JACKIE QUILT: Последнее что она помнила, топор несущийся на большой скорости прямиком к ней в лицо, а затем абсолютная темнота. Она умерла? Что произошло? Боли она не почувствовала, а уши вдруг неожиданно заложило. Состояние было странное, будто бы она подвешена где-то в воздухе, но в то же время падает куда-то вниз. Почему? Что происходит? Раздражение само собой начало образовываться и распространятся по телу, потому что ну слишком много странных событий произошло за последнее время. Неужели это такая странная атака со стороны так называемой кармы за все, что убийца сделала с другими людьми? Чушь. Все это чушь. Ей просто не повезло или повезло оказаться наиболее выделяющейся из общей, серой массы. И сколько ей интересно ещё так быть? Ответ пришёл сам собой, когда вся тьма неожиданно расступилась, а перед глазами появился…пол. С невероятным успехом и с таким же замешательством, наша героиня жарко поцеловалась с металлической поверхностью. Боль, большое количество звуков, голоса и выстрелы. Все это слилось в какофонию, которую беловолосая совсем не могла понять. Где она, что это за место и какого черта она приземлилась именно лицом вниз?
JESSAMINE KALDWIN & CORVO ATTANO
Эмили "дома", в том месте, которое в последнее время служило Корво домом. Она в безопасности, хотя и напугана, и ей часто снятся кошмары. А усталый бывший Лорд-Защитник ложится отдыхать, пытаясь не думать о словах той слепой старой женщины...
SEE YOUR FUTURE
Во всей Галактике остался лишь один джедай - это вам скажет всякий! Все остальные были убиты, и имя последнего из них произносится с трепетом, надеждой и почти остывшей верой. Джедаи - существа мифические, им чужды все слабости обычных разумных людей. Они вроде ангелов или драконов света - сияющие, непогрешимые, поверженные лишь только ударом в спину. А так никто не может убить джедая! Люк Скайуокер тому доказательством. Так должно быть, и обыватели уверены в том на все сто процентов. А как же иначе? Только Силе плевать на планы и ожидания обычных людей и экзотов. И кому какое дело, что когда-то, в конце Войн Клонов пропали двое магистров и полный корабль клонов? В конце концов, спустя несколько дней был похищен канцлер! А заочно вписанный в колонку "потери" крейсер генерала Эйлы Секуры даже не стали старательно разыскивать. Мертвы - хорошо, нет? Так все джедаи изменники! А "Стремительный" просто летел домой. На Корусант, отвозя на базу усталых клонов, возвращая домой, в Храм, двух джедаев. Только вот гипер-прыжок прошел чуть-чуть не так. Может быть, из-за плохого состояния корабля, может быть, пилоты что-то напутали, но, скорее всего, на все воля Силы. И теперь все не так. Система все та же, но ее окружение? Откуда эти блокпосты, что за дурацкая эмблема? Это явно не КНС. И не Республика. Но джедаи своих не бросают. И есть всегда возможность узнать, что произошло! Орден Джедаев незыблем. Только Храм молчит. Молчит и Сила. А нестандартно мыслящие генералы перебирают все позывные на твердом упрямстве, в пустой надежде. Кажется, у них проблемы. Просто все изменилось. Просто прошло 53 года.
ХОТИМ ИХ ВИДЕТЬ:
MOON BUTTERFLY
[star vs. the forces of evil]
Королева Баттерфляй - мать Стар Баттерфляй и предыдущая хранительница королевской волшебной палочки. Мун всегда сдержана и серьёзна, любое её слово - закон. Жители королевства любят и ценят её как истинного правителя. Однако, Король Ривер и Стар, считают её слишком холодной и строгой. Тем не менее, под обликом сильной и воинственной королевы скрывается добрая и любящая Баттерфляй. Этому сердцу Мьюни есть причины быть сокрытым под толстой коркой льда.
REVAN
[star wars]
Реван был известен наличием харизмы и жажды знаний, и до своего падения считался очень одаренным джедаем. Он отлично умел убежать, он был хорошим военным тактиком, что и помогло ему выиграть Мандалоские войны. Реван умен и решителен, позволяя мыслить себе шире, а не рамками Ордена. О его подвигах ходили легенды. Но это сыграло с ним злую шутку - пав во тьму, он стал более безжалостным и презирал слабость и нерешительность, не щадя своих противников, в его бытность Дартом Реваном. Также, у него вполне неплохое чувство юмора, которое, впрочем, на темной стороне также почернело.
VALERIAN
[valerian and the city of a thousand planets]
Валериан ― агент пространственно-временной службы, который в своему молодом возрасте уже добился до звания майора. Целеустремленный, сильный и исполнительный в выполнении работы, но с точки зрения Лорелин ― ветреный и безответственный в сфере межличностных отношений. Кстати, о последних. Отношения Валериана с Лорелин постоянно колеблются между дружбой и постоянными взаимными подколками и обоюдным притяжением, которое в будущем может превратиться в сильное и глубокое чувство. А может и не превратиться, но во всяком случае, эти двое друг за друга ― горой.
HELMUT ZEMO
[marvel]
Я бы мог винить тебя в том, что произошла Гражданка. Я бы мог винить тебя в расколе Мстителей, в гибели людей, в том, что ты активировал у моего друга эту чертову программу Зимнего солдата...Вот только тогда, в Сибири, ты сказал правду. Дело не в тебе, Земо. Дело в нас. Ты лишь продал нам оружие, а мы сами купили к нему патроны и выстрелили. Ты вытащил наружу наших демонов.
XUL
[diablo]
Зул является одним из Жрецов Ратмы, которых непосвящённые чаще всего называют просто некромантами. Как и его собратья, он следует учению Ратмы, древнего нефалема и первого некроманта в Санктуарии. Используя могущественную магию смерти, Зул способен насылать ослабляющие проклятия на живых и воскрешать умерших, дабы те служили его воле. Некромантами из культа Ратмы движет лишь одна цель — соблюдение баланса между порядком и хаосом, жизнью и смертью, светом и тьмой.

crossfeeling

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » crossfeeling » PAPER TOWNS » потому что я есть смерть


потому что я есть смерть

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

потому что я есть смерть
гарри харт, гэри анвин // рыцарь, принц

http://s5.uploads.ru/kTo5O.png
я не мог и представить, что смерть может быть живой
http://s2.uploads.ru/5uGic.png

«

КЕНТУККИ, США
Гарри жив - это кажется невероятным.
Гарри жив - и Эггси уверен, что ему больше ничего не нужно для счастья.
Но вернуться из мертвых и не потерять себя оказалось сложнее, чем можно было представить. Эггси смотрит на Гарри и не узнает прежнего Галахада. Да и кто тогда он сам, если Галахад вернулся и теперь вновь в строю.
И все бы ничего, но пока он драматизирует, в мире разворачивается очередной геноцид.
Well, shit.

»

+2

2

- Сто шестнадцать… шестьдесят четыре, – Гарри неразборчиво бормочет себе под нос, сжимая в зубах швейную булавку, и недоверчиво щурит единственный глаз, прикладывая сантиметр к плечу и запястью Эггси, тем самым сгоняя пристроившихся там иллюзорных, одному Харту видимых бабочек. Числа, произнесенные Гарри тут же оказываются записаны им ровным и аккуратным почерком в заранее расчерченную на листе бумаги таблицу. Раньше он снимал мерки буквально за минуту. Все движения отточенные и четкие, ни одного лишнего. Бюст, талия, рукава и длина. Четыре параметра. Четыре числа. Просто. Было когда-то. Обычно Харт был настолько точен, что повторные замеры ему не требовались. А сейчас в таблице мало помалу появлялись исправления. Бывший Галахад то и дело хмурился, глядя то на бумагу, то на сантиметр, потом измерял заново, сбивчиво наказывая Анвину не вертеться, хотя тот и так почти не двигался, единственной линией зачеркивал старые цифры и старательно выводил рядом новые.

Он ошибался не просто так. Всю задачу усложняли бабочки. Если всю свою жизнь Гарри питал к этим насекомым самые теплые чувства, на которые только способен, то сейчас, после «смерти», он уже их просто ненавидел холодной лютой ненавистью. Их разноцветные крылья отвлекали внимание, закрывали собою цифры и нагло лезли в лицо. Хотя… иногда это было даже забавно. Например, Эггси бабочкам-галлюцинациям определенно нравился. Один раз крупный лазурно-черный махаон уселся прямо парню на нос, заслонив своими массивными крыльями половину лица Анвина, пару раз качнул крыльями и исчез, как только Гарри потянулся, чтобы смахнуть его. Вся неловкость того момента испарилась, стоило Харту сказать «бабочки». Эггси конечно знал об этих странных галлюцинациях. И пытался помочь по мере возможности, хоть и агент Кола заверила, что все должно пройти со временем. А пока Гарри пытался научиться игнорировать рой цветастых насекомых. Получалось из рук вон плохо. Наверное, с тем же успехом он мог бы взять сачок и гоняться за чертовыми бабочками по всей штаб-квартире «Стейтсмэн», чтобы потом насадить их всех на булавки за все причиненные неудобства. Однако этим летающим вредителям праведный гнев Гарри был не страшен. Все-таки они были всего лишь плодом его воображения. О, если бы бабочки мешали только мерки снимать. Но многочисленные предметы давней юношеской одержимости сопровождали Харта повсеместно.

Гарри устало вздыхает, когда снова замечает очередную неточность, и в который раз берется заново замерять рукав, предварительно приколов манжет булавкой ровно на том месте, где еще секунду назад сидела белая капустница. Тем временем по количеству воткнутых в него острых предметов Эггси приближался к кукле-Вуду, и теперь двигаться было бы действительно «опасно». Впрочем, это было только на руку Харту, ведущему неравный бой со своими внутренними, если бабочек вообще можно так назвать, демонами. Он гневно закрашивает последнее из трех чисел, которое должно соответствовать длине рукава нового пиджака Анвина, почти продырявив бумагу, и трет пальцами переносицу, чуть приподняв очки. Честно говоря, они сегодня как-то странно мешались, и, казалось, если их снять, то галлюцинации наконец прекратятся, тем более, что кроме как на задании, очки Гарри не требовались в принципе. Но сейчас приходилось носить их постоянно, все-таки очки выглядели солиднее повязки на глаз. А Эггси хоть и был «своим», но все же Гарри не позволял себе демонстрировать аккуратный шрам на веке, прикрывающем пустую глазницу. Раньше отсутствие левого глаза Харта совсем не смущало. Для того, чтобы изучать бабочек, читать книги о них, и делать записи на обитых войлоком белых стенах достаточно и одного. Но после того, как Анвин смотрел, а вернее не смотрел на него, когда Харт впервые снял очки все вдруг резко изменилось. Это было… трудно. Для них обоих, наверное. Доказательство того, что они подвели друг друга. Наверняка Эггси винил себя за то, что не смог спасти наставника, а тот в свою очередь, после восстановления памяти, не мог смириться с тем, что оставил ученика в самый ответственный момент. Горечь смягчал тот факт, что Эггси со всем справился. Причем сам. После Валентайна наставления Харта ему уже точно были без надобности, но на горизонте маячила, возможно, даже более серьезная угроза - Золотое Кольцо. Гарри не мог рассчитывать на «Стэйтсмэн», после того, как распознал в одном из них «крысу», не мог рассчитывать и на себя, так как его былые точность и координация к нему еще не вернулись, не говоря уже и о навязчивых галлюцинациях. Оставались только Мэрлин и Эггси, которые, в свою очередь, не могли положиться на него. Замкнутый круг.

- Ты… вырос, – немного помедлив произносит Гарри, опять сверлит числа придирчивым взглядом и указательным пальцем поправляет очки на переносице, наконец закончив с мерками для пиджака. Все это было нужно скорее Гарри, чем Эггси. В костюмах «Кингсмэн» дефицита не испытывали, а вот в агентах – да. Кола посоветовала заняться каким-то привычным делом. Кроме стрельбы.

«Стэйтсмэн» без проблем обеспечили Харта всем необходимым. Конечно, их швейная мастерская была далека от совершенства английской мастерской «Кингсмэн», но от последней остался только пепел, поэтому выбирать не приходилось.

Пока ранее любимое занятие не приносило ничего кроме разочарований. Чем больше Гарри злился на себя, тем больше ошибок он допускал. Конечно, он держался, старался не выпускать наружу ни одной эмоции. Лицо Харта было по своему обыкновению непроницаемо и скудно на эмоции. Но молчал он больше, чем обычно, движения его стали резкими, нервными. Да, настоящие эмоции агента Гарри Харта невозможно было увидеть на его лице, но язык его тела говорил о внутреннем состоянии мужчины очень откровенно. Для Гарри было легче сделать вид, будто ничего не произошло. Харт по-прежнему ничего не сказал об уничтожении практически всех агентов и абсолютно всех штабов «Кингсмэн». Как и полагается хорошему агенту - он не оплакивал их и не скорбел даже в одиночестве, все его мысли были о мести. Зато Эггси и не пытался скрывать свои чувства. Харт мог бы прочитать ему целую лекцию о том, как важно сохранять хладнокровие в любых ситуациях, но не стал. Такого никогда раньше не случалось. От некогда великой и древней шпионской организации не осталось ничего, кроме пары агентов. Гарри прекрасно понимал своего бывшего протеже. Ему и самому было далеко не так легко, как казалось на первый взгляд.

- Думаю, с пиджаком мы закончили, – Гарри вешает сантиметр на шею, и отворачивается, чтобы сделать последние поправки в измерениях. Он все еще не был уверен, оказались ли они с Эггси в этой комнате только потому, что с ним что-то не так, или же с ними обоими все не так. Харт знает, что если бы Анвин мог – он бы отправился за Поппи Адамс не раздумывая. Все-таки жизнь его девушки на кону. Но вместо этого ему приходиться тратить время на Гарри. И на новый костюм, в котором не было надобности. Хоть Харту и сложно было представить, что чувствует Эггси, но он правда пытался поставить себя на его место. Гарри не чужда утрата. Утрата товарищей, семьи, собственной жизни. Но утрата любимого человека, наверное, ощущается иначе. Впрочем, скорее всего, это ощущение Харту никогда не познать, хорошо это или плохо.

+1


Вы здесь » crossfeeling » PAPER TOWNS » потому что я есть смерть