Тебе кажется, что удача, наконец, повернулась к тебе. Что, наконец, счастливые моменты воспроизводятся в действие, а не замирают на заднем плане. Тебе кажется. Но, между тем, есть какое-то внутреннее недоверие ко всему происходящему; неужели судьба стала к тебе благосклонна? Не сказать, что ты рассчитывал на её снисходительность в последнее время. Ты думал, что пропал навсегда и исчез с её радаров, растворившись в гнетущей тьме. Ведь за все те поступки, что протянулись кровавыми пятнами через всю твою линию прожитой жизни, ты мог получить по заслугам, лишаясь всего, что любишь. Не хочется утверждать, что ты этого заслуживаешь, но иногда карму не так-то легко очистить. Иногда на это уходят недели _ месяцы _ годы, которых может и не быть вовсе. А, разрушающее изнутри, чувство отвратительной тревоги за самого себя, не отступает. До последнего остаёшься верен себе, словно бы, больше, чем своей семье. Пора бы уже скинуть это 'я', что превыше всего, в пропасть и уступить более благородным начинаниям, что пытался зародить в тебе сын однажды. И чем ты ему отплатил? Изо всех сил постарался обернуть во тьму. Любовь обходится дорого всем, но ты даже не знал, насколько может быть опасна эта болезнь, от которой нет лекарства. Ты молился миллионам богов, ты открещивался от своих грехов под святые песнопения, ты пытался сделать из себя праведника [ на деле являясь безнадёжным грешником ]. Это то, что делает с людьми привязанность. Это то, на что способна любовь — все ужасные вещи, на которые может закрыть глаза человек, лишь бы достигнуть желаемого. Твои изначально благие намерения скатились в тёмную бездну, из которой тебя под силу было вытащить только Адриану. Именно ему. Не Эмили, не Натали, не Нууру. Только твой сын, которому ты предавал недостаточно значения. Которого ты ставил недостаточно высоко, считая свои планы истинно _ единственно верными. И уверяя себя, что делаешь как можно лучше для вас обоих. Отчасти ты был прав, ведь каждому ребёнку нужна мать, но не такими жертвами. Ты сделал своего сына сиротой, при живом-то отце. Заставил чувствовать себя нелюбимым _ нежеланным ребёнком [ он никогда в этом не признавался откровенно, но ты уверен в этом, почему-то ]... ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ
устав администрация роли f.a.q фандом недели нужные хочу видеть точки отсчёта фандомов списки на удаление новости

crossfeeling

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » crossfeeling » PAPER TOWNS » Can anyone tell me why?


Can anyone tell me why?

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

Can anyone tell me why?
наш личный сорт Земли, где-то между безвременьем сериала и ломаной комиксной временной линией
[Emma Frost and David Haller]

http://sa.uploads.ru/t/if0T7.jpg

http://s1.uploads.ru/t/qTfm3.jpg

Король Теней запер Дэвида в клетке внутри его собственной головы и устроил локальный апокалипсис в Саммерленде, и всё же его владычеству быстро пришёл конец. Теперь Дэвид смотрит на последствия его - своих - деяний и не знает, как ему быть дальше. А Эмма, видимо, помимо телепатии и повышенного содержания углерода в организме обладает способностью находить сильнейших и отчаянных, более того - кажется, знает, что с ними делать.

Отредактировано David Haller (Вт, 7 Ноя 2017 18:01:26)

+1

2

—Мойра отлично все здесь устроила, — перед Дэвидом Хеллером предстает искусно сотканная астральная проекция прелестного белокурого создания с задумчивым взором. И это прямо посреди людной гостиной. Интуиция, верно служившая Белой Королеве и обманывавшая её крайне редко, подсказывала, что такой ажиотаж наверняка связан с недавно одержанной победой над очередным злодеем и его не менее злодейским планом? — О нет, дорогуша, больше меня никто не видит, но смею тебя заверить, что я вовсе не галлюцинация, — хотя, кто знает, может каждый уважающий себя бред сумасшедшего уверяет, что оный вполне себе настоящий и всамделишный? Этого Белая Королева, к счастью, не знала. Пока. Беседа с Легионом, если ей все-таки быть, могла открыть ей много чего интересного. — Если хочешь узнать, можно ли помочь тебе на самом деле, я, пожалуй, могла дать тебе пару советов на этом непростом пути, — в отличие от идеалистки Мойры, которая кажется совершенно искренне (и совершенно напрасно) считала, что всем и вся можно помочь и даже более или менее приспособив выпустить в мир, Фрост была известна печальная истина − спасти всех невозможно. Она не собиралась давать обещания, которые не могла бы сдержать. Если конечно речь не идет об обязательствах перед деловыми партнерами – этих кинуть можно всегда и почти без последствий. — Если все удастся, тоже сможешь озадачивать кого твоей душе угодно, являясь к оным не физически, а астрально, как я сейчас явилась тебе, — а если все пройдет плохо, то гореть им всем синим пламенем, ярко и эффектно. — На самом деле, я довольно далеко отсюда. И тебе советую последовать моему примеру, по крайней мере на некоторое время. Мое секретное укрытие все еще остается секретным, так что я буду рада тебя увидеть, Дэвид, — впервые за свой странный монолог, женщина чуть было не потеряла бдительность и едва не улыбнулась. Искренне и без всяких подтекстов. Этого не случилось, но и сама угроза этого события была достаточно страшна. — Через пару часов тебя будет ждать такси, — не совсем такси, конечно, но с задачей доставить из точки «а» в точку «б», справится. — Главное, будь снаружи, чтобы тебя можно было забрать. Надеюсь, до скорой встречи.
Фрост распахивает глаза. Некоторое время ей требуется чтобы прийти и полностью «возвратиться» в себя. Она бросает взгляд на «такси» и бросает зависшей на уровне глаз металлической сфере «Отправляйся». Оставалось надеяться, что очень скоро Дэвид будет в её полном распоряжении. А у неё вполне достаточно времени, чтобы понять – отступать больше некуда и надо как-то начинать готовиться к тому, на что она решилась. Разве раньше она не умудрялась за пару часов справиться с тем, на что у иных уходят недели? Пора в очередной раз всех удивить.
Четыре часа шестнадцать минут спустя, она вновь предстает перед Дэвидом, на этот раз во плоти. Оба они в ослепительно белой комнате, глазам требуется некоторое время, чтобы привыкнуть, но это слишком скучно и для простых смертных.
[float=right]http://s0.uploads.ru/o3sGO.gif[/float]
— Приношу мои самые искренние извинения за тот маленький спектакль с похищением. Мне было необходимо дать понять Мойре, что в стенах её центра вовсе не так безопасно, как ей кажется, — в частности бывшей спецагентессе стоит задуматься над тем, что могло бы случиться, похить Дэвида кто-нибудь менее дружественно настроенный. ФБРовцев бывших не бывает, а потому к неутешительным мыслям женщина рано или поздно придет, как и к оценке последствий и переоценки собственной важности в процессе обучения мутантов омега уровня. — Впрочем, пусть тебя не беспокоит то, насколько ты оттуда далеко. Ты достаточно силен, чтобы дотянуться до разума Сидни и уверить её, что с тобой все в порядке. Это несложно, — уверяет Белая Королева. То есть, это очень даже сложно, но для их уровня это фокусы, почти не требующие усилий. — Если ты, конечно, считаешь, что все и правда в порядке, — роняет телепатка. —Мисс Барретт могла бы передать Мойре мое имя, чтобы та не отрядила кого-нибудь на твое спасение. Меня зовут Эмма Фрост. Подругами мы с бывшим агентом МакТаггерт, к счастью, так и не стали, но наши пути несколько раз пересекались. Она знает, что я не представляю угрозы.
Вечер полуправд грозил быть долгим, но кому нужны проторенные дороги и легкие пути? Расположение Дэвида ей в общем-то не нужно, учитывая, что она собирается его не то чтобы просто использовать, скорее предложить свои услуги в обмен на его редкие таланты, но завоевать доверие ей вряд ли удастся, белая Королева прекрасно это понимает.
— Выстрой тот дом в мельчайших деталях, припоминая абсолютно все, — каждую трещину, неровность, шероховатость, чем точнее, тем лучше будет «прием». — И проецируй свой образ в том месте, где почувствуешь её сознание.

+1

3

Знаете, где находится грань вашего морального спокойствия? Можете себе представить ситуацию, в которой однозначно перестанете доверять себе? А ту, в которой и словам окружающих верить не сможете, потому что воспринимаете-то всё равно сами, а значит, можете себя обмануть? Конечно, вы этого не знаете, если вы обычный человек или какой-нибудь пирокинетик. Разумеется, вы точно в курсе, если вы менталист. Сколько раз вам приходилось пересекать каждую из этих границ, м?

Если честно, мне это было не очень интересно. Совсем нет. Я не понимал столь многого в самом себе, что ни на каких философских рефлексиях и взгляде на себя со стороны не сосредотачивался. Моя жизнь всегда была хаосом, а совсем недавно превратилась в безумнейший из кошмаров, - честное слово, не пожелал бы никому видеть ничего более мрачного и жуткого. Я не понимал, вышел ли победителем, не знал, насколько долго смогу оставаться безопасным для окружающих меня людей. Но, знаете, я смутно догадывался, что весь этот феерический пиздец, что лезет из моей головы в мир, только начинался.

Дэвид в очередной раз прикоснулся к нелепому железному обручу, скорее напоминавшему терновый венок, чем корону статуи свободы, и сосредоточился на спокойном холоде металла. Мойра не была телепатом, но, похоже, умела их сдерживать. Хэллер не очень понимал, что именно с ним сделали, но знал, что сейчас он отделён от всех личностей в его голове, и они не могут претендовать на контроль над его телом. После всего, что он успел натворить под контролем Короля Теней, это казалось лучшим решением из всех возможных, но, конечно, оно не было долговечным. Поэтому, когда перед его взором вдруг появилась женщина в белом, он воспринял её куда более нервно, чем мог бы. Просочилась через барьеры Кэрри? Его защита слабеет? Паниковать Дэвиду решительно не рекомендовалось, выше ментальная активность - меньше продержится щит. Так что Дэвид только смотрел на женщину, позволяя всему недоумению проявиться на лице, и ждал объяснений, стараясь успокоиться и оценить, что происходит на самом деле. Женщине, правда, никакой реакции от него и не требовалось, видимо, всё было написано в глазах - так непринуждённо она отвечала на все зарождающиеся в его голове вопросы. И только когда спустя несколько секунд она озвучила всё, что хотела, и исчезла, Дэвид наконец успокоился и попытался всё осознать. Пришла ли она из астрального плана? Вряд ли, Дэвид более-менее освоился в нём, и не встречал наслоения его и реальности. Или просто не знал, что видел? Наставника-телепата у него не было, с литературой тоже не сложилось. Была ли она одной из тех, кто сидит внутри него? Дэвид вспомнил, как приходила в его разум Сидни и как он мог видеть её. Она никогда не появлялась, как его недавняя собеседница, среди обычных людей, Дэвиду нужно было представлять свой разум как некое пространство, где она могла существовать. Да и Дэвиду хотелось верить, что всех семерых своих субличностей он уже видел, и такую женщину бы точно в своём сознании не пропустил.

Я задавал себе все эти очевидно пустые вопросы, уходя от главного. Была ли загадочная белая леди плодом моего больного воображения? Самое страшное, что может быть в неврозе или шизофрении - поверить, что их нет, и всё реально. Я уже не мог сомневаться, что внутри меня живут самостоятельные личности, не после всех злодеяний Короля теней, о котором, как оказалось, многие из старших мутантов и сама Мойра слышали задолго до моего появления. Но была ли реальной эта женщина, или её породили мой страх перед самим собой и моё желание получить компетентного наставника? Мне не оставалось ничего, кроме как выйти в указанное время и проверить.

За те три часа, что Дэвид вынужденно провёл в рефлексиях и ожиданиях, пришёл Кэрри и велел снимать обруч. Дэвиду, признаться, этого не хотелось. Пусть Короля Теней давно уже не было в его разуме, остальные личности тоже не были дружелюбными. И всё же держать контроль он должен был сам, поэтому, честное слово, он действительно хотел бы убраться подальше из Центра. Только Сидни он мог доверять, и она пришла, стоило ему позвать. Молчала, и Дэвид мог только представлять, как она стоит за его плечом и ждёт вместе с ним, что ещё им уготовано судьбой. Куда бы его ни забрали и что бы ни сделали, едва ли ему будет хуже: постоять за себя Дэвид мог, и ни одна из его личностей суицидальными наклонностями не страдала. Если что, любой из них будет защищаться. И всё же, чувствуя на себе сканирующий луч из нелепого стального шарика, он испытывал смесь неловкости и недоумения. Впрочем, главное - что бы ни происходило, это было взаправду. Либо каким-то энным уровнем его подсознания, и в таком случае он просто хотел выпутаться и готов был принять правила игры.
Увидеть белую леди на том же уровне реальности, где находился сам Дэвид (каким бы он ни был), было всё же несколько успокаивающе. Правда, с красноречием опять не задалось, Хэллер только отогнал картинки недавних доказательств небезопасности Центра, и не успел толком представиться или хотя бы поздороваться, как быстро перестал понимать, что именно говорит женщина.

Она говорила о Сидни так, будто и моя девушка находилась с нами в одном плане. И, если честно, это меня не на шутку пугало. Думаете, мурашки бегут по коже, когда какой-нибудь пророк или цыганка как на духу рассказывают твоё прошлое? Нет, поверьте, страшнее, когда этот кто-то определённо что-то о тебе знает и видит, но смотрит под неверным углом или видит несколько другое. Так кто же из нас ошибался?

Дэвид понимал, что очевидных объяснения происходящему было три. Самое наивное - эта женщина действительно была телепатом, но не сталкивалась с расщеплением личности или заглянула в прошлые воспоминания, вот и думала, что Сидни живая. Это объяснило бы, например, все слова женщины о Мойре. Самое, как казалось Хэллеру, вероятное - Эмма всё-таки была его субличностью со своим внутренним пространством, и Дэвид через иллюзию загнал себя в собственное сознание, где его не ждёт ничего хорошего. Она могла не осознавать, что живёт в чужой голове, и, конечно, других обитателей считала реальными. Самое паршивое - это абсолютно новый виток его шизофрении или невроза, и ему остаётся только гадать, чем это всё окажется. На последнем фокусироваться смысла не было, не подойдут первые два - значит, оно, а пока что рано паниковать. А с первыми двумя проще всего разобраться, если попробовать взаимодействовать с Эммой Фрост, кем бы она ни была.

- Едва ли Мойре и Сидни доведётся пообщаться, но думаю, мы сможем связаться с ними обеими, в порядке очереди, так сказать, - Дэвид, конечно, не хотел бы раскрывать лишних карт пока загадочному объекту, но надо же было хоть что-то делать. - Добрый вечер, кстати. Дэвид Хэллер, ну, Вы и сами знаете. Так что там, представить и спроецировать? - упрощение инструкций до минимума всегда способствовало работе, не надо было концентрироваться ещё и на запоминании сложных фраз. - Звучит как переход в астральный план. Мы из него выбираемся или по нему идём к другой точке?

Что бы там ни было, её инструкции меня немного напрягали. Техника звучала ровно так же, как недавно освоенный мною выход в астрал и перенос чужого сознания, единственное отличие было в том, что если раньше я пытался спроецировать сознание Сидни в этот план, то теперь нужно было как будто придумать реальность, где уже есть нужные люди, найти их там и самому к ним прийти. После того единственного эксперимента с Сид я действительно опасался пробовать использовать эту свою способность, хотя личности внутри меня всё ещё сидели тихо. В тот раз, помнится, Ленни тоже притаилась и появилась, когда её никто не мог ожидать увидеть. Так чем бы грозил мне непродуманное проецирование туда-не-знаю-куда? Оказался бы я сам заточённым в каком-нибудь карманном астральном плане с придуманными Мойрой или Сидни? Навредил бы им реальным, если бы начал с выдумывания того мира? Я не знал и не спешил узнавать, сначала хотелось хоть немного понять, что, чёрт возьми, происходит.

Отредактировано David Haller (Пн, 19 Июн 2017 23:09:11)

+1

4

Инициативные, дотошные ученики-почемучки Эмме всегда нравились. Если они задают вопросы, значит им интересно изучаемое, значит у них есть желание разобраться в вопросе, дабы понять принцип действия чего бы то ни было. Иногда дело обстоит гораздо проще – детишкам всего-то нужно подмазаться к преподавателю и стать любимчиком. Белой Королеве в общем-то было не так уж важно, что именно провоцирует любопытство, ведь у неё всегда найдется урок, которым она сможет в своей манере поделиться. Однако, в данном конкретном случае с данным конкретным мутантом, энтузиазм его вызывал некоторую тревогу. Проторенные, легкие пути, оно, конечно, скучно и предсказуемо, но в вопросе обучения Хэллера сходить с «дорожной карты» совсем не хотелось. На одно-единственное мгновение, Эмме даже пришло в голову выложить все как есть, сказав нечто вроде: «Не вникай во всё это, я только собираюсь показать тебе пару тройку фокусов, ты меня похвалишь, а потом я попрошу об ответной любезности – возможности поговорить с истинным Легионом, дар которого мне очень и очень хочется использовать в своих на этот раз не особенно коварных планах». К слову, можно даже не говорить этого, просто ослабить защиту сознания и громко подумать. Но расстраивать подобными откровениями мутанта омега-уровня – не самое мудрое решение, да и человечность отчего-то зашевелилась, стоило глазам Чарльза Ксавье посмотреть на блондинку тем же взглядом, каким Кот из «Шрека» растопил сердца миллионов.
— Эта техника называется астральной проекцией, — объясняет женщина. — Фокус в том, чтобы вытолкнуть сотканное астральное тело в материальное, физическое пространство. Для этого нужно настроиться на частоту определённого сознания. Закрой глаза и вызови в своих мыслях нужный образ, а твой дар найдет дорогу к разуму Мойры.
Фрост же в это время намеревается поразмыслить о том, что могли значить слова Дэвида «Едва ли Мойре и Сидни доведётся пообщаться». Эмма, конечно, оставалась верна себе и не подала виду, что фраза привлекла её внимание. Однако, при первой же возможности захотела понять, что именно отпрыск досточтимого профессора имел в виду. И очень надеялась, что невозможность осознать определенные поведенческие мотивы окружающими её Ксавье, не станет доброй традицией. Разумеется, винить псиоников омега-уровня в том, что их мотивы непонятны – последнее, что придёт ей в голову. Она и сама слишком многих ставила в тупик, да что там – день был прожит зря, если дорогие белоснежные туфельки на семнадцатисантиметровых шпильках не попрали пары-тройки разорванных шаблонов. Но отчего-то иметь дело с совестливыми, склонными к идеализму и не всегда уместному пацифизму homo superior всегда сложнее.
«Итак. Я видела, точнее выхватила визуальный образ мисс Баррет собственными глазами», — причин им не верить не было, в конце концов, они лишь «объектив». Обработка светового сигнала начинается на сетчатке глаза, затем происходит возбуждение фоторецепторов, передача и преобразование зрительной информации в нейронных слоях с формированием в затылочной доле коры больших полушарий зрительного образа. Так что стоит озадачиться, могла ли она увидеть то, чего на самом деле во плоти не существовало, что было лишь фантомом, на подобии тех, что она отрядила к Дэвиду, дабы пригласить его на встречу. Возможности Эммы могли позволить ей взглянула чуть глубже, отыскав не только сознание Хэллера но и той, что в тот момент была где-то неподалеку. Если всё так, то ей бы прямо сейчас следовало бы отвлечься на пару минут, дабы уволить информаторов, потому как вопреки всем уверения, они не предоставили самого главного – количество уживавшихся в голове Легиона соседей. Белая Королева знала лишь о нескольких, наличие других подозревала, но ни в первом, ни во втором списке не значилась некая Сидни Барретт. Могло ли это стать проблемой? Впрочем, разве в случае с мутантом омега-уровня не всё что угодно может стать проблемой?
— Есть успехи? — интересуется телепатка. Такие фокусы не представляют сложности, второе, максимум третье, чему учат. Конечно если есть кому заняться обучением. У Дэвида оные появились не так давно и речь вовсе не о Мойре и компании. Преподавателями Хэллера стали всем те люди, что считали его психом, а также те, кто с упорством достойным лучшего применения пытался его убить. Тренировки в таких стрессовых ситуациях эффективны, но лишь на определенное время. Постоянное нахождение в стрессовой ситуации в конце концов убьют и тех, кто оную провоцировал, и того, кто вынужден был на неё подаваться. Что в общем-то было приемлемо для первых, категорически не устраивает вторых, но спрашивать чужого мнения – это не про homo sapiens. — Вообще-то, вариант «Выстрой дом в мельчайших деталях, и проецируй свой образ в том месте, где почувствуешь нужное сознание» – способ уровня продвинутых пользователей, — уровень способностей Легиона позволяет еще не то, но чем больше сил, тем больше времени уходит на обучение контролю над ними. Сколько может понадобится времени для обучения мутанта с парой-тройкой личностей в голове, остается только гадать. Потому-то Эмма и пожелала встретиться с сыном Чарльза в тот момент когда он не во власти своих темных сущностей и не скрывается от жаждущих начинить его пулями военных. Кто знает когда снова наступит краткое мгновение отдыха в бесконечной череде погонь, перестрелок и прочих оным сопутствующих? Их принадлежность к виду homo superior подразумевает стиль жизни «из огня да в полымя», терять драгоценные минуты передышки мисс Фрост считала расточительством. — К слову, как много ты успел освоить? — скорее, как немного, но кто она такая чтобы судить? — Я не прошу демонстрации, — легкая усмешка дабы разрядить обстановку. —И, кстати говоря, нам не обязательно разговаривать вслух, чтобы общаться, — многие телепаты вообще не считают нужным проговаривать все, что им угодно сообщить. Во-первых, никто не подслушивает, а во-вторых один раз увидеть всё ещё лучше, чем сто раз услышать. — Что скажешь?

+1

5

Как выйти из комнаты, имя которой - твоё собственное сознание? Как узнать, спишь ты или бодрствуешь, реальность перед тобой или твоя фантазия? А если ты сам создаёшь реальности, как осознать, в которой из них ты находишься, живые люди рядом с тобой или плод твоего воображения? И есть ли разница? Я не знал ответов на эти вопросы. Никогда не интересовался всей этой эзотерической хернёй, философию в колледже и ту прослушал мимо. Кто ж мог тогда предположить, что мне это всё понадобится так, как никому из этих мыслителей и не снилось? Я отчаянно хотел хоть как-то определиться, что же происходит вокруг, но не мог даже придумать, откуда ждать знаков и как проверять реальность. Спросить у загадочной Эммы Фрост что-нибудь, о чём я не мог знать? Ждать от неё фраз или действий, которые я не смог бы придумать или представить? Искать какие-то несоответствия или косяки в реальности?.. Всё это может звучать как хороший план, если вы читаете фантастический роман, но повертье, в реальности это одно сплошное дерьмо.

Дэвид путался в сложностях восприятия, недоверия и взаимодействия, но по возможности старался концентрироваться на общении. Паника, которая в его случае выражалась этими самыми опасениями и неуверенностью в реальности, никому бы не помогла. Даже если он поглощён своим внутренним миром, выбраться он сможет, Мойра помогла уяснить однозначно, только если успокоится. А для этого нужно было хоть что-нибудь понять. Вдох, выдох, слушаем и запоминаем.
- Образ - это и есть частота? Удобно у вас тут всё устроено, - в самом деле, Дэвид до этого не думал, как именно телепаты находят друг друга на расстоянии и чем является человеческий разум в этом пространстве...чего? Никаких связных идей на этот счёт Дэвид не имел, а потому слушал Эмму внимательно и не забывал фоном радоваться, что она с каждым словом всё больше напоминает кого-то из-за пределов его разума. - Представить образ, найти его, создать астральное сообщение, вывалить в реальность. Окей, принято, - старательно уложил в голове этапы, попытался каждый из них представить, чтобы точно ничего не напутать.
Подумал о Мойре. Очень, очень осторожно, как будто вслепую, попытался сделать следующий шаг. Давайте, загадочные способности, работайте. Как именно ему сканировать Землю, Дэвид не очень понял. И тогда услышал голос из собственной головы.

Свой собственный голос.

[float=right]https://s-media-cache-ak0.pinimg.com/originals/02/49/28/02492832096ccb28ec41652edeb935fc.gif[/float]- Ты совсем дурак? - сколько раздражения было в этой фразе, сколько потраченного-впустую-терпения. Дэвид обернулся и увидел, конечно, себя самого. Классная комната, и он, скучающий и всем видом это демонстрирующий. - Кто ты, по-твоему, такой?
- Эээ... Что? Я Дэвид. Дэвид Хэллер. Внутри своей головы я же могу быть собой?
- Серьёзно? - второй Дэвид встал, взмахнул руками, каждым жестом выражая скепсис и лёгкую издёвку. - А я тогда кто, по-твоему?
- Моя рациональная часть. Ты сам так себя назвал в тот прошлый раз!
- Тогда не было времени заниматься самокопанием. Но ты прав. Я - рациональная часть. Ты - образ, лирика.
- Но я же...
- Ты - что? Иногда как-то без меня справляешься и в целом разумен? Ну давай, удиви меня. Сообрази. Кто мы?
- ...мы - Дэвид Хэллер.
- Браво. Только обычно я во всё это не лезу, у меня, знаешь, тут с этими чудилами проблем хватает. Мы с тобой - Дэвид Хэллер. Иногда мы одно целое, иногда разделяемся.
- Как Кэрри и Кэри?
- Ага. Только мне одинаковые имена не нравятся.
- И как ты нас зовёшь?
- Тебя - Гештальтом. Ну а что, ты образ и есть. Общаешься с внешним миром, изображаешь там, что Дэвид - нормальный человек. Один человек. Я иногда присоединяюсь к тебе, если нет дел здесь.
- Ты управляешь тем, что происходит здесь?
- Пытаюсь, - второй Дэвид поморщился. От его изначальной язвительности не осталось и следа. - И я бы, конечно, предпочёл называться просто Дэвидом, но эти придурки снаружи, знаешь, в чём-то правы. Я - Легион.

Тогда я впервые услышал от Легиона хоть что-то о нашем внутреннем устройстве. Он куда лучше других понимал, что происходит внутри, он был, как я сейчас могу понять, основной личностью. Помнил больше других, и каким-то образом именно на нём была завязана способность других личностей выходить на поверхность. Конечно, момент для общения он выбрал не самый удачный, но я просто не мог уйти от него, не получив хоть какой-то информации.

- Ты - Легион. Серьёзно. Ладно, окей. Так почему я дурак?
- Потому что у каждой из наших личностей свои способности. Не замечал? Ленни утягивает души. Джамаил пирокинетик. Сидни, её выпустить, может снова поменяться с кем-то душой, но я бы не рисковал. Так вот, астральные планы и возня с ними - мои. Ты не сможешь их использовать.
- А я?
- А ты телекинетик.
-...ладно. А что мы скажем Эмме? Она-то уверена, что я телепат.
- Объединимся. Не люблю вылезать на поверхность, но, видимо, придётся.

Дэвид - внешний, реальный - вздрогнул.
- Успехи? О да, определённо, - в самом деле, после слияния дела пошли как по маслу. Удивительные способности и правда работали, хотя та часть Дэвида, что звала себя Легионом, после случая с Сидни и правда чувствовала себя на поверхности отвратительно. Мойра нашлась, но проецировать себя Дэвид не стал, просто передал сообщение. - Жаль, мисс Фрост, что Вас не было рядом раньше, чтобы сказать мне об этих уровнях, - может, тогда он не был бы так беспечен, не подверг бы опасности Сидни. Хотя никакая Эмма Фрост не могла бы предположить наличие в его голове маленького самопровозглашённого бога смерти, затаскивающего внутрь души.
Эти мысли неминуемо вернули к простому суждению: Дэвиду учитель просто необходим. И Эмма Фрост, однозначно признанная существом извне, была словно благословением богов, в которых Хэллер давно не верил. Не бывает благословения, бывают люди, которым что-то нужно от других людей. Но сотрудничество ведь может быть взаимовыгодным?
- Скажу, что Вам стоит быть очень осторожной, если Вы хотите проникнуть в мой разум для общения. Быть может, вы расскажете, как это происходит? Тогда я смогу оценить, насколько это безопасно. Для нас обоих.

Отредактировано David Haller (Сб, 4 Ноя 2017 15:57:39)

+1

6

Белая Королева позволяет себе ироничную улыбку, услышав вполне искреннее «жаль, что Вас не было рядом раньше». Дэвид вряд ли понимает, насколько ему повезло, что она им до поры до времени не интересовалась, тем более, учитывая, как заканчивались её предыдущие попытки постичь тонкое искусство преподавания. Справедливости ради, стоит отметить, что все заканчивалось плохо, в какой бы роли она не выступала – она была одинаково «проваливала» как роль учителя, так и роль ученика. Позволив быть её наставницей той загадочной юной леди из колледжа, где они вместе учились, она познала предательство и едва не осталась запертой в чужом разуме. Тренируя Геллионов, которых эксперимента ради организовал для неё Шоу в далеких шестидесятых, не смогла спасти юных мутантов от них самих. Было еще несколько эпизодов, о них не то, что вспоминать не хотелось, но даже вынимать из тех дальних уголков памяти, где они хранились. Словом, с мечтами об избранной совсем еще маленькой девочкой профессии, она сознательно распрощалась, для блага всех тех, кто однажды мог бы стать учеником. Пришлось осваиваться в других сферах, а юных мутантов перепоручить заботам профессора Ксавье. Идеальный план. Оный был приведен в исполнение, исправно работал и работал и не давал сбоев, пока телепатка успешно плела интриги и связывала руки мутантоненавистникам на самом высшем уровне, Чарльз учил разумному, доброму и вечному. Всё шло просто отлично, до самого до пятнадцатого июля. Тогда все изменилось. Люди Икс и профессор Ксавье исчезли. Последний, к слову, решил отойти от дел не только из-за начавшейся охоты на мутантов, но еще и из-за Альцгеймера. По крайней мере, ходят такие слухи и неприлично прозрачные на то намеки. Нелегко наблюдать, как рушится тщательно выстроенный карточный домик. Но Эмма полна решимости выстроить новый. В глубине души она понимала, что первое здание было временной постройкой. Во второй, материалы будут куда более прочными. Как и фундамент.
—У тебя были советники гораздо способнее меня, Дэвид, — задумчиво произносит Фрост. — Управлять и руководить центром для мутантов – по-моему, это тоже суперспособность, — которой обладают единицы. Мизантропия и ксенофобия в принципе не выходят из моды, но вот прямо сейчас, все куда более печально, нежели когда-либо. — Да и помимо агента Мактаггерт, есть те, кто готов помочь советом, — иногда вредным, но, что греха таить, весьма эффектным и эффективным. Такой обеспечил проникновение на секретный объект и не оставил даже малейшего шанса той небольшой армии, которая оный охраняла. Что там искал Хэллер или тот, кто ему в тот момент активно нашептывал, что, как и с каким удовольствием делать, она не знала, видела только впечатляющий результат, пусть и чужими глазами. В любом случае, Белая Королева очень надеялась на то, что нынешний советчик, если таковой и правда имелся, будет сдержаннее. — Полагаю, переданное сообщение – результат не только твоего прилежания и моего наставления, — прозвучало ничуть не осуждающе, скорее слегка иронично. Просто так уж случилось, что Икс-Ген – вещь куда более капризная, чем можно себе вообразить и с первого раза ничего ни у кого не получается. Чарльз сравнивал способности с мышцей, которую постоянно нужно тренировать и разрабатывать, дабы обрести над оной полный контроль. Эмма же считала сравнение не вполне корректным, учитывая, какие фортели могут выкидывать последовательности генов. Вторичные мутации тому один из самых ярких примеров. — Если сядем за круглый стол и все познакомимся, дело пойдет гораздо быстрее. Сделать это проще всего в ментальной плоскости, — сесть в кружок внутри чужой головы и устроить чайную вечеринку – Алиса бы обзавидовалась. — Что касается того, как именно это происходит, разочарую тебя, дорогуша, ибо это по-прежнему никому не известно. Каким образом появляется Икс-Ген, как он активируется, как работают дарованные способности, как они закладываются – все эти фундаментальные вопросы пока остаются без ответа. Подавляющее большинство мутантов действуют по принципу «я четко осознаю, что хочу сделать, а мои способности это делают». Когда щелкаешь выключателем, чтобы зажечь или погасить свет в комнате, не задумываешься о процессах, которые сопровождают это, верно? Девяноста процентам населения планеты не мешает пользоваться электричеством то, что они понятия не имеют, как оно работает. —да, все настолько плохо, а изучением мутантов занимаются совсем не с целью ответить на вышеозначенные вопросы. — Даже твой отец вряд ли знал, что именно позволяет ему повелевать чужими разумами.

+1

7

Эмма говорит о советниках, и Дэвид, только недавно принявший решение в вопросе о реальности мисс Фрост, впервые задаётся вопросом куда более важным - как много знает загадочная телепатка? Несомненно, она видела разрушения, оставленные Дэвидом под контролем Фаруха, но... Что именно она знала о Дэвиде Хэллере?

Я сам тогда понимал немногое. Что видел в моём разуме телепат, если пытался проникнуть внутрь? На каком уровне застревал, где терялся - всё это было мне неведомо. Мойра не была телепатом, а все путешествия по снам и воспоминаниям не могли и близко передать степень моего безумия, ведь с внешним миром все личности взаимодействуют по очереди, создавая единую канву памяти о внешней реальности. И даже в воспоминаниях мы умудрились тогда потеряться, многие едва не погибли... В общем, терять едва обретённого наставника как-то не хотелось, но, в конце концов, я не был достаточно хорош в телепатии, чтобы запретить ей это.

- Верно, - коротко и без лишних увёрток подтверждает слова Эммы о переданном сообщении. - Оказывается, я это уже... ну, в некотором смысле давно умею. Просто забыл. Спасибо, что напомнили, что к чему.
В Дэвиде чем дальше, тем меньше нарочитой лёгкости, плавно переходящей в ненавязчивое хамство. Театральщина уступает место спокойной сосредоточенности - может, потому что перестаёт бояться себя и нереальности происходящего, может, наоборот осознаёт, насколько сложна ситуация. И всё же это непросто, предельно непросто - продраться сквозь игру слов, Дэвид этому искусству не обучен совершенно, и как же понять, понимает ли Эмма, насколько точна её формулировка "собраться всем вместе", или речь не о том, что их в этой комнате вовсе не двое?
Неверный вопрос, говорит... позвольте, просто думает про себя Дэвид. Легион и Гештальт едины, это больше не диалог. Обычное суждение обычного человека - мелочь, а приятно. Я не могу узнать, что у неё на уме, но могу сломать эту тонкую игру слов прямолинейностью. Назову вещи своими именами, всё, блин, и так предельно сложно, зачем ещё и это городить. Взвешивает "за" и "против", насколько уж получается - не машина, больной человек всё-таки.
- Я не уверен, что могу призвать всех, - честно и откровенно. Дэвид даже не уверен, сколько их - Гештальт был уверен, что восемь, Легион точно знал, что не меньше двенадцати. - Но мы можем попробовать. Если вы мне доверяете, - добавляет он с куда большей горечью, чем собирался себе позволить. Последний раз, когда он кого-то забирал в астральную плоскость, закончился тем, что Сидни так и осталась в его голове. Легион знал - это способность Ленни вступила в игру, она перехватила контроль. И если попросить Сидни, например, удержать Ленни от вмешательства в этот раз, то всё получится. Должно получиться. Впрочем, себе Дэвид уже не верит - оттого и спрашивает разрешения.

...вся его решимость рушится мгновенно, стоит Эмме закончить речь.
Слово "отец" имеет для него странное значение. Муж его матери, Габриэллы Хэллер, обращался с ним как с родным, но был бесконечно занятым дипломатом. Дэвиду и рассказали-то о том, что его биологический отец не установлен, когда он вышел из комы после теракта. В новой приёмной семье жилось хорошо, пусть детские кошмары и включали недовольство отчима. Теперь Дэвид знал, что это было дело рук Фаруха, но ассоциации оставались...и всё же слово "отец" было отсылкой к пустоте и смятению. Он давно смирился с тем, что никаких шансов найти мужчину, с которым когда-то встречалась его мать, нет - она ездила по миру с дипломатическим корпусом и общалась с такими же вечными путешественниками, проследить все их пересечения было невозможно, тем более что в такой ситуации ни постоянных друзей, ни долгосрочных наблюдателей твоей жизни не возникает. Знать о Габриэлле Дэвиду было не от кого.
- Мой отец? - шаблон ломается медленно и болезненно. Никто не знает, никто не может знать! - и в то же время... У мутантов ведь совсем другие источники информации. Дэвид даже не знает, насколько много в мире мутантов, не знает законов наследования способностей. Если его мать была обычным человеком (или тщательно скрывала мутацию, что значительно ухудшает дело), кем же должен был быть его отец, чтобы Дэвид стал тем, кем стал? Если, конечно, наследование мутации происходит не по какой-нибудь геометрической прогрессии. Но тогда от мира бы, наверное, остались одни руины. - Вы его знаете? - задаёт самый глупый вопрос, хотя их в голове роится десяток-другой. Ему сложно: в смятении не только он, все личности в его голове пребывают в растерянности, даже Сидни неспокойна: переживает за Дэвида, волнуется, не понимает до конца, что ему от того только хуже. Он хватается за голову, но холодные пальцы не несут успокоения - разум словно давит изнутри, бурлит, разбухает. Ему нужно остановиться, ему нужно прийти в себя.

Ему нужно, чтобы голоса в его голове замолчали, и он понятия не имеет, как это сделать.

+1

8

Широко известная в узких кругах Белая Королева своей изобретательностью поражала весьма и весьма многих. И разумеется, те самые многие понятия не имели, насколько они правы. Впрочем, не знакомым с определенными фактами её биографии (в частности тем, как однажды она чуть не развязала Третью Мировую, или с тем, как ловко убедила всех в собственной гибели), для того, чтобы в завистливом восхищения покачивать головами, хватало одного показательного случая, произошедшего в те далекие годы, когда Frost International только-только начинала набирать вес, а о её полноправной хозяйке толком никто ничего не знал. К концу двадцатого века, из сорока основных видов минерального сырья только по восемнадцати США обеспечивают себя на пятьдесят и более процентов. Экономика зависела от импорта шестидесяти восьми видов сырья, и эту тенденцию многим хотелось бы переломить. Дальше разговоров, как это часто бывает, дело не шло, риск казался велик и не оправдан. Но стоило Эмме доказать обратное, воротилы решили, что дальше они сами, а первооткрывательнице пора на покой. Партия обещала быть короткой, но не тут то было.
Итак, одним прекрасным утром, один джентльмен, уверявший, что он собирается заниматься финансированием проектов, открыто и нагло конкурирующих с её корпорацией, принялся за разработку и освоения редких минеральных ресурсов. Ответ на провокацию последовал незамедлительный. Она вбивает клин между вчерашними союзниками, не без удовлетворения и злорадства наблюдая за тем, как её соперник вынужден свернуть многомилионный контракт, согласно которому сторона, выступающая инициатором его закрытия, выплачивает солидную неустойку. Такие расходы могли бы поумерить его пыл и заставить отступиться. Но какой азартный игрок решит, что он не хочет пойти ва-банк, рассудив, что все затраты окупятся, стоит ему получить заветный правительственный контракт? Белая Королева это понимала, а потому методично разрушала работавшую как часы инфраструктуру до основания, дабы не позволить кому-то кроме неё оставаться монополистом на рынке или выдавить её с занимаемой ниши. Она подбрасывала дровишек в костер противостояния, зревшего внутри самой корпорации-конкурента и в конечном итоге они привели к неизбежному расколу совета директоров на два противоборствующих лагеря, после чего очень вежливо попросила поднять цены на технику и расходные материалы, которые были необходимы для разработки залежей. И вбила последний гвоздь в крышку гроба, лишив финансирования и льгот от правительства. Вскоре все было кончено. А она даже свои телепатические способности толком не использовала. Словом, проворачивать подобные манипуляции Фрост умела и делала это со вкусом. Каждый, кого она подводила к краю и отправляла в свободное падение был взбешен настолько же, насколько восхищен, даже очарован тем изяществом, с которым женщина умела всё и всех обставить. Но были моменты, когда желаемое доставалось ей, можно сказать, случайно, без тех титанических усилий, которые обычно прилагались для достижения цели. Ничем хорошим это не сопровождалось. Вот и сейчас, белокурое создание с задумчивым взором успевает пожалеть о просьбе о встрече со всеми людьми и мутантами, которых поглотил Дэвид. Потому что у неё появился прекрасный шанс познакомиться не просто с каждым из них, а со всеми. Оптом. Сущности, казалось, вознамерились пробиться сквозь череп Хэллера, чего бы им это не стоило. Что там говорят про осторожность, с которой следует загадывать желания? И почему о ней говорят недостаточно часто?
Вдох и выход, Белая Королева очищает разум и генерирует волны, позволяющие настраиваться на чужое сознание. В данном случае сознания. Образ Чарльза Ксавье, каким она увидела его впервые и каким он стал сейчас, вливаются в чужие мысли, взбудораженные её последней ремаркой. Стоило бы вырубить Дэвида, подчистить память и начать разговор сначала – и так, пока оный, после пары сотен демоверсий, не пройдет, как ей было нужно. Раньше это помогало. Однако, как женщина уже успела убедилась, на сей раз, придется сказать привычным сценариям веское и бескомпромиссное «нет». А жаль.
Эмма запускает в чужих сознаниях петлю: профессор из моложавого мужчины становится почтенным мэтром, основателем ныне утраченного Института для одаренных подростков. Каким-то чудом, он всегда умел внушить если не спокойствие, то чувство безопасности для каждого, кто в оном нуждался. Даже если это была пустая картинка, как сейчас, взгляды, пусть даже метафорические, она приковывала, внушая уважение и нечто смутно похожее на благоговение. Когда видишь человека (или мутанта), прикованного к инвалидному креслу, в чьих глазах все еще светится почти утраченная столь многими надежда на лучшее будущее, действие это оказывает самое благоприятное. Проверено многократно, при нескольких таких преображениях мисс Фрост присутствовала лично. Давно это было. Почти что в прошлой жизни.
— Этот во всех смыслах достойный джентельмен и есть твой отец, Дэвид, — произносит телепатка. Вслух, как только установилась достаточная тишина. — Его зовут Чарльз Фрэнсис Ксавье. Было время, когда его знали очень многие, — среди них возможно и его сын, ни о чем, впрочем, не догадывавшийся. Хотя… Говорят отпрыск был занят и возможно пропустил те многочисленные новости, в которых фигурировало имя его папеньки. — Как ты знаешь, не так давно Люди Икс исчезли, и никто не знает, что именно случилось. Они оставили кое-кого за главного в Подполье мутантов, но... Справляться непросто. Им бы пригодилась твоя помощь, — и строчка мелким шрифтом – если мутанты получат помощь, лично Дэвид сможет осваивать свои способности под чутким руководством Белой Королевы. Условия так себе, но у них здесь отчаянные времена, которые требуют отчаянных мер. Можно считать, что это – одна из них. И далеко не последняя.

+1

9

Каждый дрессировщик, хоть раз работавший с дикими зверьми, знает: нельзя так просто взять и войти в клетку. Как бы там ни были приручены хищники, какой бы искренней любовью ни отвечали своему вожаку-лидеру-человеку, они не перестают быть опасными. И уж тем более нельзя приближаться к зверу, когда он в бешенстве. Метафора может показаться гротескной, но личности, лишённые тела, сознания и ориентира, и в самом деле во многом похожи на загнанных, потерявшихся и бросающихся на каждого зверей. Эмме Фрост бы отойти, накинуть на Дэвида что_угодно, не пропускающее электромагнитные импульсы, но Белая Королева, очевидно, не из тех, кто сдаётся или отступает при первых признаках опасности. Вопрос дня - будет ли подобное поведение на руку хоть кому-то.

Хаос. Крики. Смятение. Одни личности были взволнованы темой мифического отца, другие привлечены шумом первых, третьи просто стремились повысить энтропию, чтобы захватить контроль. Тот случай был, пожалуй, первым их серьёзным бунтом. Нам с Легионом нужно было разделиться самим, мне - полностью уйти во внешний мир, ему - использовать свои способности и успокаивать сознание. Проблема была в том, что мы ничего этого не могли. Не умели, не знали, не понимали - сами того не желая, были ядром нервного потрясения. И кто знает, чем бы это всё закончилось, если бы Эмма Фрост... ну, не была собой.

Дэвид ощутил давление. Все его мыслительные процессы, эти разночастотные волновые пучки, словно принудительно модулировали (Дэвид знал бы такое сравнение, если бы учился не на юриста, а так - просто не мог подобрать слов; его как будто равняли под общую гребёнку, перенастраивали - в общем-то, так и было). Есть ли пределы у способностей Эммы? Скольких одновременно она может держать в узде? Дэвид не знал (и хорошо), не задавался такими вопросами. Им обоим повезло в этот день: Эмме - что встретила Легиона в самом начале его развития, Дэвиду - что наконец-то оказался в компетентных руках. Так или иначе, все активные субличности смотрели теперь в одну точку, и точкой этой был образ Чарльза Ксавье.
Молодой мужчина, в глазах которого не вера даже - абсолютная убеждённость, что мир прекрасен. Улыбается, говорит - слов не разобрать, но по каждому движению, по каждой черте лица видно, что он знает о мире что-то невероятное и несёт своё знание людям, делится с ними пониманием, которое движет им самим, поднимает его на бой. Мужчина меняется, в какой-то момент появляется инвалидное кресло, но Чарльз Ксавье как будто не меняется вовсе: та же уверенность, тот же бесконечный запас энергии, который, конечно, нельзя почувствовать через проекцию, но с этим человеком всё равно хочется быть рядом. Эмоции ли это Эммы Фрост или восприятие Дэвида? Кто же скажет наверняка. Мужчина лысеет, вокруг него безумное количество людей. Мужчина стареет, но взгляд всё тот же, хотя отчего-то теперь образ отдаёт горечью.

Дэвид Хэллер - Дэвид Чарльз Хэллер - не знал этого человека. Не видел, не слышал, не почувствовал ничего. Ему показали словно бы идеального человека, сказали: смотри, это твой отец. Но понятнее от этого не стало.
Личности, всё ещё пребывавшие в смятении, теперь были подавлены. Легион воспользовался тем, что они затихли, и наконец-то вернул контроль.
Но понятнее всё ещё не становилось.
Как сквозь плотную ткань, Дэвид слышал слова Эммы, но смысл их догонял его с задержкой.
Люди Икс? Точно. Мойра говорила что-то такое. Дэвид провёл слишком много лет в больнице и в коме, чтобы ориенитроваться в современных течениях, политике и ситуации в мире, но какие-то основы жизни мутантов ему рассказали.
Знала ли Мойра?
Эмма ждала от Дэвида какой-то реакции, подводила его к важным решениям, а Хэллер лишь снова и снова возвращался к образу отца и не_понимал. Задавал самому себе странные вопросы, искал, что же в нём изменилось, ну должно же было хоть что-то, ему же отца показали... Но не менялось ничего.

Легион и Гештальт, две части основной личности по имени Дэвид Хэллер, смотрели на Эмму Фрост и пытались конструктивно вернуться в реальный мир.
- Подполье мутантов? - от названия веяло какой-то обречённостью. - Всё настолько плохо? - странный, дурацкий вопрос. Дэвид прекрасно знал, насколько всё было плохо, он видел подопечных Мойры. Просто хотелось верить, что в её центре восстановления собраны самые слабые и бестолковые, а раса как целом... Ну, в более хороших условиях.
- И чем я могу помочь? Я опасен, вы это знаете, - стержень, на котором держался Дэвид в начале беседы, как будто ощутимо погнуло. Теперь он не пытался притворяться, держать лицо, просто задавал прямые вопросы. - Я не знаю, кто такой Чарльз Френсис Ксавье, мисс Фрост. Если вы думаете, что он оставил мне какое-то наследие, которое может помочь мутантам, то он не сделал этого - или, во всяком случае, я об этом не знаю. - Дэвид видел такую фишку в фильме: карта, заложенная в подсознание, ключи, детектив... Но Дэвид не представлял, как тот человек, которого он увидел в голове Эммы, оставлял карту в голове своего сына и навсегда уходил из его жизни. Что-то здесь не сходилось, что-то было не так. Ему нужна была информация, хоть какие-то ответы. И Дэвид даже не знал, откуда начать.

~

обещаю, со следующего круга перестану ныть и вернусь к конструктиву хд

+1

10

Оказывается, честность, правдивость и откровенность обладают куда более смертоносным потенциалом, нежели весь ядерный потенциал Соединенных Штатов. Стоит это запомнить. Что же, неудивительно. Когда речь идёт о происходящем в сферах, о которых простые смертные даже не подозревают, получить официальную версию событий, не отличающуюся от произошедшего на самом деле, можно лишь в двух случаях. Либо став полноценным участником тех событий, либо же зачинщиком оных, наблюдающим за творением рук своих с высоты собственных амбиций. Яркий пример последнего – Локи, штурмующий Мидгард с армией читаури наперевес. Если бы это было возможно, вторжение замолчали бы. Такая возможность рассматривалась, притом всерьез. Нет сомнений, власти бы что-нибудь придумали, но что-то им подсказывало, что Мстители такому повороту событий будут совсем не рады. А потому пришлось рассказывать обо всем начистоту. Можно не быть телепатом, но с почти стопроцентной уверенностью сказать, что вынужденный честный разговор с американским народом, пугал и огорчал чиновников и сенаторов куда больше нежели разрушения, из-за которых пострадал город, да и сам факт полномасштабного инопланетного вторжения. В конце концов, пострадавшие здания можно отстроить, вторжение − отбить, а вот с последствиями честного разговора с собственными избирателями иметь дело придется в течении десятилетий. Столько нервов будет испорчено, столько перестановок и увольнений придется пережить государственному аппарату… Систему ощутим тряхнуло, и она рассыпалась, подобно карточному домику, хотя все почему-то считали, что здание как минимум из адамантия. Но не тут то было.
Чтобы как-то справиться с ущербом, правду старались блокировать на всех уровнях. Как бы странно это ни звучало, но в век информационных технологий и слежки всех и вся за всеми и вся, доступ к достоверным данным было не так-то просто получить. Многое оказывалось отредактировано, притом даже среди документов с красной прямоугольной печатью, гласившей, что содержимое «Совершенно секретно». И если уж в деле руководителя скрытных операции ЦРУ значилось, что полученное ранение было получено во времена несения нелегкой службы в Афганистане (а не потому, что в глаз он получил от своего подчинённого, группу которого отправил прямиком в засаду, в течение операции, официально не существовавшей), что уж говорить о чём-то действительно серьезном. Вот только, по законам жанра, чем сильнее была хватка «Большого Брата», тем больше выскальзывало между пальцев. Когда-нибудь люди поймут, что силой ничего и никого не удержать. Но случится это не сегодня и не завтра. К несчастью для них, к счастью для подобных Эмме Грейс Фрост. Из всех обитателей Соединенных Штатов, она, пожалуй, была одной из тех, кто обладал доступом к достоверной информации. Штат хакеров, сеть шпионов и разумеется собственные телепатические способности. До середины девяностых ничего не менялось, то есть, всё было стабильно плохо, но все старательно делали вид, что это не так, а Америка по-прежнему – маяк для всего остального мира. Потом с неба начали падать боги, пришельцы из других миров, число мутантов резко возросло и привычный мир как-то так случилось покатился в тартарары. Затормозить процесс Белая Королева даже не пыталась. Если людям угодно, пусть отправляются хоть на войну с Ши'Ар и Крии. Её виду такое развитие событий будет только на руку. Однако, люди не вовремя спохватились и решили, что прежде чем нести порядок в другие миры, надо бы на собственном заднем дворе хотя бы видимость оного навести. Охота на ведьм грозила перейти в гражданскую войну, тем удивительнее тот факт, что правительство согласилось принять Нелюдей у себя и даже выделило им участок для обустройства. О плате за гостеприимство пока что умолчали, видно ждут, когда проценты накапают, тогда можно будет попросить помощи в войне с мутантами, например. Или Мстителями. Или любыми другими организациями, сообществами и группами контролировать которые правительство не в силах. Пока что открытого противостояния удается избежать, но война лишь вопрос времени. Это всегда было лишь вопросом времени… Поэтому Дэвид и здесь.
—Дело в том, что Подполью это очень даже пригодилось, — опасен-то он в основном для людей, мутанты вполне способны за себя постоять. — Я понимаю, насколько цинично это звучит, — серьезно произносит женщина, машинально касаясь правой рукой наручных часов. — Но предпочитаю превзойти в циничность своих врагов, поскольку вижу в этом возможность победить их, — телепатка бесстрастна, прохлада в голосе ощущается разве что не физически, но при всем при этом заподозрить её в мести невозможно. Она гораздо выше этого, на высотах поистине недосягаемых. —Когда-то я сказала, что назревающее в шестидесятые противостояние, не будет войной в полном смысле этого слова. Потому как на войне у сторон равные шансы на выигрыш. Со времен Карибского Кризиса многое изменилось. И то, что назревает между людьми и сверхлюдьми, сейчас на войну похоже гораздо больше. Я не хочу чтобы мы проиграли в ней, — и если для победы придется иметь дело с одним из самых опасных homo superior, она на этот риск пойдет. Всё, что только понадобится для выживания её вида. —Кстати, федеральным агентам, которым я это сказала, меня сдал твой отец, — Фрост усмехается, иронично и ностальгически. — Смею тебя уверить, что по-настоящему Чарльза Ксавье, знали очень немногие, — профессор хоть и казался парнем с душой нараспашку, но у телепатов есть презабавная профессиональная деформация (а может защитная реакции психики, кто знает) – все они скрытны. До единого. Когда чужая душа – не потемки вовсе, как можно тщательнее скрывать собственную – вполне понятное стремление. — Так что в своем незнании ты не одинок. Я не могу сказать, что знала его хорошо, но в одном могу быть уверена – у него был дар помогать другим. Обретать контроль над силами, что многим казались проклятьем. Когда Чарльз исчез, его место заняла Мойра. Её центр помог многим, но… Обучить мутанта твоего уровня, может лишь столь же могущественный мутант. Такой, как я, — от скромности Белая Королева не умрет, это уж точно. — Если ты этого хочешь, конечно.

+1

11

И с каждой минутой становилось сложнее.
Эмма Фрост говорила о его способностях, и Дэвид сомневался, реальна ли она.
Эмма Фрост показывала его отца, и Дэвид не мог понять, кто он - этот Чарльз Ксавье, и поверить, кто они друг другу.
Эмма Фрост пояснила за нужны Подполья, и Дэвид всерьёз задумался, кто же такой он сам.
И кого перед собой видит Эмма Фрост. И - что важнее - насколько сильно этот образ отличается от реальности.
Что бы там ни творилось в мире, Дэвид не понимал, как он - спонтанное разрушение во плоти - может хоть кому-то разумному быть полезным. Да, он уничтожил целое подразделение спецслужб, но скольких мутантов поставил под угрозу? Скольких едва не запер в собственном разуме, да и ведь угрозой был не совсем он...

Я тогда ни черта не смыслил в собственных способностях и возможностях. Даже Легион не знал всего, а процесс переключения личностей представлялся делом рискованным и спонтанным. И всё-таки было в словах Эммы что-то цепляющее, заставляющее смотреть не на последствия, а на возможности. Может, я просто всегда хотел быть героем, кем-то полезным, кем-то особенным без оглядки на шизофрению. Может, на то были другие причины, но в тот момент кроме смятения и отчуждения я испытывал острое желание ступить на предложенный путь и не сходить в него, не оборачиваться назад. Мне словно предложили возможность свернуть с кривой дорожки, которую можно было бы гордо назвать "моя грёбаная жизнь", и я был бы идиотом, если бы отказался.

Оставалось слушать. Эмма едва касалась столь многих тем, что Дэвид едва успевал следить за ходом её мысли. Карибский кризис, война... Как же долго всё это продолжается. В одно мгновение стать одной из фигур в партии, что идёт уже полсотни лет, если не больше - то ещё потрясение даже для здорового и заинтересованного человека, и уж тем более сложно осознать и понять это было Дэвиду, полжизни проведшему в коме, клиниках или наркотическом угаре. Но бэкграунд - дело наживное, Хэллер вылавливал из слов Эммы понятные ему утверждения и суждения, старался запомнить остальные, чтобы разобраться после, но главное - пытался не отставать.

- А залезть в её голову и узнать подробнее, о чём она говорит, мы... ты не можешь?
Легион сморщился, и хотя Дэвид не представлял их диалог визуально, в интонации это чувствовалось.
- Ты чем вообще слушаешь. Во-первых, до телепатии нам как до Китая пешком, во-вторых, мы всё ещё опасны, в-третьих, пораскинь мозгами. Если Эмма Фрост говорит, что может заниматься нашим обучением, как думаешь, какие у нас шансы преодолеть её способности?

Спонтанные мысли пришли и исчезли. Дэвид понимал меньше, чем хотел бы и чем, наверное, ожидала Эмма, но и этих крупиц хватало, чтобы оказаться не на шутку озадаченным.
- Чарльз Ксавье сдал вас федералам? - произносить это вслух, наверное, не стоило, вопрос не требовал ответа, но Дэвид пытался разложить информацию хоть на какие-то категории и отследить логику. - И при этом вы говорите, что он помогал другим... Кажется, он был интересным человеком, - ничего не значащая фраза была нужна, опять же, только самому Хэллеру. Хоть какое-то определение дать этому загадочному и странному мутанту. Дэвид пытался представить себе всю эту долгую историю, пока для него серую и неопределённую, историю противостояния людей и мутантов, в которой и Эмма, и его отец сыграли не последние роли и даже выступали на одной сцене. Своё отношение к этому противостоянию и позицию в нём его собеседница обрисовала предельно понятно, а отец... что же, был на стороне людей? И при этом не был, как бы это сказать, "плохим парнем"? Ох, никогда прежде, даже на экзаменах по гражданскому праву, Дэвид не чувствовал настолько острой необходимости быть более подкованным в матчасти. Но суть последних фраз уловил предельно ясно. И сомнений не испытывал никаких.
- Да, - задумчивость и потерянность на лице Дэвида сменились уверенностью, а вот над подбором слов и выражением мыслей ему ещё предстояло поработать. - То есть, интересно, конечно. Буду признателен. С чего начнём?

Отредактировано David Haller (Ср, 14 Фев 2018 20:41:25)

+1

12

Эмма склоняет голову набок. Кажется, ситуация изрядно её забавляет, пусть это и неуместно. Но удержаться невозможно. Ностальгия – та еще стерва. до которой даже этому задумчивому белокурому созданию далеко.
―Чарльз был уверен, что поступает правильно, ― роняет Фрост. Ей даже мысли профессора не нужно было читать, чтобы знать это. Тогда еще все чувства, эмоции и переживания читались на их лицах. И во взглядах. Она помнит оные, словно подмечала только вчера. Упрямо вперившийся в одну точку взор Эрика, в котором сквозит хорошо скрываемое облегчение. Он был доволен тем, что можно не играть по-хорошему. Адреналин все еще разгоняет кровь, а список случайных жертв хочется пополнить еще несколькими, как минимум. Ксавье же выглядел совсем иначе. Сосредоточенный, весь осуждение и «Эрик, нет», пальцы тянутся к виску в попытке прочесть её мысли. Наткнувшись на непробиваемый щит, мужчина морщится и ожигает взглядом, после чего тревожно воззрится на Леншерра. Тот, не то завороженный, не то восхищенный выглядел так, будто уже всё решил. И то, что он решил совершенно точно не обрадует его друга, который, впрочем, не мешает сомкнуться металлическим прутьям на алмазной шее Белой Королевы. Она, к слову, решила не возвращать любезность и милостиво уступила возвышавшимся над ней мутантам, даруя иллюзию победы. Пары секунд вне бриллиантового панциря, ей вполне хватило бы для того, чтобы выжечь мозги обоим, после чего отправится, куда леди заблагорассудится. Но вместо этого она с самым серьезным выражением лица выслушала полный самодовольства монолог Магнуса и не препятствовала Чарльзу, когда он доставал планы Шоу из ей сознания. Хоть бы кто заподозрил неладное. Хоть бы кто решил, что все слишком просто. Но никто не решил. И почему-то это её не удивило. ―Он всегда поступал исходя из того, что считал правильным. Поэтому, я решила подыграть ему, ― чуть пожимает плечами женщина, ясно давая понять если бы в её планах не значилось сдаваться на милость будущего Магнето и Профессора Икс, никакого пленения не случилось бы. Оного бы даже не началось. Телепату её уровня несложно почувствовать другого телепата, потенциально не уступавшего в силе, но пока не столь же искушенного в использовании собственных возможностей. Замаскировать себя от неё, он не смог бы. Фрост к тому же времени чего только не приходилось вытворять с чужими мозгами по прихоти мистера Совершенство, а потому легко обнаружила его и могла бы скрыться с места преступления незамеченной, еще до того, как уже_почти глава Братства Мутантов объявился на пороге генеральской спальни, дабы озвучить свои претензии. Вариантов ускользнуть была масса. И всё же она этого не сделала. Интуиция, повелевшая задержаться и взглянуть, что произойдет, в очередной раз не подвела.
―Начнем с контроля, конечно, ―произносит Белая Королева. ―Полного контроля за один единственный урок не добиться, но… ― женщина поднимается и следует к низкому столику, на котором покоится шкатулка. Внутри – монета, точная копия той, что прошла сквозь череп Себастияна, простое и ясное напоминание, которое пришло время передать следующему поколению. Звенья цепочки, на которой кулоном висела монета, мягко поблескивали в свете ламп. ― Держи ей при себе, ― протягивая вещицу Дэвиду, предупреждает телепатка. ― Каждый раз, когда ты будешь ее касаться, разум будет проясняться, а смятение оставлять тебя в покое, ― произносит женщина, генерируя псионические волны и устанавливая в чужих разумах нечто вроде ингибитора, что не даст соскользнуть к режиму «Я в раздрае, а мои силы отдельно от меня устраивают апокалипсис». ―Теперь это нечто вроде условного рефлекса, ― поясняет она. ―Действие можешь проверить хоть сейчас. Не спасет только в совсем уже исключительных случаях. Это – надежная заплатка, но всё ещё заплатка, думаю, ты это понимаешь. Старайся избегать сильных стрессов, и она продержится достаточно, чтобы ты смог обрести контроль внутренний, а не привязанный к внешнему. И вновь возвращаясь к заданному ранее вопросу. Что ты уже умеешь? ― но еще более любопытно что он думает, что умеет. Если справиться с последним, можно будет вздохнуть чуточку свободнее. Одной угрозой уничтожения планеты меньше. Хорошее начало. Прекрасное начало, если удастся узнать о его мощи и обратить её против всех остальных угроз.

+1

13

И, знаете, это может показаться странным, но те слова Эммы надолго остались в моей памяти, стали настоящей отправной точкой моих суждений об отце. Да, нелепо после целого мини-фильма с эмоциональным подтекстом так остро реагировать на пару фраз, но мозг и его реакции непостижимы, особенно мозг нездоровый. В своей шизанутости я тогда не сомневался, хоть с чем-то не тупил. Шизофрения, диссоциативное расстройство личности - мне, конечно, объясняли разницу, патогенез и всё такое, но херня от этого случаться не переставала. Но тот вечер убедил меня, что если вся дичь началась из-за мутации, то и помочь с ней может только мутант.

Сосредоточиться на уроке и забыть на время о вопросах, связанных с Чарльзом Ксавье, оказалось проще, чем можно было бы ожидать. Дэвид следил за действиями Эммы и боролся со скепсисом. Легкий шум в голове становился слабее, Легион делал своё дело, пока Гештальт наблюдал за миром внешним.
- Подождите, - прежде, чем взять в руки монету, Гештальт дождался возвращения Легиона. Не то чтобы он верил, что к феерии в его голове можно приложить ментальный подорожник, но если вдруг все остальные будут блокированы, он бы не хотел оставаться один на один с миром, будучи не цельным. Как бы то ни было, мисс Фрост нужен был Дэвид Хэллер, а не его внешняя часть. - Вот так, - Дэвид решительно взял подвеску из рук Эммы и коснулся... ну, видимо, его нового талисмана. Прислушался к себе.
Закрыл глаза. Прислушался к тишине. Улыбнулся.
И тихо выругался, когда услышал новые голоса.

Может, дело было в том, что ни я, ни Эмма, ни кто-либо ещё точно не знали, сколько личностей жили в моей голове. Да, сильный телепат мог услышать основных, но были и другие, были даже те, кого не замечал Легион. Спящине, но уже существующие, просто забитые настолько, что не пытались лезть в обычную жизнь. Когда ментальная энергия Эммы погасила основных, одна за другой стали вылезать эти новые. Забавно, но даже тогда я не предполагал, насколько безумным всё окажется в итоге.

Голоса пока не шумели и в принципе не особо мешали, всё-таки без доминирующих личностей стало гораздо проще. Дэвид насчитал восемь робких голосов, три из которых казались детскими, но выпускать Легиона наводить порядок во внутреннем мире не было времени. Да и он не был уверен, сработает ли на эту субличность талисман.
- Спасибо, - поблагодарить Эмму Дэвид сообразил только через несколько секунд. - И блок отключится, как только я отпущу монету? - он не мог не спросить, хотя голос Эми в его голове тут же строго произнёс "задавать встречные вопросы вместо того, чтобы отвечать на заданные - невежливо, Дэвид!"
А вот вопрос о том, что же он - Дэвид - на самом деле умел, был непростым. Но в благодарность за хотя бы временную помощь (да что там, за саму идею помощи и надежду на то, что она в этот раз окажется квалифицированной) рассказывал максимально откровенно.
- Я могу слышать чужие мысли. Мойра учила настраиваться на знакомые голоса, чтобы пропадали остальные, только это... ну, непросто, когда в твоей голове куча народа, - говорить об этом прямо всё ещё сложно, очень сложно, но Дэвид напомнил себе, что этот этап они уже прошли. Надо. - Могу двигать предметы, не касаясь их. И перемещаться в пространстве, телепортироваться, но это пока что плохо контролирую. Больше похоже на способность убраться подальше, если грозит опасность. Воспоминания о событиях последних недель путались в голове, пока Дэвид пытался припомнить, чем ещё успел отличиться. - Могу строить астральные планы и перемещаться между ними, хотя это, наверное, громко сказано, - Дэвид сильнее сжал монету, словно это помогло бы не разбудить Ленни-Стикса и Сидни в его голове. - На самом деле, всё несколько... сложнее, что ли. Я могу поместить человека в астральный план, а могу поглотить его сознание и просто сделать одной из личностей в моей голове. После такого откровения добавлять какие-то детали про другие мелкие способности не казалось осмысленным. Он не привык доверять, но только в тот миг понял, насколько ему нужно было кому-то в этом довериться. Даже если женщине, которая "подыграла" его отцу и едва ли была с ним на одной стороне. - Это зависит от болезни, понимаете? Поэтому мне и нужен контроль. И осторожность. Стоит мне стать кем-то другим, как меняются способности. И, на самом деле, я не знаю способностей большей части этой топлы, может, у них их и нет. Я просто не могу проверить.

Моим словам тогда не хватало связности, да и кое-что я сам понимал неправильно. Но сейчас мне кажется, что тогда и началась настоящая история одного проёба, имя которому - Легион.

Отредактировано David Haller (Вс, 3 Июн 2018 01:01:07)

+1

14

― Фиксация связана с предметом, а не с действием, ― поясняет Фрост. Иногда, конечно, стоило связывать с последним, а не с первым, но здесь всё зависело от индивидуальных особенностей отдельно взятой личности. Что больше подходит, дабы приземлить, стабилизировать, с тем и ведется работа. И коль скоро у Дэвида были ментальные способности, стоило сделать упор на определенную вещь. ― Немного практики и ты сможешь успокоиться, представив монету в своих мыслях, ― начать с уловного рефлекса, дав почувствовать твердую почву под ногами, а уже дать немного поползать, и только после – обучить ходить. ― Я намеренно не стала перекрывать всех. Ты должен будешь попробовать справиться с ними самостоятельно, ― тех, что остались, призвать к порядку и подчинению гораздо проще, чем тех, что пришлось заставлять замолчать довольно радикальным способом. Уговорить, подавить, да что угодно, на войне как известно все средства хороши, а единственное преступление – проиграть. ― Что-то вроде домашнего задания. Твои возможности внушительны и впечатляют, но список разблокированных достижений гораздо длиннее, чем ты можешь себе вообразить. Как, наверное, и список той толпы, о которой ты упомянул…― и вот он, тот самый момент истины, ради чего все затевалось. И идея с обучением, и сама помощь, и вот это вот всё. ― У меня есть возможности взглянуть на твое досье. Оно есть почти на каждого обладателя сверхспособностей, и разумеется на каждом красуется прямоугольная печать, гласящая, что содержимое совершенно секретно. Опережая твой вопрос – нет, на меня такового не завели, ибо никто не знает, что я – мутант, ― о том, сколько раз пришлось колдовать с памятью всех, кто подозревал или пытался вывести её на чистую воду, телепатка, пожалуй, расскажет в другой раз. Сегодня у них в программе другие умопомрачительные истории. ― Но вряд ли даже они помогут установить всех. Мои источники не предоставили полной информации, рассказав лишь о нескольких субличностях. Наличие еще нескольких я подозреваю, но вот о Сидни, точнее о том, что она тоже в той компании, не знала ни я, ни они, ― Эмма обрисовывает ситуацию таким образом, чтобы подтолкнуть к выводу, будто эта попытка имеет неплохой шанс стать-таки пыткой, вопреки пословице. Тогда у неё непременно поинтересуются, нет ли у задачи иного решения. И она, словно кролика из шляпы, оное предоставит. Правда, на сей раз явлению пушистого зверька никто не обрадуется и аплодисментов не последует. Учитывая, сколь оный одиозная личность, винить за этого Белая Королева никого не собиралась. ― Но ведь с тобой рядом долгое время был тот, кто может помочь с переписью населения, ― ревизия способностей прилагается. Стоит узнать, сколько мутантов поглотил Дэвид, каковы их возможности и сколь сильна воля. ― Вы провели достаточно времени вместе, так что он скорее всего в курсе куда большего, чем спецслужбы. И так уж случилось, что он обладает весьма могущественным разумом. Амаль Фарук, ― Королю Теней как нельзя лучше подходил его неофициальный псевдоним, точно так же как ей – её титул, дарованный еще в шестидесятые Себастианом Шоу. Меняя маски, представая то Дьяволом с желтыми глазами, то Ленни Баскер, то Злым мальчишкой, Фарук довел своего носителя до ручки. Конечно, реакция на её предложение будет бурной, а потому женщина пытается смягчить удар. ― Ты не представляешь, как часто кажущееся нашим злейшим врагом, может оказаться единственным нашим спасением, ― она живой (вопреки стараниям очень многих, между прочим!) тому пример. Не уступи Эмма Ксавье и Леншерру, может и никакого Дэвида не случилось бы, не говоря уже о его обучении. Устранила бы обоих глазом не моргнув, не будь они потенциально ценны и сильны. Сколько бы лет ни пришло, но заветы Шоу женщина по большей части до сих пор разделяет. Мы не причиняем вреда нам подобным. Фрост старалась не причинять. Пока не становилось понятно, что вред собираются причинять ей. Тогда приходилось очень вежливо просить остановиться. Многие понимали с первого раза, но до идеалистов, признававших лишь белое и черное и игнорировавших серое, достучаться очень сложно. Самого профессора в восьмидесятых пришлось вразумлять довольно долго. Дэвид же сын своего отца куда больше, чем сам он осознает. Это одновременно и удобно, и грозит очень многими проблемами.

+1

15

Невозмутимость Эммы в тот день вызывала у меня самого крайне смешанные чувства. С одной стороны, конечно, приятно было верить в то, что никакие из моих откровений не пугают её достаточно, чтобы она что-то меняла в системе, с другой - запоздалый подростковый максимализм (кома, болезнь, наркомания, седативки - нет, мне даже не было стыдно, что подобная херня возникала в моей голове в тридцать лет) твердил, что она просто не понимала всех проблем. Но так или иначе, мне нужно было на что-то опираться, а в её словах было достаточно оговорок, чтобы посчитать её понимание моего воспалённого мозга достаточным.

Дэвид, на самом деле, в тот момент был согласен и на монетку, и на мысль о монетке, и на домашние задания по усмирению демонов, дебилов и уродцев в своей голове, - на что угодно, только бы перебить возрастающее нервное напряжение. Он и сам не знал, чего так напрягается, но выталкивание из себя правды и подробностей внутреннего устройства не было простым, а ещё некоторым личностям совсем не нравилось быть подавленными, другие пугались возникшей тишины, третьи развивали нетипичную для них бурную деятельность, и всё это грозило обернуться взрывом мозга, когда блок спадёт. Мойра всегда повторяла, что Дэвиду важно оставаться спокойным. Сидни умела доносить эту идею до него и до, и после переселения в голову Хэллера, но сейчас была усыплена. Дэвид думал о том, можно ли будет когда-нибудь настраивать этот блок так, чтобы не давить тех, кто ему полезен, но до разблокирования этого достижения, как выразилась Эмма, ему предстоял долгий и непростой путь.
Но вот проходить его вместе с Амалем Фаруком Дэвид не собирался.

Когда Эмма упомянула Короля Теней, Дэвид даже отвлёкся от образа монетки, который старался удерживать в памяти (благо, пока ему помогала настоящая монета в руке). Вытаращил и без того отдающие безумием глаза и некоторое время только менялся в лице, пытаясь то с одной, то с другой стороны подойти к идее, чтобы её понять, но ничего-то у него не получалось. - Вы... Вы хотите, чтобы я обратился за помощью к Королю Теней? Но как? И зачем? - вопросов было много, хотя бы из-за того, что Дэвид не сказать чтобы много знал о своём паразите. - Я не знаю, где он. Он ушёл, захватил новое тело и скрылся. И... и я не знаю, как им управлять, он сильнее меня. Его и выгнали-то какими-то замудрёными технологиями, я не разбирался. Как вы себе представляете диалог с ним, мисс Фрост? - Дэвид размахивал руками, но вопросы задавал как мисс Фрост, так и самому себе. Пытался понять её идею. - То есть... Простите, мисс Фрост, - наркоман или нет, британскую вежливость никто не отменял. - Я просто не понимаю, он ведь не из сговорчивых. И он настолько усложнил мою жизнь, что я бы очень не хотел позволять ему продолжать в том же духе. В самом деле, Дэвид даже не знал, были ли те способности, из-за которых он атаковал Джемаила и других террористов, его самого или Амаля Фарука. Может, Король Теней вообще был виновен во всём, что случилась с разумом Дэвида на протяжении его странненькой жизни. - А если вам нужен кто-то изнутри, - Дэвид постучал пальцем по виску, - наблюдатель, знающий больше других, - он всё ещё мялся, но не потому, что не мог решиться - просто Легион активно сопротивлялся, не желая никуда выходить. Но угроза Фарука пугала и его. - Может быть, вам подойдёт Легион?

Нет, даже годы спустя я так и не мог понять, откуда взялось это дурацкое имя. И как печально, что в диалоге с Эммой, открывшем мне путь в новую жизнь, первым вслух его произнёс я сам. Называть его так было неловко, но сам Легион со своим именем давно свыкся. Имя нам Легион, ибо нас много. Демоническая природа, библейские отсылки - ирония в этом если и была, то чёрная. Но ничего другого, в конце концов, от нас никто и не ждал.

+1

16

Эмма царственно кивает. Да, именно этого она и хочет. А вот чего она не хочет, так это отвечать на риторические вопросы. Как следует обращаться к одному из самых могущественных мутантов, телепатов и долгожителей, вот уже пару столетий как остающимся сильно себе на уме, несмотря на творившийся на планете хаос? С уважением, разумеется. Как к равному. Желательно слегка подобострастно, мсье Фаруку это наверняка понравится. Зачем к нему обращаться? Она уже объяснила зачем. Потому что он может помочь. Им нужна перепись населения в голове Ксавье-младшего, а он способен её предоставить. И да, всё настолько просто. Оставалось только сделать это предложение выгодным для Король Теней, дабы он сам захотел пойти навстречу. И почему-то мисс Фрост казалось, что если очень вежливо попросить его об этой в общем-то необременительной услуге, предоставив ответную в качестве оплаты, ничто не помешает ему согласиться. В этом женщину убеждают посыпавшиеся отговорки, столь неловкие и неуклюжие, что хочется разочароваться. Никакой фантазии. Банальные «Я не знаю», «Он сильнее» и вообще «Меня она на завтрак слопает». При всем при этом, в глубине души, он понимает, что предложение разумно и могло бы сэкономить уйму времени, нервов, ресурсов и сил. Но Дэвид обижен и зол, а потому упрощать задачу не собирается, предлагая вместо этого альтернативу, с очень эпичным и звучным прозвищем. Интуиция подсказывала, что речь идет не о прославленных в веках римских легионах, а об упомянутых в Библии. Сын Божий вежливо попросил демонов оставить людские тела, куда они вселились без разрешения и преследуя не самые благие намерения. Подобного рода знакомство не сулит ей ничего хорошего, а потому женщина готова попытаться объяснить, что жизнь несправедлива. Но дабы сохранить человечеству возможность жаловаться на сей прискорбный факт, нужно позабыть о длинном списке претензий и пойти с Фаруком на мировую. Иначе все это не будет иметь совершенно никакого значения, если Дэвид слетит с катушек и спровоцирует апокалипсис слегка раньше срока.
— Мы с твоим отцом тоже не сразу нашли общий язык, — молвит Белая королева. — Скорее всего из-за одной очень довольно неприятной характерной черты, которой отмечен каждый телепат. Все мы, считывая чужие сознания, не можем устоять перед соблазном показать то, что желает увидеть очередная «книга», с которой мы только что ознакомились, ― это не выбор, это их суть, их сила, дающее преимущество, которое, конечно, они используют. Люди, к слову, того не понимая, поощряют псиоников применять свой дар, ведь суть человека разумного – видеть исключительно желаемое. Реальность в нынешнее время вообще никому не интересна. Что ж, значит, когда она окончательно изменится, по ней никто не будет скучать. ― Не хочу тебя расстраивать, но даже я не исключение. И твой отец тоже, ― Дэвид тоже в их команде, осознает он это или нет. И, разумеется, она не осуждает, ведь сама использует свой дар с целью раскрытия истинного положения вещей крайне редко. Если мир рушится, и это можно предотвратить, союзники в этом нелегком деле должны быть в курсе того, что в их камере происходит. Во всех остальных случаях, к слову, приходится либо самостоятельно разбираться с незваными гостями, либо готовиться принять сторону победителя (a.k.a. того самого незваного гостя) и стоять за его спиной, дабы спустя некоторое, весьма непродолжительное время, находиться рядом с триумфатором и обеспечить себе возможность ударить в спину. Пока такие вот крайние меры удавалось откладывать, вот только вряд ли удастся откладывать их вечно. Невероятное везение когда-нибудь закончится, это неизбежно. ― Главное – начать конструктивный диалог, а не являться с порога со списком требований и угрозами, которые все равно не сможешь выполнить. Я понимаю, что общаться с ним – последнее, что ты хочешь, однако, я повторюсь. Наши злейшие враги нередко становятся нашим спасением. Потому, что неплохо нас знают. Иногда даже лучше нас самих. Подумай над моим предложением, если твое не сработает. Не хотелось бы умереть только из-за того, что ты не захотел поговорить неприятной с тебе личностью, которая могла бы помочь предотвратить геноцид, ― и нет, Фрост даже не думала давить. Для любого мутанта омега уровня тот факт, что оный, будучи в плохом настроении, может перекроить Вселенную, должен стать проблемой будничной. Как завтрак. Или йога по четвергам. Иное отношение может стоить слишком дорого. 15 июля стало тому подтверждением. ― Расскажи мне подробнее о Легионе, ― произносит Белая Королева. ― Насколько он дружелюбен и настроен помогать?

+1


Вы здесь » crossfeeling » PAPER TOWNS » Can anyone tell me why?