Пожалуй, Нар-Шаддаа все еще одно из немногих мест в галактике, где подобные разговоры если и вызывают реакцию, то крайне... Как бы сказать? Вялую. Ну, во-первых, контингент как бы намекает, а, во-вторых, на луне контрабандистов хватает других тем для обсуждений, нежели кто кому там бьет под световой двигатель. Не говоря уже о том, что война это всегда деньги для тех, кто не гнушается брать их из любых рук. Даже если из мертвых. А крупье, тем временем, в очередной раз бросает шестигранный кубик, остановившийся на цифре "четыре", что означало еще одной изменение. И нет, пока что ДиДжей играет вполне себе честно, довольствуясь переменными успехами также, как и провалами, чтобы не вызывать подозрений раньше времени. Во-первых, связываться с пайками, которым принадлежит заведение, не то, чтобы улыбалось, а, во-вторых, есть свой определенный, почти профессиональный азарт в том, чтобы обвести вокруг пальца все современные системы защиты от хакерских атак и взломов за игровым столом... читать далее

crossfeeling

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » crossfeeling » PAPER TOWNS » Все ещё живы


Все ещё живы

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

Все ещё живы
Bucky Barnes // Steve Rogers

http://i12.pixs.ru/storage/8/0/5/lovelaceme_5678083_28614805.gif
http://i12.pixs.ru/storage/7/8/0/25mediatum_1704512_28614780.gif

«

Austria, 1944
Всё впереди, всё пока, всё пока накануне…
Двадцать рассветов осталось счастливых.
Год сорок первый, начало июня.
Все ещё живы, все ещё живы (c)

Прикрывать друг друга; нести ответственность друг за друга, следовать друг за другом; смеяться у костра, вспоминая старые шутки из детства; и всегда, всегда доверять друг другу, - это и означает дружба. И она сильнее даже войны.

»

+2

2

Я делаю ставку на красное – и зеро.
Это правило  как небосвод старо,
Моя карта в раскладе таро –
Старший аркан.
Смерть.
У меня на губах закипает медь.

- А девочки? – Баки никак не мог оставить в покое эту тему. И если он еще мог смириться, пусть и с некоторым трудом, что Стив не будет вслух и с выражением читать ему свою агитационную речь, поскольку Баки ни разу ее не слышал, то отвадить его от других смежных тем было бы очень трудно. - Ты хотя бы запомнил их имена? У тебя была среди них любимая?.. Только не говори, что ты их постоянно путал.
Девочек из группы подтанцовки он тоже не видел, но благодаря множеству других мероприятий, которые когда-то проводились в таком далеком сейчас Нью Йорке, догадывался примерно, как они могли выглядеть. Одинаковые наряды, разлетающиеся юбки – так, чтоб видно ноги, - и примерно одинаковый рост. Еще прически и наверняка светлый цвет волос: подстраивались под вкусы солдат, а они всегда были довольно однозначными. Джеймс не видел в том ничего плохого, и по-хорошему завидовал Стиву, ведь тот столько времени провел с девчонками. Впрочем, если судить по выражению лица Роджерса, все это время он потерял даром.
Баки осуждающе покачал головой:
- Ты никогда не научишься, да? – он усмехнулся. - Закончится война, останемся ненадолго тут, в Европе, тогда я тебе покажу, как это делается. Если только к тому времени у вас с Пегги ничего не получится.
К Пегги Баки немного ревновал. Правда, совсем чуть-чуть, и скорее из-за того, что она не обращала на него ровным счетом никакого внимания, зато Стива выделяла среди всех прочих. До этого, с другими женщинами и в штатах, все было ровно наоборот, и теперь Джеймс с одной стороны рад был за друга, потому что он всегда, а не только став большим и сильным, заслуживал женского внимания, и с другой стороны… Ну, ему было тяжело подобрать синоним, подходящий под то, что он испытывал, полностью. Стоило им вдвоем встретить где-то Пегги Картер, как Баки начинал остро ощущать себя лишним, хотя сам Роджерс никогда не давал ему этого понять.
Должно быть, раньше так себя чувствовал Стив, но Стив никогда не заговаривал об этом, а потому молчал и Баки. Теперь наступила его очередь.
Думать о том, что будет, когда закончится война, на самом деле Джеймсу не нравилось. Он каждый день видел, как люди умирают, и после того, как едва не умер сам, уже не мог поверить в то, что когда-то снова все будет хорошо и они - каждый из них - смогут вести спокойную “прежнюю” жизнь. Но Стив мог считать иначе, да и предаваться упадническим мыслям было совсем не время, а потому иногда Баки говорил о светлом будущем так, словно его наступление было неизбежным.
По крайней мере, ежедневно они делали что-то, чтобы приблизить эту вероятность.
Завтра, к примеру, они с отрядом пойдут на северо-запад, через лес, чтобы выгнать оттуда немцев. Или то были австрийцы, или даже итальянцы - Баки обычно не различал их, когда видел через прицел винтовки. Потом наискосок, к северу, будет поселок, но туда Пегги ходить не советовала. Именно из-за этого Джеймс думал, что они пойдут - порой Стив принимал опрометчивые решения, основанные на абсурдных умозаключениях вроде “Раз поселок был упомянут, значит, там что-то есть”. Баки заранее знал, что не станет возражать.
Стив мог бы командовать гораздо большим количеством людей, но у него был только отряд. Из плюсов - людей Роджерс выбирал сюда сам, и…
- Ты хоть девочек сам выбирал или взял тех, каких дали?
...а людей выбирал сам, потому Барнс не сомневался, что доверять можно каждому. Большая часть из них попали в плен вместе с Джеймсом, и теперь они были обязаны Стиву жизнью, но рядом их держало явно не это. Не долг, а то, каким был Роджерс. Ну да Джеймс всегда знал, что он такой - смелый (до безрассудства), сильный духом (и тут до безрассудства), правильный (да, до безрассудства, хоть это и странно звучит), настоящий командир: не из тех, в общем, которые из теплого штаба не вылезают и раздают команды людям, которые будут потом гибнуть ради выполнения этих команд.
Порой Баки хотелось запереть Стива в самом защищенном штабе, чтобы его безрассудство не довело до беды. Вряд ли бы Роджерс согласился.

Лес оказался делом простым. Репутация Капитана Америка вселяла во врага некий мистический страх, а то, как Стив ловко управлялся со щитом, добавляло этой мистике реальных ноток. Они справились за полдня, хлопнули друг друга по плечу - сегодня без потерь, - и тогда остановились. Ритуал был едва ли не заученным: проверить оружие, почистить, пересчитать патроны, чье количество обычно таяло будто на глазах. Как только их станет катастрофически мало - придется возвращаться в полевой штаб (как мысленно Баки говорил - “К Пегги”), либо же еще раньше, если кого-нибудь из них ранят.
Или убьют, - мысленно напомнил себе Джеймс, потому что иногда, в хорошие дни, эта перспектива вылетала у него из головы. Потом он заметил, что Стив смотрит на север, и нахмурился.
- Нет, - он обошел Роджерса и стал так, чтобы вместо севера и поселка, который отсюда был не виден, перед взглядом Стива находилось его лицо. - Сам знаешь, я не очень люблю, когда нами управляет женщина - не в таких делах, - но в этот раз я согласен с Пегги: туда нам лучше не ходить. Не сейчас.
В каком-то плане ему тоже туда хотелось. Они на волне небольшой победы, и если немного отдохнуть, а потом… хотя бы в разведку… Но Баки старался быть благоразумным за них обоих, и потом повторил:
- Лучше не сейчас, Стив.

+3

3

Вчера по радио передавали, что Нью-Йорк зальет дождем – да так, что на Лонг-Айленде возможны локальные наводнения, но сейчас солнце слепит глаза, и блики на серебристой воде Ист-Ривер напоминают, что синоптики – тоже люди.
Всем свойственно ошибаться.
И Стив рад такой ошибке – Европа уже давно в огне, и Новый свет, наконец, решил помочь Старому – а это значит, что Баки может получить назначение со дня на день. В отличие от него, Стива Роджерса. Он всё ещё не смирился с этим, он всё ещё ходит на вербовочные пункты, конечно, не признаваясь другу, да это и без надобности – Баки и так всё знает. У них давно нет секретов друг от друга, а может, никогда и не было. Джеймс старается лишний раз не затрагивать тему армии, хотя Стиву хорошо известно, как не терпится Баки поговорить об этом. Но Баки отвлекает его, как может – разговорами о девчонках, о том, что он вчера выбил все «десятки» в тире на Кони-Айленде, прогулками – как вот сегодня.
- Закончится война, - говорит Баки, бросая камешек в воду так, что тот подпрыгивает на волнах несколько раз. Они сидят на валунах у залива – сейчас тут тихо, лишь несколько рыбаков поодаль, а закатное солнце нависает над арками Бруклинского моста, как будто хочет зацепиться за них. – Закончится война, я вернусь и покажу тебе, как это делается, с девчонками. Ты же сам никогда не научишься.
Стив качает головой, улыбаясь. Он приказывает самому себе запомнить эту картину. Он будет возвращаться к ней в мыслях, когда Баки уедет.
А потом он просыпается.

***

Такие сны приходили не впервые, и Стив был им рад, потому что в последнее время наяву, как и во сне, он видел лишь взрывы, кровь и смерть. Впрочем, теперь всё равно стало легче – теперь он был не один.
Баки спрашивал о девочках и улыбался, как умел только он, а Стив изо всех сил пытался не смущаться – мало того, что Пегги могла услышать эти разговоры, так ведь он действительно не помнил их имен. Города менялись, как в калейдоскопе, девушки – тоже: Лиззи, Кэти, Мэри, Дейзи, Бэт… - сейчас это всё казалось каким-то невероятно далеким прошлым, другой жизнью, но Стив был чертовски рад, что эта жизнь поменялась. Что он перестал быть глянцевым плакатом и стал приносить пользу – делать то, ради чего Капитана Америку и создали.

Он был согласен часами слушать эти вопросы от Баки, лишь бы раз за разом убеждаться – это на самом деле Джеймс. Живой, смеющийся – и, кажется, такой же, как раньше. Стив боялся – он уже успел увидеть, как ломала людей война, как ломал их плен, как они выстраивали вокруг себя стену или, напротив, превращались в бездушных чудовищ, преследующих лишь одну цель – убивать. Не мог он и знать, как друг воспримет изменения, случившиеся с ним, но, кажется, это Баки волновало меньше всего, и Стив был за это бесконечно благодарен.
Они точно не знали, что там, в поселке с труднопроизносимым немецким названием, несколько отличных разведчиков не вернулись с задания, отправившись туда. Пегги предполагала, что там не просто немцы или их союзники – а возможно, Гидра испытывает новое оружие, и потому для атаки следовало хорошо подготовиться.

Парни делились оставшимися патронами, а кое-кто устроил перекур после боя, присев на поваленное дерево. Сейчас лес казался мирным и спокойным, почти сказочным, словно из сказок Братьев Гримм, вот только это чувство было обманчиво, как и многое на войне. К этому тоже следовало привыкнуть, и Стив привыкал.

Он не удивился, что из всего отряда его короткий взгляд, обращенный на север, заметил только Баки.
- Ты снайпер или телепат? – попытался пошутить Стив, когда Джеймс встал прямо перед ним. 
Конечно, друг был прав. Он был тем же смешливым Баки, душой компании – и все же другим. Пытался по-прежнему оберегать его, Стива, осознавая, что это больше невозможно, как в бруклинских дворах. Стив и сам был бы рад отправиться на задание в одиночку, а Баки пусть бы возвращался с парнями в главный лагерь, но и он понимал, что это невозможно. Только еще понимал, что не справится, если потеряет его снова.

- Я скажу Пегги, что ты с ней согласился, вот она удивится, - улыбнулся Стив. – Но только посмотри, - он вытащил из кармана формы потрепанную карту и развернул ее. – С этой стороны – почти непроходимый лес, с этой – горы и река, а почти все дороги и мосты лежат вдалеке от этого поселка. Он не важен, как стратегический пункт, тогда зачем они заняли его? Мы можем вернуться, радоваться маленькой победе и не заметить, как придет большая беда.
Стив свернул карту и поймал взгляд Баки. Он даже не спрашивал – в этом не было необходимости. Если он, Стив, решит отправиться на север, Баки последует за ним, не слушая никаких возражений.
И это одновременно грело душу и впивалось в нее острыми когтями панического страха. «Я не справлюсь, если потеряю его снова».

+1

4

Стоило Стиву развернуть карту, как Баки положил руку на его плечо, чтобы развернуть к остальным членам отряда спиной, а потом и прошел немного вперед, чтобы они еще и не могли их слышать. И дело не в секретах, потому что Джеймс доверял каждому из них как самому себе, но в том, что эти люди, смелые и безрассудные, наверняка чувствовали сейчас эмоциональный подъем, волну победы. Каждый из них легко согласился бы выдвинуться в то поселение: что для них советы Пегги?.. Картер далеко, в штабе, а они тут, где спокойной и хорошо, где им сопутствует удача, так почему бы не воспользоваться своим везением? Они пойдут, стоит Стиву дать понять, что этот вариант существует. И если бы Баки согласился составить Капитану компанию, то лишь при условии, что остальные останутся здесь.
Потому что должен быть кто-то, кто расскажет потом, почему Капитан Америка лишился головы, а Джеймс вместе с ним.
Глянув на карту, Баки медленно кивнул. Он видел изображение местности и раньше, но больше сосредотачивался на том, как выглядит лес, где тропы и подъемы и где удобные места для засады. То, что за пределами леса, его интересовало мало, потому он только окинул тогда взглядом остаток карты, но сейчас, всматриваясь во все это снова, понимал: Роджерс прав.

- Я согласен насчет всего, что ты говоришь, - эти слова давались ему не без труда, но Джеймс все-таки произносил их. Потому что было кое-что еще, кое-что другое. – И раз это место настолько важно, что они его заняли несмотря на отдаленность от всех путей, то разве они не охраняют его? Их люди, которые были в лесу – наверняка разведчики, Стив, и если эти разведчики не выйдут на связь, там все будут знать, что мя рядом и нашли их. Что, если уже знают?
Ему было сложно определиться, где точка равновесия между тем, как правильно, и тем, как безопасно. Стивен был подготовлен практически к чему угодно, он был сильнее и быстрее остальных, выносливее, крепче, и, если уж по правде, рядом с ним Баки было нестрашно. Но теперь этого может быть недостаточно.
- Двоих они не заметят… - Джеймс облизнул губы, обернулся, чтобы глянуть на остальных. Те разговаривали между собой, кто-то смеялся, и, похоже, пока они не догадывались о том, какой разговор ведется совсем рядом. – Если остальные будут тут или уйдут домой, это может дать нам больше времени. Если только они не следят конкретно за тобой. Лично я на их месте глаз бы с тебя не спускал.
Он улыбнулся. Видно было, что Стив горит этой идеей, и у Баки не было причин не доверять ему. Уж тем более он не позволил бы Капитану идти одному даже на разведку. Роджерс правильно подметил – он снайпер (жаль, что не телепат), а у Стива несмотря на всякую сыворотку все еще нет глаз на затылке.
- Сам им скажи, - Джеймс качнул головой в сторону группы. – План-то твой.
На месте остальных, Баки не пожелал бы оставаться в стороне, когда лидер идет на какое-то дело, но теперь это, к счастью, была не его проблема. И если с разведкой в поселке он Стиву поможет, то здесь пусть Капитан Америка справляется сам.

Пока Стив объяснялся со своей группой, Баки проверял винтовку. Он любил это делать, потому что всегда знал, что затвори ходит легко, а окуляр полностью чистый, знал, какое количество патронов у него осталось. Чем лучше он чувствовал свое оружие, тем лучше чувствовал и себя самого, а сегодня им это чутье уж наверняка понадобится.
Когда Роджерс вернулся, первым, что Баки сказал ему, было:
- Только не делай ничего безрассудного, обещай мне.
Потому что он точно знал, что именно нечто подобное Стив и сделает, как только ему представится подходящая возможность и как только в голове появится мысль, что это может вести к чему-то хорошему. Для того Баки и остался с ним: чтобы попытаться быть голосом разума там, где у Роджерса обычно говорит голос храбрости.

Поселение огибали по дуге. Если там кто и следит за отрядом, то приближения они ждут именно с той стороны, где остальные разбили крошечный временный лагерь, и именно поэтому Стив и Баки должны оказаться как можно дальше от этого места. Когда точка показалась обоим приемлемой, Баки полез на дерево, чтобы через окуляр винтовки рассмотреть местность, а потом почти бесшумно спустился обратно.
- У них нет ни стен, ни ограждений, ни даже наблюдательных вышек, Стив. Просто… городок. Людей я не заметил, но все здания не выше двух этажей, и там есть собаки – обычные, дворняги.
Он смотрел на Стива, но не произносил вслух того, что думал – что Роджерс мог ошибиться. Либо же поселок заняли гидровцы намного раньше, и уже успели освободить его, ничего толкового для американских солдат не оставив. Конечно, в этом случае беды оттого, что они сходят и убедятся в этом своими глазами, не будет, но Джеймсу все равно было немного неспокойно.
- Подойдем ближе?..
Было еще светло, и Джеймс с одной стороны радовался этому – хорошо будет видно, не наткнутся на мину, - но с другой понимал, что точно так же хорошо будет видно их со Стивом, сколько бы они ни пытались быть скрытными.
- Или стоит дождаться ночи? Мы обещали выйти на связь через шесть часов, но… - он дернул плечом. В группе все и так знали, что Капитан в любой момент поступит так, как посчитает нужным, и если на связь не вышел – это еще ничего не означает. Они там все наверняка дожидаются момента, когда из городка послышатся взрывы, но Джеймс был уверен в том, что не допустит ничего подобного.
Только посмотреть. Только проверить и посмотреть.

+1

5

Свернутый текст

ладно, я понимаю, что зомби - это слишком, но когда я прочитал фразу про собак, у меня в мыслях переключило тумблер в эту сторону, прости хД дальше можем и другое придумать

Стив доверял каждому из этих парней едва ли не больше, чем себе. Они уж точно бывали в переделках похлеще тех, в которых приходилось бывать ему, и у них в крови не было сыворотки суперсолдата, а они всё равно шли в бой – каждый раз, как в последний.
Еще до того, как он узнал, что отряд сержанта Джеймса Барнса пропал где-то в итальянских горах, большинство убито, а остальные – взяты в плен; еще до того, как он каждый вечер напяливал на себя нелепый костюм и говорил заученные слова, он видел таких парней – раненых, потерявших руку или ногу, хватающих медсестер за ладони с просьбой помочь им отправить письмо домой. А когда он увидел войну изнутри, когда впервые нажал на спусковой крючок и метнул щит так, что немецкий солдат не поднялся – тогда, с той минуты Стивен знал одно: эту войну нужно закончить как можно скорее. Он оказался готов к боям, но он не оказался готов к тому, кого он мог потерять. Нет, не себя, если бы он дорожил своей жизнью, то никогда не согласился бы на эксперимент доктора Эрскина. Других. Тех, кто стал дорог. И того, кто был дороже других.

Он боролся с отчаянным стремлением сказать Баки возвращаться обратно со всеми, пока не понял, что это был бы чистой воды эгоизм. Они уже не были детьми, и даже после сыворотки это работало не так: когда-то ты защищал меня, теперь я защищаю тебя, нет. Они защищали друг друга, и решения Баки были его собственными, уж переубедить Джеймса Барнса Стив Роджерс не мог никогда – и ни разу в своей жизни не пожалел об этом. Баки, в отличие от других, видел в нем не просто Капитана, но Стива – и это было главным.
Парни согласились не сразу, особенно, конечно, упорствовал Дуган – кажется, шотландцев было переубедить практически так же нереально, как Джеймса, а тут Дуган еще поинтересовался, что на это скажет агент Картер.
- Боюсь, ничего хорошего, - признался Стив.

Как было объяснить Пегги и Ревущим, что Стив не чувствовал себя героем, который непременно обязан совершить что-то великое, словно рыцарь, отправляющийся на схватку с драконом? Он не для этого ходил на пункты вербовки изо дня в день. Он не для этого пошел в армию, когда ему дали шанс. Стив всего-то и хотел, что исполнить свой долг и быть полезным – в кои-то веки. Солдаты, гибнущие тысячами, десятками тысяч, не были рыцарями, побеждающими драконов – они умирали, но приближали конец войны, и чем Стив Роджерс был лучше этих солдат?
- Разве всё безрассудство не досталось тебе? – улыбнулся он в ответ на просьбу Баки.

…Джеймс, как выяснилось, был прирожденным разведчиком и снайпером, конечно. Там, где Стиву казалось, что он создает слишком много шума, а щит то и дело цепляется за ветки, Баки шел едва слышно, а на дерево вскарабкался так, словно вырос не в каменных джунглях Бруклина, а где-то в вековых лесах Орегона.
Стив обернулся и глянул на запад, где небо уже начало краснеть от лучей заходящего солнца. Они в гористой местности, солнце тут быстро прячется в Альпах, а, значит, практически через час станет темно. Это и хорошо, и плохо.
Он закусил губу, покачав головой. – Я могу ошибаться, Баки, но что-то мне подсказывает: тут дело нечисто. С сывороткой, конечно, интуиции мне не добавили, - он развел руками, не окончив фразу, прекрасно зная, что друг его поймет. Всё то, что люди обычно называли шестым чувством или внутренним голосом, обострялось на войне.

Их разговор прервал шелест листьев и треск веток – Стив мгновенно снял щит, но вместо разведчиков из кустов появилась собака. Всё верно, Баки как раз говорил о том, что видел в городке собак. То, что с псом было что-то не так, Капитан заметил через пару секунд – в ее боку зияли отверстия, какие бывают от пулевых ранений – и с какими бы она точно не выжила. Но собака скалила зубы, склонив морду, и, похоже, ее совсем не заботили собственные раны.
А потом позади них послышался еще лай – и он нарастал, приближаясь.

+1


Вы здесь » crossfeeling » PAPER TOWNS » Все ещё живы