней что-то жесткое, острое, едкое, осмысленность развернувшейся борьбы, знание идеологического подтекста, четкое осознание происходящего, а не слепое подчинение инстинктам. Она знала обо всем не с экрана телевизора и черпала факты не из газетных листков. Противостояние не было для неё пустым героическим трёпом, Ванда точно знала, что произойдёт, когда нанесут удар. Он не раз видел такие же взгляды в глазах солдат, второй, третий, четвёртый раз поднимающихся на войну, под пустозвонные лозунги ораторов. Он и сам не раз смеялся им в лицо. Что ж, лишняя пара аргументов в пользу реальности вышеизложенных сведений. Уже не мало.

Впрочем, сильно обольщаться не стоило, ибо сразу после ещё более-менее встраиваемых в логическую картину мира рассуждений, на Себастьяна шквалом обрушилась отборная коспирология. Вашу ж мать, если правительство всех стран мира было в курсе происходящего, более того, не только приоткрыла завесу, а уже во всю пользуется плодами генной эволюции, дело можно окрестить коротким и ёмким – дрянь.

Завибрировавший телефон заставил полковника дёрнутся в сторону пленницы, крепко сжав в пальцах заранее заготовленный шприц. Пистолет был далеко, поэтому наркотик оставался его единственным оружием. Верить снова не хотелось, но пытаться одолеть ватагу мутантов с не пойми какими силами было форменным безумием, и Себастьян не предпринял попыток помешать, позволив Ванде беспрепятственно ответить. Разговор длился не долго, за это время Моран успел набросать в голове ещё несколько доводов в пользу непростых отношений людей и мутантов, и голос Ванды вырвал его как раз на моменте деления на два официальной информации о запуске работы третьего по величине центра планирования семьи. Уже пятого в этом году. Как радеют за демографию. Кажется, он слишком глубоко ушёл в себя, и когда девушка вновь привлекла его внимание на лице явственно читалась настороженность. Вероятно, всё это время, он просто смотрел на её привычно жестким взглядом.
- Не благодари, я не убил тебя лишь потому, что любопытство пересилило опасность. – Себастьян одним движением извлёк из кармана джинс складной нож, подцепив пальцем дужку над лезвием раскрывая орудие, и вплотную приблизился к пленнице. – Однако… – лезвие сверкнуло в свете молнии, перерубая тугие узлы сначала на лодыжках, а затем и на руках. - … многие твои слова остаются для меня не более правдивыми, чем статьи в бульварной прессе. – Предупреждать о том, что случиться, если Ванда попытается выкинуть один из своих трюков, Моран не стал. Не за чем. Подняв с пола влажное полотенце, он встал с кровати и направился в кухню, располагавшуюся не так далеко, чтобы девушка не смогла его слышать, но и не так близко, чтобы он не сумел увернуться от атаки. – Я помогу тебе. Но для начала мне нужно больше информации. – Достав из шкафа новенькую бутылку виски, Себастьян откупорил пробку и плеснул в один из стаканов темно-янтарной жидкости, которую мгновенно опрокинул в себя.

Он оказался в безвыходном положении, в которое сам себя и загнал. Вместо того, чтобы сразу прикончить девчонку он пустился в расспросы, оставляя в её мозгу более чем отчётливый отпечаток своей личности. Себастьян не зря открыто ненавидел все мировые социальные сети, предпочитая максимум смс с незарегистрированной сим карты. Он оставил о себе сухой минимум сведений, благодаря чему мог спокойно находится в тени, даже краем морды угодив под окуляр видео наблюдения. Теперь это не так. Он уже убедился на что способны мутанты, и справедливо полагал, что далеко не все из них пустятся очертя голову в пламенные силки революции. Некоторые, а может и многие, предпочтут спокойно работать с правительством, или с не менее могущественным покровителем, ведя размеренную жизнь, иногда решая для своих благодетелей особо деликатные задачи. Он не мог дать стопроцентной гарантии, что среди них не найдётся таких, кто не вытащит из Ванды не только полный отчёт за этот вечер, но и массу любопытных фактов о его жизни. Кем он станет для них? Ненужным свидетелем, которого проще устранить, чем поверить в нерушимость идеалов нейтралитета. Он бы и сам так поступил.

Оставался, впрочем, и второй вариант, раз и на всегда «отформатировать» полученную информацию, но убивать Ванду сейчас было рискованно. Неизвестно, что она успела передать своим сообщникам, а бодаться с неопытными, но не в меру агрессивными малолетками, которые любую смерть в своих рядах запросто воспримут, как кровную, тоже не лучшая перспектива. Правительственные крысы хотя бы умеют отступать и переключать своё внимание на другие выгодные предприятия. Смерть одного ублюдка их, конечно не остановит, но, если этот ублюдок ключевая фигура, их мера безопасности, цепной пёс, умеющий бороться с мутантами, крах его предприятия станет хорошим подспорьем.

Из двух зол Себастьян выбрал наименьшее для себя.

+1

14

Предупреждение или, скорее, напутствие на будущее было получено. Телепатия была одной из самых полезных и одновременно опасных способностей ведьмы. Заглядывать в чужой разум, путешествовать по созданию другого человека простому обывателю могло бы показаться любопытным и крайне интересным. Но Ванда знала цену таким «вторжениям» В чужом мозгу можно было утонуть, откопать там пригоршню всякого дерьма, которое обладатель разума, не спешил открывать миру. Море переживаний, боли, растраченных возможностей и кучу всего остального скрывал ментальный мир. Она обжигалась о чужие страхи, посмев неосторожно, варварски заглянуть в чужую голову. Практически всех, на ком девушка испытывала свою телепатию, это пугало и злило. Мысли сокровенны для каждого. Это храм, в который посторонним вход всегда воспрещен. Но, в силу своих возможностей и обязательств в некоторых ситуациях, Максимофф пренебрегала этим правом на неприкосновенность. В случае с Мораном она серьезно рисковала, касаясь поверхности мыслепотоков. Он оказался терпеливее, чем ожидалось, и мысленно Ванда выдыхала. Глядя на сосредоточенное выражение лица напротив, она, казалось, задержала дыхание в ожидании ответа. При любом варианте событий, выйти из злосчастной квартиры и избавится от плена не составила бы труда. Вот только применять силу не хотелось. Полковник не был виновен в том, что импульсивная мутантка допустила ошибку, при выполнении своего задания. Романофф плакала бы кровавыми слезами, видя, как Ванда плюет на всю предосторожность и совершает провал за провалом. Снова послышался раскат грома, отрезвляя девушку и прерывая напряженность момента.

В нескольких миллиметрах от кожи проскользнуло лезвие. Ванда облегченно прикрыла глаза, разминая застывшие кисти рук. Кровь снова начала беспрепятственно гонять по венам, придавая посиневшим пальцам нормальный оттенок.
- Мои слова не могут донести еще большей правды, я могу лишь показать. Но доказательства тебе не нужны.
Шатенка не спешила вставать на ноги: вероятность того, что сотрясение мозга все-таки имело место быть попридержала прыткость. Снова рухнуть в обморок было не радужной перспективой для ведьмы, особенно сейчас, когда договоренность и контакт почти установлены. Она растирала кожу на запястьях и сгибала пальцы – один за другим. Возможно, все это было изначально идиотской затеей: вломится в одиночку к Озборну, абсолютно не имея представления о его внешности, требовать что-то от него… Но пелена ярости не сходила с глаз Ванды, после всего, что она видела. Девушке показывали места содержания мутантов. Показывали так же, что с ними происходило после недели пребывания в подобных местах. А потом ей рассказали про человека, который планировал и вовсе сооружать концлагери для людей с геном икс. Возвращение к истокам. Истинный фашизм и расизм во всем его «великолепии» Ванда отдавала себе отчет о том, в какую историю влезает, будучи уже беглым узником. Она жалела лишь о том, что не влезла раньше. Ее заботили проблемы человечества. Она защищала людей, даже не подозревая, что под носом происходят такие бесчинства. В Ванде жил дух революции, не зря в родной Заковии, они с братом были главными зачинщиками митингов. Они кричали громче всех, заражая толпу своим огнем.

Себастьян вышел из комнаты, и Ванда, проводив его взглядом, решилась встать. Теперь она могла детальней рассмотреть обитель бывшего военного. Скромно, но со вкусом. Поднявшись на ноги, девушка оглядела небольшую и скромно обставленную комнату. Вероятно, это не было постоянным обиталищем Морана. Для временного проживания – идеальный вариант. Одернув юбку, Максимофф двинулась к зашторенному окну. Ткань была плотной и не пропускала свет. Отодвинув немного шторы, мутантка заглянула в темноту. «Где ты прячешься, ублюдок?» Откуда-то из недр квартиры донесся голос Морана. Согласен помочь. Ванда даже не повела бровью. Она знала, что такие люди как он живут ради адреналина. Отчасти. Кровавый след тянется за ними на протяжении всей жизни. Не могли они пройти мимо подвернувшейся авантюры. Если это принесет немного денег или простого удовольствия, то почему бы и нет? Девушка пересекает комнату и идет на звук. Обнаружив мужчину на кухне, она, скрестив руки на груди, облокачивается на косяк дверного проема.
- У меня в запасе не так много сведений о нем. Все, что я знаю, так это то, что Озборн остановился на этой улице и в этом доме два дня назад. Пробудет в Лондоне до субботы, крайний срок – воскресение. Приехал на лекцию по генной инженерии. Института не знаю. Это официально. На самом деле должен встретится с «шишкой» из министерства на Даунинг-стрит завтра около полудня. Этой встречи я и хочу помешать. – Закончив изливать информацию, Ванда впилась взглядом в широкую спину мужчины. – Большего мне не известно, но если этого мало, я попробую связаться с «подпольем» Они могут покопаться еще.
Ванда не надеялась на помощь. Более реальным вариантом было, если бы, например, изрядно взбешённый Себастьян выкинул ее из окна, тем самым, избавив себя от головой боли. Но все пошло по иному сценарию. Вляпаться в историю? Молодец, Ванда. Сделать все хорошо и гладко? Слишком просто. Лучше завалится посреди ночи в квартиру к наемнику с острыми зубами и устроить представление. Браво. Хмыкнув на свои собственные мысли, мутантка скрипит половицами, отходя от прохода.
- Что ты хочешь взамен? – Сделав несколько шагов к раковине, Ванда останавливает взор на показавшейся из-за спины бутылке. По ее скромному мнению, любая работа должна была быть вознаграждена. В мире, где правит спрос и предложение, не может быть настоящей благотворительности. Коммерция и личная выгода. Все просто.

Отредактировано Wanda Maximoff (Вс, 24 Дек 2017 22:30:36)

+3

15

Доказательств на сегодня, пожалуй, хватит. Себастьян наполнил стакан ещё раз и опустошил его также быстро, как и первый раз. Пары алкоголя давали ощущение, хоть и мнимого, но спокойствия, и он пока не собирался менять это ощущение на желчно едкие мысли о силах мутантов, и их тесных связях с социумом. В конце концов он узнал достаточно, для составления первичной картины, остальное вполне можно раскрывать в процессе, восстанавливая факты в их логической последовательности.
-  Ты знаешь, зачем конкретно он хочет с ним встретится? – Он уже устал признавать беспечным каждый шаг её плана, начиная от скудности информационной базы и заканчивая внезапным налётом на квартиру. Моран не стал заранее пытаться предугадать исход встречи, окажись на его месте настоящий Озборн. Уже одно то, что этот человек знал, как управляться с мутантами, и его на этой почве использует часть влиятельных мира сего, говорило о том, что, останавливаясь на территории вот таких вот случайных квартир, он тщательно готовится к разного рода неожиданностям. А не готовился, давно бы сдох. И это он ещё не берёт в расчёт охрану – самоуверенностью такие люди страдают исключительно в плотном кольце телохранителей – организованное стороннее снайперское наблюдение – в последнее время это стало довольно популярной услугой – да хотя бы и местные органы правопорядка, заранее предупрежденных оперативно реагировать на подобные вызовы, ценой собственной жизни. Вполне возможно, у Ванды получилось бы даже скрыться, благодаря «менее разговорчивым индивидам из портала», однако в чём мужчина никак не сомневался – за подобную дерзость пришлось бы заплатить жизнью. Пусть они будут хоть трижды уникальными, никому не нужно несговорчивое орудие.
-  Пусть твоё подполье раскопает о нём всё, что возможно. Я поработаю над тем, что невозможно. – Себастьян отставил пустой стакан в сторону и вернулся обратно в комнату засев за ноутбук. Завтра, около полудня. Времени мало, но не критично. Если нужный скрипт перенаправить в сторону резервных правительственных источников, за несколько часов у него будет максимально возможное досье на Озборна, состоящее сплошь из тщательно подчищенных фактов из различных баз. Оставалось придумать, какую причину назвать их ведущему программисту, ибо сам Себастьян разбирался во внутренностях кода, как… В общем никак.

Экран ноутбука мигнул синим – удивительно только, как во всей этой вакханалии его даже на сантиметр со стола не сдвинуло – и пропуская приветствие переключился сразу в рабочий режим. Запущенный скрипт как раз закончил анализировать окружающее пространство, распознавая на расстоянии примерно пяти метров наличие прослушки или средств слежения, отображая на экране информацию о том, что его никто не додумался располагать в районе жучков.

Моран два раза кликнул по иконке связного чата, когда его нагнал очередной вопрос.
- Миллиард юаней. – Съязвил полковник, вбивая в строку сообщения наиболее правдивую легенду о сборе дополнительных сведений об объекте. Как же кстати, что его цель решила ещё пару дней погреть бока на одном закрытом от карт острове, и прибыть в дождливый Лондон не ранее чем через три дня. Было бы проблематично гоняться сразу за двумя зайцами.

- А если серьёзно… - Себастьян закончил сообщение и нажав на enter, развернулся лицом к Ванде. – Ты сделаешь для меня кое-что по завершению этой операции. Без нареканий и препирательств. Что именно, по завершению и озвучу. И учти, дважды я повторять не стану.

Отредактировано Sebastian Moran (Пн, 25 Дек 2017 09:44:13)

+2

16

Ванда вдруг поняла, что она смертельно устала. Последний раз поспать больше четырех часов ей удалось лишь в ветхом доме, стоящим на отшибе какого-то города. Стив оперативно переправил освобожденную группу друзей в это пристанище, откуда и начала свой путь ведьма. За день до ухода, она позволила себе расслабиться и погрузиться в глубокий сон. В нем она была неспокойна, видела жуткие картины прошлого и, возможного будущего. Сон был окрашен в холодные цвета, в нем были множество лиц, как знакомых так и нет. Комнаты синего и зеленого оттенков сужались и расширялись. После пробуждения Ванда никак не смогла интерпретировать свои видения. Но к одному выводу она пришла без труда – близится беда. Она ничего не сказала Роджерсу уходя, лишь пожелала удачи и скрылась с горизонта, тая надежду, что они еще увидятся. После этого, отдых девушке приходил только в мечтах. И сейчас, стоя, прислонившись к стене в чужой квартире, она решила после возвращения в Нью-Йорк хорошо отоспаться. Организм протестовал и слишком часто отказывался подчиняться хозяйке, отключаясь на ровном месте. Кухню заполонил тонкий запах крепкого алкоголя. Ванда слегка поморщилась, учуяв аромат виски. Она не пила. Практически. Рассуждая здраво, любой раздражитель мог пагубно сказаться на ее силе, и поэтому от крепленых напитков ей пришлось отказаться. Если другие мутанты могли без опаски демонстрировать свои способности, то ведьма с этим осторожничала. Она слишком хорошо помнила все последствия выхода своей мощи из под контроля. Эти последствия часто посещали ее во снах.

- Он должен передать всю собранную информацию о мутантах, которых уже поймали, на флешке. Предполагаю, что для продвижения и расширения влияния организации, - сухим тоном ответила Ванда. При мысли о том, что «Стражи» раскинут свои сети далеко за пределы штатов, она поёжилась. Исследуя тусклым взглядом слабоосвещенную кухню, мутантка остановилась на стареньких часах. Ночь уже давно вступила в свои права. Стрелки показывали половину второго ночи. Глаза предательски слипались. Попытки полностью отогнать сонливость проваливались, но она упорно старалась держать себя в руках. Концентрировалась на голосе, на сторонних звуках, и даже, почти поборола бесконечную боль в голове. – Если все это попадет в чужие руки, то сеть раскинется за пределы штатов.

Отыскав «Подполье» Ванда словно оказалась дома. В нужном месте. Вокруг были такие же как она – люди, чей генетический код изменил всю их жизнь навсегда. Люди, которые хранили в душе и сердце раны. Незаживающие и разъедающие, они напоминали им о их принадлежности. Эволюция сыграла дурную шутку с этими людьми, обрекая их на вечный бег и поиск себя. Там же она нашла сводную сестру, до боли похожую на отца. Тема семьи для Ванды всегда была болезненной, а уж после известия о том, что она дочь одного из самых отъявленных и радикальных террористов в коммуне мутантов, девушка поняла, от чего она была столь идейной. В реальность, из своих воспоминаний, ее вернул звук отставленного стакана. Коснувшись кончиками пальцев стола, мутантка последовала за Себастьяном в комнату.
- Что тебе нужно знать, чтобы найти его? – по пути, Ванда вытащила из кармана телефон, - Я не сильна в поисках и преследовании  людей, так что…
Обогнув перегородку между кухней и гостиной, ведьма остановилась напротив Морана, который незамедлительно уткнулся в ноутбук. Она натянула рукава кофты на ладони и обняла себя за плечи, терпеливо ожидая, пока он закончит и найдет, то, что так резво ищет. Звук щелчков и клацание по клавиатуре вгонял шатенку в уныние. Технический прогресс обошел ее стороной и она никогда не понимала, чем занимались агенты ЩИТа, бесконечно работая перед компьютерами. Теоретически, она умела пользоваться некоторыми программами и, даже, успела завести почту до всей истории с расколом, но дальше начинались сложности. Росшая в приюте и скитавшаяся по Восточной Европе, юная Ванда не имела возможности обзавестись техническими примочками, да и не нужны они были ей вовсе. В общем, деревня есть деревня, и изменит это разве что время.

-…так что будет лучше, если я расспрошу о том, что нужно тебе.
Придвинув к себе стул, Ванда опустилась на него и сложила руки друг на друга. Немного пощипывала потрескавшаяся кожа между пальцами, но мутантка старалась не отвлекаться и продолжить гипнотизировать взглядом Морана сквозь крышку ноутбука.
- Смешно, - она отреагировала усмешкой на колкость со  стороны мужчины, - но недостаточно остроумно. Хорошо, жду не дождусь приказов, сэр. Надеюсь, после этого мы будем в расчете.
Последнее слово она выплюнула и скинула с ног тяжелые сапоги. Они отлетели к порогу и с грохотом опустились в угол. Уставшие, небольшие ступни заныли. Ванда пошевелила пальцами ног и выдохнула. Она перестала удивляться тому, как вообще она выдерживает все. Почему до сих пор может держаться. Хрупкий вид бывает обманчив, и за исхудавшим телом и, почти, мертвецки-бледной кожей скрывалась невиданная сила. Остаться в своем уме тоже было не просто, хотя мысли о том, чтобы прекратить все это, перерезав вены и сухожилия, были. Она держалась. Была сильной и смелой. Но, к сожалению, уже абсолютно озлобленной. То, чего она боялась все же случилось – тьма поглотила свет.

Отредактировано Wanda Maximoff (Пн, 25 Дек 2017 12:12:50)

+1

17

Ответ компьютерщика пришёл почти сразу же. Динамики издали короткий звуковой сигнал, а в строке переписки вспыло сообщение, информирующее получателя о том, что информация принята к сведению и нужный скрипт он получит не позднее чем через пол часа. Такой разброс во времени Себастьяна вполне устраивал. Он вновь повернулся к Ванде.
- У меня есть всё, что нужно для его нахождения. Меня интересует его окружение. Какими ресурсами располагает его охрана? Какую тактику они используют при наблюдении, атаке и защите? Есть ли в его отряде люди, обладающие сверхчеловеческими силами? Что он лично может использовать для защиты от мутантов?  - И это он не упомянул ещё маршрут до встречи и обратно, возможные скрытые ловушки на территории переговоров, варьирование степени укомплектованности собственного боезапаса – пуленепробиваемому стеклу, например, большинство оружейных патронов, как слону дробина – и ещё множество мелких, но доставляющих определённое неудобство деталей, которые Себастьян пока не обозначил в разряд первостепенного решения.
-  Опиши мне Озборна так, как ты сама видишь. Составь свой образ из того потока информации, что до тебя донесли. Попробуй представить его реакцию на твои действия. В общем, закрой глаза и говори всё, что тебе приходит в голову при словосочетании – Джонатан Озборн. – Раз уж у них появилось немного времени Моран предпочел провести его максимально полезно, опробовав на Ванде метод, который в одной из его первых частей называли – тессера. Подобно древнеримским мозаичным кубикам, в наших мыслях спрятано множество кусочков человеческих образов, которые, при должном везении, можно извлечь и вполне успешно использовать, как во благо человека, так и против него. Чаще второе. Вполне возможно в голове Ванды, ещё пока неосознанно, но уже вполне цельно, сложились нужные выводы, позволяющие найти уязвимости в личности Озборна. В любом случае, из этого разговора по итогу извлекалось больше выгоды, чем из пустой болтовни.

Тем временем, за окном опять громыхнуло, озаряя небольшую комнату бело-желтым цветом молниевого росчерка. Дождь забарабанил по крыше с новой силой, а ветер озверело налетел на обтрепанные деревья, с новой силой примыкая их к земле. Даже погода сегодня решила соответствовать настроению.

- И да, прежде чем мы начнём, свяжись со своими. Пускай начнут поиски информации. Не позднее шести утра мне понадобится всё, что они успеют раздобыть. Только без фанатизма. Особо тщательно совать голову в петлю не обязательно. Не хватало ещё, чтобы Озборн отменил все планы на завтрашний полдень. – К сожалению, Себастьян даже и близко не мог предположить, как работают дознаватель «подполья», поэтому идею обратится к ним за помощью он принял исключительно потому, что намеченная операция оставила ему минимальные сроки на подготовку, а уж если Себастьян чего и вынес из своего военного прошло, так это то, что ни одним доступным источником информации пренебрегать не стоит. Однажды, своевременно полученный прогноз погоды убережет тебя от ядерных осадков – в голове как-то совсем не кстати, всплыла цитата из далёкого прошлого.

+1

18

Рациональность действий и мышления, стратегия, планирование… Все перечисленное было далеким от Ванды. Шпионские страсти никак не волновали ведьму. Она всегда руководствовалась лишь эмоциями, чувствами и ощущениями. Всю поступающую информацию она никогда досконально не проверяла, ведь всегда были рядом те, кто делал это за нее. Она была лишь оружием в чужих руках, но никак не стратегом. И в этом заключалась ее главная проблема. Абсолютное не умение прорабатывать планы, изучать противников, придумывать планы отхода оставляли девушку в опасных ситуациях. Совсем как в эту дождливую ночь. Не сложно представить, что было бы, будь Моран менее сговорчив и более агрессивен. Мутантка всегда сдерживала себя при схватке с человеком. Людское тело слишком хрупкое для разрушительной силы хаоса. Если бы не компромиссы и умение слушать, одному богу известно, на сколько частей могла разорвать бывалого военного ведьма. В своем гневе она была поистине страшна и великолепна.

- Ты знаешь, как найти его? – От изучения оконного стекла Ванду отвлек голос Себастьяна. Он не очень долго копался в компьютере перед тем, как сообщить эту новость. Девушка взбодрилась, но не надолго. Далее на ее голову градом посыпались вопросы, половину которых она даже не понимала. – Стоп, стоп, стоп… Зачем тебе все это, если ты знаешь как его найти? Мне нужно лишь его обиталище не более того. С охраной и прочим я справлюсь как-нибудь. Или… - девушку начало озарять, - ты же не собираешься идти со мной? Не будь глупым, я не собираюсь ввязывать тебя в это.
Шатенка слегка наклонилась и уставилась в угловатое лицо полковника, пытаясь вычитать в его глазах догадку. Да? Нет? Хоть что-нибудь! Но попытки были тщетными. Лезть в голову к нему было плохой идеей, хотя, он мог даже не узнать об этом, но ведьма не решилась рисковать. Покачав головой, она откинулась на спинку стула и решительно скрестила руки на груди. Ванду так и подначивало назвать мужчину полным болваном, или, на худой конец – идиотом. Никто в здравом уме не полезет на рожон, помогая первой встречной, да еще и мутанту. Она предполагала, что все ее взаимодействия с ним закончатся поисками цели и она распрощается с импульсивным знакомым. Но все оказалось не так просто. По выражению его лица и немигающему взгляду, Максимофф поняла, что он собирал всю эту информацию не просто ради изучения на досуге за чашкой чая. Или, вернее сказать, за стаканом виски. Молча она достала телефон и, ткнув на несколько клавиш, приложила динамик к уху. Расспросив обо всем, что заняло меньше минуты, девушка получила удовлетворительный ответ.
- Ладно, я жду. – Спрятав аппарат обратно в карман Ванда выдохнула и закрыла глаза. Чувствовала она себя при этом по дурацки. Представлять человека, которого никогда не видела, а лишь слышала о его зверстве и жестокости. Но, видимо, Моран посчитал это достаточным для собирательного образа. Первые секунды она видела лишь темноту, дублируя раз за разом имя Озборна в своей голове. Затем, начали появляться расплывчатые, эфемерные картинки. Нечто похожее было, когда Ванда прогуливалась по чужому разуму, но теперь она блуждала по своим потемкам. Из всего информационного мусора, которым ее снабдили в «Подполье» девушка начала отсеивать ненужное и оставлять важное. Вот ей впервые показывают фотографии с места заключения, теперь она видит наброски вероятного плана Джонатана Озборна. Затем все переворачивается и в памяти всплывает случайно подслушанный разговор накануне, из которого выясняется, что федерал – это пешка в сравнении с более масштабными фигурами на шахматной доске.
Девушка повела головой и неспешно заговорила:
- Он пешка… Джонатан Озборн всего-лишь пешка. Он боится мутантов сильнее, чем кого-либо в этой жизни. Они ему омерзительны. Он огорожен различными приспособлениями против них, они надежнее, чем люди. Людей можно убить прежде, чем они поймут, что на них напали. Техника практически никогда не подводит. Она сильнее людей. Она эффективнее. Он верит, что ему не грозит опасность, пока оружие при нем. Он трус и мразь.
Новый раскат грома заставляет вздрогнуть. Ванда сводит брови в одну линию не открывая глаз. Губы слегка приоткрыты, а пальцы бесконтрольно пылают алыми всполохами. Волны спокойны, пока хозяйка в себе. Казалось, она буквально видит его лицо перед собой, но оно все еще слишком размыто. Мутантка чертыхается. Из этого транса ее выводит звук вибрации. Единичный. Распахнув глаза, шатенка видит, что Моран не сводил с нее глаз и внимательно слушал. Схватив телефон, она обнаружила смс почти со всей информацией так интересующую Себастьяна. Встав на ноги, Ванда почувствовала сквозь ткань холодный, жесткий пол. Подойдя ближе к полковнику, она зачитала содержание сообщения:
- «В Лондон Озборн отправился с двумя телохранителями, секретарем и личным водителем. Больше о его охране ничего не известно, кроме того, что и он и его амбалы используют в основном орудие против мутантов для защиты…» - Оторвавшись от чтения, Максимофф поспешила объяснить, - Это такие дроиды, которые могут трансформироваться из маленького жучка в бегающего мини-робота. Стреляет, хватает, может использоваться как электрошокер.
Закончив объяснение, она продолжила:
- «…Охрану держит близко. Мутантов в качестве оружия не держит. Не выходит из дома без бронежилета, ими же оснащены и его амбалы. В их арсенале по два пистолета (марки не указали, извини) электрическая сеть для особо буйных. Рация для связи друг с другом и босом. Пока большей информации нет»
Опустив руку держащую телефон, Ванда на минуту замирает. Этот идиот не имеет нормальной охраны и вооружен гребаным роботом. Почему его обезображенный труп еще не валяется где-нибудь в канаве? Опустив глаза на Морана, она ждет его реакции на все сказанное. Очевидно, слишком мало информации. Слишком куцая. Но «Подполье» не было шпионским агентством. Подполье было подпольем, где прятались люди. Не более того.
- Я слишком сильно тут задержалась, - процедила Ванда, - нужно идти к нему сейчас. Скажи мне, как его найти. Договор есть договор и как только я выполню задание я вернусь и сделаю то, чего бы ты там не хотел.
В довесок к своим словам, мутантка резко сорвалась с места к порогу. Сон и усталость как рукой сняло, ко всему прочему добавилось решительности.

офф

с телефона куча опечаток -_- прости, исправлюсь

Отредактировано Wanda Maximoff (Пн, 25 Дек 2017 21:27:28)

+1

19

Себастьян нахмурил брови, и сетка глубоких морщин мгновенно расчертила лоб. Теперь у него стало ещё меньше поводов доверять Ванде самостоятельные действия. Её импульсивность и иррациональность били ей же самой под дых, и именно из-за таких – как-нибудь, где-нибудь, что-нибудь, на её голове красовалось фиолетовое пятно синяка. Но, кажется девушка благополучно об этом забыла. Если бы не личная заинтересованность в безупречном выполнении операции, Себастьян даже не стал бы напрягать их микропрограммный отдел, ограничиваясь той информацией, что ему могло предоставить «подполье» и собственными догадками, основанными на коротком наблюдении. Вот только если Ванда попадётся, сделает один неверный шаг, даст слабину, под раздачу попадут все, а Морану вовсе не улыбалась перспектива скрываться ещё и от какого-то другого правительства, с их цепными псами-оперативниками. Своё было как-то роднее.
- А теперь, заткнись и послушай меня. – Моран осадил девушку одной властной интонацией, принуждая занять место напротив него. – Тебе не просто не справиться самой, пойдёшь туда и загнёшься в экспериментальных казематах раньше, чем успеешь осознать все свои ошибки. Уж поверь, они… – Моран ткнул пальцев в сторону окна - … позаботятся о том, чтобы ты больше никогда не доставила им проблем. Более того, не думай, что они не найдут способа переловить и твоих друзей, которые обязательно кинуться спасать твою жизнь. Не думаю, что им будут необходимы все, так что кто-то определённо не переживёт этой атаки. Так что, если не хочешь сразу добровольно пойти и сдаться, усмири свой пыл. -  Насколько Моран знал психологию комплекса миссии, помноженного на мученика, его слова осадят Ванду отнюдь не на долго. Чтобы убедить её непробиваемое самосознание необходимо было предоставить факты, которых у него пока не было.

Её взгляд опять застыл на его лице, и у Себастьяна невольно закралось подозрение о новом применении к нему ментальных способностей, но поскольку проверить это как-то наверняка он не мог, то предпочёл думать, что ей просто до одури любопытны мотивы его поступка. Со стороны всё и правда выглядело странно, но Себастьяну на это было откровенно плевать. Пусть думает, что хочет, хоть психопатом его считает, говорить правду он всё равно не собирался. И думать о ней тоже.

Треск мобильных динамиков отвлёк Ванду, и Моран откинулся на стуле, лениво обновляя чат, пока девушка не закончила разговор. Позже она всё-таки решила послушать его совет, сомкнула веки, шумно выдохнула, в очередной раз показывая своё недовольство, а буквально через мгновения на кончиках пальцев зардели алые всполохи. Себастьян наклонился вперёд, опуская голову до тех пор, пока расстояние от кончика его носа до мерцающих пальцев не составило десяток сантиметров. В процессе атаки он концертировал всё внимание на движениях противника и частично на себе, оценивая общее состояние, так что до всех показательных силовых линий ему просто не было дела. Теперь же, когда перед глазами вновь вспыхнул живой сгусток энергии, Себастьян не преминул рассмотреть его в опасной близости от себя, впиваясь в пальцы наиживейшим взглядом. Алые сполохи пронизывают кисти рук, мерцая, реагируя на каждую эмоцию девушки. Они тянуться, льнут к её коже, впиваются в вены, заставляя голубоватые сосуды мерцать их светом. Они были живые, бились, как сердце, сокращались, как лёгкие, пронзали тело своей энергией, с жадностью выпивая каждую мысль и эмоцию, что девушка посылала в них. Моран никогда не видел ничего подобного. Голос Ванды не сразу дошёл до него. Взгляд отпрянул от алой энергии, перемещаясь на лицо девушки, подёрнутое пеленой боли. Она явно сдерживала порыв копившейся внутри и жадно подпитываемый ненавистью, и мужчина даже не хотел предполагать, что бы случилось упусти она нить контроля.

Из транса Ванда выныривает так же быстро, как и погружается. Полученная информация приносит в общую картину несколько значимых деталей, и Себастьян уже начинает прикидывать в голове необходимый набор оружейного арсенала, когда девушка вновь скрывается в крайность. В конце концов это срывает терпение и ему. Себастьян разворачивается, провожая девушку жестким взглядом, даже не пытаясь покинуть своего места.
-  Выйдешь за порог и наше сотрудничество будет окончено. – Голос Морана звучит бесстрастно и твёрдо. Он не пытается удержать, он оглашает приговор. – Твоя проблема интересует меня в гораздо меньшей степени, чем может показаться на первый взгляд, так что, если ты и дальше намереваешься корчить из себя непробиваемую идиотку, возиться я с тобой не стану, я не твои дружки из подполья.

Отредактировано Sebastian Moran (Вт, 26 Дек 2017 20:54:01)

0

20

Сердце колотилось о грудную клетку, словно птица, пойманная в ловушку. Кровь приливала к лицу и становилось жарко. Тело реагировало на воспоминания и видения живо, отзываясь каждой клеткой. Глаза горели огнем, да и в целом решительности в том, что она неуязвима, было хоть отбавляй. Ванда хотела поскорее разделаться со всем этим. Скорее вернуться назад, забыться и не думать ни о чем. Но до этого было еще далеко. Сейчас же, от заветной цели ее отделяло лишь молчание Морана. Он знал, как найти ублюдка, возможно, даже знал где он мог прятаться. Уже на полпути к двери, ведьма прокрутила в голове встречу с Озборном. Она представила его перекошенное, испуганное лицо, трясущиеся руки, жалкие попытки остановить надвигающийся хаос в лице мутантки. Каждый чего-нибудь боится, скрывает это, но рано или поздно всегда показывает свой страх. Ванде даже не придется утруждать себя, чтобы наслать на федерала страшные видения. Она сама была самым кошмарным сном Джонатана во плоти. Максимофф уже забыла о боли, забыла об усталости и сонливости. Все, что двигало девушкой, было сконцентрировано в мести. За своих братьев по несчастью, за людей с геном икс, за всех, кого с легкой руки Озборна пытали, издавались и бесконечно допрашивали. Чем больше зеленоглазая думала об этом, тем сильнее вскипала внутри хаотичная энергия. Она, словно кровь, гоняла по венам, проникая все глубже и все сильнее заражая ведьму – свою носительницу – пламенем мести. Ванда и не помнила, когда еще она так загоралась в  своем желании настигнуть врага. Она буквально чувствовала, что находится на грани. На грани, перейти которую можно было так просто, но уже не вернуться назад.

Слова Себастьяна, кинутые в спину, заставили замедлить шаг и остановится. Они не остудили пыл разгоряченной мутантки, а наоборот – разожгли в ней пылающий костер. Девушка медленно повернулась на носках. Лицо, казалось, стало еще острее, губы сомкнуты в жесткую линию, а если бы она могла прожигать взглядом, то на месте полковника давно бы остался тлеющий пепел. Безжизненная и холодная интонация в голосе мужчины кольнула Ванду и та, в свою очередь, сдерживала свой рвущийся наружу гнев.

- Да, ты не мои «дружки» - девушка стала медленно подходить к Морану. Сверкнув глазами, она вскинула руку и, вырвавшиеся волны снова захватили цель, полностью обездвижив ее. Она буквально вдавливала мужчину в то место, где он сидел. Давление было сродни силе сотни крепких рук, которые не давали толком вздохнуть. Шатенка приближалась медленно, от чего казалось, что время замедлилось в своем нескончаемом беге. – Ты слабее. Намного слабее их. Люди беспомощны, как щенки, которых выбросили на улицу. Вокруг них столько опасностей, а они продолжают лезть на рожон. Среди нас только один идиот и это не я.
Ванда подошла достаточно близко, чтобы разглядеть выражение лица напротив. Он не ожидал, что девчонка снова пустит в ход свои фокусы, которые так его раздражали. Но ей было плевать. Спокойствие снесло волной негодования. Почему люди такие глупые? Они раз за разом наступают на одни и те же грабли, раз за разом набивая себе шишки. Они лезут в огонь, даже не задумываясь о том, что он может сжечь их до тла. Они лезут к мутантам, провоцируют их, совершенно не думая о себе. Что будет с тобой, человек? Что станет с твоей жизнью? Ванда держит Морана крепко, наклонившись, она почти касается его обездвиженного тела своим. Так будет доступнее. Где-то лопается шприц и жидкость растекается.

- Я не маленькая девочка, я знаю, к какой цели иду. Мне нужно найти Озборна, забрать все файлы, напугать его до такой степени, чтобы он никогда больше не смог выйти на белый свет, коротая остатки дней своей жалкой жизни в своем доме. Остальное меня не волнует. Пока что. – Девушка наклоняется к уху мужчины и, прошипев нечто похожее на «не надо меня злить» возвращается к его лицу. Если бы ей было поручено напасть на полковника, с испугом бы пришлось потрудиться. Непробиваемость его нервной системы впечатляла. Эмоции никак не сказывались на нем. Возможно, он хорошо их спрятал. Возможно, их не было вовсе. Но каждый чего-нибудь боится. Нужно лишь найти. – Мне не нужно его уничтожать или убивать. Я хочу, чтобы он жил в вечном страхе.

Закончив свою тираду, озвученную ледяным тоном, ведьма шевельнула тонкими пальцами и, железная хватка отпустила Себастьяна. Она была готова к его ответной реакции и, даже не пыталась расслабить руку, держа под контролем силу, готовую вырваться в любую секунду. Последнее, что хотела Ванда, так это снова драться. С нее хватит на сегодня силовых приемов. Она хотела понимания. Продолжая нависать над полковником в такой непосредственной близости, что локон волос упал с ее плеча на его, ведьма решила остудить себя.
- Что ты предлагаешь делать? Мне не уйти, пока я не знаю куда. Сотрудничество еще в силе.

Отредактировано Wanda Maximoff (Вт, 26 Дек 2017 08:28:18)

+1

21

- Ты уверена в этом? – Тратить кислород сейчас, когда он вновь оказался в железной хватке карминовых нитей, было глупо, но Себастьян просто не мог оставить без внимания её непоколебимую уверенность в собственной исключительности, о чём незамедлительно пожалел. Из тела вышибало последний дух, грудная клетка сжалась до максимально допустимого предела, заставляя нервные окончания вспыхнуть от жалящей боли, позвоночник словно пронзали сотни острейших игл, а сознание уже начало подёргивать, спихивая рассудок мужчины в вакуум безмолвного ничто. Моран стиснул зубы, стараясь набрать побольше воздуха, чувствуя, как каждая клетка его лёгких с жадностью вбирает кислород и одновременно противится этому процессу.
-  Что ты можешь противопоставить мне, кроме своей силы? – Нижняя губа треснула, окропляя пересохшую кожу капельками крови. Новый разговорный порыв дался ему ещё труднее, чем предыдущий, и Себастьян не зашёлся в удушающем кашле лишь потому, что давление на рёбра полностью лишало его такой возможности. Он продолжал смотреть в пылающие яростью глаза, с каждой секундой всё более убеждаясь в её отчаянном положении, достаточным для того чтобы лезть к чёрту на рога, но слишком слабому для решительных действий. Гораздо разумнее было бы его наизнанку вывернуть, нежели пытаться вести переговоры.
-   И что ты планируешь сделать? Ворваться в его офис, выскочить из торта и скрутив вычерпать мозг чайной ложкой? По-твоему, он настолько идиот, чтобы позволить тебе устроить свою маленькую революцию? Очнись уже. - Страха не было. Моран был достаточно отбитым, чтоб в конце концов перестать удивляться творящейся вокруг сверхъявственной херне, воспринимая происходящее как неизбежную данность. Бесконтрольно применение силы скорее вгоняло его в тоску, подкидывая новых доказательств в теорию об исключительной зависимости мутантов от их способностей. Может поэтому многие из так неосторожны и то и дело попадаются в поле зрение правительственных псов, типа Озборна?!

В спину вновь что-то кольнуло, и Себастьян коротко чертыхнулся, рефлекторно ударяя ногой по ножке стола, стараясь унять назойливый импульс. Это были уже не отголоски ноющих нервных окончаний, нечто вполне реально впивалось ему в спину, входя всё глубже в плоть с каждым затягивающимся движением алой нити. До полковника не сразу дошло, что шприц, который он заранее подготовил в случае ментальной атаки Ванды, лопнул, а игла, ведомая её силой, выгнулась под прямым углом, войдя аккурат в поясницу. Проклятье. Моран едва не прихватил зубами мочку её уха, когда девушка склонилась над ним, пуская в ход очередной метод устрашения, и сдержал порыв только потому, что карминовые путы почти сразу растворились, выпуская тело полковника из своих цепких объятий. Получив наконец возможность двигаться, Моран завёл руку за спину, подцепил двумя пальцами пластиковый наконечник медицинской иглы и резко рванул на себя. Несколько капель крови упали на пол, а за ними последовала и сама игла.

Ванда по-прежнему нависала над ним, угрожающе поблескивая энергией, опутавшей её правую руку, однако это было скорее приёмом самообороны, нежели реально атакующим манёвром. Она не хотела драться, а он уже достаточно раз за сегодня заставал её врасплох, так что подобная мера была вполне логичным продолжением их беседы.

Атаковать Себастьян не собирался. Выкинув очередной фортель Ванда скорее подстегнула послать её ко всем чертям, но пока в нём осталось достаточно терпения, дабы продолжать попытки развернуть девушку в нужную сторону и дать по направлению хорошего пинка.
- Я предлагаю делать то, что говорю я и заканчивать препираться. – Себастьян инстинктивно скосил глаза на упавший на плечо локон, уловив тонкий запах сырости и крови - Оставлять Озборна в живых глупо. Единственным эффективным методом устрашения была и остаётся смерть. Думаешь остановив одного, заставив его до конца жизни смотреть кошмары с твоим участием, помогут понять тем, кто стоит за ним, что ты та сила, которой стоит всерьёз опасаться? Они сделают выводы и поставят на его место кого-то более разборчивого и менее честолюбивого. Я не просто предлагаю тебе уничтожить Озборна. Я предлагаю уничтожит их основной рубеж защиты, тот, который позволяет правящей верхушке безнаказанно травить мутантов, точно диких зверей. – Даже логически выверенные, с правильной долей высокопарных оборотов, отличавших его речь от пустозвонной болтовни уличных ораторов, его слова вполне могут уйти в молоко, разбившись о непробиваемый щит, с лозунгом – без тебя знаю, как мне лучше. Стоило, наверное, добавить что-то ещё, что-то личное, простое и ободряющее, но, во-первых, таким идиотизмом Моран не страдал и не собирался начинать, а во-вторых, до здравого смысла его слова дойдут в каком угодно обороте, а до природной непробиваемости и с трёхстопным ямбом не докричаться.

+1

22

- Я уверена, - отрезала Ванда, когда все еще держала Морана в своих стальных путах, - и мне ничего не нужно тебе противопоставлять. Я уже говорила, что ты не враг.

Ведьме всегда доставляло удовольствие наблюдать за тем, как в муках корчатся ее жертвы. В тайне, разумеется. Было что-то садистское в этом, но девушка настолько привыкла к боли, что не воспринимала ее как нечто ужасное. Все могут терпеть боль, все проходят через это, рано или поздно мучения настигнут всех. Другое дело, насколько крепким окажется человек, чтобы выдержать их? Пока ведьме попадались не особо сильные индивиды. Если не считать этот день. Себастьян героически переносил все издевательства над собственным телом, бесстрастно глядя в глаза своей мучительнице. Ванда не испытывала удовольствия, глядя на задыхающегося, борющегося с болью мужчину. Потому что она не хотела применять силу. Он ее вынудил. Мутантка свято верила, что попадет в ад за то, что иногда вымещает свою злобу на невинных людях. Что ж, возможно там они с полковником встретятся и он отыграется за все. А пока… Пока Максимофф надеялась на то, что до Себастьяна дошло ее послание и остаток времени друг с другом они проведут без эксцессов и драк. Они оба изрядно устали для этого. Ванда кожей чувствовала острую неприязнь с его стороны к себе. В ней всегда видели оружие, монстра, врага, лишь по этому она перестала тратить время на расположение к себе. Зачем пытаться понравится? Зачем распинаться перед очередным творением бога, если он все равно посчитает тебя мерзкой тварью и ошибкой природы?

Буря за окном продолжала свирепствовать. Небо разрезала очередная молния, а гром разве что еще не оглушал. Кинув быстрый взгляд на окно, Ванда подумала о том, что это кто-то свыше пытается достучаться до нее, до ее сознания. Громко и грозно. А возможно, где-то развлекался бог Грома. Ведьма перевела взгляд на Морана: упавшая на пол игла рядом с парой капель крови, свидетельствовала о том, что она снова не рассчитала свои силы. Продолжив в таком темпе, девушка вполне могла лишиться помощника, случайно убив его. Кровь на губе явно была последствием того, что ведьма переусердствовала. Какое то чужеродное, забытое чувство кольнуло внутри. Ей стало стыдно. Отлипнув, наконец, от полковника, Ванда согнула руки в локтях и приложила их к груди, предварительно соединив. Может, люди были правы, и она бездумное оружие. Которое стреляет само по себе.
- Извини, - совсем тихо буркнула девушка, - надо это исправить. У тебя есть аптечка или спирт, что-нибудь, чем можно обработать? Хотя я сама найду…
Не смотря в лицо мужчине, Ванда развернулась и направилась на поиски «чего-нибудь» Ей нужно было выдохнуть и привести мысли в порядок. Одной. Порыскав на кухне, а затем, завернув в как оказалось, ванную комнату, она наткнулась на шкафчик. Вытащив от туда темный бутылёк с резким запахом антисептика, бинт  и вату, Ванда на секунду замерла. Опершись руками о края раковины, она заглянула на себя в зеркало. Круги под глазами, выступившая испарина на лбу, взъерошенные волосы и бедность – все эти следы на своем лице, последствия тяжелых дней, Ванда старалась не замечать. Набрав воды в ладонь, она быстро ополоснула лицо и вытерла его рукавом кофты. Станет лучше. Она в это верила. Взяв все необходимое, шатенка вернулась в комнату к Морану.
- Я могу помочь со спиной, но не настаиваю. – Ведьма протянула спирт и вату, не подходя ближе. Порой, она сама себя боялась, что уж говорить об окружающих. – Если я убью Озборна, то все примет катастрофические последствия. Начнется открытая война. Тоже самое и со стороны «Стражей» Они могут до бесконечности отлавливать мутантов и мучить их, но если один из них умрет – мир захлебнется в крови.

«Если уже не убили»

Надеется на лучший исход не приходилось. Десятилетиями вооруженное противостояние между мутантами и людьми оттягивали. Рано или поздно, она просто должна была случится. Неизбежность. Никаких компромиссов или договоров не могло быть. Не раз пытались вводить законы, приказы, навязывать сверхлюдям правила. Все заканчивалось одинаково плохо. Ванда не понаслышке знала, с каким упорством люди пытались бороться с проявлениями различных мутаций у людей. Их становилось слишком много, чтобы контролировать. И тогда на помощь пришла инициатива «Стражи» приближая войну еще на один шаг.
- Какой у тебя план, да и есть ли он вообще? – Ванда сдалась. Не надолго, до первых слов, либо действий, которые ей не понравятся. Но шаг навстречу был сделан. С обоих сторон. Ванда на это искренне надеялась. Сменив гнев на милость, голова определенно  стала светлее. Мысли перестали нестись галопом, жар спал. – Если охраны будет больше, то… помощь не помешает. Я все же думаю обойтись без кровопролития.
Лампочка на потолке замигала. Перепад напряжения, не иначе вызванный ураганом на улице. В разодранной душе ведьмы заскреблись кошки, ощущение было не из приятных. Какое-то беспокойное предчувствие посетило девушку, а предчувствиям она привыкла доверять.
- Я не стану его убивать. - Зеленые глаза, обрамленые густыми ресницами уставилась на полковника с призывом к действию. - Если что-то пойдет не так, это сделаешь ты.

Отредактировано Wanda Maximoff (Ср, 27 Дек 2017 07:27:24)

+1

23

Себастьян не любил людей, просто потому что это были люди. Он не был образцом святости и невинности, однако всегда чётко разделял для себя две грани, за пределами одной из которых можно оказаться, когда совсем прижмёт, а «отступать некуда, позади Москва», а за пределы второй вообще лучше не соваться, по крайней мере в здравом уме. Люди же, вернее их логическое большинство, ни граней, ни пределов не имели совсем. В погоне за приоритетом и непреодолимой жаждой власти, они постоянно забывают, что всё неизвестное пугает и априори воспринимается, как угроза. После столкновения с мутантами на смену первой волны страха приходит гнев. Злость не на рушащих мосты одним взглядом мальчишек и девчонок, бюджет не треснет поставить новый. Злость на людей, которые могут больше чем они. И это больше уже не лежит в плоском понимании человеческих возможностей. Одна десятая часть планеты заочно сделались избранными, и при должном везении вскоре из них слепят свой непоколебимый культ. Это не могло их не взбесить.

На смену гневу приходит алчность. Потенциальная выгода от таких созданий природы превышает все допустимые риски и вместо банальной резни, мутантов решают «приручить». Жесткая дрессура путём воздействия на наиболее уязвимые места – ничего нового, со времён изобретения колеса.

И финал этой извращенной цепочки предсмертных состояний – непоколебимая уверенность в полную безнаказанность. Никто просто физически не сможет предъявить им обвинение.

Впрочем, и мутантов Моран уже заранее невзлюбил. Пускай столкнувшись всего с одной, однако этой встречи было достаточно, чтобы сделать некоторые выводы. Она сама ему многое сообщила.

Может они и не причисляли себя к высшим силам, искренне желая жить в мире с человечеством, мечтая, чтобы их воспринимали так же, как и остальных. Но этого не будет, не потому что люди будут подсознательно трепещать перед каждым, способным поднять в воздух человеческое тело без помощи рук. Один из них однажды покажет, что он на самом деле думает о своём статусе, и как беззащитны могут быть перед ним остальные. Это как пытаться совладать с ядерной энергии. Сотня атомов урана спокойно выполняют свою функцию, но стоит одному начать бесконтрольное деление и… конец немного предсказуем. Сила опьяняет.

Себастьян лениво отмахивается, показывая, что всё с ним будет в порядке, по крайней мере до тех пор, пока его рёбра не вопьются в жизненно важные органы. Легкое покалывание в груди и тянущую боль в спине он вполне способен пережить без помощи того скудного запаса медикаментов, который Ванда каким-то чудом смогла откопать в ванной. И всё же прокол на пояснице продолжал не только саднить, но и кровоточить, промокая футболку и заставляя Морана вновь чертыхнуться.

Экран ноутбука внезапно озаряет электрический свет, а на экране чата высвечивается довольно длинное сообщение от человека, которого Моран пол часа назад напряг заниматься скриптом. Ничего не говоря, Себастьян стаскивает с себя влажную футболку, оголяя испещрённую шрамами спину.
-  Если просто убьёшь – да. А если сумеешь сделать это особо извращенно, прихватив за его жизнью один из штабов стражей, желательно с хорошей базой внутри, то сумеешь доказать не просто серьёзность своих намерений, но ещё и сбросить преследования на несколько месяцев. Оправится от потери, выкинуть в прессу несколько ложных заявлений, подождать пока шумиха затихнет. Плюс-минус месяц на внутренние разборы. Смотря насколько они щепетильны. – Пальцы Морана активно застучали по клавиатуре, вбивая в командную строку присланный в инструкции код. - Сделать больше сможешь только имея в распоряжении армию. - Хорошо подготовленную и действующую исключительно в тени. - В любом случае пока, с вами никто в открытую конфронтацию вступать не станет. Имей они такие ресурсы, война шла бы уже давно. – Нажав enter, Себастьян проморгался и отставил ноутбук в сторону, ознаменуя, что его работа с высокими технологиями до поры закончена.

- Мой план – проникнуть на территорию его нового укрытия, обязательно застав его перед отъездом на встречу. Охраны будет достаточно, но гораздо меньше, чем на визите в потенциально опасную, непроверенную зону. Без кровопролития обойтись не получится. Нас не будут пытаться задержать при обнаружении. – Откровенно говоря, Моран даже не был уверен, что смог бы в одиночку столь дерзко вломиться в чужое убежище. Прикрытие Ванды служило единственной причиной, по которой он вообще взялся составлять такой план. – Как только мы доберёмся до Озборна, ты оперативно достаёшь из его головы всё, что тебе нужно. Для разрядки можешь потерзать, думаю время будет. После, моя работа. Но в живых он не останется в любом случае. – Себастьян вновь хрустнул шейными позвонками, разминая мышцы. – Назад сюда возвращаться нельзя. У меня есть ещё одна квартира, в которой мы сможем переждать последующие несколько часов. Если хвоста не будет, считай всё прошло успешно. – Если будет, то на этот случай у него всегда был в запасе простой, но очень эффективный план – стреляй всех, Бог на том свете рассортирует.

Отредактировано Sebastian Moran (Ср, 27 Дек 2017 01:00:20)

+1

24

Ванда не хотела войны. Каким бы воинствующим не был ее вид, как бы она не ненавидела радикально настроенных людей, как бы она не хотела отомстить всем за мучения ее народа, она не желала открытого противостояния. На любом поле боя есть жертвы, как с одной стороны, так и с другой. Будучи наивной, она искренне верила в то, что настанет день, когда все споры закончатся и наступит мир. Но мир не наступит никогда. Пока жив хоть один человек со сверхспособностями, он будет олицетворять собой опасность для остальных. Потому что он не такой как все. Извечная проблема общества. Если ты хоть как то отличаешься от масс тем, что теоретически можешь являть собой угрозу для них, автоматически становишься изгоем. И будь ты хоть трижды самым святым человеком на свете, в глазах других останешься уродом. Мерзким прыщем на идеальном лице социума. Так было заведено испокон веков – чужаки должны быть изгнаны. Или уничтожены. Некоторые мутанты не выдерживали давления. Семьи отказывались от них, люди бросали обидные слова в их адрес, жизнь скатывалась в бездну кошмара и несчастные подростки кончали с собой. Другие же лелеяли мечту об исцелении, но лекарства просто не существовало. Ванда относилась к третьему виду: она своей силой гордилась и боялась одновременно. Магия Хаоса практически не поддавалась контролю, она была самостоятельной единицей в ее теле. Как паразит. Реагировала на эмоции хозяйки, вырывалась наружу при любом удобном случае. Штрукер попытался приручить ее, и ему отчасти это удалось. Эксперименты над мутантами, которые смогли перенести и выжить только близнецы Максимофф, дали последним многое. Со временем, какой никакой контроль Ванда смогла в себе развить, но эксцессы случались. Именно таких как она боялись и ненавидели люди. Бесконтрольных, неуязвимых, могущественных. Ванда привыкла жить с этим и теперь ей приходилось помогать другим.

Мутантка качает головой на пренебрежительный жест Морана. Она и сама не знает, почему стыд за свои действия настиг ее в этот момент. Возможно, понимая, что из-за своей ошибки ранила другого человека, девушка  испытывала потребность в заглаживании вины, что бывало с ней крайне редко. Пока внимание Себастьяна было занято сообщением на экране компьютера, Ванда решилась подойти, все еще держа в руках бутыль и вату. В глаза бросились многочисленные шрамы и рубцы, осыпавшие тело полковника. Ванда закусила губу, чтобы не съязвить. В голове так и вертелось идиотское предположение о том, что по Морану, вероятно, прокатилась газонокосилка. Это было мало того, что не смешным, так еще и грубым. Ведьма не была примером вежливости и тактичности, но знала, когда лучше промолчать. Кинув взгляд на кровоточащее отверстие в пояснице, она подала голос:
- Игла глубоко вошла, нужно обработать и закрыть рану. Не смертельно, но… - девушка вздохнула и заглянула Морану в лицо, - если мы отправимся к Озборну, нужно быть в форме. Доверься мне  и повернись.
Дождавшись реакции, Ванда разложила скудные запасы шкафчика на полу, а сама присела на колени. Кровь тонкой струйкой стекала по коже, падая мелкими каплями на пол. Оторвав от небольшого шмата ваты маленький кусок, шатенка намочила его резко пахнущей жидкостью из склянки. По комнате разнесся запах спирта. Плавными движениями руки, Максимофф вытерла кровь. Обработав рану, и приложив к ней кусок ваты, она вытащила из кармана удачно оказавшийся там пластырь. Девушка часто носила их с собой, зная последствия использования магии. Нежная кожа рук в последнее время часто трескалась и приходилось использовать для лечения подручные средства. Приложив пластырь к ране, она заклеила ее и на мгновение задержала взгляд на крупном шраме, расположенном на боку. Была видна халатность при лечении. Коснувшись кончиками пальцев уродующего рубца, Ванда молча посочувствовала наемнику. Сама она практически никогда не получала глубоких и серьезных ранений. Лишь ссадины, шишки, синяки да одна отметина на плече, напоминающая о тяжелом детстве в военное время.
- Я не могу решать за всех. В вопросах штабов и баз тем более. Этим занимаются совсем другие люди. Мы не нападаем, а всего лишь обороняемся, не более того. – Мутантка убрала руку от обнаженной, израненной спины полковника и встала на ноги. – Но я бы с удовольствием разнесла все их тюрьмы и базы. Сил у меня на это хватит.
Картина пылающих штабов и убежищ «Стражей» радовала воображение  ведьмы. Если бы все было так просто, она не задумываясь разрушила всю их систему в одиночку. Разложила тюрьмы по кирпичам. Свела бы с ума весь персонал. Расщепила на атомы тела тех, кто стоял за всем этим. Словом, устроила для них ад на земле. Но даже для нее это было невозможным. Слишком много нюансов, не позволяющих подобное мешали. Да и сестра, организовавшая подполье, будучи еще более яростной мутанткой, нежели Ванда, не смела переходить рубикон. Показав себя монстрами, не знающими пощады, мутанты лишь в очередной раз подтвердили бы догадки простых людей. Они – чудовища. Кровожадные и омерзительные. Не этого хотели сверхлюди.
- Когда отправляемся? Времени не так много осталось, - Ванда предполагала, что перевалило уже за три часа. Сонливость возвращалась, но она усердно прогоняла ее. План требовал внимания, - и что будем делать, если нас окружат? В такое время полиция не дремлет. Я не хочу ее… ликвидировать. Есть какие либо планы отхода?
Девушка кивнула на ноутбук. Казалось, ураган отходит, освобождая место спокойной ночи. Громыхать, наконец, перестало. Ливень сменился моросящим дождем. Ветер оставил в покое деревья и оконные стекла, которые чудом не лопнули под его натиском. Мутантка потерла глаза тыльной стороной ладони и села на стул, стоящий напротив Себастьяна.

Отредактировано Wanda Maximoff (Ср, 27 Дек 2017 09:30:21)

+1

25

- Тебе не придётся решать за всех и уж тем более нападать на их территорию в одиночку. – Какими бы сильными не казались мутанты, какую бы мощь не демонстрировали, кое-что роднило их с людьми сильнее, чем людей с обезьянами. У любых возможностей есть свой предел. Грань одного из своих Себастьян как раз испытал, находясь в плену карминовых нитей. – Вытащив сведения из головы Озборна, ты передашь своим всё, что нужно, дабы организовать хороший план по разрушению этой системы.

Что именно её окружение будет делать с полученной информацией уже была не его забота. Каким бы сильным не был риск попасть на глаза правительственным ищейкам, Моран не видел существенного повода соваться в логово мутантов, пытаясь навязать собранию свои позиции. В конце концов, они уже довольно успешно противостоят стражам какое-то время, а значит в их рядах есть люди, способные организовать стратегию и правильно воспользоваться получаемыми ресурсами. К тому же Себастьян никогда не питал иллюзий насчёт военных противостояний. Его не прельщала перспектива бороться за чужие идеалы, провозглашающие солдат воинами свободы, в конечном итоге загоняя их ещё глубже в тоталитарное рабство. У каждой революции были вожди, а значит, ни о каком равноправии и речи быть не могло. Себастьян почти сразу сделал свой выбор в пользу убийств по найму. На этом поле боя он не гонялся за призраками. Работа предполагала исключительно твёрдое денежное вознаграждение, что Морана более чем устраивало. Меньше идеологической мишуры, мук совести, бесполезных принципов. Больше свободы действий, возможность выбора и конечно, самое лучшее средство утоления адреналиновой зависимости.

Дело Ванды стало для него чем-то вроде очередного контракта, с той лишь разницей, что в этот раз ему нужны были не деньги, а услуга. В остальном, расчёт и действия самые стандартные:
1) определение цели и позиции;
2) разработка плана;
3) подготовка;
4) выезд на место;
5) атака;
6) отход;
7) сброс хвоста – ликвидация хвоста;
8) получение платы;
9) расход;

Всё просто, лаконично и эффективно. Никаких высокопарных позиций и великих целей во имя всего и ничего. Она хотела получить Озборна – он хотел зачистить последствия одного необдуманного шага. Это был их компромисс. Компромисс плоти и души.

Пока Ванда занималась обработкой его раны, Себастьян вновь провалился в свои мысли. Ему было о чём подумать, начиная от заглушения доводами рвущегося наружу скептицизма, по поводу их плана, и заканчивая наилучшим маршрутом до тайника, в котором спрятано необходимое ему оружие. С пистолетом и парой обойм много не навоюешь даже с прикрытием Ванды. Он не сразу обратил внимание, что прикосновения пальцев к его спине уже потеряли своё медицинское назначение. Моран вопросительно выгнул бровь и повернул голову в сторону, так, чтобы пальцы Ванды попали в поле его зрение. Она изучала один из первых его шрамов, оставленный кривым костяным кинжалом, в те годы, когда Себастьян ещё не стрелял в каждого вскинувшего руки вверх противника. Именно этот шрам до конца жизни остался напоминанием о том, что никогда нельзя доверять кажущейся слабости повстанческого движения. Озлобленные, оставшиеся один на один со своей уязвимостью люди быстро теряют свои моральные кандалы, зубами впиваясь в глотку, стоит только на мгновение потерять бдительность и не успеть спустить курок. Себастьян знал это наверняка.
- Не раньше пяти часов. – Себастьян натянул футболку и бросил короткий взгляд на часы. – Раньше восьми утра новый отряд охраны не прибудет, зато предыдущий успеет, как следует вымотаться. Окончательный план озвучу позже. – Ему вновь оставалось только надеется, что Озборн не приемлет импровизации, всегда следуя устоявшимся канонам.

Запущенное программное окно вновь обновилось, выплёвывая на рабочий стол файл со всей добытой на Озборна информацией. Моран нетерпеливо кликнул мышкой по документу. Сказать, что данных было немного, значит ничего не сказать. В очередной раз убеждаясь, что за ублюдком стоит сильное прикрытие, подчищавшее за ним, даже грёбанный номер медицинской страховки, Себастьян только укоренился в мыслях о его обязательной ликвидации.
- Брендфилд-роуд. Там есть одно строение, старая ткацкая фабрика. Под ней сеть неопознанных туннелей. Полагаю, это одно из его укрытий. – Неудачно засветившись на камеру бывшей парковки перед зданием, Озборн запустил свой обратный отсчёт. Странно, что он не обратил на неё внимание, хотя скорее всего обратил, но посчитал дряхлый окуляр давно нефункционирующим.

Отредактировано Sebastian Moran (Ср, 27 Дек 2017 13:25:09)

+1

26

Рассматривая облупившейся лак на коротких ногтях, Ванда нырнула в свой стремительный мыслепоток. Картинка начала складываться в полноценный образ плана. Им стало известно местонахождение Озборна. Не особо людное место в заброшенном здании. Это означало, что за штатских переживать не придется и их случайно не заденет та бойня, что развернется между мутантом и людьми Джонатана. После случая в Ваканде, где благодаря ее неосторожным действиям полегло десяток человек и еще столько же были ранены, ведьма старалась применять силу как можно дальше от простых людей. Однако в то время, она была ответственна за их жизни, будучи членом Мстителей, но сейчас… Сейчас цель могла оправдывать любые средства. Максимофф прикидывала, что именно будет делать, попав в логово Озборна. Убрав все преграды в виде охраны добраться до гада, превратить его мозг в фарш, вытащить из его подсознания все, что могло быть полезным и… убить его. Нет, не так, дать убить его Морану. Он был прав. Оставлять в живых такого урода как Озборн было рискованно. Он не достоин жизни. Даже такой жалкой. Девушка изменила свое мнение о бесполезности полковника, решив, что он мог сыграть ведущую роль в ее маленьком кровавом спектакле, став палачом. Ванда никогда не была убийцей. Она могла мучить, истязать, запугивать и калечить, но отнять жизнь было выше ее сил. Не она дарила шанс на существование в этом мире, не ей было забирать. Принципиальность – еще одна черта характера, которая не давала девушке действовать и мыслить разносторонне. Убив Озборна, она могла не только навлечь беду на «Подполье» но и заживо сожрать себя муками совести. Каким бы выродком тот не был, он все еще оставался человеком, в каком то смысле. Себастьян был для Ванды этаким оправданием для всего, что ей предстояло сделать. Его руки были по локоть, нет, по плечи в крови, от еще одних капель хуже для него не станет. Его руками убийство не будет засчитано в ее карму, ведь так?.. Максимофф совсем помрачнела от таких мыслей, но сейчас не было времени на душевные терзания и она быстро отогнала от себя эти тяжкие думы.

- Ты прав, - Ванда подняла голову, оторвавшись от изучения своих рук, - живой он или мертвый, на самом деле, не важно. На носителе может быть не вся информация, а в его голове целый склад. Останется вытащить это и доложить своим. Решим, что делать с последствиями по ходу дела.
А о последствиях мутантка старалась вообще не думать. Если она попадется под взор хоть одного живого человека, ее физиономия украсит репортажи новостей и в заголовках снова запестреет ее имя. Если сунется и обличит себя, ищейки из правительственных органов нападут на ее след. Быть в бегах крайне утомительное и опасное занятие. Что касается убийства Озборна, то это бомба, замедленного действия. Триггер, с которого начнется многострадальная война. Повод для того, чтобы дать «Стражам» полную свободу действий для отлова сверхлюдей. Развязать и так бесконтрольные руки, чтобы те своими грязным, кровавыми когтями добрались до каждого мутанта. Выбора не было и риск остаться в еще более плачевном положении слишком высок. Ванда старалась сохранять спокойствие и не давать беспокойству хоть как то отразится на ней. Наблюдая за Себастьяном, девушка лишний раз убеждалась, что он не гнушался грязной работы. Скорее всего, Ванда была не первой, кто просил его прикончить кого-то взамен личной выгоды. Еще не давно, она бы всем сердцем презирала его, но было не то время и не та ситуация, в которой требовалось следовать высокоморальным принципам.
- Итак, значит нам нужно добраться до фабрики, обезоружить всю охрану и найти Озборна, пройдя через тоннели? Я так понимаю, там есть камеры и ни тебе ни мне нельзя на них попасть, - предположила девушка, приподняв брови, - которые я могу сломать еще до того, как мы подойдем ближе. Нельзя позволить охране применить орудие против меня – они могу отключить сознание, да и болевой порог у меня не на высоте. В остальном всё проще – я прикрою тебя.
Ванда вздрогнула, вспомнив ошейник, который нацепили на ее тонкую шею в тюрьме. Любой магический импульс и незамедлительный разряд тока, направленный в голову, последовавший после. Мутантка уже буквально клевала носом. Прикинув, сколько времени осталось до начала операции, Ванда поднялась с места и, сообщив о том, что для сохранения сил ей требуется хотя бы полтора часа сна, удалилась в соседнюю комнату, где еще полчаса назад лежала связанной. Сняв с себя верхнюю кофту, она прикоснулась к плечу – на коже расползалось лиловое пятно. По ощущениям, на спине было еще пара таких синяков. Но от усталости она даже не чувствовала боли. Рухнув на кровать, мутантка сразу погрузилась в сладкую негу сна. В той темноте она не видела ничего, только единичный звук выстрела. Она знала, что это значит.
Ванда проснулась как по щелчку. Разомкнув веки, девушка села на кровати и огляделась. Через тонкую щель закрытых штор пробивался первый луч солнца. Прошло ровно полтора часа. Тело ныло, но ведьма не обратила на это внимания. Голова не болела, что показалось девушке странным. Бодрость медленно возвращалась в тело. Схватив лежавшую на стуле кофту, Максимофф направилась на поиски Себастьяна. Она обнаружила его в той же комнате, где он и был. Практически все было готово для выхода.
- Готов? – спросила ведьма, натягивая на плечи кофту, скрывая последствия прошлой ночи, оставленные на коже. Расчесав пятерней волосы, она проверила время на телефоне – на дисплее светилось 4:45.

Отредактировано Wanda Maximoff (Ср, 27 Дек 2017 13:43:07)

+1

27

Они достигли понимания довольно быстро. Вникая в детали и очерчивая в голове предварительный набросок предстоящей операции, Ванда наконец начала делать правильные выводы, что не могло сорвать внутри полковника первую печать опасения. Шанс на непредвиденность и самовольную импровизацию ещё оставался, но Моран точно знал, как порой бывают полезны отчаянные шаги, валящие к чёрту весь изначальный план, однако спасающие гораздо больше, чем можно было бы потерять. Главным критерием для него по-прежнему оставалось её сообразительность, берущая верх над импульсивностью.
-  Я предоставлю тебе полную карту всех средств слежения, расположенных в этом районе. Я не знаю всей подноготной твоих способностей, так что, если будешь не уверена в том, работает ли та или иная камера, всегда делай выбор в пользу положительного ответа. – попадать в поле зрение правительственных структур Себастьян не хотел, будь он даже остывающим трупом. Живым, да ещё и занесённый в не самый приятный, хоть и не самый известный список ФБР, Интерпола, и хрен знает кого ещё, он тем более не хотел давать лишний повод давить на застарелые шрамы, заставляя агентов усомниться и в этой его кончине.
-  Охраной займусь я. От тебя мне требуется хорошее прикрытие. – Себастьян бросил многозначительный взгляд на её руки. – Только щит, физические атаки можешь не использовать. Я должен быть уверен, что, убивая троих впереди, мне не достанется от двоих сзади. – При всей своей подготовке и опыте, Себастьян отнюдь не достиг того силового порога, которым могла похвастаться даже эта хрупкая девушка, сидящая напротив. Он был достаточно быстр, проворен и ловок, но даже ему не успеть перестрелять толпу подготовленных агентов в одном узком коридоре. – Вся цифровая начинка внутри тоже на тебе. Я изучу планы и проведу тебя в нужные помещения, где ты сможешь окончательно вырубить их систему оповещения. Этого будет вполне достаточно. Через системы защиты пройдём своими силами. – Судя по последним отчётам энергопотребления, проходящих как питание резервной электростанции, расположенной неподалёку, каких-то сверхъестественных методов консервирования помещений в случае нападения внутри не практиковали, так что их совместных возможностей должно было хватить для прорыва обороны. Даже если Озборн прихватит с собой небольшую армию дронов. – Соблюдай все инструкции и за своё сознание можешь не волноваться. Я доведу тебя до Озборна на своих ногах.

То время, пока Ванда спала Себастьян потратил на максимально подробное изучение планов как самого здания, так и системы туннелей, располагаемых под ним. Данных было не так уж и много, несколько не до конца удалённых из резервного сервера ФБР снимков блока питания. Вероятно, над созданием трудились местные специалисты. Один план входного коридора, ведущего в основные помещения, перехваченный вообще на каком-то, Богом забытом, Ямайском сервере. Снимки со спутников нечёткие и весьма поверхностные, но даже они сгодились для построения ещё двух вариантов отхода, в случае наиболее критичного преследования. Один из ходов, самый длинный и извилистый вообще вёл в небольшое строение, именуемым на карте витиеватым названием круглосуточной кофейни. Интересно, знали ли об этом сами владельцы и любители позднего кофе?

Наметив наиболее удачную точку подхода, разбросав по карте россыпи точек, возможные скопления охраны, обозначив самые труднодоступные помещения, среди которых отдельным пунктом отмечались несколько наиболее возможных мест баррикодирования Озборна, Себастьян отлип от экрана ноутбука и развернувшись, встал со стула, проследовав в дальний угол комнаты, туда, где, по его мнению, находился его многострадальный пистолет. Часы отмерили промежуток в 4:45 утра и Моран нарочито громко щёлкнул затвором, побуждая сознание Ванды окончательно вернуться в тело. О том, чтобы поспать самому мужчина даже не задумывался. Некогда, да и адреналина в его крови прекрасно хватит ещё на несколько часов вполне бодрой жизнедеятельности. Оставшуюся порцию он с лихвой получит в секретных застенках федералов. Забавно, Джонатан Озборн должен был стать уже вторым агентом за его наёмную карьеру. Не самый распространённый товар в наши дни.
- Готов. Только перед тем, как отправится, нам нужно заглянуть в один из моих тайников. Имеющихся запасов на всех не хватит. – Накинув на плечи кожаную куртку и забросив в карман джинс некий продолговатый предмет, Себастьян вышел в коридор, коротко выругался, проклиная темноту, и полный бедлам устроенной их стычкой, в котором ему теперь предстояло найти свою обувь.

Отредактировано Sebastian Moran (Сб, 6 Янв 2018 23:10:30)

+1

28

Могла ли подумать ведьма еще год назад, что попадет в такую историю? Скорее всего нет. Еще каких то двенадцать месяцев назад, она планировала свою жизнь иначе: обосноваться в штабе, каждые полгода спасать мир, учится на своих ошибках и жить дальше, забыв прошлое. Смириться со своей сущностью и тем, кем она является было проще, чем мирится с одиночеством души. После гибели брата, Ванда долго приходила в себя, пытаясь осознать, что больше нет того жизненного якоря, за который можно было держаться. Жить с половиной сердца было трудно, но она справилась. При помощи синтезоида, Максимофф познала дружбу, любовь, утерянное и теплое чувство, но все это было не надолго. Дальше ее ждала только гора разочарований, обид и предательств. Возведенный город под названием «доверие» снова рухнул, подняв пыль и разбросав ранящие осколки прошлого. О возможностях нормальной, человеческой жизни можно было забыть. Будущее стало еще более туманным, оставалось жить сегодняшним днем, распрощавшись с мечтами о светлом. Стоило ли говорить о том, что связавшись с беглыми мутантами, жизнь в целом стояла под вопросом. Ни сегодня-завтра, их могут поймать и тогда все, что было раньше перестанет иметь значение и ценность. Останется лишь вялое существование с одной единственной целью – выжить.  Ванда старалась меньше думать о будущем, и чаще – о настоящем. Сейчас, собираясь на довольно опасный и рискованный шаг, Ванда думала не об его исходе, а о процессе. Ей придется быть щитом машины для убийств. Ей придется оправдывать себя, глядя на умирающих людей. Ей придется смириться с тем, что в жизни приходится действовать радикально для высшей цели. Максимофф плелась за Мораном в коридор, чувствуя себя при этом скверно. Правильно ли она поступает? На том свете за нее решат.

Шевельнув пальцами, беспорядок в коридоре начал развеиваться. Обувь встала на свои места, упавшая полка поднялась и прислонилась к стене. Секундной манипуляции хватило, чтобы немного зачистить следы своего пребывания в квартире. Своего  бурного пребывания. Ведьма сунула ноги в свои поношенные сапоги и затянула шнурки.
- Тайник с оружием? Надеюсь, он не далеко. У нас мало времени. – отчеканила Ванда, наблюдая за Себастьяном. Не сказать, что он был вымотан, но бессонная ночь все же отразилась на его лице. Он был на треть выше ее и девушке приходилось задирать голову, чтобы видеть его не особо довольную реакцию на происходящее. Что ж, сам ввязался. Его мотивов и интереса Ванда так и не смогла разгадать, по всей видимости, ему действительно нужна была ее помощь взамен. Ни одной мысли, чем же она может отплатить за его «отзывчивость» не приходило в голову. Обувшись, двое вышли из квартиры, закрыв на собой дверь.
По площадке разносился сквозняк. Не успела Ванда развернуться, как столкнулась чуть ли не лбом с мужчиной средних лет. Его маленькие глазенки уставились на Морана.

- Ночью был какой-то шум, у вас все нормально?
Ванда узнала его голос. Это он посреди ночи крутился возле двери  в квартиру, пытаясь дознаться, что же там происходит. Девушке показалось очень странным такое пристальное наблюдение соседа. Возможно, он просто одинокий и любопытный и его поведение вполне можно объяснить. Общество всегда призывали быть бдительными, особенно, в такое непростое время. Оправдываться перед мужчиной не было ни времени, ни желания. Максимофф тут же напустила на себя вид дурочки и искусственно улыбнувшись, прощебетала:
- Извините нас, пожалуйста. Мы немного повздорили, сами понимаете, молодежь! -  Девушка взяла Морана под руку и подняла на него глаза. Полковника назвать молодым было трудно, но обращая внимание бдительного соседа на себя, Ванда надеялась, что он будет так же наивен как и внимателен. – Но сейчас все хорошо, правда, милый? Ой, простите, мы так торопимся. До свидания!
Широко и так же фальшиво, ведьма улыбнулась мужчине и, буквально, утащила Себастьяна подальше от него. Лишь отвернувшись, и пройдя несколько шагов, мутантка согнала с лица идиотскую улыбку. Лицо снова приняло невозмутимое выражение. Шатенка почувствовала на себе холодный взгляд наемника и отрегировала на него:
- Не смотри на меня так. Что я должна была ему сказать? Что мутант пробрался в твою квартиру и устроил погром? А сейчас мы идем убивать людей?
Спустившись по лестнице вниз, она убрала руку и засунула ее в карман.
- Англичане все такие любопытные и… ранние? Какого хрена он вообще так рано вылез? – Последний вопрос был, скорее, риторическим. Ответа он не требовал, Ванда лишь выругалась на чуткость соседа. Погода на улице заставила ведьму поёжиться. Она скрестила руки на груди и вдохнула свежий воздух. Дождь еще моросил, окропляя и так мокрые улицы. Витал запах сырости. Небо хоть и прояснялось, но по прежнему оставалось серым. Лондон во всей его красе раскинулся перед девушкой. Он кардинально отличался от Заковии и Нью-Йорка. Было в нем что-то свое, что-то, что мутантка не могла объяснить себе самой. Однако то, с чем нельзя было поспорить, так это с тем, что город был холодным.
- Веди.

Отредактировано Wanda Maximoff (Чт, 28 Дек 2017 10:49:10)

+1

29

- Не далеко. – безэмоционально отозвался Моран, выуживая из тёмного угла свою пару кроссовок. Он уже постепенно начал привыкать к той силе, что лёгким мановением руки могла навести порядок даже в самом адском бедламе, и одновременно переломать кости, это уже что больше понравится обладателю, так что, когда Ванда в очередной раз воспользовалась способностями его это даже не тронуло. В конце концов человек привыкает ко всему, разница лишь во времени на адаптацию. У Себастьяна этого времени не было. Помимо всех очевидных рисков, на которые он шёл, распалив единственно возникшую в голове блажь, – читать как дурь – за спиной по-прежнему откровенно маячили перспективы быть втянутым в нечто более глобальное, чем одна единственная перестрелка, затеянная на не слишком тщательно скрываемом объекте, подходы к которому он вычислил за пару часов ночи. Он по-прежнему не верил в этот наскоро сляпаный план. Слишком много мелочей пришлось выбросить за скобки, слишком много ходов мозг не смог обработать за неимением информации. Как бы не старался убедить себя, Моран всё ещё чувствовал себя слепоглухонемым, идущим на красные всполохи неизвестного сияния, целясь куда-то в воздух, и паля по всем без разбору. Единственным вариантом, на который он возлагал наиболее реальные надежды, был эффект неожиданности. Оружие не подведёт, план есть, запасной есть, отход есть, Ванда… Ванде Себастьян доверял настолько, насколько можно доверять человеку, держащему детонатор в напичканном тротилом здании. Пятьдесят на пятьдесят. Либо рванёт с ними, либо без них. Либо прикроет, либо не сможет смотреть на заливающихся кровью агентов, и похоронит их обоих в этих улучшенных катакомбах. Даже на случай провала, у Морана был свой план.

Первой квартиру покинула Ванда. Себастьян только отвернулся, чтобы щёлкнуть замком входной двери, и почти сражу же убедился в правдивости поговорки о всевидящем Боге и не менее всевидящих соседях. Ни хрена не умеют люди ценить собственное спокойствие.

Первое желание, пришедшее в разгоряченную голову – послать дотошного кретина куда по дальше, отбив тем самым охоту вообще как-либо реагировать на любые звуки, доносящиеся из соседних квартир, за исключением стихийного бедствия, однако Ванда успела перехватить инициативу в свои руки. Брови Морана инстинктивно поползли вверх, а взгляд как-то не кстати застыл на нежно сжимающих его локоть пальцах. Не то чтобы её объяснение граничило с фантастикой, однако последняя часть прозвучала настолько странно, что у соседа должна быть, как минимум зрительная агнозия, чтобы тот причислил его к категории молодёжи. Но в одном Ванда оказалась права – вздорили с ним, обычно именно с такими звуками.
Судя по недоверчивому взгляду, мгновенно впившемуся в Себастьяна, принуждающему того перевести взгляд обратно на девушку, выдвинутую версию здравый смысл соседа переваривать отказывался, но тут Ванда применила стратегию, начисто вырубающую любые потуги на логику. Ещё сильнее растянув губы в идиотско-романтичной ухмылке, девушка обрушила на голову мужчины последний аргумент, да таким приторно слащавым голосом, что мозг мужчины окончательно капитулировал. Самым нормальным из всего этого спектакля Моран счёт экстренный уход с лестничной клетки.

Холодный взгляд не заставил себя долго ждать. Не сказав ни слова, мужчина уставился на ведьму не мигающим взором, краем сознания анализируя, что же звучало большим бредом – его отношение к молодёжи, или ассоциация его перекошенной рожи со словом – милый.
- Звучало бы логичнее. – отозвался Моран, в конечном итоге опуская случившееся, убедившись, что через чур бдительный сосед не таращится на них из-за ближайшего угла.

- Не знаю. Я не англичанин. – Себастьян пнул дверь, заставляя её с натужным скрипом распахнуться, и ветер, до этого таившийся где-то в недрах улицы мгновенно обдал их порывами холодного, промозглого сквозняка. Откровенно говоря, он и город этот ненавидел.

До тайника идти оказалось всего десяток минут. Спустившись по канаве в самый конец улицы, они миновали небольшой подлесок, скрывавший от дома гаражную территорию, частично заброшенную, частично начинающую возрождаться на средства управляющей компании. Стройку начали примерно пару месяцев назад, однако по причине отсутствия перечислений зарплаты за предыдущий месяц работники ударились в забастовки, а строительство заморозили на неопределённый срок. Пройдя почти до самого конца, Моран свернул в узкий проход между двумя бетонными коробками, жестом призывая Ванду оставаться на месте. Он отсутствовал около семи минут. За это время мужчина успел проникнуть в тайник, проревизировать находившееся там оружие, рассчитать какой примерно останется излишек после его основного заказа и забрать то, что по его мнение не пригодится в таком количестве, для ликвидации не слишком проницательного политика. Единственная проблема, теперь у него останется только три выстрела из винтовки, вместо положенных шести. Но и это не было слишком серьёзной проблемой. Сложив всё вооружение в неприметный чехол, Моран закинул его на спину и быстро покинул тайник.

- Можем отправляться. – Он махнул Ванде рукой, указывая следовать за ним, к концу стройки, где на небольшой площадке стоял в отдалении его мотоцикл. Усевшись вперёд и закрепил чехол, мужчина наскоро проверил системы, почти не замечая, как Ванда приземляется сзади. Лишь когда её руки крепко обхватили его спину, вызывая в рёбрах лёгкое покалывание, Себастьян ударил ногой по газу и мотор взревел, набирая обороты, а в следующую секунду, повинуясь всего одному движению руки, сорвался с места, послушно набирая скорость.

Доехать удалось за пол часа. Помимо того, что Моран гнал несколько за пределами стандартных городских ограничителей скорости, ему так же «повезло» остановится практически на перемежающейся окраине, путь от которой был наиболее коротким до их пункта назначения.
Мотоцикл они оставили в неприметном месте, за три квартала. Камеры наружного наблюдения уже были вырублены по всему периметру, однако Себастьян всё же попросил Ванду воздействовать на них ещё раз.

Перед старой фабрикой, выглядящей тем не менее вполне сносно, был небольшой пригорок, следить с которого за периметром было удобно, а вот рассмотреть с территории следящих было проблематично, особенно если особо в эту сторону не смотреть.
С одной стороны, внутренний двор выглядел безмятежно. Типичная тишина заброшенного строения, коих десятки. Однако замаскированные камеры, датчики на заборе, да и сам забор выглядящий будто его поставили задолго после закрытия фабрики, настораживал и ещё раз подтверждал догадку, что они пришли именно туда, куда нужно.
- Три камеры по периметру. – Себастьян указал на ближайшую сторону забора, протягивая Ванде бинокль. – Вырубай. А я займусь первыми. – Верхние этажи здания изменений не претерпели, но вот первый этаж откровенно сверкал новенькими стеклопакетами, хоть и в искусственно состаренной раме. Себастьян сразу узнал этот отблеск. Бронированные.
Он расчехлил винтовку, установил её перед собой и зарядил первый патрон. В окуляре прицела отразился первый охранник, склоняющейся над каким-то механизмом.

- Держи ворота, и не дай им заблокировать дверь. – Себастьян напряг указательный палец, коротко выдохнул, и нажал на спусковой крючок. Бронебойная пуля с лёгким свистом вырвалась из дула, прошла через глушитель, и с огромной скоростью врезалась в окно, пробивая его насквозь вместе с головой охранника. Того повело в сторону, и он рухнул на странный механизм, заливая его кровью и мозговым веществом. Моран быстро зарядил вторую. Голова следующего лишь на мгновение мелькнула в другом проёме, но ему было достаточно. Второй снаряд насквозь прошиб охраннику голову, заставляя того рухнуть у прохода. Третий снаряд Себастьян отправил в самое последнее окно, однако на этот раз целью было не убийство.

-  Прикрывай и бегом внутрь. – Гаркнул он Ванде, быстро складывая винтовку обратно в чехол. Теперь вместо неё в руках появился тот самый пистолет, что ещё несколько часов назад летал по комнате.

+2

30

Всю дорогу до тайника шли молча, каждый погруженный в свои мысли. О чем думал Моран, Ванде оставалось только догадываться, так как лезть в его голову было плохой идеей. Да и не нужно было. Она предположила, что он уже сто раз пожалел о том, что связался с психопаткой, вещающая ему о мутантах и вселенском заговоре против них. Девушка не планировала обзаводиться компанией для своего задания. На это были весомые причины. Во-первых, подвергать риску и опасности других людей, будучи уверенной в своих силах, Ванда не привыкла. Она наотрез отказалась от помощи своих собратьев, аргументируя это тем, что это личная вендетта. Да и простить себе смерть любого из мутантов она бы не смогла. Во-вторых, в случае провала, уйти одной было бы проще, нежели с кем-то еще. Риск быть пойманной одной был менее вероятен, а «Подполью» нужны были люди, которые уже давно и надежно охраняют его. Ванда в это число не входила. Оказавшись практически у входа, девушка уже было дернулась вслед за Себастьяном, но он указал ей на место. Перечить девушка не стала и смиренно осталась ждать на улице. Ее не раздирало любопытство, да и особого желания не было разглядывать арсенал бывшего солдата. К оружию она относилась отрицательно. Оно казалось ей холодным, безжизненным, отнимающим жизни других людей так просто – лишь нажми на курок. За время войны в Заковии она успела научиться ненавидеть и военных и их вооружение. Моросящий дождь и новый порыв ветра привел ведьму в чувство, и она вынырнула из своих размышлений. Как раз во время. За спиной показавшегося Морана висел не приметный с виду чехол. Что в нем находилось, Ванде не нужно было гадать, она лишь кивнула и последовала за мужчиной, преодолевая живописные виды наполовину заброшенной стройки.
- Очень предусмотрительно. – Констатировала ведьма, кинув взгляд на массивное транспортное средство. Мотоциклы не вызывали доверия у девушки, она вспоминала, как умело с ним обходилась Наташа и тайно восхищалась ей. Не проронив больше не звука, Максимофф устроилась за спиной Себастьяна, и мотоцикл двинулся с места, перед этим взревев.

Ехали быстро. Очень быстро. Перед глазами проносились дома и улицы. Ванде приходилось держаться крепче и прижаться чуть ли не всем телом к спине полковника, дабы не сорваться где-нибудь по дороге. Уши закладывало от шума, в лицо бил плотный поток воздуха и ветра. Возможно, эти факторы помешали шатенке думать и размышлять о правильности и неправильности своих решений и поступков. Чем ближе они подбирались к месту назначения, тем сильнее было убеждение, что после этого задания она еще долго будет корить себя. Но она понимала, с кем связалась и кого просила о помощи. Понимала и заглушала в голове голос совести и морали. Ублюдки не жалели мутантов, так почему она должна жалеть их? Добравшись до окраины и оставив мотоцикл в укромном месте, Ванда, по просьбе Морана, воздействовала на старенькие камеры наблюдения. «Глазки» заискрились и из укрепления показались вырванные провода.

Издалека фабрика действительно выглядела заброшенной и старой. Вокруг не души, в воздухе царила тишина и спокойствие. Подышав на окоченевшие от холода руки, ведьма взяла протянутый ей бинокль. Рассмотрев здание ближе, она приметила движения в окнах. На таком расстоянии воздействовать на камеры было труднее, но все же, не смотря на метры, Ванда сумела их отключить. Точнее говоря – сломать.
- Они поймут, что с камерами что-то не так через пару минут… - Ванду прервал звук выстрела. Она убрала от глаз бинокль и повернула голову. Моран успел вооружиться и сделать первый выстрел, пока девушка занималась камерами. Он не промахнулся и где-то глубоко внутри, Максимофф кольнуло что-то не приятное. Смерть. Собрав все свои силы, она мужественно выдержала последующие выстрелы, двинувшись вперед и удерживая ворота. Тяга была сильной, но с каждым шагом она слабела. Подключив к удерживанию вторую руку, Ванда буквально потянула ворота на себя, тем самым, выдрав их.

- Теперь точно не заблокируют.

Прошмыгнув внутрь здания, Ванда услышала грохот и топот. К ним уже направлялись несколько вооруженных людей. По всей видимости, успевшие заметить нападение и сломанные камеры. С двух сторон к Ванде и Себастьяну бежали по паре охранников. Встав спиной к мужчине, мутантка выпустила из рук сферу, разрастающуюся до полноценного щита, который закрывал ее туловище. Выпущенные пули увязли в волнующемся сгустке энергии. Девушка чертыхнулась, вспоминая слова из смс.
«Двое охранников. Ну да, конечно, только и всего»
Держа перед собой щит, она успела второй рукой отшвырнуть сначала одного, а потом и второго бугая в противоположную стену, приложив затылками. Больше они не шевелились. Не отпуская своей импровизированной защиты, Ванда повернула голову к Морану, который уже успел отстреляться от нападавших с другой стороны. Зеленые глаза шатенки остановились на убитых. Из отверстий в их теле сочилась кровь, оставляя под собой небольшие лужицы на грязном полу. Она замерла, изучая эту кровавую картину, стараясь не терять бдительность и не позволяя эмоциям победить внутренний порыв двигаться дальше. Когда убивают – она отводит глаза. Вот только сейчас смотрит пристально, запоминая безжизненные лица. Спустя несколько секунд, они продолжили свой путь дальше, огибая пыльные станки. Со стороны лестницы, ведущей наверх, послышался шорох. Ванда успела разглядеть притаившегося охранника, выглянувшего из-за перил. Его пистолет был направлен на них. Пуля вылетела со свистом и еще до этого, ведьма успела выставить руку, останавливая ее практически около лица Морана. Другой рукой она отправила карминовые нити, сплетающиеся в шар, прямиком к стрелку. Достигнув цели и поразив противника, тот, скуля, покатился вниз по ступенькам.
- Как выйдем отсюда, не забудь сказать мне спасибо. - Кинула шатенка в лицо полковнику и, не опуская руки, двинулась за ним по лестнице. Прищурившись, девушка заявила:
- Я слышу Озборна. Он наверху.
Преодолев пару ступенек, Ванда услышала до боли знакомое жужжание и скрип - по полу прокатились два металлических шара, размером с яблоко. По центру, в углублении этого устройства горел красный огонек. С каждой секундой они разрастались и обзаводились из собственного тела длинными "лапками" похожие на паучьи. Трансформируясь, они угрожающе жужжали и, наконец, достигнув размеров карлика, двинулись прямиком на Ванду и Морана.

Отредактировано Wanda Maximoff (Вс, 7 Янв 2018 18:09:48)

+2


Вы здесь » crossfeeling » FAHRENHEIT 451 » компромисс плоти и души.